Когда влюблен до кончиков ресниц

Все началось в обычный трудовой понедельник. Я спускался по лестнице особняка, в котором жил с самого рождения. Ничто, казалось, не могло омрачить этот солнечный день или разбавить его обыденность и скуку. Ничто, если бы только... если бы я не запнулся о свою же ногу и не упал с лестницы. Масштабы бедствия оказались плачевны - ваза, стоящая около лестницы, опрокинулась и упала. Мне ничего не оставалось, кроме как созерцать осколки, потирая ушибленное место. Немного пожалев себя, я начал оглядывать плоды своего падения, когда мой взгляд совершенно случайно наткнулся на небольшой ключ, лежащий среди осколков. Не задумываясь, я взял его и сунул в карман. А ведь я даже не знал, как круто тайна этого ключика изменит мою жизнь…но об этом чуть-чуть позже. Осколки несчастной вазы я сгреб к основанию её стойки, получив несколько порезов.

* * *

После завтрака пришлось поработать. Я долго, нудно изучал горы бумаг, пытаясь с ними разобраться. Спасибо Ромарио, без работы я не оставался, - как только одна из стопок убывала, её место сразу занимала следующая. Прерываясь лишь на обед и нужду, я закончил лишь к вечеру. К тому времени Ромарио успел покинуть меня из-за важного поручения, и я остался в кабинете один. Спина ужасно болела, и я решил потянуться. А зря - попытка размяться закончилась падением со стула. Тогда-то я и вспомнил о находке, ведь моему взгляду предстал верхний закрытый ящик письменного стола. Сколько времени я раньше тратил в раздумьях о том, что может там находиться? И сколько раз безрезультатно пытался открыть его? Правда, в какой-то момент я забыл о нем, посчитав ненужной тратой времени, которое мог потратить на дорогую семью. Вспомнив о ключе, я достал его из кармана и попробовал вставить в замочную скважину. Подошел. Я с удивлением и любопытством осторожно повернул ключ два раза против часовой. Замок щелкнул, сообщая, что ящик можно открыть. Все так же аккуратно я выдвинул ящик. Я немного разочаровался - там лежали какие-то документы. Вынув из ящика черную папку и усевшись поудобней в своем кожаном кресле, я открыл её. К сожалению, содержимое папки не сказало мне ничего о том, почему она оказалась заперта. В ней лежали документы и фотографии девушки. Я принялся рассматривать их. На всех была, как я понял, одна и та же девица, в разном возрасте. У неё были светлые золотистые волосы и карие глаза. Красивая фигура, внешность - все говорило о неплохом генофонде. Она смутно напомнила мне себя. Кинув фото на стол, я взялся за документы. Они-то и внесли ясность в происходящее.

* * *

Уже через несколько дней после обнаружения документов я ехал в один из не самых благополучных районов Флоренции. За прошедшие три дня я смог проверить информацию с бумаг на подлинность. Из документов узнал, что у меня есть сводная сестра - отец изменял матери. Я долго думал, стоит ли вторгаться в жизнь чужого человека, но, руководствуясь порывом души, поехал к ней. Достаточно быстро добравшись до её дома, я открыл обшарпанную дверь и вошел в подъезд. Поднялся на третий этаж, позвонил в дверь шестой квартиры. Мне открыли не сразу, чуть погодя. На пороге квартиры стояла молодая девушка семнадцати лет. Её светло-карамельные волосы беспорядочно спускались по плечам. Карие глаза сонно, но удивленно смотрели на меня снизу вверх. Мое сердце учащенно забилось, а все мысли и речи, придуманные ранее, вдруг исчезли из головы. Я испугался, подумав, что она мне не поверит или прогонит. — Кто вы? — удивленно спросила она. — Я - Дино, это - Ромарио — улыбнувшись, ответил я, попутно показав на свою «правую руку». — А ты Микела, да? Она кивнула: — А что вам нужно? Я протянул ей папку с документами, и она открыла её, начиная читать бумаги. Я в это время просто наблюдал за ней, ожидая приглашения войти. Микела была достаточно забавной. Изучая бумаги, она то хмурила брови, то в недоумении чесала затылок. Опомнившись, она оторвалась от бумаг и отрешенно произнесла: — Вы заходите, — и отступила в глубь квартиры, давая нам пройти. Мы зашли в узенький коридор, а потом проследовали за девушкой на кухню. Квартира, в которой она жила, не была большой. Однокомнатная, с маленькой кухней. Но, несмотря на миниатюрность квартирки, в ней царила уютная домашняя обстановка. — Хотите что-нибудь выпить? — предложила она. — Есть чай и кофе. — Да конечно, — согласился я. — Кофе. В её жестах я читал неуверенность и страх. Похоже, она была сильно удивлена. Руки Микелы едва заметно дрожали, когда она насыпала в кружки кофе и сахар. Ожидая, пока нагреет воду чайник, она вновь взяла в руки папку и продолжила читать. Повисла гнетущая тишина, во время которой мой взгляд шарил по кухне. На стенах висели кремовые шкафчики, под ними находилась столешница, на которую облокотилась Микела. Под столешницей опять находились шкафчики. В углу у двери стоял старый обшарпанный холодильник. В противоположной стороне находилась газовая плита. Вскоре визг чайника нарушил тишину и через пять минут, расточая свой аромат по кухне, перед нами стоял горячий напиток. Микела протянула мне папку: — Вот, держи. Она уселась напротив и начала меня разглядывать. Казалось, от её страха не осталось и следа. А может, ей просто было холодно? — Откуда у вас... у тебя эти бумаги? — чуть погодя спросила она. В её хрипловатом голосе слышалось недоверие. — Они принадлежали моему отцу, — я выдержал паузу, а потом добавил. — И твоему отцу. Микела с ещё большим недоверием посмотрела на меня: — То есть, ты хочешь сказать, что являешься моим сводным братом? — Да. Бумаги подлинные, я проверял. — С чего мне тебе верить? Семнадцать лет обо мне никто не вспоминал, а тут ты появляешься на пороге дома и представляешься братцем. Зачем тебе это? А ведь она была права. Любой нормальный человек выказал бы недоверие, если бы о нем внезапно вспомнили через семнадцать лет после рождения. — Понимаешь, мой отец умер четыре года назад. А о твоем существовании я узнал три дня назад. Вновь повисла тишина. Обычно я мог легко договориться с кем-либо, но в этот момент совершенно не знал, что сказать. — Мои соболезнования, — хрипло произнесла она. Тут зазвонил телефон, и девушка, извинившись, вышла. Я слышал лишь отголоски фраз, которые лишний раз подтвердили полученную мной информацию. Ведь за три дня я не только проверил бумаги, но и узнал кое-что новое. А информация была следующего характера: мать Микелы работала на двух работах, чтобы прокормить себя и дочь. Впрочем, я знал, что и сама девушка работала администратором в тату-салоне. Но денег, которые они получали, не хватало и сейчас - их должны были выселить за непогашенные долги. Конечно, мне хотелось предложить им помощь, но будет ли это правильно? Вскоре девушка вернулась в комнату. — Простите, мама звонила. — Ничего страшного, — я немного пораскинул мозгами, после чего предложил. — Микела, я предлагаю тебе переехать жить ко мне. Ромарио поперхнулся кофе. Микела удивленно посмотрела на меня (я промолчу о том, что у неё отвисла челюсть): — Это с какого перепуга? — Твоей матери не хватает денег на то, чтобы прокормить вас. Не думаешь, что без тебя ей будет легче? Если переедешь, будешь на моем обеспечении, а у меня денег немало. Микела смотрела на меня, разинув рот. Наверное, такой наглости за свои семнадцать она ещё не видела.