Операция "Штирлиц по-талморски"

Стражники пробежали дальше за помогавшей ей парой и скрылись из вида, подняв дорожную пыль. Тем временем Ондолемар менять направление даже не думал, и все так же со своими бойцами быстро бежал к ней. Сил убежать не было, да и не стоило - злить и так злого талморца? Да это ж самоубийству подобно. Уйти она по-прежнему не могла. Зелье хоть и сняло боль на какое-то время и остановило кровь, но рана могла открыться вновь. Ондолемар молчал, лишь оценивающе проводил по ней взглядом. Он сразу приказал бойцам разойтись, поняв, что в этом нет необходимости, и справится с худенькой эльфийкой он может самостоятельно. А затем, так же молча, не желая обсуждать их взаимоотношения при всех, подхватил ее на руки и прижал к себе. Люси уткнулась носом ему в плечо и замерла,пытаясь успокоиться и убедить себя в том, что все будет хорошо. Получилось, и вскоре картинки ужасов, что она прокручивала себе в голове, сменились снами. Проснулась она от появившегося из ниоткуда кошмара. По спине пробежал холодок от страха, заставив попытаться укутаться получше. Не получилось – одна из рук была крепко привязана к кровати. Грубая веревка сильно натирала кожу, и та саднила в нескольких местах. Эльфийка оглянулась. Вокруг был до противного знакомый кабинет Ондолемара. И кровать его. Хорошо, что не в темницу уволок, а к себе. Справа двинулась тень, и Люси закричала не своим голосом, да так, что, наверное, слышала вся крепость. Видимо, кошмарам надоело сидеть в подсознании, и они решили перейти в реальность. Девушка свободной рукой попыталась защититься и начала бить в пустоту. - Не ори, - вспыхнул огненный шар, выхватывая из черноты лицо Ондолемара. - Тише ты. Он подошел ближе и остановился на расстоянии вытянутой руки. Он не был зол, наоборот, спокоен как никогда. Девушка откашлялась, прочищая горло после крика, и глубоко вдохнула, чувствуя запах спиртного. Мужчина перед ней хоть и играл очень убедительно роль трезвенника и идеала для всеобщего подражания, но сейчас откровенно халтурил. - Покончим с этим. Завтра свадьба. Потом наследники, - эльф был немногословен, всем своим видом показывая, что праздновать он уже начал. - Такие маленькие эльфики… И войска… Монолог также резко оборвался, как и начался, и эльф, шатаясь, плюхнулся на кровать на подкошенных ногах. Кровать была узкая, и Ондолемар, не церемонясь, сдвинул Люси прямо к стене, вжимая ее в холодный камень. Он приобнял ее, практически не сопротивляющуюся, и прижался щекой к шее. Девушка попыталась выбраться из-под навалившегося на нее мужчины, но тщетно – рука так и была привязана. Ондолемар по-собственнически положит руку ей на грудь, вызывая у эльфийки приглушенный вскрик от неожиданности. «А если он прямо сейчас начнет эльфят делать?» Люси уже поняла, что кричать глупо, в этом месте нет дел до чужих проблем. Оставалось только сжаться и молить богов о помощи. Они не услышали, впрочем, как и всегда, а вот судьба подкинула ей шанс – Ондолемар даже не снял с себя оружия, и теперь маленький кинжалик был в руке девушки. Веревка разрезаться никак не хотела, но девушка с упорством продолжала резать ее ножом. Наконец она перерезала им веревки и поспешно выбралась из-под никак не отреагировавшего Ондолемара. Эльф, почувствовав, что место освободилось, развалился на все ширину кровати, прижимая к себе подушку. Люси бежала по коридору, наплевав на стражников, которые тоже были в пьяны. Значит, весь замок вместе с эльфом начал праздновать. И что же будет, когда кто-либо не напившийся до состояния свиньи увидит, как будущая невеста с кинжалом несется к выходу? Подумают явно не лестное, да еще и могут вдогонку бросится. На счастье девушки все стражники вокруг не реагировали ни на что, да даже если сам Дагон явится сюда, то на него никто не обратит внимания и спишут на глюки. Люси миновала еще коридор, ее шаги глухими ударами отдавались в тишине подземелий. Она вышла как раз к жилым комнатам и остановилась в нерешительности возле своей двери. Бежать дальше или взять свое оружие на всякий случай? Решив, что меч лишним не бывает, она вошла в комнату. Шкаф и тумбочка были перевернуты, а их содержимое валялось на полу. В комнате царил хаос. Дверь взломана не была, так что оставалось гадать, кто же смог проникнуть внутрь и что он искал. Меч девушки не тронули, и он как валялся под кроватью, так там и лежал, гармонично вписываясь в пространство комнаты. Нетронутой оказалась и игрушка - заяц. Только теперь в его лапах был листочек бумаги. Заинтересовавшись, Люси сразу развернула сложенную в несколько раз записку. «Выходи к конюшням, если хочешь жить. Л.» Ну и подчерк! Либо человек написавший это ни разу в жизни не брал в руки перо, либо руки у него растут не оттуда. Девушка несколько минут мучалась, пытаясь разобрать каракули. Интересно, последняя буква это такой тонкий намек на то, что ее зовут Люси? Возможно и так, если это действительно буква Л. В чем она сомневалась. Девушка уже начала выходить из комнаты, и чуть приоткрыла дверь, вслушиваясь в тишину. Недолго, правда. Совсем близко раздались очень бодрые голоса, принадлежавшие явно не выпившим. Девушка сразу отпрыгнула налево, прячась за стеной. Она с еще большим ужасом узнала голос эльфа, того самого из темницы. Сердце бешено стучало, и девушка пыталась унять сбившееся дыхание. Говорившие прошли мимо, но остановились посреди узкого коридора, продолжая начатый разговор. Теперь ей не выйти. Времени оставалось мало, тем более Люси не знала, когда на ее поиски выйдет Ондолемар. Она тихонько потянула открывшуюся дверь на себя, пытаясь ее прикрыть, но старые петли подвели, привлекая эльфов скрежетом. Шаги приближались, и девушка перелезла за кровать и затаилась там, не решаясь даже выглянуть. Теперь точно все – это конец. Внезапно раздался лязг мечей – эльфы перешли в наступление, ну или оборону, судя по предсмертным хрипам одного из них. Кто же их так? Следом закричал и второй, и до Люси донесся шлепок тела о пол. Любопытство было сильнее страха, и она быстро вылезла из своего укрытия и выглянула за дверь. Так и есть. Мертвы. У одного вспорот живот, и теперь на полу вместе с лужицей крови лежат и его кишки. У другого перерезано горло, а на лице застыла жуткая улыбка. Она обернулась в другую сторону коридора и увидела едва различимый силуэт. Вот только ее спаситель не отбрасывал тени, что было особенно заметно в свете факелов. Девушка сразу бросилась бежать к конюшням, надеясь что это не ловушка. Она была уверена, что смерть двух эльфов и ее побег непременно свяжут вместе. И тогда легко она не отделается. В конюшнях никого не было, что казалось странным. Люси решила спросить у конюха, видел ли он кого… необычного. Но это у нее не получилось. Конюх висел на свае аккурат в дальнем углу, в который и сразу-то не посмотришь. Он не разложился и не начал гнить, наоборот, казалось, что умер он от силы полчаса назад. Стало страшно, что какой-нибудь сумасшедший маньяк сделал это с ним, и теперь будет убивать всех, кто подойдет к конюшне. Люси отмахнулась от мыслей, как от назойливых мух, мол, придумала себе не пойми чего. Может, он сам вздернулся? Но находиться здесь все равно было жутко. Она развернулась и зашагала по дороге к маяку, надеясь там немного переждать, а затем снова двинуться в путь. В следующую секунду за спиной раздался едва слышный хруст веток, а на горло девушки накинули удавку.