Сумерки

      Кап, кап, бульк, кап-кап... Всплеск, тишина и снова — кап, кап, кап... Дождь обрушился на город внезапно, тяжёлые капли разбивались о брусчатку, сливались в крохотные лужицы и ручейки, чтобы затем бессильно стечь вниз, под уклон, прочь из города... Вода — стихия жизни, вода и земля. Этот же дождь отдавал тленом и гарью, был предвестником перемен, или это только так казалось? Капли падали, разбивались и снова падали, чтобы исчезнуть навсегда. Знает ли капля, что её ждёт? Знает ли она, что краткий миг полёта — это не свобода и радость, это путь в никуда. Исчезновение, поглощение, распад... Наверное, где-то там, в благодатных землях, не отравленных злобой и предательством, дождь — это просто вода. Животворящая, дарующая радость и новую жизнь, чистая вода...       Волосы пришлось выжимать. Стряхнув с рук упрямые капли, я заново затянула мокрые пряди для разнообразия в один кособокий хвост. Всё равно потом досушивать, так какая разница? Броня не заржавеет, зачарованному топору (+шанс критического удара, + физическая защита, +регенерация маны) вообще ничего не страшно. Часы перед рассветом всегда тянутся, как клей, который дядюшка А. скупал на базаре. Расфасованный по пробиркам, он очень плохо оттуда извлекался, заставляя поминать всех бесов и демонов сразу, приходилось выковыривать его оттуда то тонкой палочкой, то стальной спицей от полусобранного осадного голема (да, ремонт ходовой части ещё то удовольствие!). Вот уже и небо посветлело, но как-то неохотно. А дождь всё лил и лил... К священникам пойду утром, может, будут поразговорчивее.       Я подавила зевок и уткнулась в мех призванного волка. Хорошо ему, с густой шерсти вода скатывается не задерживаясь. Достаточно отряхнуться и совсем скоро встопорщенная колючими прядками-иголками шерсть высохнет совсем. Вопреки сплетням, волки не пахли ни псиной, ни ещё какой гадостью. А сколько слухов ходит о питомцах призывателей! Ну коты это понятно, котиков любят все. Хотя и это милые пушистики могут так огреть лапой с когтями, что не обрадуешься! Эльфийские единороги тоже очаровашки, пока на расстоянии. Вблизи от них веет холодом, не спасает даже бронебойное обаяние светлоухих хозяев. Тёмные вообще стараются не таскать за собой демонов в городах, да и мало их... Вот кто воняет, так это некроманты! Даже не глядя можно отличить некра от его собрата - властителя огня, в просторечии сорка. Вокруг некроманта со стажем всегда распространяется аура безнадёжности, тоски и тлена, даже когда эти надменные создания отпускают на вольный выпас свою ручную мертвечинку. Гадость какая! Мне доводилось ходить в одной команде с некромантом и его тварью в рейд. Да, всё хорошо, и бьёт сильно, и критует отменно, но всё равно хочется повеситься от этого соседства. Такова уж их природа, в одной руке смерть, в другой жизнь, в третьей бутерброд с мяском... хм, что-то меня занесло. Волк потоптался, покрутился на месте и со вздохом улёгся. Я почесала его за ухом, запустила пальцы в серебристую шерсть. Ему никогда не стать белоснежным, это удел немногих питомцев, но это и к лучшему: светлый серебристо-серый окрас не так бросается в глаза, как белый мех снежных волков. Хотя красивы они, никто не спорит.       Тик-так, тик-так, тик... Шурх-шурх, тик-так, в невидимых часах падают песчинки. Солнце вставало неохотно, рассвет незаметно вытеснял зловещий багрянец с неба, гасил звёзды. Дождь прекратился как по команде, но от влажной мостовой поднимались смешивающиеся с сизым туманом испарения. Ничего, развеет. Волосы и не собирались высыхать.Волк не спал, поглядывал сквозь почти сомкнутые веки. Пора собираться. Кто рано встаёт, тот рейд соберёт.       В храме было пусто, только около массивного подсвечника копошилась почти бесплотная тень. Голодом их морят, что ли, на пути к свету знания? Послушница пискнула что-то вроде «не велено будить», но всё же указала направление. Отец Агрипель по утрам выглядит хуже, чем вечером. Ещё более обрюзгший, хотя и крепкий, мешки под глазами налились нездоровой синевой, прожилки на крупном носу ещё более заметны. Ну точно, не щадит себя в трудах и молитвах, возлияниями сопровождаемых! Мне совсем не нравился это лицемерный тип, но делать нечего, придётся разговаривать. Довольно узкий проход и моя выставленная алебарда в сочетании с габаритами священника не позволили ему проскочить мимо меня. - О! Ты вернулась! Неужели ты смогла одолеть слугу тьмы и остаться в живых?! Злополучное творение некроманта снова было подсунуто жрецу под нос (фигурально выражаясь, поскольку мой рост позволял только помахать тотемом в области объёмистого живота Агрипеля). - Именем богов! Вы уничтожили нежить, созданную богомерзкими чёрными магами! (да ну, эта куколка просто так валялась) - Подождите... контракт! Вы читали контракт? Как говорил один мой знакомый, "он слишком много знал". Я и рта не успела раскрыть, как Агрипель продолжал, всё более воодушевляясь. - Мне не нравилась семья фон Хельман, но кто-то же должен был открыть для нас лазейку! Теперь ничто не помешает нашему влиянию распространиться по всему Элмору!       Волк заворчал, я отпихнула его назад (вернее, сама сместилась вперёд, поскольку Серебряный отличается упрямством, а весит раз в пять больше меня. И нежить не любит, и тех, кто с ней якшается). - Я знаю, что вы сделали. (обожаю такие многозначительные фразочки) - Я не понимаю. В чём наша вина? Когда мы только появились здесь, всё было покрыто тьмой. Но теперь Руна не может существовать без нас! Мы, именно мы подавили восстание, наказали мятежников и слуг дьявола! Резня в Руне, нежить и демоны, - он задохнулся, отдышался и продолжил, - невинные жертвы! Но мы справились! Владычица Леса Неупокоенных Лидия фон Хельман завещала всё своё состояние нашему мастеру! После того, как её подпись появилась в том контракте, всё перешло к нашему Повелителю. Ах, ну конечно. Официально Лидия мертва, а просто так наложить лапу на эти земли не посмели даже святоши. Завещали им, как же. - Тот договор заключали дьявол и ведьма, к нам он не имеет никакого отношения! Мы и только мы спасли город и заперли нежить в лесу!       У меня не нашлось слов. Во имя власти этот толстопузый извёл под корень Хельманов, превратил цветущие земли в смертельно опасное обиталище нежити, а вроде как и ни при чём! Наоборот, он весь в белом, местные жители готовы священников на руках носить. А вдруг заслоны снимут и все эти милые костяные создания хлынут в город? А по ночам вампиры станут появляться? И я даже знаю, кого первым навестили бы Айнхалдер с сестрой... - Хм. Не сердитесь на меня. Таковы законы этого мира, всё развивается, всё меняется. Понятно? Теперь вы знаете всё, что произошло в Лесу Неупокоенных. Может быть, вы знаете даже больше, чем я. Но вы ничего не можете с этим поделать! Обычно правду называют силой, но здесь правда бессильна.       А ведь верно. Даже приди мне в голову рассказать всю историю на площади, выкрикивая во всё горло правду о прошлом, никто не поверит. Для всех обитатели храма Руны — спасители и защитники, а посмевшего в этом усомниться в лучшем случае изгонят из города, а в худшем — утопят как пособника дьявола. Как Инносентину удалось уцелеть и закрепиться в библиотеке, уму непостижимо! - Да, я знаю правду. Это вы уничтожили род Хельманов. Агрипель засопел. - Да, вы правы на этот счёт. Наш орден долго работал, чтобы получить это поместье, ведь именно здесь всё сошлось воедино! Трагедия Хельманов было прискорбным побочным продуктом наших усилий. Никто не хотел убивать, всё могло кончиться мирно к вящей славе ордена Бенанданти! (и к толщине твоих карманов. И ещё кое-чьих) - Мне пора нести службу Эйнхазад, великой богине света! Иди дочь моя, сделай то, что хочешь!       Чего я хочу? Я хочу отмыться, соскрести с себя всю эту мерзость, лицемерие и ложь. Я хочу никогда не находить ни книг, ни крестов, не хочу рыться в прогнивших развалинах, не хочу раскапывать могилы, не хочу ничего знать. Не время проявлять малодушие и слабость. Нужно завершить это дело.

***

Чародей нашёлся не у своего котла, а роющимся в стоящей неподалёку кибитке. Наверное, вид у меня был взъерошенный, поскольку он спросил: - Всё пошло не так, как ожидалось? Правосудие и честность это только слова, а правда у каждого своя. Не бывает так, что убил кого-то и сразу справедливость восстановится. - Что же тогда важно? - Важна только воля к жизни. Именно она определяет дальнейшее течение событий. Возможно, и вам придётся когда-нибудь сделать этот выбор, как пришлось выбирать Лидии.

***

      Из порта Руны скоро отплывает корабль. Небольшое путешествие по морю - именно то, что сейчас нужно. С борта я смотрела на пристань и вспоминала последний разговор с Инносентином. Мы долго сидели в его заваленном свитками и книгами кабинетике, потягивая неописуемый горячий напиток с щедрой дозой алкоголя и постепенно на меня снизошёл покой. Я рассказала ему всё до последней мелочи, спокойно и сдержанно, без эмоций. Не упустила ничего из показанного мне Лидией, не потеряла ни малейшего фрагмента колдовского сна. Инносентин долго молчал, переплетал пальцы, подливал что-то в кружки и слушал не перебивая. Потом мы долго молчали о своём. Возможно, он вспоминал своих друзей, воскрешал в памяти красоту и ум Лидии, честность её брата, справедливость отца. Может быть, он не оглядывался на прошлое, а смотрел в будущее, ведь только незавершённые дела мешают идти дальше. А об истории семьи фон Хельман он знает теперь всё и только ему решать, что делать с этим знанием. Я не думала ни о чём. Внутри была пустота, и пока ещё редкие туманные волны мягко колыхались в душе. Что делать мне с этим знанием? - Знаешь, - он как-то незаметно перешёл на «ты», - я буду молиться. И если будет на то воля Богини, если будет она милосердна... я буду просить её о забвении. Пусть они... живут... - он запнулся, - в покое. Мне кажется, это будет лучше для всех.       Корабль готовился к отплытию. Забвение... да, наверно, так будет лучше. Обуреваемые жаждой власти жрецы забудут о своих планах и станут мирно служить Эйнхазад, маг на перекрёстке продолжит тихо варить свои зелья, Лидия... Лидия забудет о прошлом и вновь станет полной сил повелительницей леса, Дориан каждое утро будет находить на себе синяки, но не вспомнит ни о каких вампирах... И если Эйнхазад будет по-настоящему милосердна, она пошлёт забвение и Инносентину... Свежий ветер наполнил паруса, корабль плавно отошёл от причала и направился в море. Как он величав и свободен, если смотреть с берега! Белоснежные паруса, вольный ветер, уверенность и сила в каждом движении! И как покорен неумолимой руке капитана, проложившей курс всё дальше от Руны, к иным берегам! Я открыла коробочку с прощальным подарком чёрного мага. Внутри оказалось ожерелье и непарная серёжка. Забыть всё и никогда не возвращаться... как заманчиво. Со слабым всплеском украшения канули в воду. Забвение, возращение к исходному... Но наступит день, когда кто-то вновь подберёт в лесу старую книжку, или наткнётся на тяжёлый серебряный крест, или откликнется на просьбу некроманта поговорить с призраком... и колесо закрутится по новой.       Корабль отходил всё дальше и дальше. Я стояла на корме и смотрела, как медленно отдаляется берег, как раскрывается широкое небо, чтобы слиться у горизонта с безбрежным морем. И как медленно тают, исчезают из виду серые сумерки.       Вечные сумерки Леса Неупокоенных.