А Баба Яга не против

      ― Ах ты, черт морской бородатый, чтоб тебе Руслана встретить на кривой дорожке! ― Недобрым словом поминал воеводу Черномора Илья, несясь по улицам в пожарном обозе. Мало им было грохота от многочисленных ведер, багров, топоров, крюков и медных заливных труб, так впереди неслись два верховых горниста из его десятки, оглушая прохожих сигнальными рожками. Те порскали из-под копыт и колес во все стороны, теряя благочинность, шапки и переходя на глубинный русский матерный. Над головой пожарной команды нещадно чадили факелы в подвешенных на палках ведрах с керосином. Учебную пожарную тревогу отрабатывали по всей форме, включая ночные «адские» огни. Экипаж должен был успеть по нормативам добраться до «объекта возгорания».       Тревогу объявили в НИИ на курьих ножках, и Илья мчался туда с удвоенным рвением, переживая, что с его ведуньей может случиться что-то на самом деле. А еще где-то внутри горделиво приосанилась мыслишка покрасоваться перед ней во всем, так сказать, блеске. Добрались так быстро, что у самих дух захватило. Из некоторых окон верхнего этажа на самом деле валил дым. Молодцы похватали снарягу и бросились тушить огненную стену, что встала на пути ко входу. Бочки с водой были на своем месте во дворе НИИ. Илья их регулярно сам проверял и в этой части подготовки не сомневался. У здания обнаружилась причина странного неучебного задымления – Змей Горыныч собственной персоной, привлеченный воеводой для «создания учебной ситуации». Только казначей Кощеев перестарался в своем злотворчестве. Такую дымовуху устроил внутри, что и сам испугался и бегал туда-сюда под окнами, заломив горестно лапы. Илья только сплюнул метко ему на хвост – надо же ящеру свою злодейскую сущность куда-то стравливать без особого вреда для населения, что с него взять – и ринулся в темный проход.       ― Илюха, этих-то куда? ― На подмогу поспела дружина.       ― Пятеро выводят всех с первого. Здесь народу больше всего, но дыма почти нет. Организованно старайтесь работать. Шушеру болотную отловить и под рученьки на воздух, а то она своими воплями всех перепугала. Трое на второй этаж по кабинетам пробегитесь и тоже всех найденных на улицу. Окна открывайте везде. Огня нет, дым выветрить надо. Вы двое со мной на третий. Там обычно почти никого, кроме начальства. Только дыма много, как бы не угорели наши ценные мозги.       Богатыри бодро затопали, куда послали. Илья же знакомой дорогой рванул к лаборатории и ее заведующей.       ― Ты слева кабинеты проверяешь, ты – справа. Если кому от дыма плохо, выводите сразу. Если нормально себя чувствуют, один спускается вместе с группой, второй остается окна открыть. Я к Бабе Яге, ― десятник за несколько секунд оказался у двери и ею же, открытой с ноги, получил по лбу. На пороге стоял Чекан, а у него на руках смеющаяся Софья. Перед глазами встала багровая пелена. От дыма, не иначе!       ― Учебная пожарная тревога! Объявлена эвакуация! ― заорал он, буквально выдирая коварную ведь… ведунью из рук конкурента. ― Госпожа Яга, у вас все признаки отравления угарным газом! Головокружение, кашель. Я вас должен вынести на воздух.       ― У меня тоже признаки, ― заявил этот обух деревянный.       ― Пришлю за тобой носилки, раз у тебя кисея из-под рубахи торчит, ― у брехуна ни в одном глазу тех признаков не наблюдалось. Да и они, скорее всего, в дымоизолированной от грибов-дымовиков части лаборатории отсиделись, а теперь заливают ему в глаза.       ― Илья, это не профессионально, ― укорила его Софья. ― И что еще за кашель? ― Она угрожающе сузила глаза. Илья только зубами скрипнул.       ― Парни, тут пострадавший! Первоочередная эвакуация. Он в сознании, давайте его на замке из четырех рук вниз! Есть еще кто на этаже?       ― Никого не было. Окна пооткрывали.       ― Тогда все вниз.       ― Командир, ― пыхтели богатыри под весом Чекана, ― что это ты себе самую приятную ношу взял?       ― Чтобы самое важное, особо ценное в этих стенах вам доверить? Эээ нет! Тренируйтесь, вон… на кошках!       ― Ой, а про Кота-то ученого не забыли? ― Встрепенулась руководительница НИИ.       ― Парни со второго должны были его захватить. Он на ручках ой, как не любит. Дикий зверь, даром, что ученый. Увидим пару расцарапанных рож, и все вопросы отпадут.       ― Так нам еще повезло с пострадавшим, ― ребята заржали.       ― Еще как! Сейчас будете на нем отрабатывать приемы оказания первой помощи: освободите от стесняющей одежды, уложите на бок, разотрете ему грудь и сделаете искусственное дыхание.       ― Чего еще?! ― Богатыри дружно отскочили в стороны. Пострадавший грянулся оземь.       ― Так, все. Мне лучше уже! Гораздо. Сам пойду.       ― Нет уж, извольте не дергаться и дождаться квалифицированной помощи. Или тут симуляция имела место быть?       ― А вы, десятник, на мне будете навыки отрабатывать? ― Перевела на себя внимание приятная ноша. Богатыри вздохнули завистливо.       ― Мне неловко такому видному специалисту в медицине учебно-лекарское вспоможение оказывать.       ― Будем рассматривать это как ваш зачет.       ― Тогда не смею уклоняться, ― и уже тихо-тихо, на ухо предложил: ― я в ночное сегодня, поедешь со мной? ― Яга согласно кивнула и улыбнулась. У Ильи отлегло от сердца. Уж он постарается, не упустит случая с любимой вдвоем побыть.       Когда все оказались на улице, выяснилось, что пострадали, в основном, особо тонко организованные нервные системы и текущая работа. После такой встряски возвращаться в кабинеты никто не горел желанием. Ученый кот вопил и грозился, что он уйдет из сферы здравоохранения, и хвоста его тут не будет и след простынет! Пусть теперь ищут его за тридевять земель, в тридесятом царстве в Корпорации ДубТелеРадио! Возьмет он свои гусли звончатые яровчатые*, да и пойдет к Соловью Будимировичу на поклон. Давно тот его в сказители для детишек заманивает. Тут-то общественность магическая не стерпела, принялась кота совестить, да уговаривать, а Баба Яга, как прозорливый и рачительный руководитель, в числе первых. Куда же вы, дескать, батюшка, лыжи-то вострите? Да неужто там стрессов меньше будет? Детки они нынче такие, что каждый день божий придется валерьяновой настоечкой нервы расстроенные опять на колки натягивать, чтобы раньше времени не облысеть, да не вернуться к ним в институт уже в качестве пациента. А как же наш уважаемый кот и вдруг в проплешинах будет ходить? Не допустят они, мол, такого! Ну зачем же так себя мучить и портить ценный мех? Да и сами они без него осиротеют. Кто же кафедру анимагов и перевертышей в своих мягких, но сильных лапах удержит, как не наш замечательный Кот?       И вот под такие причитания научное сообщество скрылось в стенах родного НИИ. Богатыри же собрали свои багры-топоры в коробчонку и двинулись восвояси. Учения прошли успешно, а дел еще много до вечера.