6.Нападение.
9 октября 2015 г., 21:23
В бухгалтерии ничего не изменилось. Не появилось ни одного сотрудника, на столах не добавилось бумаг. Любопытно, что здесь вообще делает Регина? Какую должность занимает, где живет? И кто тот человек, который неподвижно сидел тогда в комнатке за перегородкой?
Я никогда не отличался ни особым любопытством, ни бесцеремонностью, но здесь, в этой чертовой деревушке, стал вести себя именно так, хотя это не свойственное мне поведение до сих пор мало помогло что-нибудь выяснить.
- Госпожа Войс, вы здесь? - окидывая взглядом пустое помещение бухгалтерии, позвал я. - Мне нужно с вами поговорить.
Ответом было лишь слабое эхо, отразившееся от стен. Где же она? Я заглянул в соседнюю комнату и замер на пороге, снова охваченный каким-то нереальным мистическим страхом - человек за столом сидел все в той же позе, что и накануне. Да что же он такое, черт возьми?
- Эээ...извините.... господин... - осторожно подходя ближе, выдохнул я, - не знаете ли, где Регина Войс? - стала видна его рука в белой перчатке и карандаш в руке, которым он движениями механической куклы возил по белому листу бумаги, выписывая ... что-то наподобие того письма, что получил мой брат. Успел прочесть две строчки - полная бессмыслица. Может, и то письмо было составлено вот тут, на этом самом месте?
Человек за столом не обернулся, никак не отреагировав на мой вопрос, а я вдруг судорожно сглотнул, заметив торчавшие из швов в перчатке... жесткие соломины! Так что же, этот вот, который здесь сидит и пишет не пойми чего - он тоже чучело? Но у него же двигается рука?!
- Чего ты здесь вынюхиваешь, идиот? - Регина резко дернула меня за локоть, оттаскивая от соломенного зомби. - Что тебе надо, отвечай!
- Регина... я просто хотел... - я не имел намерений сердить ее, рассчитывая все же получить свои ответы, - просто хотел спросить, где вы. Ск-кажите, он жив-вой, вот этот человек? Кто он и почему сидит тут? Что он такое пишет? Мой брат, он тоже получил похожее письмо, и с этих пор пропал...
- Тебе надо немедленно уехать! И так уже провел здесь слишком много времени, - несколько смягчившись, сказала девушка. - Если останешься еще, то станет слишком поздно...
- Хватит загадок! - неожиданно разозлившись, заорал я, вырывая из ее пальцев свой локоть. - Брат - мой единственный родной человек, я не могу его оставить здесь, в этой деревне роботов! Ты же живая, не из них, так почему молчишь и ничего не хочешь объяснить! Или под кожей у тебя такая же солома? - я ущипнул ее, наверно, больно, однако девушка даже не поморщилась. Вывела меня в большую комнату и усадила на стул.
- Чего ты хочешь от меня узнать? Я здесь уже три месяца, но до сих пор мне очень много неизвестно, - как-то устало и обреченно начала она, останавливаясь у соседнего стола. - Как ты уже успел заметить, местные жители не слишком общительны, так что все, что я сумела выяснить, основано лишь на моих личных наблюдениях, ну и плюс кое-что из подслушанного. Если ты будешь задавать вопросы, возможно, упростишь мою задачу.
- Как ты сюда попала? Почему не возвращаешься домой?
- Как я попала? Так же, как и ты - искала жениха...
- Там, за столом - это ведь он? Но почему он выглядит как манекен? Что он там пишет и зачем?
- Ты слышал об инкубах и суккубах... Эгер? - нервно куснув себя за нижнюю губу, спросила она. - Да, это демоны, питающиеся сексуальной энергией своего партнера. Так вот, половину жителей деревни можно условно отнести к этим существам.
- Я ничего не понимаю. Почему условно? Уж или люди, или нелюди, одно из двух.
- Не все так просто, Эгер, - покачала головой Регина. - Они не просто инкубы, которым нужен секс, вернее, они не обычные инкубы, а нечто гораздо худшее.
- Гораздо худшее? Что ты имеешь в виду?
- Они берут не только тело своих жертв, но и душу, потом помещают ее в соломенное чучело, и во время ежегодного ритуала возрождаются с ее помощью с новой силой, чтобы продолжить свое непотребное мерзкое существование...
- Но ты?..
- Они мне обещали, что вернут его, - возвысив голос, продолжала девушка, - хотя я уже знаю, что это наглая ложь. Три дня назад он стал таким. Его хозяин сделал это с ним. Вместе с душой исчезло тело, внутри его теперь солома. Таких здесь много, в том числе и полицейский Чан, и те мужчины возле мэрии, и девочки, которые готовят пищу. Они - рабы, как, впрочем, и я тоже, хотя я и осталась человеком из крови и плоти.
- Но раз тебе солгали, почему ты остаешься здесь?
- Я не могу уйти, оставив его... так, - она кивнула на дверь в маленькую комнату за перегородкой и жалобно всхлипнула. - И все еще надеюсь, хоть и знаю, это надежды нет. Но ты... в большей опасности, чем я, - она понизила голос, словно боялась быть кем-то услышанной, - поэтому беги немедленно отсюда, пока еще есть шанс. После ритуала шанс исчезнет, и ты останешься здесь навсегда. И брата не спасешь, возможно, он сейчас в таком же положении, как и мой Руи... Беги, быстрей, в машину не садись, они тебе наврали, что она готова.
Девушка рывком дернула меня за рукав и толкнула к дверям. Я сбил какой-то стул и чуть не упал, чудом затормозив у самого последнего стола, и оглянулся, удивляясь сюрреализму происходящего. Вокруг меня обычный офис: стеллажи, столы, даже компьютеры, правда немного устаревшие - и вдруг инкубы, пожиратели душ, соломенные зомби и прочая ерунда. Может, она безумна, Регина Войс, вот потому и мелет всякое? Но как же дикий сон, или видение, вернее, два? Как объяснить то запредельное по силе наслаждение, которое я пережил в сарае доктора? Еще вчера я счел бы секс с мужчиной за безумие, сегодня же все тело ломило и стонало, требуя еще. Как же тот манекен за стенкой, из белой перчатки которого торчат стебли соломы? Как те мужчины на улице, двигающиеся словно заводные куклы? Но почему же демоны не тронули саму Регину? Могу я верить ей, или она мне тоже лжет?
- С-скажи еще одно, последнее, - я задержался у дверей, - хозяин твоего жениха, он что, тебя не трогал? Но почему же Хэган Ли... и брата, и меня?.. - краска стыда ударила в лицо, хотя сейчас было совсем не подходящее для смущения время. - Чем можно это объяснить?
- Считается, что инкубы бесплодны, они не могут зачать ребенка с человеком. Но, как я уже сказала, здешних... существ можно отнести к этим демонам лишь условно. Думаю, поэтому у них иногда и рождаются дети. Девочка Пэт, которую ты видел со мной в поле - последняя из них, Хэган Ли - предпоследний. Между этими рождениями двадцать лет. Такие случаи здесь считаются из ряда вон выходящими, от полукровок стараются вовремя избавиться. Но если этого не сделать до того, как малышу исполнится год, его никто не сможет тронуть даже пальцем. Пэт спасла от расправы мать, которую потом убил хозяин, Хэгана Ли - отец, он, кстати, тоже человек. Подробностей спасения не знаю, но с год назад отец и сын снова вернулись в Таури... Еще я слышала, что был скандал по поводу того...
- Регина, ты забыла правила? - грубый голос из коридора прервал рассказ девушки, и одновременно рука в белой перчатке цепко ухватила меня за локоть. Я оглянулся - снова полицейский. - Как много ты успела разболтать этому чужаку, возомнившему себя супругом выскочки-полукровки, который метит на место Старшины?
- Что? Возомнившему себя супругом полукровки? Ты это обо мне, урод? - я попытался вырваться, но гад держал меня на совесть. - Пусти, кому сказал! Да что же здесь происходит, черт возьми?
Мне помогла Регина Войс. Она метнулась молнией и нанесла удар ногой, вышвырнув манекен в полицейской форме в коридор. Задвинула защелку на двери и потащила меня в боковую комнатку, откуда имелся выход на черную лестницу.
- Быстрее, уходи, я задержу их, но не обещаю, что надолго... Быстрее, идиот, чего стоишь?
Я выбежал на улицу и почему-то влез в машину, совсем забыв слова девушки о том, что лучше этого не делать. Когда об этом вспомнил - было поздно. Машину окружили со всех сторон. Сзади - механик с гаечным ключом, спереди - компания поварих, а командовал всей этой сворой механических существ очкастый полицейский.
В панике я дернул ключ зажигания, умоляя о чуде. Чуда, конечно, не случилось, и машина не завелась. Проклятье, ну какой я идиот? Разве могли эти уроды починить мою старушку? Регина Войс права - отсюда надо удирать! А то на самом деле стану мужем этого урода Хэга! С ума сойти! Всю жизнь мечтал заполучить в супруги нелюдя с замашками тупого извращенца!
Уроды приближались, и тогда я бросился бежать. Промчался вихрем через всю деревню, и вылетел к поляне Чучел. Их было тут теперь гораздо больше, и это ужаснуло меня по-настоящему, ведь в каждом мне мерещилась невинная душа несчастного человека, насильственно изъятая из тела владельца.
Нет, не могу! Я не могу уйти! Регина Войс права и в обратном: нельзя сбежать, оставив близкого родного человека здесь, в этом аду, и ничего не попытаться сделать. Резко развернулся и бросился назад.
Деревня словно вымерла, все там, на проклятой поляне. Это и к лучшему, сейчас я обыщу сарай семейки Ли и разберусь с этим безумным существом по имени Хэган. Мне наплевать, кто он такой, пусть без пяти минут какой-то чертов Старшина! Потребую, чтоб отпустил нас с братом, а если не получится, то лучше умереть, чем жить потом с такой виной на сердце. Брат пострадал из-за меня, из-за того, что этот чокнутый полукровка-демон с замашками карьериста с какого-то перепугу умудрился втюриться в меня, да и не просто втюриться, но получить в мужья! А фигу не желаете, любезный? Так я вам покажу ее!
"А как же давешняя ночь? - напомнил я себе. - Вдруг он опять сломает мою волю и полностью подчинит себе?"
- Ну это мы еще посмотрим! - зло пробурчал, подбегая к дому доктора Ли. Из знаменитого сарая в это время выплыла его жена, таща то самое одетое в красное чудище, над которым трудился в прошлую ночь мой брат.
Я спрятался за деревом, чтоб злая фурия не заметила меня, и она прошла близко, обдав меня цветочным запахом своих духов. Так, хорошо, сейчас дом пуст, и я могу спокойно осмотреть второй этаж, где находились хозяйские спальни. Может, проклятый Хэган прячется в своей комнате? Тогда ему не отвертеться от меня! Прекрасно знал, что хорохорюсь зря, однако не позволял себя ни капли сомнений, иначе точно бы сбежал куда глаза глядят.
Начал осмотр с сарая - никого. Дверь открылась неожиданно легко, с чего же ночью заедала?
- Брат! Энджи! - на полу разбросана солома, но нет ни красок, ни кистей, нет и проклятого матраца, на котором извращенец поимел меня.
Ну почему я помню все происшедшее со мной в мельчайших подробностях, когда хотел бы позабыть? Да и не просто помню, но желаю повторить, и это самое плохое, что со мной могло случиться. Однако я не виноват, против инкуба человек бессилен. ТАК ЧТО ЖЕ Я ХОЧУ ЗДЕСЬ ПОЛУЧИТЬ, КАК ДУМАЮ БОРОТЬСЯ С ТЕМ, КТО ВООБЩЕ НЕ ЧЕЛОВЕК?
Но все же я не мог уйти, не осмотрев большой дом. Что мною двигало? Упрямство? Злость? Или меня влекло в мир Хэгана что-то иное? Я этого не понимал, но все равно шел вверх по лестнице, направляясь на второй этаж. Широкий коридор, большие окна - и ряд дверей, на вид совершенно одинаковых. Какая комната принадлежит Хэгану? Наверное, последняя в ряду, как в большинстве домов...
Откуда на полу солома, как в сарае? И свет горит... Он здесь? Он точно здесь! На миг меня охватила паника, но я задавил ее усилием воли и вошел внутрь. Да, я не ошибся, и это точно была комната молодого парня. Стол, книжный шкаф, кровать, какие-то тетради, а на стене висит парадная форма нашего колледжа. Все выглядело так, словно хозяин только что вышел и сейчас вернется. Я колебался несколько секунд, потом отклеился от двери, на всякий случай оставив ее полуоткрытой, и подошел к столу. Тетрадь открыта на сегодняшней странице, и карандаш лежит наискосок...
- Хэган, ты здесь? - ответа не последовало, однако мне показалось, что в коридоре промелькнула чья-то тень. Я хмыкнул про себя - так недолго и до паранойи дойти - и взял тетрадь в руки. Чужой дневник читать нехорошо, но разве у меня был выбор? Как иначе узнать мысли и намерения того, кто заманил меня сюда и уверяет, что влюблен?
"Все получилось. Эгер здесь, - написано два дня назад. - Внушил отцу, чтоб он привез его в наш дом. Мать бесится. И пусть. Она мне и не мать по сути. Ненавижу. Стану Старшиной - убью ее!"
"Он стал моим. Теперь мне нет соперников. Я счастлив. Мой супруг прекрасен. Я впрыснул ему нужный ген. Все хорошо", - это вчерашняя запись.
"Сегодня все свершится, наконец. Мой звездный час. Осталось ждать недолго..." - на этом запись обрывалась. Что за манера так писать? Какие-то отрывки, ничего не ясно. И что за ген этот урод мне впрыснул, черт возьми?
Перевернул страницу и ... застыл. Все остальные листы до конца тетради были сплошь исписаны моим именем. Эгер, Эгер, Эгер, Эгер.. Сколько же раз оно здесь повторяется, и как долго надо было писать , чтобы заполнить половину тетради - как аккуратно и красиво, тщательно выписывая каждую букву? Он сумасшедший, в этом нет сомнений!
- Ты на меня всегда смотрел, как на урода, а это было так невыносимо больно, - раздался рядом грустный голос Хэга. Я вскинул голову, а он стоял в дверях и на меня смотрел. Его нечеловеческая неземная красота ударила как молнией, и сердце понеслось куда-то вскачь безумием ударов. - Но все осталось в прошлом, и теперь ты мой. Я слышу, как ты часто дышишь, как дрожишь. Ты наконец-то мой, и это навсегда! Не прячься, не пытайся убежать, я все равно тебя найду. Сегодня вечером мы окончательно соединимся, мой любимый...
- Довольно бред нести! - я заорал, чтоб заглушить его голос и вырваться из плена наваждения, с новой силой охватившего все мое существо. - Верни мне брата и проваливай в свою преисподнюю! Где ты его держишь? Скажи, и мы немедленно уедем отсюда!
- А сможешь, милый? - Хэган сделал шаг ко мне, потом еще... Пахнуло ландышем, и этот запах пригвоздил меня к месту, лишив способности двигаться. - Ну как, еще желаешь спорить с собственной природой? Ты мой, и сам об этом знаешь. Мне стоит лишь тебя коснуться... - его губы мягко и настойчиво накрыли мои, потягивая внутрь и вовлекая в сводящий с ума поцелуй...
"Если позволю, это будет означать конец", - я резко оттолкнул его, собрав для этого все силы, и бросился бежать. На лестнице все же упал и покатился вниз, чувствуя, как боль пронзает тело, а сверху слышался его веселый смех, который словно издевался надо мной.
Внизу вскочил и наскоро ощупал себя - вроде все цело, не сломал ни рук, ни ног - и кубарем выкатился на улицу... прямо под ноги господину Ли.