Life Is Beautiful

Драко проснулся от легкого ветерка, колышущего палатку. Сонно зевнув и открыв глаза, парень обнаружил две вещи. Первое – он спал нос к носу с Поттером. Второе – он спал нос к носу с Поттером, который своими руками очень тесно прижимал его к себе. «Откуда только силы берутся?», — недовольно подумал Малфой, тут же нахмурившись. Правда, пары минут разглядывания сонного лица хватило для того, чтобы остыть от праведного гнева. Немного вьющиеся, как всегда взъерошенные волосы. Мужественные черты лица. Чуть подергивающиеся веки, обрамленные пушистыми черными ресницами. И выражение безмятежности, покоя. Пожалуй, он никогда еще не видел такого Поттера. И в этот момент в голову закралась мысль о том, как же повезло Ласке и Грязнокровке, которые могли лицезреть подобное хоть каждый божий день. Несправедливо. — Хэй! Чучело гриффиндорское! Руки убрал! – как можно громче возопил Малфой, подумав, что если Поттер проснется сам, то обоюдного смущения не избежать. Тот, испугано открыв глаза, из-за чего они стали будто по пять копеек, резко убрал руки и тут же отпрянул в угол палатки, незамедлительно поднимаясь. — Черт бы тебя побрал! – воскликнул он чуть позже, придя в себя. Малфой ухмыльнулся. — Лучше бы он побрал тебя, Потти… С твоими блудливыми ручонками, — серые глаза сузились до размеров двух щелочек, от чего вид у Драко был такой, будто он прямо сейчас накинется на брюнета с целью смертоубийства. — Между прочим, это ты вчера меня попросил обнять тебя! – презрительно фыркнул Гарри, уже выбираясь из палатки. — А ты, я погляжу, не слишком и сопротивлялся!!! – вдогонку парню крикнул Драко и откинулся на подушки. Ну не входила в его планы утренняя ссора! Черт!!! Трансфигурировав палатку и спальник обратно в плащи, Гарри разогрел остатки вчерашнего ужина, и, после того, как парни поели, они вновь отправились в путь. Поттер молчал. На самом деле у Малфоя тоже особого желания поболтать не было, но идти в полной тишине одному Мерлину известно куда, неизвестно где, да к тому же с Поттером… Почему бы и не поговорить в конце концов? — Слушай, а почему ты сразу не пошел в аврорат? – подал голос Драко, сровнявшись с Поттером. Тот смерил его несколько удивленным взглядом больших зеленых глаз, а затем, ускорив шаг, ответил: — А кто тебе сказал, что я хочу быть аврором? — А разве нет? – изумился Малфой. Гарри хмыкнул, пожал плечами и, задержавшись на секунду, изрек: — Нет. На самом деле мне больше по душе квиддич и все, что с ним связанно. Блондин кивнул в знак понимания. «И надо же было так облажаться… Малфой, ты идиот… Хотя… Ты очень умный, красивый, коварный идиот! Да и какой ты идиот…». — А ты, Малфой? Почему еще не под боком у отца? Драко скривился. Ну вот не любил он намеков на «папенькиного сынка». Ну не любил и все тут! — Да как-то не сложилось, — конечно, он мог поведать брюнету о том, что только женившись, он унаследует все благосостояние Малфоев, да и вообще рассказать еще много чего интересного. Вот только ради чего? Разве Поттеру не все равно? — Жениться не на ком? – усмехнулся тот. Вопрос застал врасплох и, не заметив корня, торчащего из земли, Драко споткнулся, налетев на Гарри. — Не хочется на всякий мусор молодость тратить, — огрызнулся Малфой, отшатнувшись от Поттера и ускорив шаг. — Куда так быстро???! – Гарри пришлось догонять. Ближе к вечеру, как и предполагал Поттер, парни вышли к автотрассе. Машин на горизонте не предвиделось, поэтому Гарри предложил идти по обочине, чтобы уж если не машина, то хотя бы их ноги доставили обоих до населенного пункта. С друг другом они больше не разговаривали. И не то чтобы им было не о чем. И тому, и другому хотелось задать массу вопросов и услышать на них ответы. Но, почему-то, оба были убеждены, что ничем хорошим это не кончится. Малфой уже собирался заявить, что они ночуют прямо здесь, когда за его спиной замаячил свет фар. Взбодрившись, Поттер активно замахал руками, молясь в этот момент и Мерлину, и Моргане, и всем святым католической церкви за то, чтобы приближающийся к ним фургон, а то, что это был фургон, стало очевидно, остановился. Мерлин, Моргана и святые вникли в суть просьбы и, на удивление просящего, действительно помогли. Фургон и вправду остановился. — Добрый вечер, молодые люди, — поздоровался с ними сидящий за рулем мужчина на вид лет пятидесяти. Худощавый, чуть седоватый, с перемазанным сажей лицом – он смотрел на них лучистыми, голубыми глазами и в них искрилось простое добродушие. – Вас подвезти? — Здравствуйте, — Гарри кивнул. – Мы были бы очень благодарны Вам, сэр. Драко стоял неподвижно позади Поттера. — Ну что ж, сиденье у меня только одно, так что… — он открыл дверцу. Улыбнувшись, Гарри залез в машину и, повернувшись к Драко, добавил: – Иди сюда. — Поттер, если ты не заметил, тут нет больше места… — в глазах плескалось негодование. — Ты можешь сесть ко мне на колени, — новая милая улыбочка. — Что? – Драко опешил от такой наглости. – Только через мой труп! Несколько минут спустя… — А что вы делали в такое время на трассе? – интересовался теперь уже их общий знакомый Бобби. — На самом деле мы ходили в поход вместе с одноклассниками, но отстали от них и заблудились. Бродили пару дней и… — Так вы, наверное, голодны? — Безумно, — согласился Гарри и чуть улыбнулся. Новая кочка заставила машину чуть подпрыгнуть, и Драко, ударившись затылком о крышу, зашипел. Он действительно ехал в этой машине, оседлав колени Поттера и уткнувшись носом в шею. Это было жутко неудобно, но в то же время так заманчиво и возбуждающе. Впрочем, возбуждающим это было не для него одного. Уверенность Драко в том, что это именно волшебная палочка упиралась ему в зад, таяла с каждой минутой. — Тогда, может быть, переночуете у меня? Я вас и ужином накормлю, и комнату выделю, — Бобби подмигнул. Драко углядел в этом тайный намек и чуть смутился. Хорошо, чертов Поттер не заметил алеющих щек. На самом деле, чтобы там не говорили про Малфоя, он все еще оставался девственником. Да и когда ему особо? Во время войны амуров не покрутишь… — Мы были бы очень благодарны вам. Да же, Драко? – горячее дыхание Поттера опалило ухо. — Да… Мы были бы весьма признательны, — блондин улыбнулся уголками губ и рвано выдохнул, почувствовав, как в зад вновь ткнулась «палочка». «А может, я просто идиот?», — пронеслась в голове запоздалая мысль. *** Их накормили вкусным ужином, познакомили с двумя псами, рассказали кучу баек и действительно дали комнатку на втором этаже. Бобби оказался милым, одиноким мужчиной, дети которого жили в Лондоне, а жена умерла пару-тройку лет назад. И все бы хорошо… Если бы не одна кровать в комнате, не душ с ограниченным количеством воды и не Малфой, который всем всегда недоволен. — Поттер, в душ пойду я, и это не обсуждается! — повелительным тоном сообщил Драко и, скинув с себя форменную кофту, направился по направлению к душевой. — Ну уж нет! – Гарри его опередил и первым зашел в ванную. Подавившись воздухом от такого нахальства, Драко дождался пока в ванной включится вода и, сняв с себя остальную одежду, вошел внутрь. После чего залез в душевую кабинку, где уже стоял Поттер и, схватив мочалку, принялся ее намыливать. — Что??? Какого черта ты творишь??? – не на шутку изумился Гарри. — Я моюсь, Потти… — ехидно изрек Драко. — Я вижу это, но почему со мной? — Душ один, воды мало, а я не мылся уже два дня. По-моему, ответ очевиден. И, не обращая на брюнета никакого внимания, Малфой принялся шоркаться. Поттер, отойдя от шока, последовал примеру блондина. Они стояли спиной друг к другу и, возможно, именно поэтому не чувствовали особого смущения. Все изменилось, когда Малфой попытался дотянуться до спины и случайно задел рукой спину Гарри. Тот вздрогнул от неожиданности, развернулся в пол оборота и, поняв, что пытается сделать Драко, предложил: — Давай потру? — Ну потри, — слизеринец вручил Гарри мочалку и чуть прогнулся в спине, приглашая действовать. Поттер мягко провел вехоткой по бархатной, молочно-белой коже и тихо, чуть слышно выдохнул. Затем провел мочалкой вновь, на этот раз до самой поясницы. Взгляд случайно упал на ягодицы парня и так там и остался. Упругие, с небольшими ямочками. Не такие округлые, как у девушек, но не менее привлекательные. Кровь ударила совсем не в ту голову. Тем временем Малфой, чувствующий, как мочалка то и дело скользит от лопаток до поясницы, и осознающий, что позади него, совсем-совсем близко, находится такой же, как и он, голый Поттер, окончательно сходил с ума. Еще с начала седьмого курса его непреодолимо влекло к Герою Великобритании. И он бы не был Малфоем, если бы не сопротивлялся этому влечению. В общем-то, у него даже неплохо выходило… Но сейчас… Сейчас хотелось прошептать «возьми меня», подставиться, будто грязной шлюхе и утопиться с головой в волнах бушующего помешательства. Возбуждение блондина стало слишком явным. — П-поттер… Отдай мне мочалку, — придя в себя, попросил Драко. Слова Малфоя вернули Гарри на землю, и тот, вникнув в смысл сказанного, выполнил пожелание. Смыв пену с тела и волос, Драко повесил мочалку на крючок и, всеми силами стараясь, чтобы Поттер не заметил бурную реакцию плоти, выбрался из кабинки, закрыв за собой дверь. Плотнее укутавшись в один из махровых халатов, которые дал им Бобби, Драко вышел из ванной и, пройдя к окну, уселся на подоконник. — Я только что чуть было не попросил Поттера трахнуть меня… — прошептал он, оставляя едва заметный след на окне. – Сумасшествие… Чуть позже из ванной вышел Поттер в пижамных штанах, которые так же одолжил хозяин дома. Они в свое время принадлежали его сыну, так что соответствовали размерам Гарри, чему он, признаться, был очень рад. Посмотрев на Драко и ничего не говоря, парень расстелил кровать и лег, блаженно закрыв глаза. — По-твоему, я на полу должен спать? – раздался немного напряженный голос Малфоя. — Кровать двухместная, Малфой, — бесцветно сообщил Гарри и накрылся одеялом с головой. Драко неопределенно повел плечом и уставился в окно. Там, за холодным стеклом светила большая, как никогда раньше яркая луна. Освещающая своим бестелесным, туманным светом все красоты, раскинувшиеся на многие километры вперед. Лондон находился в 16 часах езды. Малфою вдруг стало ужасно грустно, до какой-то щемящей пустоты внутри. — Поттер? – позвал он. Тишина. — Гарри? – вновь попробовал он. — Что? – гриффиндорец был поражен. Это первый раз, когда Малфой назвал его по имени. И это имя, произнесенное Малфоем, так понравилось брюнету. — Подойди ко мне, пожалуйста… — его интонации нельзя было назвать мягкими, но сейчас в них не было повелительных акцентов, высокомерных интонаций. Будто завороженный этим новым звучанием, Гарри встал и подошел к парню, внимательно вглядываясь в его лицо. — Ну, чего? Кажется, с секунду Малфой раздумывал над тем, стоит ли отвечать, а потом вдруг произнес: — Поттер, поцелуй меня…? Зеленые глазища округлились. Момент романтизма стал портиться. — Малфой, ты совсем тронулся? — Поцелуй меня! Мне грустно… — Вот еще… — фыркнул Гарри. — Сволочь, — прошипел Малфой и, прежде чем гриффиндорец успел ответить, поцеловал его, мягко касаясь холодными губами теплых. Гарри замер. Ему не было противно… Поцелуй не требовал от него ответа, как поцелуй с Чжоу. И не носил в себе характер позволения, как поцелуй с Джинни. Малфой просто целовал его… Целовал так, как будто бы в этом поцелуе кроется целое послание, будто бы от него зависит вся их дальнейшая судьба, будто бы вся вселенная замерла, оставив в движении лишь их двоих. Доверившись и закрыв глаза, Поттер ответил на поцелуй. Оторвавшись, Драко улыбнулся…