thick skin, elastic heart

III

Barry

Когда Лен приехал в Централ-сити, он был слишком занят тем, чтобы сколотить команду для похищения бесценного бриллианта. - Ты уверен в своем плане? - Дэн потирал подбородок, скребя ногтями по рыжей бородке, и спрашивал нарочито нахально. Будто он что-то в этом смыслил. - Я всегда уверен в своих планах, - Лен выразительно взглянул на подельника, и тот скрылся из виду мгновенно. Лен вздохнул - он ненавидел всех этих недалеких, способных только к выполнению приказов. Они, по сути, пушечное мясо для отвлечения, рабочие руки, потому что они не умели играть как следует. Для них преступления - способ прокормить себя, ведь больше ничего они в этой жизни не умели. Лен знал, что он мог бы стать успешным в любой сфере, если бы захотел. Если бы захотел, но... Где бы он еще нашел такое поле для собственной игры? Полное испытаний и забавы? Он играл в нее уже давно, и его соперниками становились совершенно разные люди: полицейские, главари банд... Но в чем самая главная проблема, когда ты достигаешь успеха в какой-нибудь игре? Большой или маленькой, это было неважно. Тебе не с кем играть - ты всегда и у всех выигрываешь. *** Лен не ложился спать - его руки немного тряслись от перенапряжения и жара, растекавшегося по венам, и все из-за кого-то или чего-то, сорвавшего его план. Он просчитал все по секундам и даже предусмотрел все чрезвычайные ситуации... План, чёрт возьми, был идеален! Многочисленные листы взлетели в воздух, сброшенные Леонардом со стола. Бесполезные шакалята притихли и прижали к задницам хвосты, как всегда и вели себя, когда гадили хозяину. Программа на ноутбуке пропищала, и да, у Леонарда появились кадры с видеокамеры. Он застыл над экраном, пристально вглядываясь в полосу красного и золота. Краем глаза он фиксировал передвижение мужчин: один присел на соседний стол, второй встал напротив, сверля взглядом. Так обыкновенно делали, когда хотели взгляда глаза в глаза и в то же время боялись этого. Лен незаметно положил руку рядом с пистолетом, лежащим возле ноутбука. Жизнь преподала ему урок еще с два десятка лет назад, когда он чудом (Миком) был спасен от смерти, с которой его так удачно познакомили его же напарники по делу. Подельники были страшнее и опаснее врагов - им можно было по собственной глупости начать доверять. - Последние несколько недель ходят слухи. Люди видели красное пятно, несущееся по улицам. Что это, чувак? От "чувака" Леонарда покоробило, и зубы скрипнули во рту. Металл пистолета в руке успокаивал, а еще больше успокаивал собственный палец на курке. Он буквально чувствовал этот электризованный воздух, сгущавшиеся тучи - Дэн нервничал после провала с бриллиантом. - Может, это беспилотник, какая-то военная разработка, - Энтони был куда спокойнее. Точнее, боязливее. Вспыльчивость Дэна же безумно раздражала. Он нарывался после того, как у Леонарда испарился план буквально со скоростью света. Леонард снова проиграл запись и выпрямился в полный рост. В голове пульсировало от сотен мыслей, проносящихся в мозгу, и он так давно не испытывал этого чувства - работа на пределе, почти что на пике возможностей. - Когда я был маленьким, дедушка водил меня в ресторанчик "Motor car". Еда была паршивой, но вид хорош - прямо напротив департамента полиции Централ-сити. Я все еще хожу туда, - Лен незаметно ото всех выдохнул, стараясь совладать с накатившими воспоминаниями о дедушке. Это было трудно. До сих пор. Спустя столько лет. - Слушаю их радио, знаю скорость их реагирования. В Централ-сити 40 банков, и каждый в 60 секундах реагирования полиции. В этом и заключалось преимущество удара по движущейся цели: когда броневик с бриллиантом позвонил 911, у нас было 182 секунды, прежде чем какой-либо коп мог быть на месте, - Леонард тяжело сглотнул, ощущая невыносимую усталость и тяжесть в мышцах. Он не спал уже третью ночь, потому что планы не терпят сна. Как и подельники, которые оставались на твоей территории и были совсем не прочь вывести тебя из игры. Идиоты. Лен просчитал все их ходы еще в первую встречу. Но поворачиваться к ним спиной все еще было чревато пулей в затылке. - Никто бы не добрался достаточно быстро, чтобы остановить нас. Но... Но что-то остановило, - он крепче стиснул пальцы вокруг пистолета. - А ты потерял самообладание, - и перевел взгляд на Дэна, который так долго ждал этого. Уголок рта того почти незаметно дернулся, выдавая нервозность. - Ты знаешь правила. Мы не стреляем в охранников и копов, если только это не единственный выход. Нам не нужны эксцессы. - Эксцессы? - Дэн пересилил себя и сделал шаг вперед. - Что это, блять, за пятно, Снарт? Лен не знал. Он никогда не встречался с подобным, и было неясно, нравится ему этот вызов, брошенный Пятном, потому что он не чувствовал подобного. Настолько ошарашивающего, что он даже и осадить не может Дэна как следует. - Ясно, - прошипел преступник. - К чёрту все это. К чёрту тебя, Снарт! Я выхожу. Лен не мог остановить себя, мгновенно вскинувшего руку и нажавшего на курок. В тишине склада прогремел выстрел, и Леонард почувствовал дрожь, пробежавшуюся по телу Энтони, застывшего рядом. Он вспылил, чёрт возьми. Не нужно было лезть к нему. Лен поднял пистолет к плечу, прикрыл глаза и вздохнул - как он устал. От этих идиотов, от неизвестности, от всей чертовой жизни. Почему они не понимают по-хорошему? - Если ты выходишь, ты выходишь, - проговорил он достаточно отчетливо, чтобы эти слова стали предупреждением для всех остальных в команде. Хотя Лен с удовольствием выгнал бы их взашей. Нервы успокаивались, он сам пытался сосредоточиться на чем-то ином, кроме мертвого тела перед столом. - Это пятно - это человек, - его тело ныло все сильнее. Пришлось податься вперед, опираясь о стол. - Нам придется обновить игру. Ставки повышались, и Лен уже был готов бросить больше фишек на стол. Он сам еще не знал, что был на крючке. *** Крио-пушка, еще не остывшая после использования, обожгла избавленную от перчатки руку, и Лен со всей силы швырнул опасную игрушку на стол, стирая со лба выступивший пот. Его колотило. Впервые за столько лет. Этот чертов герой в кожаном костюмчике не спас того человека, лица которого коснулось ледяное пламя. Лен не хотел убивать - он хотел проверить героя Централ-сити; хотел знать, как тот движется, насколько быстро... Но узнал о том, как парня (он был наверняка еще молод и зелен) скручивает, когда он не успевает. Лен чувствовал тошноту, хотелось проблеваться, но вместо этого он назло самому себе достал бутылку виски и стакан. Перед глазами еще стоял образ скрюченного над мертвецом парня и его всхлип, разнесшийся по зданию и добивший в спину, как ножом. Алкоголь обжег глотку - снова затряслись руки. Ему нужно было забыть все, что помнил в мельчайших деталях: запах кожаного костюма спидстера, звук, с которым он проносился мимо, желтые молнии, вспыхивавшие перед глазами... Но не забывалось, а лишь притуплялось. Он уснул на кухне, так и не выпустив из руки стакан. *** Бриллиант оттягивал карман парки, но Леонарда совсем не заботило, за сколько можно было толкнуть его очередному богачу, искавшего эксклюзива. Покупка украденного искусства не ради искусства, но ради хвастовства. Пылающие обломки поезда были далеко позади, как и мальчишка в красном костюме. Черт, он действительно был еще мальчишкой, которому следовало бы спать в такое позднее время! Лен рванул с лица очки - пацан выводил его из равновесия так легко. Запах гари все еще стоял в носу и напоминал о том, как Леонард почти что победил. Почти что, потому что не смог прикончить зарвавшегося спидстера в алом костюме. - Это была хорошая игра, - пробормотал он себе под нос, бросая на примятую траву крио-пушку и парку и ложась на нее, скрещивая руки на груди. Холодный воздух наполнял его легкие, голова болела от обилия кислорода и безумства дня. Лен не мог не любить авантюры, но он не становился моложе. "Я на месте", - кинул он сообщение Мику и прикрыл глаза, чтобы не смотреть на холодное бездушное небо и по-тупому безразличные звезды. Под веками вспыхнуло видение - плотно сомкнутые розовые губы, красивая, ровная линия челюсти, красная маска и сощуренные глаза, полные праведного гнева. Какого цвета они были? Лен вздохнул, пытаясь привести мысли в порядок. Что он выяснил? Полоске было меньше тридцати. Он не занимался ничем подобным - слишком жалостлив даже к преступникам. Ему ничего не стоило выстрелить в Снарта, за секунду оказавшись за спиной. Ему ничего не стоило вонзить нож под ребро, и Леонард даже не успел бы заметить, как тот подобрался так близко. Он был неопытен - только учился использовать скорость, но скорости было недостаточно. Лен сказал ему об этом, потому что пацан так и рвался в бой, пытался противостоять всему злу сразу, не зная ни правил преступного мира, ни собственных возможностей. Но у него было огромное желание спасти всех. И когда он не спасал, считал это только своей виной. Готов был положить свою жизнь во имя безопасности мирных граждан Централ-сити, которые даже его имени-то не знали. И Лен мог бы убить его сегодня, просто нажав на курок. Ах да, спидстер не одинок. У него есть команда. - Не убил, потому что у того пацана было оружие, - Леонард проговорил это сам себе, делая мысленную заметку, что все на самом деле было так. "Не убил бы, даже если бы этот пацан с пушкой не явился", - мысль была неожиданной, но все, что Лен сделал - просто вздохнул. Он не был идиотом: мог отличить оружие от пылесоса с лампочками, но... Возможно, уйти как бы из-за угрозы казалось разумнее, чем показать, что у Леонарда Снарта было сердце. Пусть Вспышка опасается его, не доверяет, не подходит ближе... Он слышал приближающуюся машину - судя по звуку, та еще старушка - Мик любил старые автомобили. Леонард Снарт не убил своего врага, потому что у того были широко распахнутые глаза, полные подлинного страха, и слишком много невинности, неискушенности в их глубине. Просто рука Снарта дрогнула, даже если никто этого и не заметил. - Чего развалился? Хватит любоваться на звездочки, Снарт, валим отсюда! - прогудел Мик, и Леонард нехотя распахнул глаза, потягиваясь. И все-таки, какого цвета они были?.. *** - Ты помешан на Полоске, Лен, - пробурчал Мик, протягивая пиво и заглядывая в iPad в руках Снарта, уже в третий раз перечитывавшего статью в блоге о герое. Лен вздохнул и закатил глаза - этот разговор чуть не кончился кровопролитием в последний раз, когда они оба наставили пистолеты друг на друга. - Мне не нравится это прозвище, - Леонард проигнорировал выпад, пытаясь отвлечься: в статьях не было ничего полезного, кроме восхищения и неприкрытой страсти журналистки к подобным историям. Этой Айрис Уэст (кажется, дочь детектива Уэста?) стоило начать уделять внимание технической составляющей. Мик хмыкнул: - Давай, еще придумай ему прозвище, и я окончательно пойму, что ты в него втюрился. - Может, Red Speedster? - Ты отвратителен, - Мик весь загудел, но вскоре затих. - Не очень звучит, - наконец вынес он вердикт. - Нужно что-то... - Изящнее, - Лен согласно кивнул, обхватывая покрепче горлышко пивной бутылки и скатываясь на диване вниз. Тишина почему-то стала неловкой, Лен повернулся к подельнику: - Что, Мик? Тот вскинул брови: - Не делай так. - Как? - Леонард так же вскинул брови, все еще не понимая, что Мик имеет в виду. Но затем перевел взгляд на то, как он обхватывал бутылку. Символически. - Мик, ты только об этом и думаешь, - он не смог не закатить глаза. Мик всё так же вел себя в таких случаях. - Знаешь, по Фрейду, если ты делаешь такое, думая о Полоске, то... - Просто заткнись, - Снарт вернулся к iPad'у и смазанному изображению Вспышки на экране. - Жалею, что когда-то дал тебе книгу Фрейда. Мик фыркнул. - Его костюм... Такой яркий, - вдруг призадумался Рори, и Лен вдруг усмехнулся себе под нос, повторив уже громче: - Алый костюм... Пусть будет Scarlet Speedster. *** Барри не бежал. Он снизил скорость, подставляясь под пламя. Два сгустка - огонь и холод - соединились в его теле, и у Леонарда перехватило дыхание, а мысли словно застопорились. Он, казалось, не мог сделать ничего, кроме как продолжать направлять пушку на поджарое тело бегуна. Отчаянного. Шах. Парень запрокинул голову и беззвучно закричал от невыносимой боли, когда потоки скрестились и Лен почувствовал, как завибрировала в руках крио-пушка, становящаяся неуправляемой. "Флэш жив", - одна мысль пронеслась в голове перед тем, как раздался взрыв, и Леонарда отбросило обжигающей взрывной волной, переворачивая в воздухе и отшвыривая на влажный асфальт. Неподалеку тяжело шлепнулось тело Мика; в голове звенело "Выжить!", и Лен резко распахнул глаза, пытаясь рукой нащупать пушку, но на ствол ее опустилась нога в красном с золотом сапоге. И мат. Флэш жив. Лен не знал, когда он стал заботиться о том, чтобы его враги были живы и здоровы. - Этого я не предусмотрел, - с неожиданной улыбкой фыркнул Леонард, рассматривая Флэша ближе, снизу вверх. Давно его так не осаждали, даже полицейские, и от этого стало по-странному легче. - В этот раз ты победил, Флэш. Он слышал, как приближались детективы - вдалеке заорал Мик, но Лен даже не мог встать, чтобы скрыться и избежать заключения, но... Он смотрел на Флэша, так близко: почерневший костюм пузырился и дымился, губы были плотно сжаты, ноздри раздувались, как у породистого жеребца после скачки, и эти глаза. Снова как будто бы черные из-за темноты, недавней боли, еще окончательно не покинувшей тело, и злости. Такому Флэшу не жалко и проиграть. Хотя бы разок потешить его самолюбие. - Следующего раза не будет, Снарт, - он пытался шипеть, но Лен отчетливо чувствовал, что человек не был зол. Разъярен, но не зол, потому что злость - это чувство, взращиваемое долго и усиленно, но этот мальчишка. Он не был способен на злость. Но секунда длиною в час грубо была прервана дулом пистолета, наставленном на грудь Снарта. А вот и детектив Милашка в действии. Леонард прикрыл глаза и вздохнул - все шло так, как он и планировал. *** Его зовут Барри Аллен. Сразу после того, как Циско покинул дом, Лен бросился к компьютеру, вводя в поисковую строку имя. Первым высветился сайт CCPD, и блять... - Коп? - нахмурившись, выдохнул Леонард, щелкая по ссылке. Сотрудники. - Ну и кто он? - пробасил с кухни Мик, уплетавший рагу, приготовленное Леонардом. Запах вкусной еды щекотал ноздри, и Лен был рад, что сестра вернулась: она всегда возвращала Лену желание готовить. - Подожди, - отмахнулся Снарт, пытаясь выискать среди многочисленных анкет одну. - Ну и кто ты, Барри Аллен? "Бартоломью Генри Аллен Судмедэксперт 25 лет" И Лен застыл, потому что ... спасибо CCPD, они разместили фотографии всех сотрудников. - Барри Аллен, - снова тихо повторил Леонард, увеличивая изображения и понимая, как много скрывала маска. И как много не передавала фотография. У Флэша была светлая кожа и милые родинки. Лен готов был поспорить, под одеждой их куда больше, россыпь точек на длинном теле. И добрые глаза олененка... ...которого хотелось загнать в ловушку. - Покажешь? - Лиза незаметно подскочила, но Леонард успел захлопнуть крышку ноутбука. - Такой вредина, Ленни, - она высунула язык, присаживаясь на подлокотник кресла. - Хочешь его только себе? - Причем тут... - О, я твоя сестра, и я знаю этот взгляд, - она положила руку ему на плечо, наклоняясь к уху. От нее пахло ее любимым парфюмом, и Лен определенно знал - это было для Циско. И у него было достаточно совести, чтобы не разбить ее сердце, сказав, что Циско навряд ли обращал внимание на запах своих похитителей. - Какой взгляд? - Не прикидывайся дураком, Ленни. Этот жар в твоем взгляде, ммм, - Лиза хохотнула, закидывая одну ногу на другую. - Видимо, он все-таки симпатичный под этой своей маской. Скажи мне, Ленни, я права на сто или двести процентов? - Стерва, - усмехнулся Лен, незаметно удаляя историю просмотров. - И судя по твоей реакции, он еще и в твоем вкусе, - сестра еще раз пихнула его в бок и, отбросив волосы назад, удалилась на кухню. - Мик, Лен запал на Флэша! - Это конец бизнесу, - отозвался тот, и Лен закатил глаза. Зачем они ему нужны, чёрт возьми? Лен все еще чувствовал необходимость поскорее лечь в свою кровать и как следует рассмотреть Флэша. Естественно, для работы. *** Леонард должен был послушать свой разум, когда собирался выпытать у Циско имя Флэша - тот неистово кричал, что как бы это ни было выгодно, это сделает Флэша не героем для самого Снарта, а просто человеком. С местом работы, родителями и друзьями, со всеми слабостями и достоинствами. Возможно, он должен был прислушаться к мозгу, потому что сейчас было два часа ночи, и на руке его подсыхала сперма, а в теле затухали отголоски удовольствия. Леонард должен был видеть героя в маске, машину, но теперь он думал о том, кто считает родинки на теле Барри Аллена. И он уже заочно ненавидел этого избранного. *** Еще секунду назад мотоцикл послушно гудел под руками, и грузовик, полный денег, экстренно тормозил; мысли выветрились из головы, пушка в руке заряжалась, надставленная на внутреннюю охрану, но Лен почувствовал, как искрами обожгло лицо и крепкие руки стащили его с сиденья. От порыва ветра перехватило дыхание, и его вышвырнуло из потока в неизвестность. Натренированное тело мгновенно отреагировало, удерживая от падения. Возможно, Лен выглядел забавно, расставив на мгновение руки и ноги, но он хотя бы не пропахал носом землю. Он сделал вдох - лес. Мозг за секунды анализировал окружающую местность. В носу еще стоял запах кожи и озона - и это Флэш, определенно, длинный и худой, освещенный только лунным светом, проникающим через сплетенных наверху ветви корявых деревьев. Леонард отбросил в сторону шлем и снял очки: - Приятно встретить тебя, Барри, - он хотел бы склонить голову набок и сказать это шепотом, стоя гораздо ближе, но вместо этого он делает голос понаглее. Мальчишка имел слишком много власти над его чувствами, которые до этого были заморожены. В голове Лена возникло воспоминание о вчерашней ночи, когда он кончал, еле сдерживая "Барри", грозившее слететь с губ. Не то, чтобы он часто думал о ком-то реальном, трогая себя. И теперь Барри Аллен в трех шагах, стягивающий капюшон костюма и маску: - Мы должны поговорить. *** Это не вина Леонарда, что этой ночью он представил Барри Аллена, лежащего на его парке в лесу и сдерживающего стоны, пока Лен расстегивал бы его костюм и целовал бы обнаженные участки тела до красных меток. Таких ярких на белой коже в лунном свете. Коже, пахнущей прелой листвой и ночью. Это определенно не его вина: он просто никогда не влюблялся так быстро. Он просто никогда не влюблялся. *** В Saints & Sinners Лен неожиданно узнал, что Барри пах цитрусом с древесными нотками и доверял ему. Преступнику и лжецу. Лен неожиданно узнал, что еще минута... Так близко, в темноте бара, под звуки старой хорошей музыки, и Леонард просто разложил бы его на барной стойке. Или на столе для бильярда. У него было много вариантов, когда Барри соблазнял его: "Ведь есть что-то, что ты хочешь взамен за свою помощь". Но он написал просто запредельную сумму денег. Будто это имело для него значение, когда Флэш был на расстоянии вытянутой руки. *** - Я преступник и лжец. И я раню людей, и я граблю их, - Леонард выдавил эти слова из себя еще три часа назад, пока возвышался над поверженным Флэшем. Даже не Флэшем, а Барри Алленом, потому что kid выглядел слишком беззащитно для супер-героя: он был разбит о холод возведенных стен Снарта. Капитан Холод предал его, чтобы защитить от себя другого. Полного лишь чернотой, грязью и болью, от которых очистить его не смог бы даже такой светлый человек как Барри Аллен. Виски, оставшийся только на дне стакана, не брал, так что Лен не понимал, почему Лиза психовала и просила его перестать хлестать виски как воду, но похоже у него была белая горячка: он отчетливо ощутил порыв ветра и треск электричества в воздухе. - Флэш? - протянул он, но язык не слушался. Он, оказывается, был пьян, и особенно это ощутилось, когда Лен попытался встать и не смог сделать и шага - ослабевшие ноги не держали тела, и он начал падать. Руки обхватили его безвольное тело, поддерживая: - Что с тобой, Снарт? - прошипел Барри, все еще обозлено. - Хорошо отпраздновал? - Пр'дновать? Мне нечего пр'дновать, - Лен покачал головой и тут же прикрыл глаза. Все вокруг немного кружилось, и единственной твердой, несгибаемой опорой оставался Барри. - Ленни, я понимаю, почему ты пьешь, но, пожалуйста, ради меня, перест-... - Лиза замерла на пороге убежища, глядя, как Барри осторожно помогает Снарту лечь на кровать. Та выглядела жесткой и неудобной, но Леонарду было всё равно. Он вдруг ощутил жизненную необходимость схватить его за руку - оказалась теплой, почти что горячей. - Ленни, эй, - ласково забормотала Лиза, оттесняя Барри в сторону и укрывая брата одеялом. А затем бережно стащила с него тяжелые ботинки, скрывавшие, что Леонард носил носки со снежинками. (Лен носил их не по собственной воле: это подарок Лизы на день рождения, и он не любил огорчать ее). - Я ненавижу с'бя, - вдруг прошептал Лен, даже не открывая глаз и позволяя Лизе позаботиться о нем. - Ты не должен, Ленни... - Чуд'вище, - его слова становились все более растянутыми и тихими. - Я всегда р'ню тех, кого л'блю, - слова сорвались с губ сами собой, и Морфей затянул его в свои сети. Лиза ему так и не сказала, что Барри опустился на колени перед его постелью всего на минуту и спрятал лицо в местечке между плечом и шеей брата. Его слова были неразборчивы, но некоторые Лиза смогла расслышать: - Не оставляй попыток, Лен. И исчез во вспышке молнии и завихрении ветра. Лиза не знала, говорить ли Леонарду про то, что на его коже осталась влага слез человека, в которого он влюблен так сильно. *** Спустя полгода он оказался в тюрьме за убийство собственного отца, и он все еще считал, что это стоило даже заключения в Айрон-Хайтс. Но Барри сделал все иначе: перевел его в тюрьму для мета-людей, хотя он даже не обладал способностями. - Там тебе будет лучше, - сказал по телефону Барри, приходивший каждую неделю, несмотря ни на что. Лен не знал, чем заслужил это - видеть Барри Аллена так часто с его бесконечными проповедями и "Я верю в тебя, Лен", от которых сердце Леонарда сжималось. - Да, здесь гораздо лучше, - захлебываясь стонами, повторял Лен, проникая в податливое, теплое и льнущее тело Барри Аллена, хныкавшего под преступником на его койке в одиночной камере. Достаточно просторной, скрытой от посторонних глаз и с голубым искусственным светом, освещающим блестящую ламинированную карточку доступа высшего уровня с именем и фотографией Барри Аллена, валяющуюся на полу рядом с кучей одежды, скрывавшей обычно тело судмедэксперта. Тот ласково и нежно водил руками по телу Леонарда и не давал звукам вырваться из себя, лишь еле слышно шептал: - Лен, Лен... Леонард не смог бы никогда сполна насытиться им, жаждущим и открытым. - Я доверяю тебе, Лен, - признался он уже, собираясь уходить. Одетый и цепляющий бейдж на карман пиджака. - Я тоже, - согласился Леонард. - Доверяю тебе, - прибавил он, прикрывая глаза. Тело Снарта содрогнулось, будто ударенное током. Слова, вроде бы простые, но в сознании Леонарда они равнялись другим: "Я доверяю тебе" звучало как "Я люблю тебя". Леонард Снарт был однолюбом, и он не собирался этого менять. *** У Леонарда Снарта была дерьмовая жизнь, полная дерьмовых людей, но он боролся. Не всегда так, как следовало бы, но боролся, чтобы сберечь троих, которые были в его сердце. И единственное, что они могли бы сделать для него в ответ, - оставаться рядом, близко, на расстоянии вытянутой руки и одним только своим существованием заставлять Леонарда Снарта дышать и жить; быть Солнцами, освещавшими его личный черный и холодный космос.