За гранью реальности

Внутреннюю дверь крепко заело, я никак не мог ее открыть. Нажал плечом, но смог проделать только щель, в которую с трудом пролезла голова. - Брат! Энджи! - не заботясь о том, что меня, возможно, услышат хозяева в большом доме, позвал я. - Я знаю, что ты здесь! Ответь мне, братик! Я видел только часть пустого пространства сарая и лестницу на второй этаж. Здесь никого не было, но меня это не обмануло. Брат здесь, я чувствовал, и Хэган с ним, но почему он не пускал меня сегодня внутрь? - Брат, отзовись! - ну что же дверь не под-дается, вот дерьмо?! Напрягся из последних сил... и вывалился на пол. Увидел свет в углу и чучело, одетое в ярко красный костюм, а перед стоящего на коленях парня в клетчатой рубашке, который размешивал в баночке какие-то краски. Лица его не видно, но фигура, волосы мне слишком хорошо знакомы. - Брат, это я! Ну наконец-то я тебя нашел! Парень меня как будто бы не слышал. Он продолжал старательно размешивать краску, потом не спеша встал и подошел к чучелу. Мой взгляд, словно магнитом, притянуло следом, и я почувствовал, как по спине пошли мурашки. Лицо, (или физиономия, не знаю, как точнее обозвать), этого соломенного идола пугающе напоминало Хэгана, каким я знал его по колледжу - угрюмое, непроницаемое и абсолютно безжизненное... Вот я дурак, и надо ж выдумать такое? Лицо у чучела не может быть живым... - Брат, что ты делаешь? Бросай все это и пойдем со мной! - Энджи по-прежнему не отвечал ни слова. Он красил в яркий красный цвет губы чучела, сосредоточившись исключительно на своем занятии, и это в половине второго ночи! Именно это время показывали часы в моей комнате, когда я встал и, влекомый какой-то странной неодолимой силой, пошел на улицу, а потом и в сарай. - Оставь его, не видишь, занят человек? - голос Хэгана раздался откуда-то сверху. Я обернулся и различил на самом верху лестницы его тонкий силуэт. - Я рад, что ты пришел, любовь моя, я ждал тебя! - Что ты с ним сделал, демон? - я не помнил себя от злости, и поэтому не испытывал сейчас никакого страха. - Верни мне брата, извращенец! - О, сколько гневных слов ты произнес в такой короткой речи, - издевательски промурлыкал бывший однокурсник, не трогаясь с места, - и демон я, и извращенец. А между прочим, прошлой ночью кто-то у нас тут откровенно возбудился, глядя на наши с Энджи любовные игры... - Заткнись, урод! Зачем тебе все это нужно? - Энджи не нужен мне, и я его, возможно, отпущу, если он сам того захочет. Мне нужен ты. Но до тебя добраться я не смог, поэтому пришлось использовать его. Еще вопросы есть? Зачем ты мне? Затем, что я в тебя влюблен, а это у таких, как мы, бывает крайне редко. Обычно мы используем тех, кто доступен. Чувства не обязательны, но если они есть, то это верный шанс подняться над другими. - Да кто же вы такие, черт возьми? И почему у чучела твое лицо? - Тебе не стоит это знать, - глаза уже привыкли к полутьме, и я увидел на красивом лице Хэгана снисходительную улыбку, - но так и быть, я кое-что тебе скажу. Он мой двойник, и завтра ночью в нем будет заключена моя душа. - Заключена душа? - растерянно повторил я. - Что это значит? Ты не человек? - Конечно же я человек, любовь моя, - расхохотался он. - Какие могут быть сомнения на этот счет? Не веришь? Зря. Я никакой не демон, хотя не отказался бы им быть. Ну, хватит болтовни, пора и к делу приступать! Он в два прыжка соскочил с лестницы и быстрым шагом направился ко мне. Я отступал, пока было куда, но очень скоро встретился спиной с шероховатой поверхностью стены и замер, словно кролик перед удавом. Его намерения были ясны, однако шансов избежать расправы я не видел. - Зачем? - отчаянно прошептал я, выставив вперед обе руки. Коснулся его груди и судорожно сглотнул, ощутив гладкие упругие мышцы, от этого обычного касания перехватило дыхание и по спине волной побежали мурашки. - Зачем? - упрямо повторил, стараясь отвлечься на свой собственный голос от этого странного наваждения, с которым не мог и не умел бороться. - Зачем ты это делаешь со мной, и с братом? Я вообще не из таких, у меня девушка есть... - Как мило, - перехватывая мои руки за запястья, ухмыльнулся он, - ты весь дрожишь, но уверяешь, что не хочешь. Просто расслабься, мой любимый, и получай удовольствие. Через минуту я лежал на том же самом месте, где вчера лежал мой брат. Хэг не держал меня, ничем не связывал, но я не мог ему сопротивляться. Может, гипноз какой или магические путы, хрен разберет, чем он владеет, этот бес? Он в миг раздел меня, я чувствовал его ладони на своей груди, и это было так приятно, что несмотря на крайнюю степень смущения, залившую мои щеки краской стыда, я плыл и таял под его неторопливыми дьявольскими касаниями. Он как-то снова весь преобразился, на лестнице сидел обычный долговязый парень, сейчас же надо мной нависло существо нереальной красоты - то ли инкуб, то ли сам Люцифер, и против этих чар я был бессилен. - А как же брат? - жалко пролепетал я, все еще пытаясь найти какой-нибудь повод, чтобы он отпустил меня. - Он нам не помешает, - накрывая ладонями мои напряженные соски, прошептал искуситель, - будет занят до утра. Ему необходимо этой ночью все закончить. Забудь о нем. Ты наконец-то мой. Хэган на секунду отпустил меня, но лишь для того, чтобы скинуть с себя рубашку. Тут же вернулся, приподнял меня и усадил лицом к себе, тесно прижавшись ко мне обнаженным торсом, и я поплыл от щемящего наслаждения, ощутив его гладкую горячую кожу. Скользнул ладонями по плечам и застонал, когда он нежно обхватил меня за спину... Тело ломило от нахлынувшего, как смерч, желания, а разум корчился в отчаянных безнадежных попытках вырвать меня из пут безумия. "Так не должно быть, не должно! Мне это просто кажется, я сплю, его на самом деле нет..." - Ты чем-то опоил меня? - отчаянно хрипел я, из последних сил пытаясь выскользнуть из его рук. - Оставь меня, я не хочу... - Не хочешь? Это мы сейчас проверим! - Хэган взглянул в мои глаза, и мне вдруг показалось, что в их темной глубине снова мелькнули желтые искры. Я дернулся, чтоб убедиться в этом, но он приблизился ко мне вплотную, запустил обе руки в мои волосы и жадно накрыл своими губами мой рот, вовлекая в обжигающий страстный поцелуй и окончательно лишая меня способности сопротивляться. (Я как-то смог еще сравнить, Витри довольно смелая и страстная девчонка, но никогда не целовала так, как этот чокнутый демонический извращенец.) Его язык ласкал, скользил внутри, сводил с ума, а я позорно подчинялся и сплетал с ним свой, не в силах оторваться ни на миг... - Ну как, тебе понравилось, мой милый? - Нет... отпусти... Оставь меня, я не хочу... - я говорил одно, но чувствовал совсем другое, и это темное и жаркое возбуждение опутало меня словно цепями. Как в бесконечном сне, из которого невозможно убежать - я в нем тонул и не хотел спасения, слишком желанна и приятна была эта властная губительная глубина. Руки Хэгана были везде, они трогали меня, дразнили и будоражили, а потом, вслед за руками, там же оказывались и его губы, разливаясь жидким пламенем по коже в местах прикосновений. Невольно выгибаясь им навстречу, я подставлял беззащитное сейчас тело под страстные поцелуи, порой напоминавшие укусы, стонал и вздрагивал, когда он перекатывал языком горошины сосков, когда спустился ниже и забрал в себя мой напряженный влажный член. Я был совсем наверно не в себе, если позволил ему развести мои ноги и послушно лежал, чувствуя, как его палец настойчиво проникает внутрь, и скользит там, поглаживая и раздвигая, так изумительно приятно, что я невольно стал елозить по матрацу, двигаясь навстречу. Я никогда не знал такого утонченного и одновременно грубоватого интимного наслаждения. Должно быть, я стонал, возможно, и кричал, и это несмотря на то, что жалкими обломками побежденного разума осознавал всю противоестественность того, что сейчас со мной происходило. Лицо по-прежнему пылало от стыда, из глаз катились слезы, но все равно я принимал его - за первым пальцем был второй, потом и третий... Хэган подсунул мне под поясницу мягкий валик и приподнял, а я опять безмолвно подчинился, только закрыл глаза, чтобы не видеть откровенной беззащитной позы, полностью раскрывшей меня перед ним, словно дешевую развратную шлюху. Испытывая страх и одновременно невыносимо жгучее желание - такие два несовместимые по сути чувства, я замер и отчаянно молил о боли, которая вернула бы мне разум и вырвала из марева унизительного чувственного наваждения, куда вверг меня этот демон, отныне и в мыслях не отождествляемый мной с робким молчаливым однокурсником Хэганом Ли. Он двигался во мне, вдавливая в матрац своим тонким красивым телом, и я невольно отвечал ему - движениями бедер, изгибами живота, легким взмахом ладоней, обхвативших его талию. Но боли не было, нисколько! Мне было только хорошо, настолько хорошо, что я стонал, я двигался с ним в унисон, сливался с ним, желая, чтобы эта вакханалия тянулась вечно. - Хэган, ты дьявол... Что ты делаешь со мной? И почему нет боли, ведь она должна же... Он вздрогнул и застыл, шальными черными глазами глядя на меня, и тут же, словно обезумев, обрушился, ускорив темп, с поистине ураганной одержимостью, заставив забиться в сокрушительном безумии оргазма. Я взмок, я задыхался, а он прижал меня к себе и целовал, куда попало, облизывая и покусывая губы, шею, грудь, живот... - Не отпущу. И не позволю ускользнуть, - он бормотал порывисто и страстно, возя ладонями по моему влажному от испарины телу. - Ты мой. Тебе придется с этим примириться... - Нет, никогда... - язык мой мне не подчинялся. Я был измотан, и морально, и телесно, и знал, что это лишь слова. В этот момент я слишком был зависим от него, мне не хотелось двигаться, и только на словах я как-то еще пытался противиться своей судьбе, опоившей меня наркотиком наслаждения, без очередной дозы которого я уже не смогу существовать в будущем... Крепко зажмурившись, я принимал его безумные и одновременно щемяще нежные поцелуи, не замечая, что скребу ногтями по полу сарая, щедро усеянному золотистой пахучей соломой. Открыв глаза, я обнаружил себя сидящим в постели в отведенной мне комнате. Сколько я так сидел, опять гадая, был то сон или фантазия, не знаю. Немного успокоившись, решился встать - на улице давно стояло утро. В правой руке что-то кололо. Разжав кулак, я не поверил собственным глазам - на ладони лежало несколько тонких соломин, и это не было галлюцинацией, отнюдь... *** Что делать? Надо же ведь что-то делать? Брат здесь, но доктор и его жена, они мне оба лгут. Хэган тоже в деревне, а ни в какой не в клинике, он что-то сделал с Энджи... и со мной... Об этом было стыдно вспоминать, я чувствовал себя словно измазанным в грязи, но тело сладко ныло до сих пор, не соглашаясь с разумом. Что он там говорил о чучеле? Его душа во время праздника переселится туда? Но для чего? Чушь, бред, полнейшая бессмыслица... Однако в свете всех этих событий, как же назвать то, что случилось с нами? Таким же бредом, не иначе. Мой брат никак не отреагировал на мое появление, похоже, он даже не понял, что я звал его, да и я сам - разве мои поступки не безумны? Сегодня доктора за завтраком не оказалось. Его жена тоже не составила мне компании, так что я вяло съел то, что стояло на столе в гостиной, потом отважился зайти на задний двор и осмотреть сарай. Увы, только снаружи, там снова копошилась хозяйка, и я, вздохнув, отправился в центр деревни узнать, на какой стадии находится ремонт моей машины. Пока я шел туда, навстречу попадались люди, и каждый нес, как величайшую драгоценность, свое собственное соломенное пугало, одетое в красивые и даже роскошные одежды. Праздник... когда же он? Сегодня в полночь? - Ваша машина в полном порядке, - встретил меня вчерашний полицейский. - Большое вам спасибо, - поклонился я, резко сворачивая к зданию мэрии. - Куда же вы? - в голосе стража порядка мне послышалось недовольство. - Я полагал, вы сразу же уедете отсюда. - Конечно, только попрощаюсь с Региной Войс! Очкастый полисмен нахмурился. Чего его так напрягло в моем ответе? Здесь не приветствуется дружба меж людьми? Я оглянулся от дверей и уловил, как офицер переглянулся с мужиком механиком, и тот кивнул ему в ответ. Мне это не понравилось, однако я решил не обращать внимания на этих чокнутых аборигенов. Уехать или нет, решать не им, а я еще решения не принял. Для этого мне и нужна Регина Войс, я должен наконец разговорить ее и все узнать - про чучел и про праздник. Мой брат, он здесь, и как же я могу уехать без него?