Chicago Med

Весна — замечательное время года, если честно. Тепло, солнечно, не жарко — уйма веских причин по-настоящему любить этот период своей жизни. Многие связывают весну с влюбленностью, чем-то действительно прекрасным, но не Аомине. Аомине считал, что весна — пора идиотов. Ни в одно другое время года его не навещает такая умопомрачительная толпа идиотов, считающих себя умнее всех и каждого. Если бы Дайки был травматологом, он бы, скорее всего, ненавидел зимы, но Дайки-то не травматолог, он врач в приемном отделении поликлиники, поэтому он ненавидит именно весну. Каждый прохожий с аллергией захаживает к нему как в гости, утверждая, что он заболел: то глаза у него слезятся ни с того ни с сего, то чихает без устали, то еще что-нибудь, на что Дайки устало закатывает глаза и выписывает очередной рецепт на стероиды, со словами: «У вас аллергия. Мамочка не рассказывала что это такое, наверное». Но ладно бы просто ходили толпами, истощая его запас рецептов, так каждый второй начитался в Википедии невообразимых заболеваний, встречающихся раз на миллион, и утверждал что вот он — его смертельный недуг. А красное слезливое ебало — единственный признак для диагностирования. Дайки страдал. Но сейчас несообразительные аллергики казались ему меньшим из зол: — Ты че думаешь, я тебе тут доктор Хаус, чтобы по марке трусов определить какое венерическое ты у себя подозреваешь? Либо приспускай штанишки — буду пытаться, либо скажи что, черт возьми, с тобой не так, — Дайки устало вздохнул, поглядывая на часы. Время его приема уже закончилось, но он все равно решил принять этого парня. Уж больно жалким он выглядел. — Я модель, — Дайки вскинул брови и заинтересованно осмотрел парня еще раз: довольно миловидное, аккуратное лицо без пятен, шрамов и морщин; длинноватые блондинистые волосы и глупые сережки-гвоздики в ушах. В общем, обычный парень, ничего необычного. — Да-да, видел тебя в журнале на странице с рекламой детского питания. Ближе к делу. — Не думаю, что вы могли меня видеть в рекламе детского питания. Так вот, — Дайки ужасно хотелось зевнуть. Нельзя быть настолько тормозным. Он уже десять минут потратил, пытаясь собрать не то что анамнез, а просто выяснить, что его тревожит. — Я действительно думаю, что у меня венерическое. — О боже, ты стеснялся мне рассказать об этом? — Дайки состроил сочувствующую гримасу, но пацан купился и радостно закивал, думая, что его поняли. — Я Кисе Рета. Мне девятнадцать, — не ясно для чего уточнил блондинчик. — Очаровательно, — Дайки раздраженно посмотрел на часы, — Наверное, чтобы ты достал член тебе потребуется еще минут двадцать не меньше, да? Но, боюсь, у меня нет двадцати минут, я уже опаздываю на свидание. Так что пошурши штанишками и вынимай свое сокровище, — Юноша отвернулся от взора Аомине, послышался звук расстёгивающейся молнии, а потом блондинчик повернулся только туловищем, не желая показывать свое смущенное лицо. Дайки на это лишь закатил глаза, взял мазок и уже думал, как будет извиняться за опоздание. — Я сделал свое грязное дело, можешь бежать к подружкам, пока не сгорел со стыда. Тебе позвонят через два дня. *** — Прости, я действительно опоздал. Ты же не собираешься заказать весь ресторан и сбежать, не попрощавшись? — Дайки вбежал, тяжело дыша, в ресторан к столику, за которым его ждал новый знакомый. -Привет, да, конечно, я не против, что ты решил не упоминать, что опоздаешь, — новый знакомый хмыкнул, смотря на все еще пустой стул, а затем на мужчину, что никак не решался за него сесть, как бы говоря: «Хватит мяться — садись». И Дайки сел, громко скрипнув ножками об пол, делая этот момент еще более неловким. Дайки редко ходил на свидания с кем бы то ни было, но не в последнее время: последний месяц его лучшая подруга — Момои Сацуки — неожиданно решила, что хватит такому классному мужику, как он, одиноким ходить, и начала устраивать свидания со всеми подряд. Будучи еще моложе, Аомине, возможно, не заявился бы ни на одно из них, не боясь потратить чье-то время на ожидание, но став старше и воспитаннее, он был готов потерпеть парочку встреч. Или это все оправдание, а Аомине действительно устал быть одиноким, но это самый страшный секрет, о котором никто, а особенно Сацуки, не должны были узнать. Очередной жертвой Момои, которая ужасно наврала ему, поди, чтобы затащить на это свидание, стал Кагами Тайга — непонятно кто и непонятно откуда. Тайга крупный — первое, что бросилось в глаза, когда Аомине увидел его. Несмотря на то, что он сидел за столом, все равно можно было сказать, что он довольно высокий, ровно как и сам Дайки. А еще у мужчины удивительные красные волосы, будто отголосок подростковой безбашенности, когда красить волосы в невообразимые цвета — нормально. Дайки думал, кем же тот работает, что ему позволено так выглядеть, но увидев невообразимые глаза цвета рубина, Аомине понял, что не хочет видеть никакой другой цвет на волосах этого парня, кроме этого. А еще у него были смешные брови, которые придавали его хмурому лицу некую комичность, что не позволяло воспринимать всерьез его рассерженный вид. Осмотрев лицо красноволосого еще внимательнее, он заметил, что Кагами часто улыбается, и это почему-то было очень приятно. И все это Дайки приметил за пару секунд разглядываний, пока Тайга не отвлек его вопросом: — Так почему ты опоздал? - он, кажется, тоже заинтересованно его рассматривал все это время. — Меня задержал пациент, — Дайки самоуверенно ухмыльнулся, ожидая типичную для всех реакцию, кто узнал, что Аомине врач: восхищенный взгляд и куча вопросов, но мужчина напротив и тут его удивил. — О, так ты из тех заботливых докторов? Момои мне соврала, — пока говорил, он всматривался куда-то в сторону, за спину Дайки, а когда заметил его вопросительный взгляд, поспешил ответить. — Я уже заказал, пока тебя ждал. И тебе тоже, прости. — Ладно, — это был не тот ответ, на который Аомине рассчитывал. — Что наплела тебе эта несносная женщина? И откуда ты ее вообще знаешь? — Сацуки — жена моего лучшего друга. Так вышло, что она испортила мое свидание, — на этом моменте Кагами усмехнулся, будто вспоминая веселый момент, — и в качестве компенсации предложила меня тебя, наврав, как оказалось, какой у тебя дикий нрав. — Слушай, если ты пришел сюда, чтобы познакомиться с плохишом, то отправляйся в старшую школу, там таких завались, а я могу уйти прямо сейчас, — Дайки вопрошающе поднял бровь, мол, могу я уйти или все устраивает и так? — Остынь. Я пошутил. Мы с ней поспорили на сотку, что я смогу тебе понравиться, — мужчина расслабленно улыбнулся, что заставило Дайки вздохнуть и откинуться на спинку стула. — Так она не портила твое свидание? — О, еще как испортила. Я шел с парнем в кино, когда эта женщина подбежала со своими бесконечными покупками, всучила их ему и начала щебетать, что Куроко нашел какую-то псину и решил оставить себе, но там было гораздо больше подробностей. Мой спутник просто не смог это выдержать, бросил ее вещи и просто сбежал. Думаю, он мне не перезвонит, — Аомине усмехнулся, думая, что это в стиле Сацуки — мешать всем вокруг. Все остальное время, до момента, когда пришло прощаться, прошло довольно спокойно. Мужчины расслабленно обсуждали спорт (баскетбол в частности), погоду, поделились своим опытом школьных соревнований, Кагами узнал, что Аомине — врач, терапевт в городской больнице Чикаго. Дайки рассказал про весеннее обострение и идиотов, про юношу, что пришел к нему сегодня, из-за которого тот опоздал. Кагами, не вдаваясь в подробности, рассказал, что тоже учился на медицинском. Свою таинственность он объяснил тем, что еще не получил работу по специальности и не хочет рассказывать то, что еще не произошло. В завершение вечера, Кагами спросил: — Ну так как, я могу забрать у Сацуки свои сто баксов? — Дайки в нерешительности замер, раздумывая, но Тайга, кажется, не собирался дожидаться ответа. — Хотя ладно, когда Момои увидит твое влюбленное лицо, когда она заговорит обо мне, ей придется заплатить мне все двести. — Наглый ублюдок, я специально скажу, что это свидание — худшее в моей жизни. — Но это же не так, — Кагами усмехнулся, чмокнул Аомине в щеку и свалил восвояси. *** Аомине думал о том, что его жизнь — отстой, когда ему пришлось спускаться в морг. Поводом посетить это "безумно весёлое" место послужил звонок в его кабинет. И каким идиотом надо быть, чтобы испугаться шума и сбежать, оставив все важные документы. «Дебил, ты учился в меде, ты должен знать, что люди не оживают», — думал Дайки, когда его слезно умоляли за ним спуститься. И вот сейчас он стоит, рассматривая блестящее от чистоты помещение и тело на одном из столов. Тут царила атмосфера тишины и спокойствия. Он мог бы подумать, что тут атмосфера смерти, например, но даже несмотря на тело на столе, тут пахло чистящими средствами, каждый из столов был отполирован. И тут была очень громкая тишина. Казалось, что даже думать нельзя — услышат. Но так было до тех пор, пока что-то не звякнуло (при чем очень громко), и кто-то грязно выругался. Аомине бы в штаны наложил от неожиданности, но не хотелось позориться, поэтому он чуть громко спросил: — Эй, ты где там? — из проема, ведущего в другое помещение, выглянула знакомая красная макушка, но в этот раз на мужчине были очки. «В них он похож на Мидориму из хирургии», — пронеслось у Дайки в мыслях. — Ты меня? О, Аомине, привет. Пойдешь на второе свидание? — Кагами поиграл бровями, будто он рассказал пошлую шутку. Аомине разочарованно вздохнул: у него было всего одно правило по поводу отношений — не встречаться с теми, с кем работаешь. Ведь если ничего не выйдет, будет крайне неловко ходить по одним коридорам. Или хуже всего, если бывший будет зол на Аомине — хрен допросишься, если надо будет. А теперь, оказывается, парень, который вроде как ему понравился, работает с Дайки в одной больнице. Ну как тут не расстроиться? — Нет, извини, никаких больше свиданий. — Ладно, — довольно быстро сдался Кагами. Это расстраивало даже больше, чем то, что они работали вместе. Неужели Аомине недостаточно хорош для этого парня, чтобы просто поинтересоваться почему? — Хочешь присесть? — Кагами выпнул откуда-то стул на колесиках. — Нет, может позже. Ты не видел тут никаких левых папок? — Ага, возле того того парня валялись, — он указал на тело на столе. Там и правда лежала нужная папка. — Кто-то зашёл, я думал, что выйду, поздороваюсь, а она с визгом убежала. — Это был он, — на автомате поправил Аомине, беря папку в руки. — А что с ним? — Дайки указал на парня на столе той самой папкой. — А, отравление. Знакомый коронер* попросил посмотреть. Вообще по визгу не скажешь, что это мужчина, — Кагами тихо хохотнул. — Ты только за документами или поболтать? — Я вообще не знал, что ты тут работаешь. — А, точно, — красноволосый посмотрел в потолок, будто раздумывая. — Я тут теперь работаю с сегодняшнего дня. Я понимаю, не многие горят желанием встречаться с человеком, который проводит с трупами больше времени чем с живыми людьми. Но ты уверен, что не хочешь разок перепихнуться для интереса? — Уверен, — Дайки ухмыльнулся, радуясь, что Кагами разрядил обстановку последней фразой. — Мне стоит подняться, увидимся. Дайки развернулся и ушел. Но только позднее Дайки задумался, почему коронер попросил Кагами разобраться с этим отравлением? Насколько он знал, эти ребята любят играть в детективов, бегая и допрашивая каждого, кого не лень.«Хотя, может действительно помощь человека с медицинским образованием была нужна», — успокоил свой интерес Аомине. Но, кажется, ненадолго.