Слепота - не приговор, чья-то прихоть - не моя судьба

      Сейчас был четверг. Раннее утро, когда большинство людей преспокойно видят свои сны и не беспокоятся о скором пробуждении. Та самая пора, когда будильники уже через пару минут начнут бесить всех в радиусе нескольких метров, а подушка, кажется, обладает просто невероятной силой притяжения. Большинство обитателей дома семьи Савада сейчас с чистой совестью, которая у некоторых напрочь отсутствовала, занимались тем, о чём Цуна мог лишь мечтать, — спали. А всё почему? Потому что одной наглой, противной сволочи взбрело в голову, что произойдёт как минимум глобальное наводнение, а то и конец света, если его ученик с утра пораньше не побежит наматывать круги вокруг города. С чего вдруг Реборн так решил Цунаёши интересовался не раз и даже не десять, но вместо ответа, как правило, получал только ускорение пинком под зад и количество кругов, которые нужно намотать сегодня.       Как Вы понимаете, это утро исключением не стало. Очередной марафон, уже привычные, пусть и раздражающие, подначки от аркобалено, поиск пути домой из произвольного конца города… Единственное положительное, что парень видел в таком бесполезном занятии как утренние (а иногда и вечерние) пробежки — Намимори со всеми её улочками, переулками и тёмными подворотнями он теперь знал как свои пять пальцев. Не самая необходимая информация, но крайне полезная, особенно для него. А вот чего он терпеть не мог, так это того, как несносный киллер рассчитывал время. Казалось бы, можно как все нормальные люди засечь сколько времени уходит на пробежку, накинуть каких-то полчаса на сборы и просыпаться с таким расчётом, чтобы всё успеть и вовремя выйти из дома в школу. Но так ведь поступают нормальные люди!       Нет, конечно, Савада всё успевал и никуда не опаздывал, но сами посудите, разве это не издевательство? Реборн почти каждый день будил его ровно в пять и около часа гонял по городу. Добавьте к этому время на сборы, медленное возвращение домой. В конце концов уже около семи Цунаёши был готов идти в школу, но вот незадача — как правило, он выходил минут на сорок позже. Идти заранее — скучать в одиночестве ещё с полчаса ибо что школьники, что учителя приходят практически перед самым началом уроков. Доспать это время тоже не получается — после парень просыпался с ещё большим желанием спать чем до, неоднократно проверено. Просить будить его позже, сами понимаете, — бесполезное и травмоопасное занятие. Остаётся только занять себя чем-то на эти полчаса, что, как оказалось, тоже не самая простая задача.       Что самое обидное, аркобалено в это время преспокойно дрых и неудобств от раннего подъема вообще не испытывал. Да что там, во всём доме бодрствовали только он и Нана! С одной стороны, конечно, свободное время без надзирателей, но с другой… О конспирации забывать нельзя, к домашним делам, как и раньше, женщина сына и близко не подпускала. Из возможных занятий остаётся только прослушивание телевизора, чтение книг да размышления о бренности бытия.       О, как же Цуну раздражала эта конспирация! Нет, он прекрасно понимал, что иначе никак нельзя, но чёрт возьми! Когда его загружали «общественно полезными делами» и тренировками это не сильно бросалось в глаза. Тут бы выжить и до кровати доползти — уже будет замечательно. Но свалившееся свободное время заставляло задуматься о досуге и — вот незадача — это стало реальной проблемой.       Чем занимаются обычные подростки, предоставленные самим себе? Вариантов много, начиная с просмотра телевизора, игр на приставке/телефоне/компьютере, прогулок с друзьями и заканчивая рукоделием, учёбой и занятием спортом. Уберите из этого списка всё связанное с техникой (ибо экраны не видно), физической активностью (Реборна с его занятиями за глаза хватает) и взаимодействием с людьми (друзья — это скорее повинность чем отдых, а вот с приятной компанией толком и не поговоришь). Особых увлечений у Цуны никогда не было, как и излишней тяги к учёбе, и что в итоге остаётся?       Не подумайте, раньше свои свободные часы Савада проводил в тренировках с пламенем, пытаясь повторить те или иные трюки, что ему показывал Верде, или же развлекаясь с тем, что оставалось от импровизированных уроков с его домашними киллерами. Да, от пистолета или набора продвинутого химика толку мало, но вот собирать примитивные устройства или решать оставленные ему логические задачи парню нравилось. В чём тогда проблема, спросите Вы, раз способов скрасить досуг хватает. А всё дело в малюсенькой загвоздке — пламени. Для всего вышеперечисленного требуется задействовать такое его количество, которое будет видно окружающим. И как назло что Реборн, что его друзья-одноклассники это самое пламя обязательно заметят — потом замучаешься оправдываться что это такое и откуда всё знаешь.       При таком раскладе единственное, что радовала Цунаёши — его линзы имели намного больший диапазон, чем человеческие глаза. Если интенсивность пламени не превышала некоторого порогового значения, окружающие его просто не видели, в отличие от него. Именно благодаря этому никто до сих пор не заподозрил что с его учебниками, ручками, карандашами и многими другими вещами что-то не так. Да что там, на его глаза тоже никто не обращал внимания, хотя плотность пламени там была раза в два больше чем в остальном теле. Вот и получается, что с учётом вышеперечисленных фактов для досуга оставались только книги (а их количество сильно ограничено!) да телевизор с радио, слушать которые Цуна не особо любил. Мини-библиотека закончилась удручающе быстро, так что парень отчаянно скучал по утрам, развлекаясь анализом последних событий и прогнозированием планов на будущее. Тоже скучно, но пока альтернативы подросток не видел.       Вот уже почти две недели как в небольшом доме семьи Савада стало на одного жильца больше. Против поселения Футы из домочадцев никто не возражал (привыкли), между соседями опять прошёл слух о том, что Нана ворует детей. Одним словом, ничего, что стоило бы внимания, не произошло. И если сам факт появления ребёнка никого не удивил, то дальнейшие события, связанные с ним, заслуживают внимания. Мальчику, конечно, было уже семь лет, да и шила в одном месте, как у некоторых, не было, но даже так ребёнку удавалось чудить.       Вообще, мальчик был удивительно тихим, спокойным и крайне неконфликтным. Хотя он и знал японский (поразительный факт — почему-то японский язык знали все встречающиеся мафиози), но воспринимал его исключительно на слух. Читать Фута любил, книг на итальянском в свободном доступе не было, так что практически сразу он озадачил Нану просьбой научить его читать. Учеником он оказался прилежным, так что женщина нарадоваться не могла на нового домочадца. Тем более мальчик не зазнавался и с удовольствием играл с другими детьми, старался помогать ей с делами по дому. А уж когда вдохновлённые его примером и её понуканиями Ламбо с Ипин чуть присмирели и стали лучше поддаваться дресир воспитанию, Нана вообще стала считать себя счастливым человеком.       Хотя, не стоит забывать, что помимо детей в доме регулярно ошивалась и кучка подростков, которые умудрялись каждый вечер превращать спокойный дом в филиал отделения для буйно помешанных. Ну, по крайней мере со стороны это выглядело именно так. Неподготовленному человеку в это время к ним лучше и близко не подходить, в чём Фута убедился уже на следующий день после смены места жительства.       Начиналось всё довольно мирно и обыденно. Цуна с друзьями поначалу ошивались в гостиной, но когда шум, а именно, вечные крики Ламбо, их доконали, парни единогласно решили подняться в комнату Цунаёши. То, что в это время там крутился исследующий дом Фута, было чистой случайностью, однако так просто отпускать ребёнка некоторые и не подумали.       Казалось бы, что страшного в том, что мальчик заглянул в пустую комнату? Но ведь и ор Гокудеры с вечными угрозами кровавой расправы уже давно никого не впечатлял. Поправочка, никого, кто был неплохо знаком с Хаято. Как понимаете, Фута к таким не относился, поэтому уже через минуту, когда Гокудера хорошо так разошёлся, мальчик только и мог, что испугано жаться к стене, стараясь не расплакаться. Без сомнений, он уже не раз успел пожалеть, что вообще сунулся к Саваде и согласился жить в этом доме. Сами посудите, то Цуна подкрадывается весь в крови, то его друзья грозятся убить с особой жестокостью, то Ламбо периодически рядом с ним гранаты теряет.       Когда же окружающие наконец сориентировались что к чему и попытались прекратить начавшийся беспредел, непонятно откуда выпрыгнул Реборн, двумя пинками перенаправил гнев Гокудеры на других людей и самодовольно уселся на плечо ученика, наблюдая за плодами своих трудов. Тем более, к его величайшему удовольствию, Цуна без дополнительных указаний бросился успокаивать ребёнка, уверяя его что Хаято — идиот, но бояться его не нужно.       В какой момент эта перепалка переросла в глобальное тестирование способностей мальчика никто толком и не заметил, но в том, что изначально всё только ради этого и затевалось, Савада не усомнился ни на миг. А началось всё с банальной вырванной из контекста фразы.       — Закрой рот, тупой бейсболист! Я стану правой рукой Джудайме и никто иной! — как обычно распинался Гокудера. Его почему-то совершенно не смущало, что Ямамото, с которым он формально ругался, почти не скрываясь смеялся и лишь изредка подначивал его. Цуна его в какой-то мере понимал, самому иногда так и хотелось довести некоторых до ручки, хотя как он при этом мог спокойно реагировать на непрекращающийся ор прямо в ухо подросток понять не мог. Больше этого поражало только то, что Хаято каждый раз заводился с пол оборота и ему было плевать и на причину спора, и на то, что он больше напоминал ругань со стенкой, чем диалог.       — Я могу составить рейтинг… — тихо предложил Фута, всё ещё побаиваясь слишком буйных подростков. Не то чтобы ему нужно было чьё-то разрешение для этого, но, во-первых, с ним как-то спокойнее и безопаснее (а то застукают, опять начнут ругаться и угрожать), во-вторых, окружающие обычно сами подсказывали о чём будет интереснее всего узнать, ну и в-третьих, хотелось похвастаться. По крайней мере Цуна ему точно нравился и, как любому ребёнку, ему хотелось услышать похвалу и восхищение своим необычным способностям. Вот только его тихое предложение парнями было либо не услышано, либо проигнорировано, зато аркобалено только этого и ждал.       — Итак, — неизвестно как, но Реборну удалось перекричать и успокоить всех, при этом не прилагая особых усилий. — Сейчас свершится таинство, ранее не виданное вами! Узрите, смертные, что скоро покажут вам. И да откроются величайшие тайны человечества!       В ответ на излишне пафосную речь киллер увидел лишь ничего не понимающие взгляды подростков и Футы. Обидно, конечно, что сходу его не поняли, но останавливаться он в любом случае не собирался. В конце концов, если аркобалено солнца что-то уже решил, то последнее, что его может остановить, это мнение общественности и жертвы, попавшей под раздачу. Тем не менее, мысль нужно было разъяснить, поэтому Реборн перепрыгнул на кровать к мальчику и несильно того толкнул, словно призывая к действиям.       — Я могу связываться с Рейтинговой звездой и составлять рейтинги. Они всегда очень точные и правильные, и я мог бы составить нужный рейтинг прямо сейчас, — чуть помявшись, рассказал о собственной способности Фута.       — Круто! — искренне сказал Цуна. Он ещё утром вспомнил что ему рассказывали об этом мальчике, да и после у Шамала всё уточнил, так что эти откровения не стали чем-то неожиданным. А вот готовность ребёнка к сотрудничеству просто не могла не радовать. В голове моментально пронеслась тысяча и одна идея как можно было бы использовать эту способность для собственного блага. И плевать, что это не слишком красиво. В конце концов, Фута сам предложил, да и не собрался же Цунаёши таким образом планы по захвату мира строить. Так, проверит несколько теорий, попробует раскопать компромат на небезызвестных врачей и учёных. Если повезёт и про некоторых репетиторов что-то узнает. Или про одноклассников, мало ли что они могут скрывать. И только Савада собрался что-то спросить, как был нагло перебит.       — Я тебя сейчас словлю! — как обычно громко орал Ламбо, гоняясь за Ипин. За очередной игрой они, наверное, даже не заметили, как оказались в комнате Цунаёши, чего не скажешь об остальных. Крики моментально весь настрой сбили!       В ответ девочка только громко закричала и побежала ещё быстрее. Ну а Ламбо, естественно, стал ещё усерднее её догонять. Разогнавшись, они даже не заметили, как умудрились сбить с ног Гокудеру, толкнуть Ямамото и налететь на Футу. Только когда мальчик уже поймал Ипин и оба ребёнка поняли, что никто ни от кого не убежит, они начали обращать хоть какое-то внимание на окружающую обстановку. А посмотреть было на что. Ямамото, который до этого стоял не слишком устойчиво, очень красочно упал на Цуну, который ожидаемо также не удержал равновесие. Как итог, Савада ударился затылком об пол, сверху на него свалился Такеши, который весил далеко не как пушинка, и мало того, что не позволял подняться и даже активно шевелиться, так ещё и дышать мешал. Бедный Гокудера просто разрывался, не зная что делать в первую очередь: наорать на детей, из-за которых он упал и болезненно ударился об тумбочку, на Ямамото, который посмел довольно специфически (со стороны это выглядело двусмысленно) упасть на Джудайме, или всё же помочь обожаемому Саваде подняться. Ламбо с Ипин тем временем умудрились забраться на Футу и уже оттуда следить за бедламом, который сами же и сотворили. Побегали, называется.       — Тупой бейсболист! Да как ты!.. Да… Ты… — видимо, рука от встречи с тумбочкой болела не слишком сильно, так что в приоритете оказалось выяснение отношений с Такеши.       — Успокойся, Гокудера-кун, — кое-как просипел Цуна, наконец сумев принять вертикальное положение. За три месяца их с Хаято знакомства тот не стал хоть сколько-то терпимее к окружающим, зато Цунаёши смог в полной мере осознал свою власть над ним. Не то чтобы он ей злоупотреблял, но то, что очередной скандал было возможно прекратить буквально парой фраз, не могло не радовать. Жаль, конечно, что срабатывало не всегда, но ведь и у Савады в этом деле было маловато опыта.       — Вернёмся к нашим рейтингам, — а вот Реборна, кажется, всё более чем устраивало. А иначе чего бы он так довольно лыбился? Цуна это его довольство буквально кожей чувствовал, никаких линз не надо. Удивительно только что он промолчал и не прошёлся в очередной раз по способностям собственного ученика стоять на ногах, но, скорее всего, у него просто было запланировано что-то очень важное и отвлекаться на такую мелочь он не стал.       — Составь рейтинг, кто больше подходит на роль десятого босса Вонголы, — аркобалено, конечно, мог планировать что-то другое, но Цуна решил, что этот жизненно важный вопрос он озвучит первым. В конце концов, из образа он не выходит, а результат может существенно упростить ему жизни. Конечно, в случае если на первом месте будет кто-то посторонний. Сомнительно, что даже тогда его оставят в покое, но ведь какие-то послабления явно будут. Рейтинги Футы очень ценятся в мафиозных кругах, так что разбазаривать ценные ресурсы в лице аркобалено на парня, который не входит в топ подобного списка, явно не станут. Осталось надеяться, что имя Савада Цунаёши окажется где-то не в первой двадцатке.       — Хорошо, — сказать, что окружающих не удивил вопрос, значит нагло соврать. Для большинства будущий титул Цуны казался вопросом давно решённым, так что фанатичный блеск в глазах и надежда на лице Савады в ожидании ответа многих поставили в тупик. Ну, из тех, кто понимал что вообще сейчас будет происходить. Один лишь Реборн смотрел на ученика со скептицизмом и лёгкой насмешкой, хотя этого никто и не заметил.       В общем, сказано — сделано. Пожав плечами на такой странный заказ, Фута устроился на кровати поудобнее, сосредоточился и приступил к составлению рейтинга. Даже коллективный ступор в тот момент, когда мелкие предметы начали взлетать, его ничуть не отвлёк. Да что там, даже смех детей, которые почему-то были отнесены к категории вещей и также взлетели, он спокойно игнорировал.       — Итак. В рейтинге на место десятого босса Вонголы первое место занимает Савада Цунаёши, как сын внешнего советника, потомок Джото, основателя этой семьи, и владелец пламени неба. На втором месте находится Бестер Ономичи, как сын одного из хранителей девятого и владелец пламени неба. На третьем месте — Джагер Аоба, как младший сын того же хранителя и владелец пламени неба.       Посчитав свою миссию выполненной, Фута тут же полез записывать только что сказанное в книгу, не обращая никакого внимания на окружающих. Впрочем, на что там смотреть? Реборн, пусть и не узнал ничего нового, но был доволен учеником (хотя скорее уж первым местом, которое он занимал), Хаято стал кричать, что никогда не сомневался в Джудайме (да, все уже давно забыли в каких обстоятельствах он с Цуной знакомился), Ламбо с Ипин просто пролетали мимо, Ямамото внешне мало от них отличался, даром что не летал, а вот Цунаёши буквально застыл памятником самому себе. Это было фиаско. Такой подлости он не ожидал, хотя в глубине души и понимал, что не просто так вокруг него хороводы водят. Слежка, негласная охрана, аркобалено в наставниках… Если аналогичный рейтинг был в руках Вонголы (а он был, судя по реакции Реборна), то планы на побег или хотя бы безболезненное списывание со счетов можно смело хоронить.       От осознания жестокости мира вокруг у подростка моментально пропало хорошее настроение вместе с желанием развлекаться, зато навалилась едва ли не депрессия и нестерпимо захотелось забиться куда-то в угол и притворится тумбочкой — незаметной, старой и абсолютно не интересной для окружающих. Впрочем, воплотить своё желание он смог почти моментально — кого интересуют странные реакции и поведение Савады, когда тут рейтинги составляют?       — А теперь, кто больше всего подходит на роль правой руки Дечимо? — Гокудера остался верен себе.       — Нет! Ламбо-сан же самый великий, да? Ламбо-сан убьёт Реборна и станет самым сильным в мире!       — Заткнись, корова! Не видишь, тут взрослые люди важные вопросы решают! Не лезь! А лучше вообще лети отсюда!       — Не надо так кричать, Хаято, — если появление детей в комнате сюрпризом ни для кого не стало, то момент, когда рядом появилась Бьянки, пропустили все. Кроме аркобалено, естественно. Девушка, почему-то, была в солнцезащитных очках (решила кое-кого пощадить), но даже в них заставила многих нервно вздрогнуть. — Давайте составим любовный рейтинг!       — А может всё по порядку? — попытался всех утихомирить Фута. Последовавший после предложения девушки галдёж ему совсем не нравился.       — Сейчас ты тут главный, так что тебе и решать, — почти сразу поддержал мальчика Реборн. Как ни странно, после этого моментально установились тишина и порядок. Впрочем, что тут странного? Разве только то, что киллер очень быстро решил вмешаться. Обычно перед подобным он выжидал несколько минут не то наслаждаясь хаосом, не то реакцией на него некоторых.       — Хорошо. Тогда, — мальчик вновь сосредоточился, заставляя вещи летать вокруг него, и задумчиво уставился на людей вокруг. Возможно, кто-то бы и испугался такого отрешённого взгляда, словно глядящего куда-то сквозь людей, но слабонервных в комнате не наблюдалось — все наоборот подобрались и напряжённо ждали что же будет дальше. Спустя буквально десяток секунд взгляд мальчика остановился на Ипин и представление началось. — Ипин… Ты занимаешь шестнадцатое место из 35674 людей, которые обещают стать опасными противниками в будущем. Твоя техника Гёдза Кен на 145 месте, среди самых эффективных атак на средних дистанциях, а стиль боя на 378 месте из 36754 по эффективности на коротких дистанциях.       — Получается, Ипин довольно сильная, — в излюбленной манере засмеялся Ямамото, принимая всё за очередную игру.       — А Ламбо-сан всё равно лучше! — закапризничал мальчик.       Остальные от комментариев воздержались, хотя выводы сделали. Да и глупо было бы игнорировать подобную информацию — как правило такие рейтинги мало того что стоили бешеных денег, так ещё и получить их — задача не из лёгких. Один Цуна был словно не от мира сего: сидел в углу, глядя на всё невидящими глазами, и никак не реагировал на происходящее. Впрочем, его можно понять.       Нельзя сказать, что в свои четырнадцать парень был взрослой и самостоятельной личностью, хотя и наивным подростком, по собственному скромному мнению, он тоже не являлся. Савада прекрасно осознавал, что не в его силах тягаться с мафией — его давно уже просветили о возможностях Вонголы, как и о его важности для неё. А побег, на который он так рассчитывал… Скажем так, не смотря на все ухищрения Верде и его личные бесконечные протесты, подросток осознавал насколько сильно зависел от окружающих. И что даже со всеми своими связями долго прятаться не сможет. Единственный выход — стать не нужным или бесполезным, что он и пытался сделать (конечно, без ущерба себе) начиная с момента появления Реборна. Не слишком успешно, но всё же. А теперь стало зеркально ясно — всё надежды напрасны. Если сбегать — то только на тот свет, других перспектив не видно. Ну а так как умирать он крайне не хотел бы… Да, есть от чего впасть в уныние. Или ещё активнее напрячь «то, что ему условно заменяет мозг» (как выражаются некоторые) и искать другие выходы из патовой ситуации.       — Ламбо, — следующим на глаза попался именно он. — Самый раздражающий мафиози из всех имеющихся.       — Что?! — мальчишка аж подпрыгнул от возмущения. И пока он собирал мысли в кучу и придумывал как бы лучше возмутиться наглым враньем, остальные лишь кивали головами, соглашаясь с каждым словом. Ламбо уже давно всех достал.       — А также ты на первом месте среди людей, общаясь с которыми уже через пять минут хочется привязать их к стулу, заклеить рот и на пару дней забыть в закрытом подвале.       И снова та же ситуация. Мальчик возмущённо хватает ртом воздух, а остальные кивают, довольно улыбаясь. Как ни странно, даже Ипин была полностью согласна с постановкой вопроса, хотя вроде как числилась подругой Ламбо. Что не говори, а более-менее спокойно уживаться они начали чуть больше месяца назад, до этого мальчик получал от неё едва ли не чаще чем от Реборна. Да что там, сама формулировка вопроса заставляет задуматься что же такого сделал Ламбо Футе, что его на составление подобных рейтингов уже через сутки знакомства потянуло.       Так и не найдя поддержки, мальчик всё же разревелся, извергая невнятные ругательства, и рванул к Цунаёши в уголок в поисках политического убежища. Впрочем, там его тоже не поняли, так что он почти сразу умчался жаловаться Нане и клянчить конфеты. Тем временем, составление рейтингов продолжилось.       — Ямамото Такеши… — мальчик ненадолго замолчал, словно решая о чём бы хотел узнать. — На первом месте среди самых перспективных бейсболистов в семи ближайших префектурах. На 17 месте среди 5498 людей, которые в будущем могут занять высокие посты в Вонголе. На 305 месте из 7659 людей, кто мог бы стать важной шишкой в CEDEF. На 31 месте среди людей, кто мог бы ужиться в Варии в роле одного из офицеров. Из оружия больше всего подходит меч.       Окружающие присвистнули. Даже Цуна, кажется, начал подавать признаки жизни и возвращаться в бренный мир. И, да, информации для размышлений появилось много. Как бы Такеши не кривлялся в обычной жизни, временами он сильно выпадал из образа беззаботного, недалёкого и увлечённого спортом школьника. Другое дело, что вокруг него было много слепых (фигурально, конечно) людей, которые даже если что-то замечали, сделать выводы были не способны. Да и случались подобные казусы не часто. Но даже с учётом всего этого, мнения о том, дурак парень или только талантливо притворяется, делились где-то 50 на 50. А этот рейтинг… Он заставил некоторых задуматься и присмотреться. Впрочем, когда Ямамото рассмеялся и с самыми честными глазами поинтересовался что за места и когда они начнут играть в Варию, тот же Гокудера лишь зло чертыхнулся и подвохи искать перестал. Каждый остался при своём мнении, хотя и рейтинг все запомнили. На всякий случай, так сказать.       — На каком он месте среди тех, кто подходит на роль правой руки Джудайме? — всё же не утерпел Хаято. Похоже, полученная информация его не слишком впечатлила, а вот наболевший вопрос требовал прояснения немедленно.       — Он на третьем месте, — спустя несколько секунд ответил Фута, заставив Гокудеру на некоторое время застыть, осмысливая хорошо это или плохо. Ну а пока тот ненадолго выпал из реальности, мальчик продолжил. — Гокудера Хаято… На девятом месте среди людей в этом городе, которых стоит опасаться. Третье место среди самых сильных учащихся средней Намимори. На пятом месте среди самых вспыльчивых мафиози, — мальчик на время замолчал, словно издеваясь, и лишь когда Гокудера уже открыл рот, желая что-то сказать, с усмешкой продолжил. — Среди людей, подходящих на роль правой руки десятого Вонголы, на втором месте.       Приём сработал безотказно — на этот раз Хаято опять погрузился в размышления, не отвлекая своими расспросами. И что, что почти все сейчас стараются не рассмеяться, глядя на его сосредоточенно-напряжённое лицо? Зато Фута может спокойно выбирать следующую жертву. Осталось только Реборн, Бьянки и Цунаёши. А так как Цуну хотелось оставить напоследок, то…       — Ребо… Кхе-кхе, — внезапно закашлялся мальчик, чудом не теряя концентрацию, но вспоминая кто перед ним. Да, наивно было рассчитывать, что всё будет так просто. Этот аркобалено одним взглядом смог дать понять, чем чреваты нерегламентированные рейтинги с его участием. И знаете что? Фута был не настолько глуп, чтобы игнорировать подобными предупреждения.       — Составляем любовный рейтинг! — моментально вклинилась в неловкую паузу Бьянки, тем самым помогая… сменить тему. Хотя недавнюю заминку вообще мало кто заметил, мальчик вздохнул с облегчением и был только рад такому повороту. Впрочем, недовольные тоже нашлись. Вернувшийся из своих грёз Хаято, например. Он даже пытался что-то сказать против, но оказался моментально ликвидирован одним снятием очков.       — Почему бы и нет? — уже привычно запрыгивая на плечо Ямамото поддержал идею Реборн, тем самым поощряя мальчика продолжать. Выглядел он при этом подозрительно расслабленным и спокойным. Впрочем, ничего странного. Ребёнок оказался понятливым, со старшими не спорил, что было нужно — рассказал, так что дальше можно спокойно наслаждаться шоу. Всю остальную информацию он раздобудет позже и без лишних ушей.       — Хорошо. Тогда сейчас узнаем кто кого любит! Итак. Начнём с Цуны. На первом месте находится Савада Нана. На втором Шамал. На третьем — Верде.       Сказать, что кто-то… почти все впали в ступор, значит промолчать. Конечно, в рейтинг могли попасть и родственники, и друзья, и… Да мало ли кто? Хоть звёзды эстрады! Но Верде? Шамал? Серьёзно?! Сам Цунаёши после таких ошеломительных рейтингов даже вернулся в бренный мир и наравне со всеми пытался подобрать челюсть с пола. Нет, он, конечно, понимал насколько рейтинги ценное оружие в сборе информации (и компромата в частности), но какого чёрта его в первые же минуты используют против него? И как теперь оправдываться? Реборн поверит, что он без понятия о ком идёт речь, или можно заранее бронировать колбу в лаборатории Верде?       — Теперь Ямамото, — Фута, пожалуй, был едва ли не единственным, кого рейтинг не впечатлил, поэтому и прекращать увлекательное занятие он не стал. — На первом месте — хамелеон Леон, на втором — Гокудера Хаято. На третьем — Курокава Хана.       Пожалуй, повторное массовое замешательство было уже ожидаемо. Не успевших отойти от первого потрясения людей накрыло повторно и не похоже что кто-либо понимал что тут твориться. Тем не менее, мальчик и не думал на этом останавливаться. — Гокудера… На первом месте Хибари Кёя. На втором — Бовино Ламбо. На третьем — Сасагава Киоко.       — Стоп. Что?! — всё же вышли из ступора некоторые личности. Впрочем, не настолько, чтобы прекратить вещание столь шокирующей информации. И так как на радикальные действия никто не решился, Фута, как и задумывал, перешёл к остальным. Предложенный рейтинг оказался интересным, пусть ребёнок и не знал большинство людей, о которых шла речь, так что он даже чуть ускорился. Было бы обидно, если бы его прервали на середине.       — Бьянки. На первом месте Хаято, на втором Юки Харуи из класса Цуны, и на третьем Занзас.       Этот рейтинг уже не произвёл такой ажиотаж как предыдущие. Пусть большинство людей так и сидело глупо хлопая глазами, некоторые начали догадываться, что тут творится. Эти самые некоторые, кстати, крайне красноречиво смотрели на предсказывающего, давая понять что их лучше снова пропустить. Ну а так как из неисследованных в комнате никого не осталось (Ипин ушла к Ламбо), то пришлось в срочном порядке менять рейтинг.       — Цуна, профессия, которая тебе подходит больше всего — футболист или тренер футбольной команды. Хаято. Тебе подойдёт профессия флориста. Ямамото, а ты можешь быть учёным-математ…       Никто сразу и не понял отчего мальчик прервался на полуслове и завалился на кровать, схватившись за голову, но такая резкая перемена заставила не только выйти из ступора, но и заволноваться. Впрочем, что-либо предпринять никто не успел так как вперёд всех вмешался Реборн.       — Сейчас ведь дождь идёт? — спросил аркобалено ни к кому конкретно не обращаясь. И этого хватило чтобы все синхронно повернулись к окну, ненадолго забыв о страдающем ребёнке.       — Да, действительно. И когда только начался?       — Не люблю дождь. Когда он идёт, все рейтинги путаются и голова болит, — всё же пояснил своё состояние Фута, когда к нему стали приближаться Цуна и Ямамото. Заставлять кого-либо беспокоиться о себе ему не хотелось.       — Фуф… Теперь всё более-менее ясно, — Цунаёши, как, впрочем, и все остальные, таким пояснениям неимоверно обрадовался. Нет, ну а что? Последние рейтинги казались полным бредом, а тут ещё и подтверждение, что верить им нельзя. — Так а когда дождь начался? Кто-нибудь заметил?       Вопрос остался без ответа. Когда начался дождь не заметил даже Реборн.       Впрочем, это небольшое приключение с участием Футы так и осталось единственным значимым. Больше мальчика с просьбами составить рейтинг не донимали, а сам он старался ни во что не ввязываться. Конечно, совсем без происшествий не обходилось, но все они были бытовыми и обыденными. Например, во время игр дети периодически налетали на кучкующихся подростков (чаще всего на Гокудеру), из-за чего приходилось удирать под ругань и угрозы расправы от некоторых. Или ещё было несколько случаев когда мальчик чуть не попал под действие базуки десятилетия. Впрочем, последнее — вечная проблема всех живущих в доме, так как отобрать у Ламбо эту опасную игрушку никак не получалось. В принципе, Фута удивительно быстро влился в быт семьи Савада и сейчас наслаждается жизнью самого обычного ребёнка. Даже мафиози, от которых он пытался скрыться в самом начале, куда-то запропастились и не мешали. Цуна не без оснований полагал, что это Реборн как-то решил проблему. Хотя эта самая проблема вполне могла быть и специально им создана. Кто его знает.       Помимо появления Футы за эти две недели произошло ещё несколько значительных событий. Впрочем, начнём по порядку. Неделю назад в гости заезжал Дино. На удивление, традиционного похода в лес удалось избежать, хотя от неприятностей это не спасло. Примерно через два часа после приезда он зачем-то инсценировал похищение Цунаёши. Хотя почему «зачем-то»? Идею явно в приказном порядке заставили реализовать не безызвестные личности. Казалось бы, что страшного в инсценировке? Цуна даже сообразить ничего толком не успел и тем более не пострадал, но вот небольшой группировке якудз, до которой Кёя ещё не успел добраться, не так повезло. Гокудера и Ямамото, как оказалось, абсолютно не оценили юмор. Вместе с ними его не оценили и представители преступного мира, которым не посчастливилось попасться им на глаза, но то уже другая история. Хорошо хоть разобрались со всеми недоразумениями относительно быстро. Ещё лучше — что Дино в этот раз был в Японии проездом и не успел доставить ещё больше проблем.       А ещё в городе начали происходить нападения на подростков. Чаще всего — на учеников средней Намимори. Не сказать чтобы это сильно волновало Цунаёши, особенно с учётом того, что из его знакомых никто не пострадал, но и игнорировать факт нападений он не стал, стараясь держать ухо востро. Как показал личный опыт — рано или поздно его может коснуться даже ограбление магазинчика на другом конце города, что уж говорить о нападении на учеников его школы. Нана, кстати, была того же мнения, поэтому периодически поднимала вопрос о том, что с такой напряжённой обстановкой не помешало бы Цуну с друзьями как-то обезопасить. Правда, её мнение о том как это сделать категорически не совпадало с оным у аркобалено: тот никак не соглашался отменять утренние пробежки и поздние прогулки, зато старался пристроить ученика в какую-то секцию единоборств. К счастью для Цунаёши — не слишком активно. Парень вообще узнал об этих попытках дня через три и только благодаря Нане, которая возмущалась разбросанным по дому флаерам. Впрочем, откуда Реборн мог знать, что его навязчивую рекламу ученик даже не заметит? За недогадливость, кстати, Цуну тогда на все выходные без друзей в лес отправили. На профилактику, так сказать.       — Ты почему ещё не в школе, никчёмный ученик? — резко выдернул подростка из мыслей Реборн, запрыгнув тому на плечо.       — Не пугай меня так, сколько раз можно просить? — Цунаёши чудом сдержал ругательства в сторону ненавистного раздражителя. Погрузившись в размышления, парень совершенно забыл обо всём на свете, так что такое появление репетитора заставило не то что подскочить на месте, сердце ушло в пятки, а волосы от страха чуть дыбом не встали.       — У тебя занятия через 10 минут начинаются, — с самым невинным лицом заявил аркобалено, будто это не он неимоверно доволен проделанной гадостью.       — Что?! — в очередной раз подскочил Цуна. Быстрый взгляд на часы действительно подтвердил, что он безбожно опаздывает. Но как? Разве мама не должна была его выпроводить из дома ещё минут двадцать назад? Не мог же он настолько задуматься, чтобы этого не заметить? — Чёрт! Да что же за день сегодня такой? Мог и раньше сказать! Блин, опаздываю!       Примерно с такими криками Цунаёши и выбежал из дома, только и успев что схватить сумку и кроссовки. Обуваться пришлось на ходу, из-за чего путь до калитки преодолевался преимущественно ползком. И в этом определённо была виновата неровная дорожка, а не то, что подросток натягивал левый кроссовок на правую ногу и спотыкаясь через шаг! С горем пополам обувшись и выйдя за придомовую территорию, Цуна рванул в школу со скоростью олимпийского бегуна, не меньше, мысленно молясь добраться туда хотя бы со звонком на первый урок. До появления Реборна в его жизни парень и не подозревал что возможно так бояться опозданий, но сейчас, когда за ним с утроенным усердием следил Кёя, прийти позже означало нарваться на внеочередную драку без лимитов по времени, чего бы очень не хотелось. Да, конечно, это будет не впервые, но если есть шанс избежать подобного Савада буде хвататься за него сколько хватит сил. Парень настолько сконцентрировался на поставленной цели, что даже не думал обращать внимание на обстановку вокруг, а думать о том, что сейчас творится у него дома, и подавно. Зря.       Пока Цуна ставил личные рекорды скорости, Реборн с видом человека абсолютно довольного жизнью в принципе и собой в частности ушёл обратно в гостиную. Следовать за подопечным у него не было ни малейшего желания.       — Реборн-кун, ты не знаешь, что тут за шум был? И куда Цу-кун так сорвался? Ещё ведь только начало восьмого, — почти сразу выглянула из кухни Нана. То, как её сын умчался не сказав ни слова, наталкивало на определённые мысли, так что на аркобалено она смотрела с немым укором. Впрочем, у последнего на такие взгляды давно выработался иммунитет.       — Понятия не имею. Я только спустился, а Цуна уже куда-то убежал, — с самым честным лицом ответил Реборн. — Кстати, маман, тут в часах батарейки сели. У нас есть батарейки?       — Да, и правда. Где-то в кладовке была упаковка. Надо поискать.       А тем временем Цунаеши всё так же летел в направлении школы. Он уже преодолел больше половины пути как внезапно словно на стену напоролся. Интуиция взвыла, требуя остановиться и обратить внимание на что-то, а чуть в стороне замаячили две незнакомые фигуры. Подозрительно яркие фигуры, которых он никогда раньше не видел.       Интуиции Савада привык доверять, поэтому, отойдя чуть в сторону, начал присматриваться что же творится в переулке. Незнакомцы пусть и были довольно яркими, но просто стояли на месте и на первый взгляд ничего подозрительного не делали. Лишь через несколько секунд парень понял что ему казалось неправильным и едва не чертыхнулся, выдавая своё присутствие: рядом с ними на асфальте лежал Сасагава Рёхей.       Поверить в то, что парень просто упал, потерял сознание или решил отдохнуть было сложно. Рёхей? Не смешно! Он и с поломанными ногами свою пробежку не прервет! А если бы что-то случилось, то те двое не стояли бы равнодушно в стороне. Вывод: они к такому его состоянию причастны. А на фоне недавних нападений на подростков… Дважды два Цуна сложил быстро, а вот что с этим результатом делать было совсем не понятно. Вроде бы и помочь нужно, но, с другой стороны, есть огромный риск в итоге оказаться рядом с Сасагавой в схожем состоянии. И судя по тому, что фигуры резко развернулись в его сторону, принимать решение о дальнейших действиях нужно как можно быстрее.       Хороший план за несколько секунд так и не появился, фигуры медленно приближались, а паника у Цуны постепенно нарастала. И, как это с ним бывает в экстренных ситуациях, парень начал действовать не думая, полагаясь лишь на удачу и интуицию. Потому что единственным выходом ему казалось появления ещё хотя бы десятка свидетелей, что в это время суток практически не реально. В общем, только подросток собрался выйти из-за угла и косить под дурачка, который случайно мимо проходил и ничего не видел, как незнакомцы резко сменили направление и едва ли не рванули в ближайший проулок. По правде сказать, вскоре Цуна даже пожалел, что не успел сделать также.       — Стоять, травоядное, — словно приговор прозвучало откуда-то сзади и дальнейшее бегство стало делом не только бесполезным, а ещё и небезопасным.       — Так я и не бегу никуда, Хибари-сан. Вам показалось. Просто шнурок развязался, завязать решил, — тут же запричитал Цуна, привычно надеясь, что удастся ограничиться только разговорами. Всё же на этот раз за ним никаких грехов не наблюдалось, даже про шнурки не соврал! И не важно, что он их в спешке даже завязать не успел. Кого это волнует? Да и то, что на него до сих пор не напали, вселяло долю оптимизма.       — Что здесь произошло до моего появления? — видимо, в приоритете у Кёи было наведение порядка на своей территории, а не поднятие настроения путём избиения невиновных, что моментально просёк Савада, мысленно вздыхая с облегчением и вознося благодарность небесам. Подобная удача выпадает редко, так что ни в коем случае нельзя её спугнуть.       — Я спокойно бежал в школу, надеясь не опоздать на первый урок. Никого не трогал, с ног не сбивал, как вдруг смотрю — Сасагава-сан на асфальте лежит. Пройти мимо было бы не вежливо, так что решил подойти, посмотреть, помощь предложить. Только сделал пару шагов как тут и вы сзади подкрались. Кстати, Хибари-сан, вы не знаете что с Сасагава-саном? Его побили?       — Это всё? — на вопросы, ожидаемо, никто отвечать не собирался, а вот тяжёлый взгляд и угроза в голосе явно говорили, что до конца рассказу не поверили. Впрочем, в этот раз и рассказчик был не из робкого десятка.       — Конечно всё! Неужели я стал бы вам врать? — почти искренне возмутился Цунаёши. — «Недоговаривать — это не врать! А про тех двоих заикнись, так всю душу и мозг заодно выест расспросами. Да и знаю я о них только тип пламени и примерное телосложение. Неимоверно полезная информация!»       В ответ на эти возмущения Цуну сверлили взглядом ещё около минуты, но других вопросов не последовало и до рукоприкладства дело не дошло. Когда же Хибари, тихо хмыкнув, развернулся и ушёл в неизвестном направлении, Савада и вовсе от облегчения чуть на асфальт не осел. Появление парней из дисциплинарного комитета, которые занялись бессознательным Сасагавой, едва не прошло мимо него, хотя чуть запоздало парень порадовался их присутствию. Где-то в это же время пришло осознание того, что телефона при себе у Цунаёши не было и, при всём желании, даже вызвать скорую или позвать на помощь он бы не смог.       Буквально через несколько минут приехала скорая, а перешёптывания врачей лишь подтвердили, что Рёхей стал жертвой той же банды, что нападала на подростков раньше. Ничего нового, но услышав подтверждение своих мыслей Цуна только тяжело вздохнул. Как и ожидалось, эти нападения коснулись и его окружения, а значит скоро его добровольно-принудительно отправят разбираться с новоявленной бандой.       Так, размышляя о своих ближайших перспективах, подросток и поплёлся в школу. Желания туда идти не было и в помине, тем более на первый урок он уже вряд ли успеет, но и прогуливать не казалось хорошей идеей. Может, Кёя на такое его своеволие в этот раз и закрыл бы глаза (мечтать ведь не вредно?), но вот от Реборна в качестве наказания можно будет ожидать любой гадости. От нечего делать Цуна даже попытался просчитать возможное наказание за опоздание. И какого же было его удивление, когда к воротам школы он добрался ещё до первого звонка! Впрочем, лишние десять минут в пустом классе оказались как нельзя кстати — подумать над всем произошедшим в спокойной обстановке и навести порядок в мыслях было жизненно необходимо.       «И что мы имеем? Только то, что традиционно имеют нас. Боже, и угораздило же родиться именно наследником Вонголы! Мало того, что всю жизнь наперёд расписали, так ещё подготовить меня к этому не удосужились! Я понимаю, если бы я рос в окружении мафиози или получал нужное воспитание, но нет! Просто пришли неизвестные люди, которые хотят от меня непонятно чего, имеют странные садистские наклонности и представление о том, что нормально, а что нет. Да тот же Реборн! Какой нормальный человек будет воспринимать его всерьез? А его методы и манера обучения? «Сделай это или умри», «За каждый неправильный ответ я буду тебя бить», «Знакомься — это сумасшедший дом, который отныне будет жить с тобой под одной крышей». Да с его появлением шансы убиться ещё до основательного знакомства с мафией и вступления в должность высоки как никогда! Даже не представляю каким нужно быть идиотом, чтобы всерьёз рассчитывать за какой-то год-два из обычного подростка сделать главу клана. Даже странно что с такими гениями семья ещё не развалилась…       Впрочем, думать о Вонголе и желать ей самоуничтожиться можно долго, но насущные проблемы это не решит. А из насущного у нас — утреннее нападение. Сомнительно, что Реборн и дальше будет тянуть с квестом «Реши проблему или умри». Хотя, как по мне, лучше бы это случилось как можно позже. Да, возможно кто-то ещё пострадает, но добровольно идти к группе психопатов, цель которых мне не понятна… Последние мозги, что бы там не врали некоторые, я не растерял. Конечно, у этого мелкого изверга будет и информация, и план, и страховка, но почему-то следовать ему… кажется не правильным. Ага, так ему и скажу когда он припрется выдавать инструкции и давать ускоряющие пинки под зад. Но с другой стороны, кто мне мешает собрать информацию самостоятельно? Шамал ведь наверняка должен знать о том, что происходит, даже если в дальнейшем спектакле не участвует. Надо к нему сегодня зайти. А там, может быть, даже пойму что же меня так напрягает.»       — Доброе утро, Джудайме!       — Привет, Цуна! — раздалось почти одновременно со стороны входа в класс. Крайне громко раздалось — погрузившийся в свои мысли Цунаёши едва не подпрыгнул. За своими размышлениями он уже и забыл где находится, так что появление друзей стало не слишком приятной неожиданностью. Впрочем, виду он привычно не подал.       — А? И вам доброго утра.       — Слушай, а ты чего так рано в школу сорвался? Когда мы зашли за тобой, нам сказали, что ты уже ушёл. Что-то случилось? — присев рядом с Цуной, тут же забросал его вопросами Ямамото. Не то чтобы они всегда ходили вместе, но на фоне последних нападений парни негласно старались опекать Цуну и лишний раз не выпускать того из виду. И то, что парень с утра пораньше умчался куда-то без них, если не разозлило, то взволновало не на шутку.       — Да это всё Реборн! — тут же принялся жаловаться Цунаёши. — Намудрил что-то с часами и погнал меня в школу почти на час раньше! Мало мне было его утренней пробежки, так пришлось ещё и сюда бежать, потому что думал, что опаздываю! А ещё репетитор называется. Садист, вот он кто! — после последней фразы подросток оскорблённо отвернулся, внутренне напрягаясь — была у аркобалено дурацкая привычка появляться в самый неподходящий момент, а особенно тогда, когда о нём говорили какие-то гадости. Впрочем, ни через пять, ни через десять секунд никто с молотом наперевес из-за ближайшего угла так и не выпрыгнул, а одноклассники только кивали в знак поддержки, и не думаю о возможной каре за подобные слова.       — Да уж. Что такое не везёт и как с этим бороться. Может, он не специально? — оптимистично предположил Такеши, не воспринимая жалобу всерьёз. Все эти конфликты Цуны с Реборном ему казались неимоверно забавными и даже в какой-то степени милыми, словно они были детьми, не способными поделить игрушку или внимание родителей. За такие сравнения ему обычно доставались убийственные взгляды от Цуны и обещание кровавой расправы от Гокудеры, но от раза к разу ничего так и не менялось. Разве что сегодня Хаято был подозрительно молчалив, так что традиционной перепалки по этому поводу не последовало.       — Вы уже слышали последние новости? — решил сменить тему Цунаёши. Выслушивать очередные глупости от Такеши, как и призывать Реборна, который магическим образом появлялся, стоило лишь заговорить о нём, не хотелось.       — Ты о контрольной по физике? Она что, и правда решила её сегодня дать? А обещала только через урок, — начал ныть Ямамото. Не то чтобы контрольная его волновала — тему он не знал и учить не собирался, а на подготовку шпаргалок ему хватило бы и перемены. Просто подросток хотел доспать на первых уроках, а теперь этим планам не суждено будет сбыться.       — Нет. Про контрольную не знаю, но я не об этом. Сегодня утром опять было нападение и в этот раз жертва — Сасагава Рёхей.       — Да ладно! Он же глава боксёрского клуба? Он сейчас в больнице? — не то чтобы Такеши или Гокудера часто общался с Рёхеем, но в последнее время он сильно примелькался, наведываясь то к любимой сестре, то к Саваде, так что его состояние их взволновала сильнее, чем у ранее избитых бедолаг. — Интересно, долго это всё будет продолжаться? И кто всё это делает? Говорят, что…       Обсуждение последних сплетен и построение своих теорий продлилось вплоть до звонка на урок. Фантазии школьников были на удивление разнообразными, пусть и не всегда адекватными, так что удалось и дельные мысли услышать, и посмеяться. Ну и поругаться, куда же без этого? Заодно и причина странного поведения Хаято выяснилась — парень банально не выспался, из-за чего и ведёт себя заметно тише обычного. В общем, время до начала занятий пролетело незаметно, а уже после, под монотонный бубнёжь учительницы, каждый занимался своим делом: кто спал, а кто придумывал как бы не привлекая внимания сбежать в медпункт без кучи сопровождающих.       Уже после первого урока об утреннем нападении знала вся школа. Да и добрая половина города, скорее всего, — слухи распространяются чрезвычайно быстро. Нельзя сказать, что это вызвало бурную реакцию, но сам факт того, что с каждым разом жертвой становились всё более известные и сильные подростки, пугал. Впрочем, многих такая тенденция наоборот радовала, ведь тогда их точно никто трогать не будет и можно спокойно заниматься своими делами. Например, делала ставки на то, кто же первым поймает преступников: полиция, Хибари Кёя, какая-то третья сторона или же вообще никто.       На большой перемене Цуна с друзьями как обычно остались в классе. Как и ещё с десяток учеников — на улице было холодновато для посиделок. Самая обычная перемена, только вот у Савады на неё были не совсем обычные планы. Впрочем, ладно, перемена тоже несколько выделялась, что в данный момент неимоверно бесило Цунаёши. Идею сбежать в медпункт парень не забыл, а чтобы её воплотить в жизнь решил воспользоваться давно проверенной схемой — пасть жертвой кого-то из одноклассников на большой перемене. Как правило, в это время тут начинал твориться такой бедлам, что находиться в кабинете было опасно для жизни, но сейчас, похоже, всех покусал какой-то инфицированный комар, из-за чего все поголовно либо спали на партах, либо сидели тише воды, ниже травы. Время шло, рассчитывать на первоначальный план уже не приходилось, так что парень решил импровизировать.       — Я сейчас, — с этими словами Цунаёши поднялся и быстро направился к выходу из класса, надеясь, что за ним никто не последует. Так и случилось. Логично рассудив куда можно так резко сорваться, друзья остались на месте. Даже Хаято, вопреки обычаям, не дёрнулся его сопроводить и остался сидеть на попе ровно.       Впрочем, стоило Цуне лишь на миг отвлечься и задуматься, что такой не выспавшийся Гокудера нравится ему в разы больше, как на него налетел кто-то из одноклассников, повалив на пол и придавив сверху собой.       «Ну что же, бойтесь своих желаний — они периодически сбываются,» — несколько отрешённо думал Савада, судорожно пытаясь вырваться из-под неожиданной ноши и глотнуть хоть немного воздуха. По пресловутому закону подлости, упали как всегда на него, причём максимально неудачно: мало того что парень ударился головой и, кажется, разбил нос, так ещё и каким-то образом так грудную клетку зажали, что толком не вдохнешь. Одна радость — руки-ноги целы, никем не зажаты, да и придавивший его парень оказался некрупным и относительно лёгким.       — Цуна! Ты в порядке? — первым, как ни странно, к пострадавшим подбежал Ямамото (ибо сидел ближе). И Цуна был этому бесконечно рад, потому что тот, как правило, сначала помогал, негромко причитая, и уже после выяснял как до такого дошло. Не сказать что Гокудера не помогал, но у него это действие вечно сопровождалось криками, а частенько на первом месте было выяснение отношений, а не доставание Цунаёши из-под кого-то.       — Десятый! — Хаято, впрочем, не сильно задержался, но бросаться с обвинениями пока не спешил, что было для него не типично. Чуть заторможено отметив этот факт, Цуна пообещал себе придумать как сделать так, чтобы Гокудера начал не высыпаться как можно чаще. Желательно — каждый день.       Под причитания доброй половины одноклассников, парням всё же помогли подняться, на глаз оценивая масштаб полученных травм. Оценивать, кстати, было что: у Цуны всё лицо оказалось в крови, а Ято, второй парень, не мог нормально наступить на одну ногу.       — Прости, пожалуйста. Я просто зацепился за парту… Я не специально, и вообще… В общем, прости! Ты как? — тут же принялся сбивчиво извиняться виновник происшествия, ненадолго вгоняя Саваду в ступор. Не сказать, чтобы его отношения с одноклассниками оставались плохими, но обычно в таких случаях либо его начинали обвинять во всём, либо нехотя извинялись и тут же уходили. Хотя, кажется, парень был новеньким и мог не знать местных заморочек.       — Да ты!.. — всё же начал заводиться Хаято, но его быстро остановил Цуна.       — Хватит, Гокудера-кун. Ничего со мной не случилось. Просто нос разбил. Подумаешь, кровь пошла. Схожу в медпункт и всё будет в порядке, — как можно небрежнее произнёс подросток, надеясь, что это прозвучало убедительно. На самом деле всё было не так хорошо, головой он приложился сильно, но признаться в этом — потерять шанс избавиться от сопровождающих. Впрочем, судя по хмыканью Ямамото, шанс этот он уже потерял.       — Уверен? Тогда сейчас сотрём тебе кровь с лица и пойдём, — как всегда жизнерадостно произнёс Такеши, оглядываясь в поисках салфеток. Попытки Цуны отбиться от помощи к неудовольствию последнего были просто проигнорированы, так что пришлось молча подчиниться. Похоже, в этот раз он и правда выглядел хуже обычного, так как к процессу привидения его в божеский вид подключилось ещё минимум человек пять, а после Гокудера ещё раза три предлагал то опереться об него, то понести.       — И что вам всем снова от меня надо? Вы ведь не симпатичные девушки чтобы я вас лечил, — тут же отреагировал на их приход Шамал, лишь на секунду отрываясь от очередного журнала. С виду и не скажешь, что его хоть немного заинтересовали посетители. Ничего нового, но Цуна, глядя на него, лишь грустно вздохнул. Не будь тут лишних людей…       — Кто бы сомневался! Как тебя вообще на работу в школу взяли? — зло прошипел Хаято, показательно поворачиваясь к Цунаёши. Тот на подобные высказывания лишь закатил глаза. Каждый раз одно и то же. Причём самое обидное, как бы Цуну не раздражали эти нападки в сторону Шамала, прекратить их не получалось. Намёков Гокудера не понимал, а высказаться прямо — подставить и себя, и окружающих. Приходится терпеть и слушать оскорбления в адрес дорогих ему людей, обещая обязательно отомстить позже.       С горем пополам отыскав перекись и вату, Хаято стал обрабатывать пострадавший нос Савады, как обычно игнорируя его недовольство. Почему-то то, что Цуна всегда был против такого с собой обращения и старался заботиться о себе самостоятельно, Гокудеру умиляло, но желания уступить в этом не вызывало. Казалось, окружающие вообще не замечали насколько болезненно парень воспринимает подобное внимание к своей персоне. А Цунаёши, в свою очередь, никак не мог избавиться от ощущения беспомощности и слабости при каждой такой навязанной услуге. И ведь сделать с этими «помощниками» почти ничего нельзя! Не начинать же ругаться и отбиваться каждый раз? Он уже пытался как-то. Времени заняло много, появился новый синяк, пользы мало, а Реборн, вдохновлённый такой сценой, устроил очередную гадость.       Пока подросток мысленно убивал Хаято, Такеши где-то в недрах кабинета нашёл лёд и протянул пострадавшему один из свёртков, прикладывая второй к ноге Цунаёши. В ответ на него недоумённо уставилось уже двое, ненадолго отвлекаясь от предыдущего занятия. Допустим, про ногу Цуна наврал по пути чтобы остаться в медпункте. Но зачем тогда ещё лёд?       — Ты же головой об пол ударился. Если не приложить шишка появится, — как про что-то очевидное сказал Ямамото, привычно улыбаясь. Гокудера пробормотал что-то вроде «я и так это знал» и всё порывалсь помочь разместить лёд в нужном месте, а Цуна пару секунд недоверчиво сверлил взглядом слишком наблюдательного одноклассника, после чего сосредоточился на том, чтобы отбиться от Хаято. Сегодня тот явно перебарщивал.       Ближе к концу перемены неожиданно появилась ещё одна проблема — одноклассники напрочь отказались уходить и оставлять его одного. Даже те факты, что им нужно на урок, а Цунаёши со своими холодными компрессами будет не один, а с Шамалом, их не впечатляли. Уже порядком раздражённому подростку едва ли не силой пришлось выгонять их из медпункта, да и то они в ответ угрожали зайти на следующей перемене. Вот ведь! Вроде и хорошо, что о тебе беспокоятся, но от такой твердолобости хочется кое-кого придушить. А ведь это даже Реборна под боком нет, всего лишь два одноклассника. Страшно представить что будет, если не удастся отбиться от навязываемой должности, а в его окружении появится целый клан, пекущийся о его благополучии. И ещё несколько десятков, мечтающих его убить.       — Ну, давай. Рассказывай, что снова случилось, — стоило двери закрыться, как Шамал моментально отбросил привычную маску, подходя к кровати подростка. Похоже, он был абсолютно уверен, что Реборн сейчас где-то далеко, так как тут же начал осматривать парня на предмет необработанных повреждений. И дообрабатывать ранее найденные.       — Да что тут рассказывать, — тут же заулыбался Цуна. Против осмотра он не возражал, воспринимая это как должное. В конце концов, Шамал был родным и знакомым злом, к тому же врачом, профессионалом. Может, поэтому его помощь не раздражала, в отличие от… Кхм… — Утром Реборн со своими приколами заставил меня в школу лететь. И ведь даже не признается, зараза аркобаленчастая. А пока бежал ещё и на избитого Рёхея налетел. И как финальный аккорд — появление Хибари.       — Опять подрались? — как-бы между делом поинтересовался Шамал, заканчивая осмотр.       — Да нет. На это раз обошлось — у него были другие планы, в которые я не вписывался. Но всё равно приятного мало. Я ведь уже говорил, что он меня напрягает? Странный, опасный… Не понимаю я его.       — Говорил. Всего лишь пару сотен раз только за последний месяц. Ладно, будем считать, что на Кёю ты мне пожаловался. Тебя что-то беспокоит? — с этими словами мужчина пересел на соседнюю койку, внимательно наблюдая за подростком. В очередной раз у Цуны появилось ощущение что и Шамал, и Верде имеют уникальную способность видеть его насквозь.       — Шамал, что ты думаешь по поводу всех этих нападений? И что такого невероятного случилось с Реборном, что сейчас его и близко в округе нет?       — О, даже так! Хотя да, будь эта заноза в заднице где-то поблизости, я бы вёл себя иначе, — улыбнувшись, согласился мужчина. — А по поводу остального… Что ты сам об этом думаешь?       В ответ подросток недовольно поджал губы. Конечно, что-то крупное должно вымереть, чтобы на его вопросы ответили чётко, конкретно и за просто так. Почему-то что Шамал, что Верде, что Реборн единогласно считали, что делиться с ним какой-либо информацией — смертный грех похлеще убийства, а значит прежде чем его совершить нужно стребовать что-то равносильное. И не факт, что после этого Савада нужную информацию получит.       — Нападения какие-то странные. Допустим, сначала всё можно было списать на каких-то отморозков, но дальше… Слишком много общего, слишком чёткие критерии. Нападают на школьников, причём сугубо из средней Намимори. Насколько я знаю, все жертвы отличились или в спорте, или в драках, или ещё в чём-то таком. И, кажется, с каждым разом выбирают более сильных… подростков. А учитывая нездоровую тенденцию последних месяцев, это всё как-то связано или с мафией, или с Реборном, что практически одно и то же. А раз так, максимум на следующей неделе всё это докатится до меня или кого-то из моего ближайшего окружения, после чего вездесущая зараза-Реборн пошлёт меня непонятно куда решать эту проблему. Согласись, не самая приятная перспектива. Особенно если информацию как всегда будут выдавать постфактум. Я только сегодня видел двоих, что на Рёхея напали. Ураган и туман… Не самые яркие, с кучей примесей, но это ведь не показатель, сам понимаешь. А сколько там ещё людей? На что они способны? Кого ещё со мной отправят в самоубийственную вылазку? У меня нет ни малейшего желания ввязываться в это. Тем более — без какой-либо информации и подготовки.       — Ну надо же! С появлением репетитора ты не разучился думать! Я удивлён, — после этих слов Шамалу пришлось уворачиваться от подушки, но не съязвить было выше его возможностей. Впрочем, о сути вопроса он и не думал забывать. — Всё верно, хотя есть нюансы, — всё же не стал сразу рассказывать мужчина, мысленно ещё раз анализирую ситуацию с точки зрения подростка. С Цуной всегда так — не поймёшь, то ли всё действительно очевидно и лежит на поверхности, то ли всё дело в его интуиции.       — И? Что за нюансы? Я жду!       — Да так, мелочи. Девятый Вонгола внезапно вспомнил, что у него есть маленький приемник, лишённый его внимания. И чтобы этот самый приемник не забыл кто тут главный, он решил напомнить о себе. А тут ещё и такое событие — побег из Вендикаре! Несколько заключённых обманули стражей и не были пойманы за первые несколько часов, представляешь? И как же хорошо, что Вонгола смогла их найти. Раньше тех самых знаменитых стражей, улавливаешь? Кто же ещё додумается их искать в малоизвестной Японской провинции? Хотя почему малоизвестной, если там живёт кто-то, кого эти беглецы решили убить в первую очередь. А их цель, на секунду, уничтожение мафии.       — Вот как… — задумчиво протянул Цунаёши. Большинство его выводов оказались верными, а вот открывшаяся информация добавила вопросов. Зачем нападения? Они только привлекают ненужное внимание, не логичнее сразу напасть на него? Как его убийство поможет развалить мафию? Вонгола просто найдёт ему замену, да и не факт, что будущим боссом станет он. Попробуют договориться? Не рановато? Как-то нелогично это всё. — А что насчёт Реборна?       — А тут всё просто — он умчался на встречу с курьером. Должен же ты в конце концов получить чёртов приказ Вонголы на ликвидацию этой банды! А с этими форс-мажорами он будет здесь в лучшем случае через неделю. Разве можно так затягивать с твоими подвигами?       — Форс-мажоры, да? Интересно, их источник скоро объявится или придётся маме его искать как тогда, когда он ей половину кухонной техники случайно сломал?       — Не понимаю о ком ты, — почти искренне отозвался Шамал.       — Ага, конечно. Верде обещал приехать за новыми образцами где-то в конце февраля, очень сложно догадаться, откуда у Реборна внезапно столько проблем.       — И всё ты помнишь, — усмехнулся мужчина. — Но да, Верде просто мастер в доставлении проблем окружающим. А если человек ему ещё и не нравится…       — Он никому не нравится. Ну, может, за исключением Бьянки.       За разговорами ближайшие полчаса пролетели почти незаметно. В хорошей компании время вообще летит как сумасшедшее, а интересные темы, кажется, не переводятся. И плевать, что они скачут от школьной жизни до новейших разработок в области биохимии, от причин вспыльчивости Гокудеры, до фирменных блюд Наны. Какая кому разница? В конце концов оба настолько расслабились, что в открытую принялись обсуждать последние наработки Шамала.       Тесное сотрудничество с Верде в течение последних лет явно пошло ему на пользу. Если в первые годы мужчина действительно боялся и старался избегать аркобалено, то позже, к взаимному, удовольствию, им удалось найти общий язык (едва ли не подружиться!), что и вылилось в несколько десятков совместных проектов. Преимущественно, крайне удачных. О большинстве, конечно, Цуна не знал, но даже эволюция оружия Шамала местами восхищала. Тот давно перестал ограничиваться ядами, постепенно заменяя их вирусами, бактериями, лекарствами (в нужной концентрации). Сейчас же очередь дошла до аллергических заболеваний. И как эти двое добились того, что у человека в один момент возникала аллергия на строго определённое вещество, парень так и не понял, хотя ему и объясняли.       — А это что? — Цунаёши с интересом рассматривал колбу с летающими желтоватыми огоньками внутри. Судя по тому, что москиты были не в привычных капсулах, работу с ними ещё не закончили.       — А, один из последних образцов. Было трудно его создать. Вызывает одну из разновидностей аллергии на сакуру. Человек не умирает сразу от анафилактического шока, но при этом чер…       Шамал о своих творениях с лёгкостью мог рассказывать часами, но в этот раз его на полуслове оборвала открытая с ноги дверь. От резкого звука дёрнулись оба, а подросток от неожиданности ещё и ослабил хватку, выпуская колбу их рук. Под их напряжёнными взглядами в медпункт молча зашёл Хибари Кёя с каким-то несчастным на плече. На так не вовремя потерявших бдительность и расслабившихся Саваду и Шамала он только недовольно зыркнул, но ничего говорить или предпринимать не стал. Сбросив на ближайшую койку бессознательного подростка и положив какие-то бумаги на стол, Кёя также молча удалился, не обращая ни малейшего внимания на сопровождающие его взгляды.       — И что это было? — всё же решил нарушить тишину Цунаёши. — К тебе в кабинет часто вот так вваливаются? И какая муха его с самого утра укусила? Второй раз за день даже не пытается наказать за «нарушение дисциплины».       — Ага. И почему муха, если… Стоп! Ты что, колбу разбил? — звук разбивающегося стекла слился со звуком удара двери об стену, так что заметили это только сейчас.       — Я от неожиданности… — тут же начал оправдываться подросток, но на его лепет почти не стали слушать.       — Там были москиты с нестабильным препаратом, и один, похоже, успел инфицировать Кёю. Аллергией на сакуру. А сейчас слишком тёплый конец февраля, улавливаешь? Малейший раздражитель, и его сначала парализует, потом он на какое-то время впадёт в состояние, похожее на горячку, после наступит анафилактический шок. А возможно он просто сразу умрёт от шока, образец ведь недоработан. Если вовремя не вколоть антидот, у тебя станет на одну головную боль меньше. Или больше, потому что Вонгола в этом парне сильно заинтересована. И не только она.       — Что? Стоп. В смысле, заинтересована? Ты-то откуда знаешь у кого какие на Хибари планы? — казалось, из всей речи подростка зацепило только это, хотя и остальная информация заставила занервничать. Сколько бы от Кёи не было проблем, смерти ему Цуна не желал. Тем более — такой.       — Этот город слишком маленький, чтобы что-то было возможно скрыть. Да и Реборн на пару с Кавалоне не особо шифруются.       Всё это было сказано с явной насмешкой над невнимательностью подростка к окружающим, но веселее от этого не стало. Всё ещё думая о чём-то своём, Шамал начал рыться в чемодане, а Цуна с удивлением заметил, что доктор был слишком взволнован и напряжён. Тут уже впору думать, что и у него на Кёю какие-то планы имелись. Или что новый препарат слишком важен, чтобы так его «светить». Возможно, они с Верде устроили очередное соревнование кто придумает более крутую штуку. Но спокойно додумать эту мысль парню не дал внезапно подскочивший к нему мужчина.       — Куда ушёл Кёя? — Шамал едва ли не прокричал это подростку в лицо, попутно хватая его за плечи. Такого от него Цуна никак не ожидал.       — А я откуда знаю? В Кокуе Ленд, — всё ещё пребывая в шоке, Савада отвечал первое, что приходило в голову, практически не думая. Оно и логично, ведь все мысли занимали попытки понять что тут происходит.       — Сколько есть времени, чтобы ввести антидот? — не унимался врач, для лучшего эффекта слегка встряхивая Цунаёши. - Отвечай!       — Часа два, может меньше. Не знаю! Стоп! — в конце концов взял себя в руки подросток, вырываясь из хватки и отходя на пару шагов. — Что это сейчас было? По-твоему, это я Хибари куда-то послал? Или у меня его расписание есть? Или он передо мной…       — Тихо, — тут же прервал парня Шамал, уже абсолютно спокойно возвращаясь к чемодану. — Успокойся. Может, ты забыл, но твоя гиперинтуиция в критические моменты обостряется. Настолько, что никаких гаданий и разведки не надо. Так вот, у тебя есть два часа чтобы найти Кёю в Кокуя Ленде и вколоть ему антидот.       — Что? Это так не работает! И почему ты сам не можешь это сделать?! — едва вернувшееся спокойствие покинуло Цунаёши буквально за секунду, заставляя его нервно топтаться на месте.       — Потому что не могу, — раздражённо отозвался мужчина, продолжая рыться в своих вещах. — И твоя интуиция примерно так и работает. Останься он в школе или где-то в городе, за ним бы пошл я. Но Кокуя Ленд — база той банды, что так нужна Вонголе. Ты сам говорил, что Кёю они конкретно достали и он их активно выслеживал.       После этих слов Шамал снова подошёл к подростку, вкладывая в его руки какие-то предметы. Цунаёши с удивлением опознал в них несколько знакомых желтоватых капсул, и кучку светло-красных предметов, среди которых был и шприц. Похоже, мужчина накачал их пламенем всего пару секунд назад. Шамал, тем временем, продолжил.       — За базой должен следить кто-то из людей Вонголы. На случай какого-то ЧП или чего-то вроде. Поэтому мне там светиться нельзя. Или можно сразу идти к Реборну и каяться во всех грехах, потому что конспирация полетит к чертям. Всё, что тебе нужно, — как можно незаметнее зайти туда, найти Кёю и по возможности свалить вместе с ним куда подальше.       — Всего лишь! Ты предлагаешь мне самому влезть на базу отморозков, которые хотят меня убить? И отговорить Хибари объяснять им в чём они не правы? И всё это за два часа? Тебя Реборн случайно не кусал на днях? — сказать, что Цуна был в шоке, значит промолчать. Таких предложений от Шамала он не ожидал.       — Цуна, послушай, ты и сам понимаешь, что без антидота Кёя умрёт. А его смерть это куча проблем, даже если её с моими препаратами никак не свяжут. Если свяжут — я вообще молчу. Помочь ему могут только два человека — ты и я. Привлекать ещё кого-то слишком долго.       — Да они же убьют меня! Да я сам убьюсь, пока до того парка доберусь, — избавившись от первого шока, Цунаёши не мог не признать что мужчина прав. Только легче от этого не становилось. С тем, что придётся штурмовать вражескую базу, парень в какой-то мере смирился ещё до этого инцидента, только вот отсутствие плана, команды и Реборна делали затею едва ли не самоубийственной.       — Почему это? Старайся не попадаться никому на глаза и, возможно, тебя даже не заметят. Или заметят как можно позже. Реборну о твоём самоуправстве доложат быстро, так что помощь хоть и не сразу, но будет. Возьми с собой свою группу поддержки, подстраховать они точно смогут. Ну и зайди домой за перчатками, чтобы не быть безоружным. Я, конечно, дал тебе пару москитов, но, сам понимаешь, это на крайний случай.       — Как у тебя всё просто! — уже почти спокойно огрызнулся подросток, прикидывая свои дальнейшие действия. Безопасным предложенный план не казался, но это было лучше, чем ничего. Мужчина даже про их с Верде старый эксперимент вспомнил! Года четыре назад, исследуя способности некоторых материалов проводить и накапливать пламя, эти двое сделали для Цуны несколько пар перчаток. Суть была в том, чтобы с их помощью снимать данные, но две пары внезапно оказались способны на большее. Почти оружие, как тогда заметил Верде. Сначала Савада даже активно учился с ними обращаться, но последние года два-три они пылились без дела непонятно где. — Допустим, всё так. Но почему ты не можешь догнать Хибари пока он ещё не в Кокуя Ленде?       — Да хотя бы потому что москитов было три, а готовая доза антидота только одна! Или потому что второй москит инфицировал того идиота на койке, а третьего желательно поймать до того, как он вылетит из кабинета и инфицирует кого-то ещё. Хорошо что доза в них только одна и летают они не как обычные насекомые.       — И ты молчал?! А если бы он меня или тебя укусил? — запоздало занервничал Цуна, судорожно оглядываясь по сторонам.       — Это невозможно. Они летают строго по заданным траекториям, а в нашей стороне их не было. В общем, это уже мои проблемы, а тебе пора идти искать Кёю. Время не ждёт!       С этими словами Шамал осторожно открыл дверь и буквально выставил Цунаёши за неё. Тот ещё наверное с минуту просто стоял и пялился в эту деревяшку, пытаясь взять себя в руки и не обращая внимания ни на прозвеневший звонок, ни на толпу школьников. В таком раздрае парень не был уже очень давно. Вроде и понимал, что в этой ситуации, по большому счёту, виноват он сам. Ну и Шамал с Кёей в меньшей степени. Понимал, что не может допустить того, чтобы Хибари из-за него умер, понимал, что на днях всё равно пришлось бы идти на эту чёртову базу, что последствия от того, что он пустит всё на самотёк, будут ужасными. Всё понимал, но не мог избавиться от страха и нежелания туда идти. От навязчивой мысли, что для него это обязательно плохо кончиться. Не смертельно, конечно, но плохо, как бы Шамал его не убеждал в обратном. Лишь кое-как взяв себя в руки и буквально заставив не думать о страхе и опасениях, парень поплёлся в свой класс — нужно было как минимум забрать вещи.       Уже на подходе к кабинету Цуна смог успокоится настолько, что нашёл во всей этой ситуации минимум один плюс — Реборн со своими драгоценными планами и приказами теперь может идти куда подальше. Не сказать чтобы Савада был доволен тем, каким образом собирался этого добиться, но об этом он старался не думать.       — Десятый! С вами всё в порядке? — наличие одноклассников буквально в двух шагах от себя Цунаёши заметил лишь когда с ним заговорили, из-за чего заметно вздрогнул.       — Да, всё хорошо. Я много пропустил? — быстро ответил парень надеясь, что это была первая обращённая к нему фраза. Про Гокудеру с Ямамото он, честно говоря, подзабыл, так что сейчас судорожно придумывал что с ними делать. Впутывать их в эту историю не хотелось, но… Исчезнуть из школы надеясь, что они не увяжутся следом? Мечтать, как говорится, не вредно.       — Почти ничего. Была новая тема и все, как обычно, спали. Ты же знаешь как проходит история с Миято-сенсеем, — как ни в чём не бывало отчитался Такеши, внимательно наблюдая за другом. Цуна был слишком напряжён и явно мысленно где-то не здесь. Да и его ровная походка без привычных спотыканий уже кричала, что что-то здесь не так. Гокудера, судя по хмурому взгляду, тоже это заметил.       — Ребят… — всё же решил начать Цуна, но так и смог больше сказать ни слова. Мешал то ли пресловутый ком в горле, толи то, что он не знал как и о чём им говорить.       — Что-то случилось? — почти одновременно спросили парни, из-за чего Хаято раздражённо зыркнул на Ямамото. От дальнейшего выяснения отношений его удержала не то сонливость, не то напряжённая обстановка, но в целом ситуация была настолько привычной и обыденной, что Цуна лишь покачал головой и наконец-то взял себя в руки.       — Да, случилось. Поэтому сейчас нам нужно срочно уйти. Конечно, в планы на сегодня захват базы отморозков не входил, но… Вы пойдёте со мной? — с надеждой спросил Цуна, глядя на друзей. Парень и сам до конца не понимал, чего ему хотелось больше: чтобы они согласились или не ввязывались в это дело. Навредить им отчаянно не хотелось. Как и идти одному. Как и вообще идти. — Конечно, это опасно. Очень. Я вообще не очень…       — Конечно пойдём! — снова почти синхронно ответили Ямамото с Гокудерой. И снова были переглядывания, так и не вылившиеся в очередную сцену. Такая незначительная мелочь, но всё же она смогла заметно разрядить обстановку. По крайней мере Савада смог отпустить ситуацию настолько, что решил озаботиться хотя бы подобием плана.       — Значит так. Сейчас нам нужно незаметно уйти отсюда ко мне. Там возьмём несколько вещей, а потом посмотрим. Вам нужно зайти домой или ещё куда? — обозначил ближайшие планы Цунаёши, внимательно вглядываясь в одноклассников. Было важно, чтобы они поняли насколько всё серьёзно, что это не очередная забава Реборна, а что-то намного опаснее.       Похоже, Такеши и Хаято действительно это понимали, потому что без споров отчитались, что у них всё с собой. С этими нападениями они вообще старались не расставаться с оружием. Для успокоения нервов, так сказать. Возражать против предложенного плана тоже никто не стал, так что уже через несколько минут они были за территорией школы. И, похоже, удача была на их стороне, потому что по пути им не встретился никто, кто мог бы помешать их планам, а дорога к нужному дому заняла рекордные семь минут и обошлась без падений. То, что Цуну раз пять ловили, не в счёт.       — Цу-кун? Ты чего так рано домой пришёл? Уроки же ещё не закончились. Что-то случилось? — к огромной радости Цунаёши, Нана оказалась дома и нашлась очень быстро. Она буквально выбежала в коридор, едва услышав как открылась дверь. С некоторым удивлением Цуна заметил, что она была сильно взволнована, но решил разобраться с этим позднее.       — Не волнуйся, мам, всё в пределах нормы. Ничего действительно плохого не случилось, — максимально честно ответил Цуна. Врать матери он никогда не любил, да и не умел толком. Но и вдаваться в подробности не стал: не то время, место, окружение, да и ситуация в целом. Заикнись он о своих планах и предчувствиях, и Нана с лёгкостью запрёт его в доме, наплевав на последствия. А ему нужна её помощь и дальнейшее невмешательство.       — Тебе что-то нужно? — к огромной радости Цунаёши, расспрашивать его не стали. Пока не стали, но на большее он и не рассчитывал. С тем, что будет по возвращению, он как-то разберётся, а сейчас важнее, чтобы Нана после его просьбы не передумала.       — Помнишь те перчатки, из-за которых ты меня неделю из дома не выпускала? Не знаешь, где они? — слова пришлось подбирать максимально осторожно, так как раскрываться даже перед Ямамото с Гокудерой не хотелось. С учётом того, что его должны были понять правильно, это была задача с тремя звёздочками. И Цуна искренне надеялся, что давний поджёг дерева на заднем дворе с последующим домашним арестом был для Наны достаточно запоминающимся.       — Какие перч… Ох, эти. Они были где-то в кладовке, — с этими словами она удалилась куда-то в гостиную, напоследок одарив сына таким взглядом, что он мысленно взмолился, чтобы она не передумала давать ему свободу действий. А она может, неоднократно проверено.       — Да, мам, а где дети? Так тихо, — вдогонку спросил Цунаёши, надеясь, что это отвлечёт Нану от оценивания потенциальной опасности его планов на ближайшие часы.       — Дети? — чуть замялась женщина. — Ламбо-кун с Ипин-тян уснули, пока смотрели мультики, а Фута куда-то пропал пару дней назад. Реборн-кун сказал, что знает где он и мне не о чём волноваться, — ответила женщина и полностью скрылась из вида, уже не видя-ка сильно её слова задели Цуну.       — Так вот оно что! — от внезапной догадки подросток словно выпал из реальности. — Так они же!.. И тогда по… Вот ведь! Мог и раньше догадаться!       Отрешенный Савада, разговаривающий сам с собой, зрелище пусть и не эксклюзивное, но редкое и каждый раз достаточно пугающее. По крайней мере на Ямамото с Гокудерой оно произвело достаточно сильное впечатление. Да, они сами без каких-либо вопросов согласились непонятно на что, но с каждой секундой желание хорошенько встряхнуть друга и прояснить ситуацию только росло. И они бы не постеснялись это сделать, но, к счастью для себя, Цуна вовремя обратил на них внимание.       — Знаете, похоже, что ситуация внезапно поменялась, хотя времени у нас всё равно мало. И лучше бы она не менялась. А может так и правда будет проще…       — Джудайме, объясните толком что случилось. Так будет быстрее, — Гокудера, похоже, первым понял, что рано они обрадовались, и ради информации всё же придётся приводить Цуну в чувство. Пока что словами, конечно, но, если не поможет, придётся использовать методы Реборна. В конце концов, намечалось что-то серьёзное, а значит Цунаёши обязан быть собранным, а не летающим где-то в облаках. Замечание, к удивлению, сработало как надо, и после небольшой паузы Савада заговорил уже по существу.       — Если коротко, то эти преступники… Они похитили Футу и с помощью его рейтингов пытаются вычислить меня. То есть, нового босса Вонголы. Не суть. Сами видите, насколько далеко это зашло, так что нужно действовать на опережение. Ну и Футу спасти, конечно.       Цуна ненадолго прервался, оценивая реакцию на свои слова. И, судя по тому, что он видел и чувствовал, спорить с ним не собирались, как и уходить. Казалось, что они наоборот готовы идти за ним хоть на базу, хоть в полицию, хоть на край света, поддерживая и помогая как могут, и вот это уже вызывало смятение. Ну серьёзно, как можно настолько доверять непонятно кому, чтобы совсем не заботиться о собственной жизни? Из информации только общие слова и что это очень-очень опасно, реальной нужды именно им идти туда нет. Где их инстинкт самосохранения?       — Значит, мы идём штурмовать какую-то базу? Круто! Прям как в какой-то игре! — беспечно засмеялся Такеши, будто не чувствуя серьёзности и напряжённости момента.       — Заткнись, придурок! Не видишь что ли? Ситуация серьёзная! — тут же завёлся Хаято, на этот раз и не думая сдерживаться.       «Ну вот, они снова спорят! При этом не похоже, что их настрой хоть сколько-то изменился. Психи! Неужели их вообще не волнуют возможные последствия? Или думают, что всё это очередная блажь Реборна?»       — Держи, Цу-кун, — Нана подошла так тихо, что от её голоса все разом вздрогнули. В руках у неё был небольшой портфель, который она и протянула сыну. — Там внутри вода, аптечка и перчатки. Надеюсь, вы будете предельно осторожны.       — Спасибо. Обязательно будем, — искренне пообещал Цунаёши, скидывая в портфель полученные от Шамала шприц и капсулы. Он был просто неимоверно счастлив, что мама пришла раньше, чем Ямамото с Гокудерой наругались и начали выспрашивать у него детали.       — Вы надолго? Может, что-то ещё нужно?       — Вроде ничего. На пару часов, не дольше, — после этих слов Цуна с усилием заставил себя перестать мандражировать и сосредоточиться на друзьях и предстоящей задаче. — Вы можете оставить сумки здесь. Вряд ли там есть что-то нужное, а они могут мешать. Всё равно после всего мы вернёмся сюда.       Школьные сумки подростки и правда решили оставить. Как не посмотри, а тетради с учебниками последнее, что им может пригодиться, да и оружие они в них не носили. Быстро разобравшись со всем и пообещав не задерживаться, они уже через пару минут шагали в сторону заброшенного парка развлечений на окраине города.       Ну что же, Мукуро, как и Реборн, будут несомненно удивлены такой безрассудной инициативностью Цуна. А об её последствиях вообще можно лишь догадываться.