После смерти

10-00

В Колорадо Робби говорит, что они с Кэт не поедут дальше. - Она устала, - говорит он, обращаясь к Джейд, потому что та негласно назначена главной, и только она вправе решать. - Тем более, куда мы направляемся, Джейд? Если это просто для того, чтобы не сидеть на месте и ждать своей участи, то в этом нет смысла. Я буду с ней до конца. Джейд не говорит ничего, просто отдает им половину их запасов и патронов, невзирая на протесты Робби, и одну из винтовок. А потом обнимает каждого, а Тори стоит и смотрит, не в силах сказать ничего. - Береги ее, - только и шепчет Джейд, и Робби кивает, Кэт поет что-то про солнечные дни и бесконечное счастье, а Робби едва не плачет, стараясь сохранять спокойствие из последних сил. Больше они их никогда не увидят.

12-30

Они с Джейд весь путь после расставания со своими друзьями едут молча, и Тори не решается никак нарушить эту тишину, потому что она тогда скатится в глупую истерику, а это сейчас совсем ни к чему. Поэтому она и молчит. - Я не могу сидеть на месте, - внезапно говорит Джейд, и Тори только привычно смотрит на ее профиль. - Пусть даже это не имеет смысла, все лучше, чем просто сидеть и ждать. - Ты не будешь по ним скучать? - у Тори почему-то весь мир свелся к боли от расставаний - сначала родители и Трина, теперь Робби и Кэт, и она хотела бы, но не может не думать об этом всем. - Третье правило, Вега, - если Тори думает об одном, то Джейд думает только об этих своих дурацких правилах, хотя, если бы не они, возможно Тори бы была сейчас мертва. Только все равно это как-то глупо.

21-00

Хотя в номере и две кровати, но Тори привычно ложится рядом с Джейд, и на это брюнетка не делает совсем ничего - никаких протестов, даже когда Тори прижимается к ее спине, обнимая. Они лежат так долго, и Вега тщетно старается заснуть, но это все никак не выходит. Слишком много дурацких мыслей водят в ее голове хороводы, крича обратить на них внимание. - Я знаю, что тебе тоже страшно, Джейд, - шепчет Тори, и слова ее в тишине звучат как-то особенно четко. Джейд не двигается, но шатенка отчего-то точно знает, что она не спит, а слушает внимательно каждое ее слово. - Это нормально, бояться - нормально, ты же знаешь? Поговори со мной об этом. Пожалуйста. - Заткнись, Вега, - тон ее не предвещает ничего хорошего, но это волнует Тори сейчас меньше всего. Она говорит и говорит, сбиваясь раз за разом, потому что слезы наворачиваются у нее на глаза, и она глотает в спешке слова - одно за другим. - Я больше не могу это игнорировать. Мы едем и молчим, сносим головы Усопшим и молчим. Я не могу держать это все в себе. Я для этого слишком... - Вега! - Джейд поворачивается к ней лицом и закрывает рот ладонью, так что Тори теперь даже говорить не может - только плакать. Слезы катятся по ее щекам на руку Джейд, и это как-то совсем не так, как ей хотелось бы. - Мне страшно, но от этого все равно нет никакого толку. Так что перестань плакать и думай о хорошем. Завтра все будет хорошо. Тори кивает, а Джейд отпускает ее - проводит рукой по лицу, шее, груди, пока не опускается на живот, обнимая ее. Вега старается заснуть, старается не думать о чем-то совершенно диком, дурацком и бессмысленном, вроде того, что у Джейд есть к ней что-то, что отличается от их опостылевшей недружбы. И как-то сквозь эти глупые мысли, тиканье часов, дыхание Джейд совсем рядом, Тори и засыпает.