The Deal

POV Вика Сидя на краю кровати Келлина, я смотрел за тем, как он спит. Я собирался забрать его, чтобы потрахаться, но, когда я увидел, что он всё ещё спит, я невольно замер и стал за ним наблюдать. Он был совершенно расслаблен, лицо спокойно, а грудь медленно поднималась и опускалась. Я не знаю, почему был так заворожен им. Во сне он казался ангелом, и для меня это было совершенно неправильно. Я демон. Я не должен зацикливаться на этом выглядящем невинно парне, и всё же именно это я и делаю сегодняшним утром. Моё тело, казалось, обрело собственный разум, потому что в следующее мгновение я подсознательно протянул руку и смахнул пару спутанных прядей с его глаз. Он нахмурился, и я тут же одёрнул руку. Зачем я вообще потянулся к нему? Я был очарован. Келлин тихо простонал во сне и немного заёрзал. Одного этого звука было достаточно, чтобы выдернуть меня из транса и снова стать тем озабоченным демоном, которым я по праву являюсь. Я вытряхнул все прежние мысли из головы, уступая место новым и более свойственным мне. Как и обычно, меня совершенно не волновало, что остальные души смотрели на меня с любопытством. Скользнув рукой под одеяло, я начал поглаживать пах Келлина, пытаясь разбудить его. Я чувствовал, что его член становился всё твёрже, а вскоре и сам Келлин проснулся с отчаянным стоном. Чёрт. Я хочу его. Я не стал дожидаться, пока он окончательно проснётся, и, схватив его за руку, вытащил парня из постели. — Что? — спросил он охрипшим голосом, идя спотыкаясь за мной. Я подумывал об изменении сценария в этот раз. Вместо того, чтобы вернуться с ним в мою комнату, я привёл его в ванную, которая сейчас была пуста. Махнув рукой, я захлопнул дверь, а, щёлкнув пальцами, запер на замок. Я обернулся и оглядел Келлина. Он сонно потирал глаза, надув губы из-за того, что я его разбудил. Как люди в таких случаях говорят? Милый? Так ведь говорят, да? И да, он был милым. Я шагнул вперёд и легко поднял его, усаживая на скамью. Я не проронил и слова, пока снимал его боксёры, поспешно бросая их на пол. Я мог бы просто заставить их исчезнуть, однако заметил, что, когда я сам его раздеваю, ему это нравится больше. Посмотрев вниз, я взял его член и начал медленно надрачивать. — Ещё рано, — заныл он. Я вздрогнул от его жалобы. Обычно, если душа жаловалась, я вырывал их язык или, по крайней мере, заклеивал их рот скотчем. Но почему-то с Келлином я решил проигнорировать это. Не знаю почему, но просто решил. Я слишком сильно сближался с парнем. Секс. Это всё, что мне от него нужно. Только секс. Парень расслабился, прислонившись к зеркалу, а я продолжил свои действия. Наверное, он уже привык к этому. Он привык, что я находил его в любое время дня и сразу же приступал к самому делу. Но правда в том, что я всегда шёл именно за ним, потому что если я возьму другого, то вдруг он уйдёт обратно к Майку? Мне без разницы, если я потеряю его, но я не хочу, чтобы Майк получил его! Я скорее изгоню Келлина, чем отдам его другому демону. Он моя собственность, а не чья-либо ещё. Я буду казаться слабаком, если позволю другому демону забрать его. Тихий стон Келлина отвлёк меня от размышлений, и я заметил, что он подрагивал и крепко держался за край скамьи, тяжело дыша. Я убрал руку от него: я не хотел, чтобы он пока что кончал. В мгновение ока мои штаны исчезли, и Келлина даже не пришлось просить, как он слез и встал на колени передо мной, беря член в рот. — Хороший мальчик, — сказал я, поглаживая его волосы. Он поднял на меня свои большие голубые глаза, невинно взмахивая ресницами. И именно это меня восхищало в нём. Он мог казаться сколько угодно невинным, однако я знал правду. В нём не было и капли непорочности. Мне пришлось схватиться за столешницу, в то время как Келлин продолжал двигать головой. Мой член пульсировал в его рту. О, я хорошо его натренировал. Он стал замедляться, проводя языком по головке мучительно медленно. Он за это ещё ох как получит… Моя похоть взяла верх, и, схватив его за волосы, я поднял Келлина на ноги. Он облизнул губы и прикусил нижнюю; его глаза потемнели от желания. Блять. Я развернул его и толкнул к столешнице, нагнув его немного над ней. Я подошёл к парню сзади и положил руки на его бёдра. В зеркало было видно его отражение. Идеально. Так я смогу смотреть за его выражением лица во время секса. Смазав член с помощью своих сил, я легко вошёл в него. Его едва слышимого «ах» было вполне достаточно, чтобы я захотел полностью выйти из него и тут же вбиться снова. На этот раз он вскрикнул. В зеркале я увидел, что парень нахмурился и закрыл глаза, но я знал, что ему это нравится. Чёрт, он принимает меня так хорошо. Я двигался, как и обычно, ну, может, чуть грубее. Мне просто нравилось втрахивать его в столешницу и слышать крики от удовольствия. Он старался держаться на локтях, но с каждым моим толчком ему становилось делать это всё труднее, и в конечном итоге он положил голову на столешницу. Я запустил руку в его волосы и поднял его: мне всё ещё хотелось видеть его лицо. — Не падай, — приказал я, и он кивнул. Я начал вкалачиваться в него быстрее, а он — двигать бёдрами навстречу моим толчкам, сильнее насаживаясь на мой член, и, блядство, как это чувствовалось хорошо. Я провёл ногтями по его спине, оставляя царапины, которые останутся на несколько дней, если я их не залечу. И я не буду их залечивать… Я хочу снова увидеть их, когда мы будем трахаться, что будет, наверное, уже через пару часов. Я не могу насытиться этим парнем. Не знаю, в чём дело… может быть, в его желании делать всё, что я захочу? А, может быть, в том, что иногда он не подчиняется мне… как сейчас… он снова опустил голову, и теперь в отражении не было видно его лица. Но я решил не обращать на это внимание. — Ох, блять. Сильнее, — умолял он. Он всегда хотел больше. Я дал ему то, чего он хотел, потому что этого желал и я. Я начал трахать его сильнее, жёстче. Тихие аханья и тяжёлое дыхание превратились в отчаянные стоны. — Оо, да! Ах, Вик, — он кричал так громко, в то время как я продолжал молчать, сдерживая себя. Безо всякого предупреждения я вышел из него и отошёл на шаг назад. Келлин промычал в знак протеста и почти упал на пол, если бы я не поймал его за талию в последнюю секунду. Я остановился лишь потому, что в глубине сознания была эта навязчивая мысль, что кто-то в мире демонов, мой отец, хотел поговорить со мной. Нет, к чёрту. Я ещё не кончил. — Прости, но нужно закончить по-быстрому, — сказал я. — Просто выеби меня, — прошептал он, с трудом переводя дыхание. Обожаю, когда он так говорит. Я развернул его и поднял, опять усаживая на столешницу, но теперь лицом ко мне. Он сразу же скрестил ноги за моей спиной, притягивая меня ближе, так, что наши грудные клетки касались и я чувствовал его дыхание на своей шее, которую он тут же начал целовать и покусывать. Я удержал стон и оттолкнул его — он прижался спиной к зеркалу, как и раньше. Взяв за бёдра, я немного приподнял его, чтобы снова войти в него. Эта отвлекающая мысль в голове по-прежнему раздражает, поэтому мне придётся поторопиться. Я резко толкнулся в него, наблюдая за лицом, тем, как он закрывает глаза и закидывает голову назад. В отличие от меня, Келлин не сдерживал ни стонов, ни мычаний, ни криков. Он возбуждал меня чертовски сильно. Я мог кончить в любой момент, но всё же ждал его. Взяв в руку его член, я начал надрачивать ему. Он тут же распахнул глаза, а его тело задрожало. POV Келлина — Я так б-близко, — сказал я. Выпрямившись, я обнял его за шею и, запутавшись рукой в его волосах, притянул к себе ещё ближе. Я поцеловал его в подбородок, слегка прикусил кожу и ухмыльнулся, заметив, как он вздрогнул. Я чуть отодвинулся и посмотрел ему прямо в глаза. Подавляющее желание поцеловать его снова появилось, но я знал, что не мог этого сделать. Я не мог подвергнуть риску возможность, что он снова психанёт. Демон закрыл глаза и прижался лбом к моему лбу. Сейчас он вбивался в меня медленнее, но всё равно грубо. Его нос касался моего, и, чёрт, как же сильно я хотел его поцеловать. Во мне появился какой-то бунтарский дух… и я едва ощутимо коснулся его губ своими, делая вид, что это — чистая случайность. Он тут же открыл глаза и гневно посмотрел на меня, но я лишь невинного взглянул на него в ответ. Он опять оттолкнул меня, но продолжил трахать, только теперь быстрее. Я сдерживал себя, однако больше уже не мог. Когда он сжал мой член крепче, я громко простонал. Это знакомое сильное чувство становилось всё интенсивнее и интенсивнее, и наконец я кончил, крича, с силой сжимай край столешницы. — Вовремя, — пробормотал он, а затем вышел из меня и, проведя рукой по члену несколько раз, излился на мой живот, наконец-то простонав вслух. Я поднял на него взгляд и увидел, что он в самом деле улыбается мне. Какое облегчение. Я уж думал, он разозлится за этот «случайный» поцелуй. — Приведи себя в порядок. Я вернусь на второй раунд позже, — сказал он и, подмигнув, исчез. Я глубоко вдохнул и выдохнул. Не думаю, что хоть когда-то устану от траха с ним. С каждым раз секс всё лучше и лучше. Я слез со столешницы, на подкашивающихся, трясущихся ногах дошёл до душа и включил воду, чтобы вымыться. Думаю, секс — это неплохой способ просыпаться по утрам. Хотя мне немного неловко, что мы занимались этим в ванной, где стены очень хорошо отражали звук, что значит, что остальные души слышали всё. Ну, блин, они всё равно уже всё это слышали и раньше. Вымывшись дочиста, я вытерся и надел боксёры обратно. Колеблясь, я всё же вернулся в спальню и заметил, что все на меня как-то странно смотрят. Отчасти это даже пугало, если честно. В комнате царила полная тишина, все смотрели только на меня. Я перевёл взгляд на Джека, который быстро стал моим лучшим другом в этом мире. Он лишь одарил меня предупреждающим взглядом. Предупреждение? О чём? — В последнее время ты стал ужасно много времени проводить с Виком, — начал Хайми. Его кровать стояла ближе всего к ванной, поэтому сам Хайми стоял прямо рядом со мной. — Эм, да. Я тут, эм, я тут ни при чём, если он, эм, если он хочет меня, — робко ответил я. Как я вообще должен более-менее дружелюбно сказать: «Он хочет трахаться со мной, а не с тобой»? — Может и так, но некоторым из нас не особо нравится то, что ты делаешь, — сказал Хайми, подходя ближе. Ещё несколько душ тоже подошли ближе, и вскоре они меня окружили. Я стоял, как вкопанный, боясь пошевелиться, охваченный паранойей, что они что-то со мной точно сделают. Их было около десяти. — Я ничего не делаю, — защищался я. — Хватит пиздеть! — заорал Хайми, отчего я аж испуганно подскочил и упёрся спиной в кого-то сзади, кто толкнул меня обратно в центр круга. Мне начинало становиться по-настоящему страшно. — Ты знаешь, что произойдёт, если он влюбится в тебя. Именно этого ты и добиваешься, и, блять, ты продвинулся в этом намного больше, чем кто-либо из нас. Мы здесь дольше тебя. Мы заслуживаем свободы! Вокруг меня послышались шепотки, согласные со словами Хайми. Я быстро оглядел круг, смотря, какие души были против меня. С некоторыми из них, мне казалось, мы успели стать друзьями. Я посмотрел на Джека, который стоял у своей кровати, отводя взгляд от развернувшейся тут сцены. Он знал что-то, чего не знал я? — Тебя нужно остановить, — продолжил Хайми. — Ну, вы не сможете. Вы не сможете заставить Вика прекратить делать то, что он хочет. Мне жаль, что ваши попытки не удались, но не вымещайте свой гнев на мне, — сказал я, уже немного взбешённый. — Ещё как сможем. Мы тебе покажем, что произойдёт, если ты продолжишь свою хуйню и дальше, — сказал Хайми, а и без того маленький круг сузился ещё сильнее. — Ч-что вы сделаете? — спросил я, полностью окутанный страхом. Стоило мне это сказать, как Хайми пихнул меня в основную часть группы, и в следующую секунду я почувствовал, как на меня обрушивался удар за ударом от их кулаков и ног. Я закричал от боли, но они продолжили избивать меня. Меня бросили на пол, но, конечно, их это совсем не остановило. Я хотел умереть. Я хотел именно этого. Но я был в Аду, я уже мёртв. Ничто не сможет меня здесь убить, верно? — Хватит! — закричал я. — Джек! Джек, помоги! — сквозь ноги душ я увидел, что Джек по-прежнему стоит у своей кровати. Почему он не поможет мне? Почему?! Я даже начал звать Вика, но от этого они стали лишь сильнее бить меня, поэтому я замолчал. Я прикрыл голову руками, куда приходилась большая часть ударов. Боль была невыносимой. Моё тело начало неметь, и вскоре я почти не чувствовал их пинки. Пинали ли меня вообще? Я убрал руки от лица и поднял голову. Хайми смотрел на меня сверху вниз, чему-то ухмыляясь. — Пожалуйста, хватит, — попросил я. Из глаз у меня покатились слёзы. — Джастин, помоги-ка мне тут, — сказал Хайми и грубо поднял меня. Я вскрикнул от боли, когда моё тело выпрямилось. Оглядев себя, я заметил, что на теле появились не только синяки, но и глубокие раны, а из некоторых мест даже текла кровь. Я был изуродован. Мне сломали ещё и рёбра? Я выглядел по-другому. И чувствовал вкус крови. Чувствовал, как она стекает из моего носа и рта. Хайми потащил меня куда-то с помощью Джастина… Джастина, моего соседа по кроватям, с кем я провёл столько часов за разговорами. Мне казалось, мы друзья. — Достаточно, ребят, хватит, — сказал Джек. О, всё-таки решил меня спасти, а? — Нет, не достаточно. Мы хотим, чтобы его больше не было, — прорычал Хайми. Куда они меня тащат? И совсем скоро я узнал это. — Хайми, нет! — в панике закричал Джек. Я был так дезориентирован, что даже не знал, что происходит, пока не услышал звук разбивающегося стекла, а уже мгновение спустя я падал, а моя кожа горела. В прямом смысле горела. По ощущениям, меня бросили в огонь. Я открыл глаза, но по ним ударил нестерпимый жар пламени. Я тут же закрыл их, успев увидеть лишь красное небо и окно, из которого только что выпал. Моя спина ударилась о землю, и мне казалось, что от такой боли я точно умру, но нет. Я кричал так громко и так долго, пока языки пламени пожирали мою плоть. Нормальный человек умер бы лишь от одного удара о землю, но я был в Аду… Я не мог, блять, умереть. Это просто пытка. Боль приносила сплошные мучения. Я чувствовал, как растаявшая кожа стекала с моего тела. А уже в следующую секунду жара не было, но боль… о, боль всё ещё была здесь. Всё, чего я хотел, это потерять сознание, но я не мог. Разум всё ещё работал, хотя тело горело, было избито и бесполезно. Я извивался и кричал, моля кого угодно, чтобы боль прекратилась. — Келлин, Келлин, нет! — послышался голос Вика. Мне было слишком страшно открывать глаза, смогу ли я вообще хоть что-то увидеть? Блять. Я ничего не чувствовал, кроме боли. Медленно, очень медленно она стала утихать. Я перестал кричать и извиваться, а в это время меня кто-то держал. Сильного жжения больше не было, и я наконец-то понял, что можно открыть глаза. Открыв их, я заметил, что был на полу в комнате Вика и зубами он впивался в моё запястье, наполняя тело ядом. В его взгляде явно читалась тревога. Не думаю, что смогу пошевелиться. Или смогу? Он продолжил кусать меня. Всё моё тело потрясывало, и теперь мне было невероятно холодно. Я дрожал, хотя и знал, что в комнате было тепло, как обычно. Со временем Вик отпустил мою руку и положил её рядом со мной. Я оглядел себя, заметив, что тело почернело от золы. Вик тоже оглядел меня, рассматривая каждый мой сантиметр. Затем он махнул рукой, и я снова был чист. — Как ты себя чувствуешь? — всё с той же тревогой спросил он, и именно тогда я разревелся. Конечно, физической боли больше не было, но, чёрт возьми, меня только что избили до полусмерти, а потом сожгли заживо! Вик просто смотрел на меня, пока я рыдал. Он не прикоснулся ко мне, не сказал ни слова, он просто смотрел. Как они могли так поступить со мной?! Не знаю, сколько я захлёбывался слезами, знаю только, что Вик всё это время был рядом и смотрел на меня. В конце концов, я успокоился и убедил себя, что сейчас я в порядке. Я в порядке. Всё в порядке. — Как ты себя чувствуешь? — снова спросил он, но в этот раз спокойнее. — Я-я в порядке, — ответил я и сел, удивляясь, что чувствовал себя на все сто процентов нормально. — Ты уверен? — спросил он обеспокоенно. Вик… беспокоился? Я лишь кивнул. — Хорошо, пошли со мной, — обеспокоенности на его лице больше не было — её заменила чистая ярость. Он поднял меня с пола, стараясь сделать это поосторожней, хотя я и в самом деле чувствовал себя нормально. Он схватил меня за запястье и потащил за собой в комнату душ. Я пытался вырваться из его хватки, потому что не хотел туда возвращаться. Просто не мог! Не когда в комнате были люди, избившие и предавшие меня! Но он всё равно продолжил силой тащить меня, пока мы не зашли в комнату, и только тогда отпустил моё запястье. Я встал ближе к нему, боясь, что кто-нибудь снова причинит мне вред. Первое, на что я посмотрел, было то злосчастное разбитое окно, из которого валил жар. Щелчок пальцев — и оно вернулось в прежний вид. — Кто это сделал?! — заорал он на всю комнату. Все стояли смирно у своих кроватей, никто не издал ни звука, никто не сдвинулся с места. — Отвечайте! Вы знаете, что я всё равно найду правду, так что лучше, блять, сами сделайте шаг вперёд, а не то сильно пожалеете. Души переглянулись друг с другом и один за другим, кто участвовал в моём избиении, сделали шаг вперёд. Вик обернулся ко мне. — Это все? — спросил он, и я посмотрел на их лица, отмечая, что это именно они. Единственный, кто не вышел вперёд, был Хайми. — Хайми, — прошептал я. На лице Вика отразился шок, а затем он перевёл взгляд на Хайми. Вся комната замерла в ожидании, что же Вик сделает. — Вы все изгнаны, — сказал он и щёлкнул пальцами, как ни в чём не бывало. Чуть меньше половины всех душ исчезло в один миг, кроме Хайми. Он все ещё был здесь. Демон подошёл к нему. Любимчик Вика выглядел напуганным до смерти. Вик положил руку на его плечо, а затем они испарились, и комната мгновенно оживилась разговорами. — Келлин, прости меня, — тут же начал извиняться Джек и подошёл ко мне. Я мотнул головой и попятился. — Да пошёл ты, — огрызнулся я. Развернувшись и не сказав больше ни слова, я выбежал из комнаты душ и вернулся в спальню Вика, захлопнув за собой дверь. Я знал, что мне нельзя здесь находиться, но я никак не мог находиться и там. Меня сильно колотило и потрясывало. Я не мог поверить в то, что только что произошло. Вик изгнал те души, и ради чего? Ради меня? Он изгнал их ради меня или причинение вреда другой душе — это правило, которое они нарушили? И куда он забрал Хайми? Мои мысли смешались просто в одну кучу. В голове царил полный беспорядок. Я подошёл к кровати Вика и залез под одеяло, потому что я слишком сильно дрожал и начал мёрзнуть. Скорее всего, он накричит на меня и прогонит из своей комнаты, когда вернётся, но сейчас мне было абсолютно без разницы. Надо мной стала брать верх усталость. Разум наконец-то усвоил произошедшее и я просто чувствовал себя обессилевшим и измученным. — Хей, — oт голоса Вика я вздрогнул. Я даже не заметил, когда успел закрыть глаза, но тут же их распахнул и увидел, что Вик лежит рядом со мной на кровати. — Привет, — мой голос звучал хрипло. Он помолчал немного, а потом снова заговорил. — Ты должен вернуться. — Нет! Нет, прошу, не заставляй меня туда возвращаться. Не сегодня. Пожалуйста. Они все просто смотрели, как меня избивали до полусмерти, а потом, блять, выкидывали в окно. Прошу, Вик, я не могу, пожалуйста. Я… — Тихо, Келлин, хватит, хорошо, ты можешь остаться, только успокойся, — сказал он, и я глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Какое-то время мы молчали, глядя друг на друга. Мы оба лежали на боку, лицом друг к другу. И в этой тишине мой разум снова начал работать и думать, почему он так добр ко мне и почему разрешил остаться. Почему он решил пожалеть меня? — Я не должен был уходить, — первым нарушил тишину Вик. Его лицо ясно выражало сожаление. Я придвинулся ближе к нему и мотнул головой. — Нет, ты не знал, что они устроят подобное, — заверил его я. — А стоило бы знать, — ответил он. — Они сказали, почему так поступили? Я снова мотнул головой. Никогда и ни за что на свете я не расскажу ему правду. Да он сразу же изгонит меня, если узнает, что я пытался влюбить его в себя, чтобы сбежать отсюда. А теперь я больше не знал, хотел ли я этого. Что было на Земле для меня? Конечно, там была моя семья, но, опять же, я не так уж и ненавижу Ад. В смысле, меня бесит, что я не могу уйти куда-нибудь или заняться тем, чем я обычно занимался. Меня бесит, что я больше не гуляю с друзьями, но жить здесь, внизу, не так уж невыносимо. — Как ты сейчас себя чувствуешь? — спросил Вик. Он положил руку на мою талию и начал успокаивающе её поглаживать. Не думаю, что он действительно осознавал, что он делал, а, может, и осознавал. — Измученно, если честно, — признался я. Его рука крепче сжалась на моей коже, а сам он придвинул меня ближе к себе. Лежать в его руках, конечно, здорово, но меня это чертовски сбивало с толку. — Ты ведь понимаешь, что обнимаешься со мной сейчас, да? — спросил я дразнящим тоном. Он ухмыльнулся и кивнул. — Разве у людей не принято так утешать? — уточнил он. Его рука двигалась вверх и вниз по моей спине, и от его прикосновений у меня пошли мурашки. С чего это он захотел утешить меня? Это ведь не в его природе — заботиться о ком-то. — Куда ты забрал Хайми? — вырвалось у меня, прежде чем я успел подумать. Вик напрягся. Не стоило мне это спрашивать! Он был так добр, а сейчас я наверняка взял и разозлил его. Я решил тоже приобнять его, потому что меня это успокаивало и мне казалось, что это успокоит и его. И я угадал, потому что он расслабился. — Я отдал его демону Гнева, — ответил он. Думаю, в этом был смысл. Я знал, что в глубине души он всё же хоть сколько-то, но переживал за Хайми, а потому ему было трудно изгнать его. Всё равно Хайми, наверное, будет счастлив с демоном Гнева. — Мне жаль, я знаю, что он тебе нравился, — сказал я. Он нахмурился и мотнул головой. — Не так, как нравишься ты, — прошептал он. Что?! Готов поклясться, я перестал дышать в тот момент. Он в самом деле только признался, что я ему нравлюсь? Я посмотрел ему прямо в глаза, а он — мне. Мы явно сейчас думали об одном и том же — друг друге. Он поднял руку и убрал пару прядей с моего лица, прямо как этим утром. Он придвинулся ещё ближе, так, что наши носы соприкасались. — Что ты со мной делаешь? — прошептал он. Я не знал, что ответить. Его губы приближались к моим. Неужели он сейчас… …поцелует меня. Он только что поцеловал меня. Он сократил оставшееся расстояние между нами и нежно прижался к моим губам. Я медленно ответил на поцелуй. Я боялся, что если я сделаю что-нибудь не так, то он разозлится и отодвинется. Он всё же замер, но на мгновение, а затем сильнее прижался к моим губам. Однако совсем скоро он отстранился. Он не дал мне и шанса рассмотреть его выражение лица. Вместо этого он прижал мою голову к своей груди. — Спи, — приказал он, поглаживая мои волосы. Я не рискнул ослушаться, да и к тому же я действительно устал, поэтому быстро уснул, чувствуя бабочек в животе.