Прогулки в темноте

      Лето неумолимо кончалось. Предки считали это замечательным поводом бывать как можно чаще на даче (правда, совсем не для отдыха). Я же расстраивалась по тому поводу, что кроме дачи нигде больше за городом этим летом не была, а ещё настороженно воспринимала затишье со стороны незримого мира.       С одной стороны, разумеется, в этом больше плюсов — защита работает и никакая хрень меня по ночам задушить не пытается. Но с другой, я не могу перестать думать о зеленоглазом. Ещё ни один визитёр с той стороны, не заставлял меня размышлять о себе так много. Обычно всё ограничивалось флегматичным — призрак и призрак, не впервой. А тут я очень отчётливо помнила его явление воплоти, наяву, а не во сне.       И Сью по поводу него молчала как нарочно.       Подозрения в том, что дело тут нечисто, усилились после того, как он соизволил явиться ко мне во сне.       Это случилось на даче, где я по недальновидности своей решила остаться с ночёвкой, совершенно забыв о защите.       Несмотря на то, что на дворе стоял август, в тонкостенном дачном домике оказалось очень холодно и сыро. Я никак не могла уснуть, ворочаясь на неудобной кровати с давно провисшей панцирной сеткой, и пыталась согреться под тёплым пуховым одеялом. Совсем измучившись, даже не поняла, когда заснула.       Всё началось с того, когда мне показалось, будто в дверь кто-то стучится.       Отчаянно жалея о том, что согласилась остаться на даче в одиночестве, я нехотя выбралась из-под одеяла и на цыпочках стала подкрадываться к двери. На полпути я развернулась, чтобы взять хотя бы кофту и обомлела, узрев своё собственное тело продолжающее находиться всё там же, на кровати.       Значит, опять…       Стук повторился. Настороженно присмотревшись к двери, я увидела, как под ней медленно расползается паутинка измороси.       — Открой, девочка, мы не причиним тебе вреда, — послышался приглушённый голос из-за двери. А точнее голоса будто слившиеся в один. По моему нематериальному позвоночнику пробежали мурашки, но уже не от холода.       Вот это вляпалась!       Отвечать я, естественно, ничего не стала. Сью тогда не просто так говорила о том, чтобы стараться не замечать. Любое взаимодействие — это связь. Слово, взгляд, прикосновение, мысли, чувства. Связь сильнее, если она обоюдна. Каждая проявленная эмоция и оставленное воспоминание упрочняет эту связь.       И я уже сделала ошибку, когда неведомые потусторонние сущности обратили внимание на меня, обратив внимание в ответ. Теперь если я продолжу думать о них или ещё хуже, заговорю, они могут вторгнуться сюда, и тогда я просто не представляю, чем это обернётся для меня. Смогу ли я вернуться назад в своё тело?       Знаете, всё-таки не зря начинающие маги учатся контролировать свои мысли и чувства. Мне бы сейчас это пригодилось, но ввиду своего раздолбайского отношения к жизни, я могу легко расстаться с ней ещё до рассвета.       Стараясь не слушать призывы из-за двери, я постаралась вернуться в своё тело и проснуться. Со мной вообще такое редко случалось, а тут как специально «повезло».       Забравшись на кровать с ногами, я сжалась в комочек, заткнув уши, чтобы не слышать стук, который превратился в град ударов по двери, сотрясающие маленький домик. И не слышать зазывания…       Ещё немного и дверь поддастся.       Когда моего плеча коснулась чья-то тёплая ладонь, я едва не подпрыгнула на месте, но вместо этого только сильнее зажмурилась.       Тогда со мной решили обойтись грубее. Просто схватили за запястье, и с силой отвели ладонь от уха, после чего сказали:       — Прекрати бояться, трусиха.       До предела возмущённая и удивлённая, я распахнула глаза и увидела насмешливое лицо зеленоглазого.       — Я не трусиха. Просто пытаюсь выжить, — прошипела я, чем вызвала лишь язвительную усмешку, пробежавшую по тонким губам.       — Плохо пытаешься. Хотя, если это такая извращённая тренировка… я пойду?       — Нет! — я мёртвой хваткой вцепилась в него, практически повиснув, поскольку зеленоглазый как раз намеревался уходить и выпрямился. Но меня это нисколько не смущало. Я доверчиво заглянула ему в глаза и спросила. — Ты ведь не для того, чтобы посмеяться надо мной пришёл, правда?       Мужчина хмыкнул.       — А вдруг? Мне, знаешь ли, скучно. И я люблю поразвлечься.       Тут меня охватила нешуточная злость.       Весельчак, мать его!       Я хотела заявить, что развлекаться за счёт юных девушек не по-мужски и вообще не мог бы он помочь, раз пришёл и не понимает таких откровенных намёков. Но в этот момент замок на дверях не выдержал такого надругательства над собой и решил остаться торчать в дверном косяке, а сама же дверь отлетела куда-то в сторону.       В комнату мгновенно рванулось что-то тёмное и массивное.       — Не смотри! — рыкнул на меня мужчина, даже не пытаясь оторвать от себя, а напротив, прижав рукой крепче.       Я зажмурилась, пряча лицо у него на груди, но от этого не перестала слышать.       Послышался грохот и оглушающий нечеловеческий вой, после которого всё стихло.       Образовавшаяся тишина оглушала.       — Может быть, уже слезешь с меня? — поинтересовался знакомый голос прямо над ухом, спустя некоторое время.       — Да, только отпусти, пожалуйста, — попросила я.       Чувствуя, как придерживающая меня рука разжалась, я сползла обратно на кровать.       Мужчина, который был уже как бы не совсем незнакомцем, но имени его я ещё не знала, не сводил с меня своего внимательного взгляда.       — Что? — настороженно поинтересовалась я. — Что-то не так?       — Да ничего особенного, — откликнулся он. — Просто понять пытаюсь, как ты дожила до сего момента без меня.       Я даже не нашла, что ему сказать. В чём-то он был совершенно прав. То, что я дожила до пятнадцати — чудо из чудес. Каким-то непостижимым образом, я умудрялась находить неприятности даже в те самые пресловутые моменты, когда «ничего не предвещало». Не знаю, как это получается — вроде само собой и в то же время — я либо эпицентр разрушений, либо их жертва.       Едва не погибнув при рождении и чуть не повторив подобное лет через пять, я куда только не вляпывалась. Отравления, бесконечные болезни, падения. О, вы хоть раз летали с обрыва в пропасть не во сне, а наяву? Я летала. Настолько сильно хотела искупаться в горной речке тогда. Спасли рефлексы. А убегали от маньяка, неадекватных личностей и стояли в одиночку против агрессивно настроенной толпы? Мне приходилось. Плюс этому все эти бесчисленные «чуть». Чуть не попала под машину, под поезд, чуть не утонула…       В общем, невезения в моей жизни смешивались с везением в безумном коктейле, и удивляться, наверное, есть чему.       Вот только с призраками и другими потусторонними сущностями у меня раньше проблем не возникало. Как правило, они были исключительно у окружающих. Теперь, всё изменилось. И потусторонний свет клином сошёлся именно на мне.       И если бы не этот непонятный тип, сегодняшняя ночь окончилась бы для меня неизвестно чем.       — Кстати, а ты кто? — спросила я с беззастенчивым любопытством, искренне считая, что настало время познакомиться, ну или хотя бы приблизиться к этому.       — Я? — вдруг смутился мой спаситель. — Ну, как бы тебе сказать… если коротко, то что-то вроде бога.       Я посмотрела на самонаречённое божество с явным подозрением. Нет, ну он точно не призрак. Вот только на бога тоже не тянет.       — Слушай, а ты бог чего?       — Ничего. Я сам по себе, — последовал странный и, наверное, почти честный ответ.       — Так не бывает, — всё же ответ меня не устраивал.       — С чего ты взяла?       Пришлось пожать плечами. А действительно, много ли я знала о жизни богов?       В данный момент меня просто разрывали на части вопросы о том, кто он именно и почему же так получилось, что приходит он именно ко мне. Но эти душевные метания прервали не очень вежливым образом.       — Тебе пора, — сказал зеленоглазый и легонько меня толкнул.       Это случилось быстро, и я не сразу осознала, что нахожусь в своём теле и, раскрыв глаза, смотрю на того, кто и не думал никуда исчезать.       — Надо же, какая ты быстрая, — сказал он, протягивая руку. — Вставай, уже утро, а тебе ещё дверь чинить.       Приняв его помощь, и оглянувшись в сторону двери, я обомлела.       — Твою ж за ногу!.. — дверь действительно оказалась сорванной с петель. — Что я предкам скажу?       — Тебе помочь? — поинтересовались у меня.       — Что? Дверь починить сможешь, как будто ничего и не было? — обрадовалась я на миг действительно уверовав в его божественную силу.       — Нет, помогу придумать правдоподобное враньё, чтобы тебе не влетело, — рассмеялся этот негодяй. Но вместо того, чтобы запустить в него подушкой, я присоединилась к веселью, настолько странной и забавной казалась ситуация.