Операция "Штирлиц по-талморски"

Девушка проснулась рано утром. Солнце еще не успело взойти над городом, как она уже бежала по улочкам в сторону городских ворот, каждый раз оглядываясь, боясь слежки. По обрывкам слухов, услышанных ею у городских стражников, она узнала, что скоро в город приедет караван каджитов. Словоохотливые жители Эльсвейра наверняка знают много полезного, и девушка, справедливо считая, что это пригодится, решила узнать об обстановке в стране да и об общем отношении жителей к Талмору. Выйдя за ворота и пройдя мимо конюшни по узкой тропинке, слегка заросшей травой, она спустилась прямо к каджитскому лагерю. Быт караванщиков был небогат, чего нельзя было сказать об их кошельках – всего три палатки и минимум вещей. Даже лошади нет. Люси присела на драный ковер рядом с одним из каджитов. Под тонкой тканью явно чувствовались все неровности земли, а мелкие камушки больно въедались в ноги, и девушка заерзала, устраиваясь поудобнее. Торговец смотрел прямо, слегка щурясь на солнце, и нервно вздрагивал хвостом. Он был не на шутку взволнован и пытался спрятаться за напускным спокойствием – жизнь в Скайриме никогда не была спокойной. - Чем могу быть полезен? – каджит первым начал разговор, не вытерпев, - У меня много товаров. - Понимаете, - девушка быстрым движением поправила пояс на одеянии, скользнув рукой по рукояти кинжала, проверяя его наличие, - скоро зима. Осталось всего-то месяц, и наступят первые морозы. Запасы зерна и дичи – велики, но правительство, отдав город Талмору, видно не предусмотрело расходы эльфов. Они много тратят на войну. Причем отсылают провизию на обе стороны, как Империи, так и Братьям Бури. А то, что осталось, увозят к себе в посольство. Боюсь, мы не перезимуем. Наши запасы тоже не безграничны, а выращивать растения под слоем снега… Городу придется закупать еду в более южных районах – Рифте или Фолкрите. За бесценок они не продадут, тем более что наш ярл с ними не в лучших отношениях – тогда закончатся и деньги. Первыми умрут, несомненно, дети, затем старики… К лету останется лишь половина людей. - Тогда, чего же ты хочешь? – каджит недоуменно взглянул на девушку и перешел на шепот. - Мы не можем обеспечить город таким количеством еды. Тем более, если Ондолемар узнает… Мне не сносить головы. - Ты прав… Но если ты доставишь вот это ярлу в Вайтран, - Люси достала из сумки сложенный в четверо лист бумаги, - То тебе будет безмерно благодарна не только я, но и жители Маркарта. Кивнув и спрятав послание во внутренний карман одежды, каджит поспешил удалиться, нервно оглядываясь. Он был безграмотен и не умел читать, а значит, что за сохранность послания можно было не беспокоиться. Первая часть плана выполнена. Эх, знать бы еще, сколько этих частей и чем это все закончится.

***

Люси шла по коридорам крепости, спеша на завтрак. Живот противно бурчал, то и дело напоминая о себе. Девушка сама по себе была очень худой, а эта голодовка, продолжавшаяся несколько дней, отняла все силы. Ноги не держали Люси, и она шла, шатаясь из стороны в сторону, словно дерево, которое сносит бурей. Она опустила взгляд и стала смотреть себе под ноги, чтобы не споткнуться, ведь факел догорел, а зажечь его не успели – у стражников только закончилась ночная смена, и теперь они отсыпались в казармах, обнимая подушки. Тьма окутывала все, стелясь по полу и поднимаясь вверх клубами пыли. От кухни приятно пахло жаренным, и девушка повела носом, глубже вдыхая и облизываясь. К запаху мяса примешивались также нотки корицы и ванили – сегодня повара готовили выпечку. Каждый раз, проходя мимо противней со свежими пирожками и булочками, девушка глотала слюну – все это предназначалось ярлу и его приближенным, в число которых она не входила. Взяв с засаленной полки над печью тарелку, девушка подняла тряпкой горячую крышку с кастрюли и заглянула внутрь. Так, сегодня опять похлебка из капусты. Зеленоватые листья плавали в противном бульоне цвета болота. Запах стоял специфичный. Подавив тошноту, девушка поспешила закрыть варево обратно крышкой. Люси заглянула в другую кастрюлю, а затем и в третью, стоявшую в отдалении. Везде была похлебка. Видимо работает принцип столовой – заготовить гадости на несколько дней и кормить всех, без права выбора. Алдуина на них не хватает. Разочаровавшись в ассортименте, Люси оставила тарелку и прошла к столам. На одном из них стоял кувшин с отколотой ручкой, в котором, как показалось девушке, плескалась жидкость. Компот! Чуть ли не подпрыгнув от радости, девушка подбежала к нему и наклонилась, чтобы понюхать. Компот, конечно, оказался компотом, а не чем-то иным, но было одно "но"… он был из сухофруктов, которые она на дух не переносила. Рядом сидел мальчик и уплетал суп с такой скоростью, что только был слышен хруст. Его одежда указывала на то, что он из небогатой семьи или же сирота. Все колени и локти были в заплатках, а руки черны – видно он работал на рудниках. Поняв, что завтрак на сегодня отменяется, девушка вышла, на секунду задержав взгляд на покрытых золотистой корочкой пирожках. Повар, коим оказалась немолодая женщина, только покачала ей в след головой, так ничего и не сказав, а мальчишка помахал на прощание рукой. Люси стала спускаться вниз по лестнице, как ее остановил стражник. - Зайди к Ондолемару, он велел, - страж махнул рукой в сторону комнаты Талморца. Отлично понимая, что эльф не любит ждать, она поспешила к нему, опасаясь нажить себе новых проблем. Ей еще со старыми разбираться. Отворив дверь, девушка замерла на пороге, не решаясь двинуться дальше – проклятый эльф ел те самые пирожки, вокруг которых она крутилась все утро. Ел, с превосходством поглядывая на нее и, кажется, даже специально отламывал по маленькому кусочку, чтобы еще больше позлить. - Вызывали? – Люси склонилась в поклоне, потупив взгляд на свои сапоги и не решаясь поднять. Она буквально кожей чувствовала, как эльф разглядывает ее и его губы сжимаются в самодовольной улыбке. Живот предательски забурчал, выдавая голод. - Садись, - эльф протянул ей пирожок и пододвинул чашку с чаем. Вторую чашку с чаем, заметила Люси – эльф ждал ее. - А то совсем себя голодом заморишь. Завтракали они в полной тишине, думая о своем. Каменная дверь была приоткрыта, и девушка вслушивалась в звуки снаружи, пытаясь отвлечься и успокоить бешено стучащее в груди сердце. Осознание того, что сейчас произойдет нечто непоправимое, не покидало ее ни на секунду. Нервы совсем расшаталась, с горечью подумала девушка, и к ночным кошмарам, снившимся ей уже в которую ночь прибавились страхи и в реальности. Когда закончилась еда, эльф выдвинул верхний ящик стола. Он зачерпнул рукой, обтянутой в кожаную перчатку, горсть амулетов и вывалил их перед Люси, раскладывая и пересчитывая. - Пропал один, - Ондолемар взглянул на девушку, - ты не знаешь где он? На лице Люси пронеслась буря эмоций, начиная от страха, что ее раскрыли и, заканчивая непониманием, как такое возможно. Она попыталась вдохнуть, но подавилась воздухом, который больно обжег легкие. Лицо девушки побледнело, а сама она сжала кулаки под столом, впиваясь ноготками в ладонь, оставляя на ней красные следы. - Нет, я первый раз вообще их вижу, - почти скороговоркой выдавила она на выдохе. - А если я взгляну на твой клинок? – эльф встал и перегнулся через стол, хватая Люси за края одеяния. Он вытащил кинжал из ножен притихшей девушки и взял его в руку, начав осматривать, - Как же ты объяснишь тот факт, что он практически идеально подходит к зазубринам на замке? Ондолемар до побеления сжал костяшки пальцев на воротнике Люси, сминая ткань и намереваясь перейти на шею девушки. Его лицо исказила гримаса ярости, и Люси попыталась вырваться, боясь, как бы он не принял попыток задушить ее. - Я…Я не знаю, прав… - договорить ей не дал Ондолемар, с силой ударивший по лицу, да так, что из разбитого носа потела кровь. Девушка закрылась, пытаясь дрожащими пальцами зажать нос. Кровь даже не думала останавливаться и протекала даже через плотно сомкнутые пальцы, рисуя на столе багровые узоры. - Бросьте ее в пыточную. Завтра я займусь ей, - эльф безразличным голосом отдал приказ, и двое Талморцев потащили уже не сопротивлявшуюся девушку вниз, в темницу. Холодный пол камеры абсолютно недружелюбно принял Люси – солдаты просто кинули ее внутрь, не обращая внимания. Девушка уселась на куче сена в углу и притянула к себе колени, обняв их. Из ее глаз текли слезы, чертя соленые дорожки от глаз до подбородка. Она тихо всхлипывала, уткнувшись разбитым носом в ладони, которые сразу же окрасились в красный. Кровь текла и, смешиваясь с грязью, приобретала бордовый оттенок так похожий на Аргонианское вино. У него даже название такое же – кровавое. Из головы разом вылетели все мысли, заглушенные болью, как физической, так и моральной. Ведь она всего лишь желала мира всем. За что с ней так? Видимо, она разгневала девятерых, и это плата за ее грехи. Но скорее всего нет – просто Ондолемар, этот самодовольный талморец, просто решил избавится от полукровки, вставлявшей ему палки в колеса, и просто сующей нос не в свое дело. Луч солнца скользнул по серым камням, на секунду замер на ржавых прутьях решетки и погас, растворившись в темных коридорах темницы. Вдали раздались спешные шаги – их обладатель спешил, да так, что девушка могла даже слышать его сбивчивое дыхание. На мгновение в затуманенном сознании проскочила шальная мысль – Ондолемар. Но нет, гордый талморец никогда бы не позволил себе спешить, это не он. Девушка облегченно выдохнула – она все-таки переживет эту ночь. Последнюю в своей короткой жизни. Она судорожно закашлялась, глубоко вдыхая сырой воздух подземелий, и приоткрыла слипшиеся от запекшейся крови веки. Пошевелила вначале руками, сжимая их в локте и разгибая онемевшие пальцы. Затем ухватилась за выступ в стене и неуклюже приподнялась, шатаясь на подгибающихся ногах. Девушка провела кончиками пальцев по лицу, ощущая запекшуюся кровь под носом. Сжала зубы и начала отдирать ее, морщась от боли – крови вытекло изрядно. Незнакомец подошел ближе и застучал клинком по прутьям, привлекая внимание. Затем звякнули ключи, и заскрипел замок. В камеру вошел эльф, тот самый, которому она подложила амулет. Теперь стало понятно, почему Ондолемар так быстро вынес ей приговор – этот гребанный эльф сдал ее. - Скучаешь? – первый помощник Ондолемара подошел ближе. - Знаешь, когда я вчера нашел амулет у себя под кроватью, я понял, что дело нечисто и поспешил доложить. На тебя. Ты единственная, кто заходил в комнату вчера. И мне поверили. Люси замахнулась, и хотела было ударить талморца, но он с поразительной легкостью перехватил руку, направленную на него и заломил, заставив девушку изогнуться и зашипеть. - Скоро рассвет и Он придет за тобой, знаешь? – эльф наклонился и зашептал девушке на ухо, впрочем, не спеша ее отпускать, - О, ты боишься… и правильно делаешь – я видел, как он пытает людей. Зрелище не для слабонервных, скажу тебе. Талморец наклонился еще ниже и обвел языком ухо девушки - Но я могу сказать ему, что ошибся и тебя отпустят… только вот… Люси дернулась, кривясь от отвращения и пытаясь вырваться из крепкого захвата мужских рук. - Что ты хочешь взамен? – она не узнала свой голос, настолько слабым и жалостливым он был и походил скорее на собачий скулеж, чем на голос Талморца, которым она стала. Из глаз текли слезы, и девушка тряслась, боясь, боли. А Ондолемар наверняка знает, как ее причинить, в этом она не сомневалась. - Тебя, - слово зависло в воздухе, звеня в прохладе темницы и отражаясь эхом от стен. Эльф, наконец, выпустил девушку, и она стояла, растирая затекшую конечность и никак не могла поверить в услышанное.