Симметрия отправных точек

      — Знаете, что самое ужасное в этом наказании? — Гарри отложил свиток с домашним заданием по травологии и обратился к Рону с Гермионой.       — Что? — спросил Рон. От скуки он уже почти уснул, и сейчас ему очень не хотелось отрывать голову от такого удобного учебника заклинаний.       — Отец прислал мне нормальное письмо, а не громовещатель. Сказал, что я всё-таки его сын, раз ввязался в ночную дуэль, да ещё не с кем-то, а с самим Невиллом Лонгботтомом. Это хуже, чем наказание и потеря баллов, которой мы избежали. Я так старался не быть похожим на отца, а по факту такой же, как он.       — Не унывай, ты поступил правильно. Не ты же спровоцировал эту дуэль, а Невилл. Значит, он и виноват.       — Гермиона, ты тоже так думаешь? — Гарри специально спросил её мнения. Он знал, что Рон поддержит его в любой авантюре, а вот Гермиона была гораздо более рассудительной и мудрой, чем они оба.       — Конечно, иначе бы не отправилась с вами туда ночью. Кстати, а что нас ждёт?       — Отец говорит, что, скорее всего, чистка какой-нибудь древней рухляди, вроде котлов, в которых зелья варил ещё сам Мерлин. Или же помощь Филчу с его картотекой нарушений. И всё это без магии, своими руками. В общем, работа не сложная, но очень скучная и муторная.       — Какой кошмар, нельзя же так! Лучше бы пытали, — Рон, как всегда, несерьёзно относился даже к наказанию.       — Это не смешно. Вдруг оно отразится и на оценках тоже, — Гермиона, наоборот, воспринимала всё слишком серьёзно.       — Это ещё каким образом? — удивился Рон.       — Очень просто. Родители говорят, что о человеке судят по поступкам и один неверный шаг может перечеркнуть многое, к чему шёл месяцами.       — Думаю, это всё-таки не про нас. В этой школе ученики регулярно совершают проступки, — вмешался Гарри. — И ничего, учатся всё ещё.       — Надеюсь. А теперь я в библиотеку.       — А я на стадион. Времени ещё полно, а задания я все сделал.       Гермиона и Рон ушли, Гарри остался в одиночестве и, чтобы не страдать без дела, принялся писать матери. Он старался изложить, почему он так поступил. Не из-за того, что Лили могла упрекнуть сына в непослушании, просто самому Гарри требовалось излить душу. ***       Слушать Фреда и Джорджа можно было бесконечно, а вот узнать от них что-то по-настоящему важное практически невозможно. Но Гарри, а вместе с ним и его друзья, надеялся, что именно близнецы смогут рассказать всё о наказании, которое их ждёт, ведь именно эти двое получали их больше всех в школе.       — Может, раньше и было наказание в виде натирания до блеска старых котлов Снейпа, но сейчас в школе нашли более эффективный способ, — вещал Джордж. — Провинившихся учеников просто заставляют готовить на всех. А что, рецепты есть, продукты и утварь тоже, готовить можно.       — Да, но разве на это не уходит куча сил? А если мы не успеем, ученики что, голодные ходить будут? — спросил Рон. Он был готов убрать во всей школе (кроме разве что гостиной Гриффиндора), но не готовить обед.       — Успеете. Наложат на вас специальные чары ускорения — и успеете.       — Мне кажется, или вы врёте? — сказала Гермиона. — В школе должны быть домовые эльфы, и они приготовят быстрее, а главное, лучше нас.       — Эльфы в школе, конечно, есть. Но, милая девочка... кстати, как тебя зовут? — спросил Джордж.       — Гермиона Грейнджер.       — Постой, неужели та самая Грейнджер, чистокровная ведьма в Мерлин знает каком поколении? Кажется, наша бабка по отцу каждый раз приводит тебя в пример Джинни как образец для подражания. И тут этот идеал перед нами, надо же! Да ещё и провинившийся... — Фред мог бы говорить ещё сколь угодно долго, если бы его не прервала сама Гермиона.       — Так что там с наказанием?       — Ну вот, — продолжил Джордж. — Эльфы в школе, конечно, есть, и их немало, вот только со всей работой они не справляются, и поэтому её часть переложили на провинившихся учеников, то есть на нас с вами. И теперь они готовят обеды, завтраки и ужины. Не всегда, но достаточно часто. А сейчас нам пора — тренировка.       — Эти двое ведь соврали? — неуверенно спросил Рон.       — Конечно, да. Кто нам обед доверит, — ответила ему Гермиона.       — Я бы не был так уверен, — вставил Гарри. — В этой сумасшедшей школе ни в чём нельзя быть уверенным до конца. ***       МакГонагалл подозвала нарушителей после уроков. За эти дни все успели перебрать в своих головах так много вариантов того, что их ждёт, что уже сами запутались в своих версиях. Хотя все трое сошлись на мнении, что едва ли их ждут какие-то опасности. Скорее уж, работа руками — скучная и выматывающая. И поэтому слова профессора МакГонагалл повергли их в шок.       — Вы впятером отправитесь в Запретный Лес в сопровождении Хагрида. Подробности узнаете на месте. Сбор в пятницу в девять вечера около главного входа. Всем понятно? — Гарри, Рон, Гермиона, Невилл и Драко энергично закивали, после чего МакГонагалл отпустила их.       — Я об этом расскажу родителям. Гермиона, ты со мной? — Малфой догнал рейвенкловцев, когда те успели уже достаточно далеко уйти от кабинета трансфигурации.       — Пожалуй, да. Отправить первокурсников в Запретный Лес — это уже чересчур. Ученикам туда ходить нельзя, а если нас туда отправят, то подвергнут опасности.       — Вот именно. Кто знает, какие твари там водятся. А если этот тролль был оттуда? Я пошёл писать письмо отцу, и ты со своим не затягивай. Надеюсь, вместе наши родители смогут вразумить Дамблдора.       — Я тоже на это надеюсь.       Драко тут же куда-то свернул. Он заручился поддержкой Гермионы, а на Гарри и Рона даже не посмотрел, словно их и не существовало. Малфой считал, что нечистокровные волшебники не заслуживают его внимания.       — Ты общаешься с этим снобом? — спросил Гарри. — Он же невыносим. Постоянно ходит с таким видом, как будто он тут король, а мы его слуги.       — Ну да. Знаешь ли, чистокровных волшебников немного, а аристократов среди них ещё меньше, так что мы все знаем друг друга. С Драко я виделась несколько раз в год до того, как поступила в Хогвартс. С ним вполне можно общаться, пока он не зазнаётся.       — То есть никогда, потому что, по-моему, он делает это всегда, — заметил Рон.       — Это твоё мнение, — резко сказала Гермиона, давая понять, что разговор окончен. — Мне надо письмо родителям написать, да и вы бы занялись тем же. Думаю, ещё два письма в адрес директора школы по поводу того, что учеников отправляют в Запретный Лес, лишними не будут.       Вечер все трое провели по отдельности. Гермиона написала длинное письмо домой, в котором подробно расписала, что именно она совершила и какое наказание её ждёт. Она старалась быть максимально объективной, чтобы родители увидели происшествие таким, каким оно было, а не так, как видела это она. Гарри же сидел в библиотеке, делая зельеварение. Его домашние задания по этому предмету с каждым разом получались всё длиннее, а профессор Снейп на последнем уроке даже привёл его в пример другим ученикам как единственного способного зельевара среди них. Рон, хоть и находился в гостиной, как и Гермиона, устроился далеко от неё и отрабатывал заклинание на завтра — они всё ещё выходили у него с большим трудом. ***       Пятеро учеников с трёх разных факультетов стояли около главного входа в Хогвартс. Все были взволнованы и немного напуганы предстоящим. Письма родителям не дали никакого результата, возможно, они просто не успели дойти до адресатов, а возможно, просто директор был непреклонным в своём решении. Вокруг было множество народу, и, как казалось наказанным, каждый задавал один и тот же вопрос: куда собралась на ночь глядя эта мелюзга?       Профессор Минерва МакГонагалл появилась за минуту до назначенного времени вместе с Хагридом.       — Все в сборе? Вы пойдёте с Хагридом. В Запретном Лесу кто-то нападает на единорогов, и вы должны узнать, нет ли новых жертв.       — А это точно безопасно? — спросил Драко. — Знаете ли, мой отец будет разгневан, если со мной что-то случится.       — Точно, — сказал Хагрид. — Пошли уже, время нам терять нельзя.       Лесничий вышел из школы, и первокурсники нехотя отправились за ним. Если бы рядом не стояла профессор МакГонагалл, никто из пятёрки и шага сделать не рискнул бы.       — Разделимся на две группы. Эти двое, — Хагрид показал на Драко и Гермиону, — пойдут со мной, а вы втроём берите Клыка и прочёсывайте лес. С тропы не сходить, далеко не заходить, лампу не гасить. Если заметили что-то необычное, кричите и оставайтесь на месте, я вас сам найду. Понятно?       Гарри, Рон и Невилл закивали. Хагрид дал им большую масляную лампу, а сам открыл дверь своей хижины, откуда на него выскочил большой пёс.       — Клык пойдёт с вами. Пользы от него немного, он труслив. Но нюх хорош, может, поможет с поисками. Теперь пошли.       Детям приходилось чуть ли не бежать, чтобы успеть за Хагридом: на один его шаг каждый из них делал по пять-шесть. Гермиона даже запыхалась от такой нагрузки.       — Ты в порядке? Если тебе плохо, может, вернёшься в замок? — спросил Рон, который такую быструю прогулку переносил лучше всех.       — Я в полном порядке, просто устала. Ты бы лучше о себе думал. Я иду с Хагридом, а вот ты идёшь с двумя такими же первокурсниками и трусливой собакой.       — Не беспокойся. Далеко в лес заходить не будем, и ничего с нами не случится.       — Надеюсь.       Хагрид наконец-то остановился. Они стояли на небольшой полянке, в центре которой был большой пень. Они почти не видели лиц друг друга, луна скрылась за облаками, а света двух масляных ламп явно было мало, чтобы осветить опушку. В почти полной темноте деревья приобрели зловещие очертания, а каждый шорох вызывал мурашки по всему телу. Больше всего на свете пятеро первокурсников хотели оказаться сейчас в своих кроватях, где было тепло и безопасно, а не кутаться в мантии, которые не спасали от холода, в глубине Запретного Леса.       — Здесь мы разделимся. Вы трое идёте вон туда и старайтесь больше не углубляться в лес, а вы двое — пошли за мной.       Хагрид зашагал вперёд, Гермиона с Драко заспешили за ним, и уже через несколько секунд их силуэты нельзя было разглядеть в ночной мгле.       Они шли по узкой тропе, кругом были только деревья и кусты. Никаких звуков, кроме тихого шелеста, хруста сухих веток под ногами и собственного дыхания, они не слышали. В какой-то миг им показалось, что под ногами мелькнула маленькая юркая тень, потом ещё одна. В какой-то момент одна из теней ткнулась холодным носом в ногу Гермионы, девочка чуть не завопила от страха, но её вовремя одёрнул Хагрид:       — Это всего лишь нюхлеры, они безобидны и нам не нужны.       — Какие они милые, — Гермиона наклонилась к зверьку, чей мех переливался даже при тусклом свете лампы. Тот неожиданно вцепился в серёжку девочки, и уже через секунду та оказалась у него в лапах. Остальные зверьки решили последовать примеру своего товарища и тут же забрались при помощи своих маленьких, но цепких когтей в карманы Драко и Гермионы и стали искать спрятанные там монеты. Ревизия всех драгоценностей и монет заняла у нюхлеров меньше минуты. Драко и Гермиона пытались отбиваться от них, но маленькие и юркие зверки не обращали на их попытки никакого внимания.       — Они любят украшения и монеты. Отбиваться от них бесполезно: они всё равно их заберут, — сказал Хагрид. Голос его был спокоен и даже чуть весел.       — «Они любят монеты», как мило! — зло заявил Драко. — Всё, с меня хватит! Я обратно в замок, а утром же напишу отцу. Меня обокрали на территории школы. Это неслыханно!       — Без меня ты никуда не пойдёшь, — возразил Хагрид, но потом оглядел учеников, которые пошли с ним, и понял: им и вправду пора возвращаться. Оба были сильно взъерошены и даже перепуганы, а прошли они уже достаточно, чтобы понять: в этой части Запретного Леса сегодня не случилось ничего из ряда вон выходящего. ***       Гарри, Рон и Невилл ещё с минуту стояли на опушке. Идти одним им не хотелось, но и стоять было невыносимо. Страх с каждой секундой нарастал, а полное бездействие только усиливало его. Первый шаг в сторону нужной тропы сделал Гарри, практически сразу за ним последовал Рон, а Невилл сомневался ещё несколько секунд, но оставаться в одиночестве ему хотелось гораздо меньше, чем бродить по опасному лесу в компании двух таких же неопытных первокурсников.       По узкой тропинке идти приходилось друг за другом, иначе кого-то поцарапали бы многочисленные кусты. Первым держался Гарри с фонарём в руке, сразу за ним шёл Рон, замыкали же группу Невилл и Клык. Передвигались они в тишине, ступая осторожно, постоянно озираясь по сторонам: опасность могла поджидать везде. Время для них замерло. Все трое думали, что бродят по Запретному Лесу целую вечность, хотя на самом деле прошло чуть больше получаса.       Они прошли несколько совершенно пустых полянок и даже немного расслабились, по крайней мере озираться стали не с такой опаской. В очередной раз тёмная тропа вывела их на большую поляну, полные очертания которой нельзя было увидеть при свете масляной лампы. Рон и Невилл наконец-то смогли выйти из-за спины Гарри и также стали осматривать место, на котором оказались.       — Что это такое? — шёпотом спросил Рон, поворачиваясь к Гарри и показывая куда-то вдаль.       Гарри попытался увидеть, о чём говорит его друг, и через несколько секунд действительно разглядел силуэт, склонившийся так низко, что его почти нельзя было различить. От фигуры вдалеке веяло какой-то зловещей силой. Гарри тут же захотелось спрятаться, а лучше — убежать как можно дальше. Рон, очевидно, придерживался такого же мнения, так как Гарри налетел на него в тот самый момент, когда решил спрятаться в ближайших кустах, надеясь на то, что они будут достаточно густыми и за ними не будет видно тусклого света лампы. Стараясь не производить шума, хотя Хагрид велел им обратное, Гарри, Рон, а также Клык спрятались за кустами. В волосах мальчишек застряли ветки и листья, а руки были порядком поцарапаны, но здесь им было куда спокойнее, чем на поляне.       Но Невилл не спешил предпринимать что-либо. Он словно зачарованный стоял на поляне и смотрел вдаль, на загадочную фигуру. Гарри хотел выбежать из своего ненадёжного укрытия, но вдруг Невилл сделал первый неробкий шаг навстречу силуэту. Раздался сильный хруст, тень выпрямилась и, как всем показалось, пристально посмотрела на Невилла, после чего поспешила скрыться. Гарри и Рон вылезли из своего укрытия, как только убедились, что нечто больше не вернётся.       Невилл всё так же стоял в ступоре, попытки Гарри и Рона привести его в себя не увенчались успехом, и тогда они решили попросту дождаться Хагрида. Идти дальше они не собирались: вдруг опять наткнутся на эту тень.       — Гарри, там что-то ещё есть, — Рон опять смотрел в ту точку, где недавно была неизвестная тень.       — Подойдём поближе? Отсюда мы всё равно ничего не увидим.       — Пошли.       Первый шаг они сделали вместе, стараясь не производить никакого шума и даже не дышать. Полдюжины небольших шажков отняли у Гарри и Рона все те немногие моральные силы, что ещё у них остались, и поэтому когда они увидели мёртвого единорога с лужей крови, отливающей в свете луны серебром, то устояли на ногах чудом. Как пришёл Хагрид с Гермионой и Драко, оба уже не помнили, а как добрались до гостиной Рейвенкло — тем более.       — Что там всё-таки произошло? — спросила Гермиона. Она уже привыкла, что мальчишки сами ей обо всём рассказывают, и их молчание казалось странным.       — Какая-то тварь убила единорога, — безэмоционально сказал Гарри.       Гермиона ахнула, её глаза в ужасе расширились. Она отлично знала, что будет с теми, кто решит убить единорога ради его целительной крови.       — А Невилл пытался подойти к этой твари поближе, словно был ей зачарован, — у Рона, как и у Гарри, в голосе нельзя было угадать хоть какие-то эмоции.       — Что вы хотите этим сказать?       — Мы с Роном и Клыком, едва заметили эту тварь, спрятались в кусты, а Невилл стоял словно околдованный. Он и не думал прятаться.       — Идите-ка вы спать, — мудро рассудила Гермиона, видя состояние мальчишек. — Утром, когда отойдёте от шока, расскажете поподробнее, ладно?       Гарри и Рон кивнули и ушли, а Гермионе стало стыдно за своё поведение. Она возмущалась из-за каких-то монет и украшений, которые стащили нюхлеры, в то время как её друзья были в настоящей опасности. Кто знает, что бы с ними стало, приди Хагрид чуть позже. Ей хотелось написать обо всём родителям, они могли дать совет... а ещё они могли забрать её из школы раз и навсегда. Решив со всем разобраться утром, Гермиона тоже отправилась спать. Для них всех сегодняшний день выдался слишком насыщенным.