thick skin, elastic heart

II

Mick

Вторым по счету человеком, о котором Лен заботился, стал Мик Рори, пироманьяк и преступник. И этого Снарт точно не планировал. *** Многие романтизировали смерть в юном возрасте, превозносили это чуть ли не до небес и кричали до хрипоты "Живи быстро, умирай молодым!". Но эти люди на самом деле не собирались умирать раньше семидесяти лет и пока у них не родится хотя бы один правнук. Лен всегда считал поклонение смерти глупостью, и почему-то именно он издыхал в подворотне Старлинг-сити, получивший пулю от своих же подельников. Ему было девятнадцать, а его оставленной сестре пять, и Лен обещал ей на Рождество самую лучшую Барби. Сделать это было бы проблематично, если бы он умер. Он все-таки реально смотрел на вещи и не питал ложных иллюзий о загробной жизни. На улице не было ни души, и от громкого собственного дыхания закладывало уши. Лен ослабевшими руками зажимал рану, чувствуя, что под ладонями хлюпало от крови. Даже не было больно - только очень холодно из-за лежания на земле. Веки налились тяжестью и опускались вниз, дышать становилось все труднее. Он слышал чужие, незнакомые хрипы, вырывающиеся из его горла, но они были заглушены воем пожарной сирены. Огромная красная машина пронеслась мимо, поднимая ветер, а затем в отдалении раздался хлопок - что-то взорвалось. Лен даже и не замечал запаха гари и серых клубов дыма в небе, но не смог не увидеть тяжелые армейские ботинки, остановившиеся около него. - Эй, пацан, что с тобой? - судя по голосу, незнакомец тоже был молод, но голос его был куда ниже. Лен невероятным усилием воли посмотрел вверх, чтобы разглядеть спасителя, но перед глазами заплясали темные пятна, и смерть, внезапная и быстрая, настигла его. *** Тогда Лен очнулся на продавленной койке, завёрнутый в сотню одеял. По крайней мере, так ощущалось. В комнате было много света и разного хлама, судя по всему, украденного, и жутко тепло, почти что жарко, будто в печке. Он попытался сделать движение, но голову пронзила боль, и перед глазами все поплыло. - Тихо-тихо, парень. Швы еще разойдутся, - рядом прогромыхали медвежьи шаги, и к губам приставили плошку с холодной водой. - Еле дотащил тебя до знакомого коновала. Мы думали, ты уж не выживешь... Басистое бормотание незнакомца убаюкивало. Лен снова хотел спать, и, возможно, ему очень нравилось лежать под одеялами на мягкой перине с пружинами, впивающимися в спину. Возможно, ему очень-очень нравилось быть живым. - А меня, кстати, Мик Рори зовут... *** - Итак, Лен, - Мик, оказавшийся на самом деле огромным парнем с большими мышцами, осторожно придвинул тарелку с комком слипшегося риса. Снарт, продолжая скорее инстинктивно удерживать руку на месте, откуда вытащили пулю, сел за стол без слов. Он немного говорил вообще, потому что с подозрением относился к этому странному парню, который приносил ему суп в постель и взбивал подушку. - Чем ты занимаешься? Леонард не ответил, продолжая ковыряться в еде. Мало кто позитивно отнесется к заявлению "Я занимаюсь планированием и осуществлением грабежей", но Мика явно это не заботило: - Я поджигатель. Поджигаю разные вещи. Иногда людей. И Снарт внезапно фыркнул от смеха - они определенно найдут общий язык. *** Общего дела тогда не получилось: Лен, как только смог, ушел на свою съемную квартиру, договорившись как-нибудь пересечься с Миком и поговорить о деле. Но спустя месяц Снарт вернулся в криминал, проводя в течение пяти лет удачнейшие кражи, скрываясь от полиции целых пять лет, прежде чем предстать перед судом, и Мик был последним, о ком бы он вспомнил на то время. Правда, до определенного момента. - О, Лен, какими судьбами? - прозвучал за спиной знакомый голос. Леонард резко обернулся, отворачиваясь от тюремной решетки и удерживая под мышкой выданную постель. На нижней полке лежал Мик Рори, его давний спаситель, сверкая темными глазами. Тот, как и Лен, не стал моложе, но разошелся в плечах, подстригся под ноль и обзавелся суровостью, появлявшейся к тридцати годам. Лену было двадцать пять, и по меркам многих оставался еще зеленым. Леонард не мог поверить своим глазам: - Ты? - Ага. Загребли после твоего ухода за поджог. - Меня за вооруженное ограбление, - Леонард самодовольно улыбнулся. - Смогли доказать лишь одно. - Хм, я знал, что ты не так прост, Снежинка. Лен подавился воздухом. *** Ладно, Леонард Снарт готов был признать, что блюда, приготовленные Миком, были просто деликатесами по сравнению с тем, что давали им в тюрьме. Еще больше добавлял масла в огонь Мик, бурчавший рядом: - Лен, этот мужик пялится на тебя. - Пусть пялится, Мик, надо же будет ему дрочить на чей-то светлый образ, - закатил глаза Лен, но все-таки взглянул в сторону заключенного. Волосы того уже тронула седина, а на лице появились морщины. Он был не в самой лучшей форме даже для своего возраста. Лен все-таки предпочитал помоложе, посимпатичнее и не связанных с криминалом. - Накостыляй ему. - Зачем, Мик? - вздохнул Леонард. - Он пялится на тебя. - И что? - Если ты ему не накостыляешь, все подумают, что ты тоже из этих, - Рори вскинул брови, объясняя будто бы очевидные вещи своему бро. - А если я из этих? - ухмыльнулся Лен уголком губ и встал со своего места. Он слышал, как клацнула челюсть Мика о пол, ну или ему хотелось бы это услышать. *** - Лен, - позвал Мик тихо. Они сидели в камерах вот уже второй день - недавний бунт заключенных не мог не повлечь последствий. - Что делаешь? Лен удивленно вскинул брови, лежа наверху. Он читал "Хижину дяди Тома" и точно не ожидал, что Мик заговорит с ним после своеобразного каминг-аута в столовой. Рори был настолько в шоке, что не произнес и единого слова по отношению к сокамернику за последние три дня. И это было не так плохо, потому что Леонард не понаслышке знал, как сильна гомофобия в обществе, так что Мик мог бы просто задушить его ночью... Но тот просто хмуро молчал. - Что нужно, Мик? - Я тут подумал, - гора мышц на нижней полке вздохнула. Дышалось в камерах всё равно тяжело - из соседних камер несло потом и мочой. В их же обиталище пахло только чистящими средствами из-за пунктика Снарта на чистоте. - В общем... Мне тут один чувак пронес порнушку. Будешь смотреть? Лен на секунду оторвался от текста, бросая на вытянутую руку с журналом незаинтересованный взгляд. - Спасибо, Мик. Но мне думается там нет, чего я хочу. Мик снова тяжело вздохнул; внизу зашелестели глянцевые странички. - Тебе совсем девчонки не нравятся? - Совсем. - Просто, может, ты не знаешь, какие тебе нравятся... Они же разные. Рыженькие, черненькие, блондинки? Есть с большой грудью, а есть с аккуратной... Мне вот нравятся с такой грудью, чтобы помещалась в руку, - бас Мика совершенно мешал сосредоточиться на книге. Леонарду пришлось даже отложить ее, загнув страничку. И Лен бы не назвал грудь, поместившуюся бы в руки Мика аккуратной, - у Рори были огромные ладони. - Я знаю, какие девчонки мне нравятся, - внизу стих шелест, и Мик, судя по всему, даже приподнялся на локтях на постели, заинтересованный ответом. - У которых нет груди, но есть кадык и член. В общем, которые не девчонки, - не смог удержаться от привычной язвительности Снарт, отворачиваясь к стенке. - Ну ведь нормально же общались, - вдруг обиженно пробурчал Мик и добавил, надувшись, совсем безобидно из его уст. - Вот ты педик, Лен. *** В этот раз Мик обдумывал слова Леонарда всего лишь день. Возможно, так ободряюще повлиял на него свежий воздух во дворе, куда их вывели на прогулки. Становилось все холоднее - ноябрь на удивление был по-зимнему морозным, и Лен наслаждался, бродя по хрустящей заледеневшей траве, пока его одиночество не было прервано совершенно бестактным: - А ты же... Ну... - Мик бестолково почесал голову, обдумывая слова. Лену вдруг захотелось улыбнуться, потому что Мик был таким Миком. - Ты парень в отношениях? Типа... Ты сверху? Лен засмеялся уже вслух, поднимая голову к небу, хмурому, до краев заполненному пыльными клочками туч: - Мик. Не хочу ранить твою гетеросексуальную психику, но геи меняются. Сверху. Снизу... - монотонно затянул Снарт, тщательно следя за реакцией Мика. Глаза Рори чуть не выпали из орбит: - То есть ты и зад подставлял?! - и тот ушел, но не злой или разочарованный, а задумчивый. На лице его отразилась вся дума мира, и Лен подумал, что не стоит мешать сокамернику осмыслять вещи, переворачивающие все его видение вселенной с ног на голову. *** - И что, каково это? Я имею в виду в зад? - С какой целью интересуешься? - Заткнись, Лен. Я не из ваших. В камере повисло молчание, и Лен повернулся на другой бок, пытаясь заснуть. Он наконец начал проваливаться в сон... В последнее время он часто вспоминал своего первого парня. Очаровательнейшего студента из богатой семьи, который определенно знал, как нужно трахаться. Но это не отменяло ощущения, будто тебе засунули шланг в задницу... - Так каково, Лен? Леонард вздохнул. *** Мик вернулся в камеру совершенно разморенный после того, как встретился со своей псевдо-женой, являвшейся на самом деле шлюхой. С ней пришлось заключить брак, чтобы им только разрешили свидание в семейной комнате с кроватью. Лен всё так же читал книгу, как и час назад, когда Мик только собирался на долгожданное свидание. - Ты вообще живой? - поинтересовался Мик, заваливаясь на койку с грохотом и вздохом. Все тело его казалось легким и невесомым после того, как Энджела отлично поработала сегодня. И слова с языка срывались так же легко. - Ты хотя бы дрочишь или что-нибудь такое? А то мало ли, тебе стукнет в голову от недотраха. А твой сосед - это я... Лен свесился с кровати, глядя скептически на внушительные мышцы рук и ног - Мик явно не беззащитное создание: - Жаль разочаровывать тебя, Мик, но ты не в моем вкусе. Да и изнасиловать тебя будет проблематично... *** - И как тебе полгода воздержания? - Мик умывался после очередной встречи с Энджелой. Ту уже стали даже охранники узнавать, с пошлой улыбочкой интересуясь у Рори номерком. - Нормально, - хмыкнул Лен, потягиваясь и разминая тело. Мику было невдомек, что у Леонарда, чистюли и даже сноба, тюрьма отбивала всякие мысли о сексе и красивых мужчинах. Рожи закоренелых преступников и слащаво улыбающихся педофилов тоже не способствовали возбуждению. - Может, ты хочешь кого-нибудь, в тюрьме? Конечно, они не знают, что ты на самом деле педик, но тут многие развлекаются с мальчиками и если ты... - Спасибо за заботу, Мик, но, пожалуй, откажусь, - Лен улыбался, глядя на Рори как-то снисходительно. В его голове завертелись воспоминания о нежной коже молодых парней и их очаровательных улыбках... На самом деле, он скучал по этому. Однако это действительно было мило - забота, которой Мик так топорно и неаккуратно, но окружал Леонарда, который на секунду даже ощутил, что у него есть друг. *** Первый день на воле они провели за выпивкой и закусками в спорт-баре, на второй разойдясь, чтобы навестить семьи. Леонард ничего не знал о семье Мика, как и тот о семье Лена, и потому даже не ожидал получить СМС от Рори: "Бро. Ты скоро приедешь?" От знакомого "бро" Леонард нахмурился - так Мик говорил, когда ему нужна была помощь. Или когда Мик был пьян, и его пробивало на чувства. А еще, когда он заигрывался с огнем или что-нибудь творил, что не входило в планы Леонарда. Лиза потянулась через стол, отодвинув в сторону креманку с малиновым мороженым и пытаясь заглянуть в телефон брата: - Кто беспокоит тебя, Ленни? Жених? - усмехнулась чертовка, и Леонард правда думал, что без этой красной помады она выглядела куда лучше. Как и без какого-то невнятного торчка, который был не против покувыркаться на старом диване. И еще без унитаза в объятиях. - Друг. - Ленни, тебе тридцать, а у тебя все друзья да друзья, - она закатила глаза, так и не сумев прочитать сообщение. Но Лен все не мог расслабиться: за пять лет, проведенные в одной камере, он мог назвать Мика своим братом. А семью нужно защищать. *** - Что случилось, Мик? - Лен бросил все дела: проследил, что Лиза пошла спать в свою комнату, одна, абсолютно трезвая и со сделанным домашним заданием, и махнул на байке к убежищу Рори, который не отвечал ни на звонки, ни на сообщения. Мик же вздрогнул при виде знакомого силуэта, отставляя на стол полупустую бутылку: - Ты что так рано, Снежок? - он протянул пьяно, разводя руки в стороны. - Ты ж с семьей там... Был. В доме, который они договорились снимать вместе, было грязно: сразу видно, что Лен уехал. Гора немытой посуды, ботинки, валяющиеся в центре гостиной, - все определенно было в стиле Мика. - Ты тоже должен был быть с семьей. Ты сказал, что поехал к ним, - Леонард озадаченно присел на диван. Лицо Мика было розовым, а белки глаз - красными из-за лопнувших сосудиков; он повернулся к Лену, смаргивая слезы: - Ты моя семья, Снежок, - и стиснул Снарта в медвежьих объятиях, да так, что кости захрустели. - Брось, Мик, что случилось? - Лен хлопнул пылающего Мика по плечу и вдруг обнаружил, что тот уже спал, прислонившись щекой к груди друга. Лен не смог не улыбнуться уголком губ, укрывая потом Мика теплейшим толстым одеялом. *** - Что случилось, Мик? Почему не поехал к семье? Рори поморщился от громкого голоса Леонарда и приложил ко лбу холодное полотенце. И из-за его огромной нелюбви к холоду и всем его проявлениям, он выглядел так несчастно, будто его поместили на северный полюс. Как минимум голым и без еды. Так что не Леонард был здесь королевой драмы. - Я съездил. На кладбище. Лен застыл, чуть ли не упуская кипящий кофе из турки: - В смысле? - Когда мне было двенадцать, я поджег семейную ферму - всего лишь одна спичка в стоге сена и пуф! - губы Мика, искусанные и шелушащиеся, скривились. - Адское пламя перекинулось на дом, а я стоял и не мог отвести взгляда. Вы все никогда не видели в огне того, что вижу я... Дом, охваченный огнем, был красив. Я очнулся, только когда услышал крик матери. Все они сгорели, оказавшись в ловушке. Лен молча разливал по чашкам кофе, терпкий и ароматный. Он отчетливо видел в мыслях двенадцатилетнего мальчика, прячущего коробок спичек в карман, и зачарованного огненными языками, лижущими деревянные стены фермы и пристроек. - Я болен, Ленни. Это болезнь, - бормотал Мик, обхватывая себя руками. На нем было два свитера, и перед Леонардом был все тот же двенадцатилетний мальчишка, а не преступник за тридцать. - И я справляюсь с ней благодаря тебе. - Для этого и нужна семья, Мик, - Леонард пожал плечами, пододвигая по столешнице таблетку аспирина и стакан воды. *** - Полиция будет здесь через четыре минуты тридцать две секунды, Мик! Пошли! - Лен застегнул сумку, полную денег, и махнул рукой, продвигаясь к двери. О пол брякнула канистра, выпущенная из рук Мика, бросившего спичку в лужу бензина. Банк мгновенно запылал: огонь перебросился на шторы и диваны, запахло паленой кожей, обтягивавшей диваны и кресла. - Четыре минуты пять секунд, Мик! - крикнул, не оборачиваясь, Лен и побежал внутрь банка, собираясь в соответствии с планом выскочить через чёрный ход и затеряться во дворах. Он перемахнул через кассу и скрылся за дверью. Шаги отдавались эхом... но почему-то были слышны только его, Леонарда. От стен не отскакивали гулкие тяжеленные шаги Мика. - Три минуты пятьдесят три сек... Мик? - Леонард резко затормозил, скользя по кафельному полу, и растерянно обернулся. Тусклый коридор, освещенный электрическими лампами, был пуст. - Мик, - повторил он заторможенно и, бросив сумку с деньгами, рванул обратно, врываясь в горячее помещение, заполненное дымом и пламенем. Только не это. Он видел Мика. Мика - исполина, зачарованного огненным хаосом; в глазах его плясало адское пламя, целовавшее его одежду и руки оранжевыми языками. - Мик! - заорал Леонард что было силы, но тот только медленно качнулся, загипнотизированный, поднимая глаза на друга, а затем и руки. Мик горел. Огонь полз по его спине, плечам и рукавам; Лену казалось, будто он видел, как на знакомых огромных ладонях Мика надувались волдыри. - Мик, ты горишь! - до хрипоты закричал Леонард. Легкие и горло жгло от дыма и высочайшей температуры в помещении. - Ми-и-ик, твою мать! - Посмотри, Ленни, как красиво, - Мик вытянул вперед руки лодочкой, внутри которой плясал крохотный огонек. Прямо на голой тлевшей коже. В горле Леонарда встал ком. Мик улыбался так, будто был самым счастливым человеком в жизни. "Это болезнь", - всплыли в памяти Леонарда его слова. Мик был болен. - На землю, руки за голову! - прозвучало от дверей, и Лен понял, что помещение стремительно заполнялось полицейскими и пожарными. В плотной завесе дыма они еще не видели Леонарда, закрытого от взоров широкой спиной Мика. - Мик, - прошептал Лен, делая шаги назад. Время было в минусе. - Мне нужно ид... - Лен все отступал, не в силах сказать Мику, что он его бросает. Леонард обещал себе, что никогда больше не сядет в тюрьму и не оставит Лизу. - Руки за голову! Безумная улыбка Рори сползла; лицо его исказилось болью и невыносимой печалью. Такую грусть Леонард видел только в детстве, когда дед уходил на работу, а в его доме оставался старый пес, которого тот взял еще щенком. - Мик, я... - слова застревали в горле. - Беги, Ленни, - Мик улыбнулся уголком губ и повернулся навстречу полицейским. Он пылал, как факел в руках Статуи Свободы, и спасатели бросились к нему. И тогда Лен побежал. В ушах свистел ветер, а легкие сжимались в груди из-за количества втянутого дыма. Сумка с деньгами оттягивала руку, вдалеке слышались сирены скорой помощи. Для Мика, пожалуйста, для него. Леонард сбавил скорость, только когда убедился, что преследования не было. Он оторвался. Ноги его враз ослабли, и на секунду, всего на секунду, Лен привалился к кирпичной стене в переулке, где никто не мог его заметить. На щеках уже высохли слезы. *** Лен не знал, радоваться ли ему тому, что Мик сбежал из машины скорой помощи, или рвать на себе волосы. Этот ублюдок так и не позвонил. *** Лен прощупал все свои связи в криминальном мире, но никто ничего не слышал о Мике Рори. Будто бы Мик Рори остался там, в пожаре. Лену показалось, что и от части его самого остались лишь угли. *** Мика не было рядом, когда рождается Капитан Холод. Но Капитан Холод хотел бы, чтобы рядом был человек, которому идеально подошел бы ручной огнемет. *** И Мик вернулся. Чтобы Лен понял, что Мика Рори, которого он знал, больше не было. Чтобы стать легендой - Тепловой Волной. - Огонь открыл истинного меня, - сказал он Леонарду поразительно холодно. И, что бывало очень редко, Лен поежился от такого ледяного приема. "Огонь поглотил истинного тебя", - хотелось возразить Снарту, потому что его сердце поразительно больно сжалось в груди, но он промолчал. Тот Мик понял бы. Этот - нет. *** - Назови мне хотя бы одну причину, почему мне не следует убивать тебя прямо сейчас! - Леонард не мог сдержать своей злости. На себя, а не на Мика. Потому что в его руках уже давно не дрожал пистолет, направленный на человека. Мик незамедлительно отреагировал - идеальная машина для убийств: - Кто еще будет слушать твои победные речи? В этот момент Леонарду хотелось бы нажать на курок, но слишком силен еще образ Мика, спасшего его, перед глазами. Лен опустил оружие. *** - Ты одержим Флэшем! Это ломает все наши планы! - Мик бушевал, но все же сдерживался в присутствии Лизы. Ее он, к большому удивлению, уважал и даже своеобразно любил: исполнял ее просьбы и откликался на окрики, когда заигрывался с огнем. - Я не одержим им, - бросил в ответ Леонард, бросая взгляд на Лизу. Та усмехнулась и покачала головой, поднимаясь и покидая комнату. Она не собиралась слушать все эти скандалы двух старых подружек. - Мы чуть не попали за решетку из-за него! - Такого больше не случится. У нас есть уговор... - Какой к черту уговор, Лен? - Мик ударил кулаками по столу, вскакивая на ноги. Тарелки и стаканы испуганно звякнули, Леонард не придал этому особого значения. - Мы не заключаем договоры! Если только... - Что? - Снарт закатил глаза, отходя к раковине и поворачиваясь к Мику спиной. - Ничего, Лен. Можешь продолжать дергать за косички понравившуюся девчонку и подставлять всех вокруг. Это ведь то, что ты делаешь: потакаешь своим желаниям и используешь окружающих, а затем бросаешь их, когда дело сделано. Возможно, Мик был прав. Но Леонард уже зашел слишком далеко, чтобы измениться. *** - Лиза рассказала мне все. - Что все? - Леонард даже не удостоил друга взглядом, слишком занятый отношениями Моники и Чендлера на экране. - Блять, Лен, ты так выглядел, только когда расстался с Уинстоном, - Мик плюхнулся рядом на диван. Лен непонимающе взглянул на него, и Рори вздохнул, поясняя. - Сериал "Друзья", килограммовая банка мятного мороженого, это грустное лицо... - Я знаю, что ты хочешь сказать. Я не девочка-подросток, расставшаяся с первым парнем. - Ведешь себя именно так, - загоготал Мик, пихая Леонарда в плечо. Тот не смог сдержать улыбки. Они оба рассмеялись, потому что, кажется, это уже происходило лет этак десять назад. - Он тебе нравится, и ты его кинул с перевозкой мета-людей. Почему? - Мик закинул ноги на журнальный столик и залез пальцем банку с мороженым, не обращая внимания на возмущенный взгляд Леонарда. - Не подумал о том, что если дергаешь девчонку за косички, ей становится больно. Иногда очень больно. Мик хмыкнул, кладя на плечо ладонь. Так по-знакомому. По-родному. Лен понял, взглянув на руку на своем плече, что даже пепелище зарастает травой. Запах гари на их с Миком личном пепелище чувствовался все меньше.