Невозможно, но факт

Наруто лежал на кровати в гостиничном номере. Старик-извращенец ушел за очередной порцией вдохновения, в раскрытое окно вливалась в комнату жара и тяжелый, летний воздух. Было неимоверно скучно. У руководства Конохи на все имелись свои, далеко идущие планы. Будь то уничтожение целого клана, шпионаж за террористической группировкой, контроль над джинчурики, его изоляция от нормального общества. И многое, многое другое. Однако не стоило им давать Наруто добираться до записей его бабки по стороне Узумаки, рискового экспериментатора без малейших признаков инстинкта самосохранения. Благодаря ее записям, он попал в призывной мир, откуда вернулся только через несколько месяцев. Повзрослевшим на десять лет. Пришлось срочно осваивать многослойное хенге. Благодаря ее записям, он перенесся в другой мир, где познакомился с Тсуной, главой мафиозной семьи, и его Хранителями. Кстати, с тех пор с иллюзиями стало куда проще. В общем, бабушке огромное спасибо. А руководство Конохи еще и не подозревало, как сломались все их планы насчет Наруто. Скучно, скучно, скучно. Они со стариком отправились на поиски Тсунаде Сенджу, женщины с большими... глазами. Не то, чтобы эти самые глаза Наруто интересовали. Он вообще, по своему полу. Старик умотал развлекаться, а его оставил дежурить в гостинице. Скучно! Взгляд сам собой упал на выглядывающую из кармашка сумки колоду карт. Карты - один из грехов шиноби, но ведь это только когда на деньги. А с Вонголой гораздо интереснее играть на желания. Узумаки подскочил, охваченный порывом энтузиазма, сложил уже знакомые печати. Появился светящийся синей чакрой Ветра проход. - Тсуна, Мукуро, как насчет того, чтобы перекинуться в картишки? У Итачи Учиха возникло какое-то нехорошее предчувствие. С того самого момента, как из-за двери, где предположительно должен был находиться малолетний джинчурики, донесся дружный смех, почти рев и требование выполнять какое-то желание. Под нестройный хор голосов, затянувших нечто медленное, и одобрительный свист доносились такие фразы как "Забью до смерти, травоядное, если не слезешь со стола", "Экстремально весело" и некоторые другие. Итачи даже проверил, нет, все верно, джинчурики, двенадцать лет, гостиница, номер на втором этаже. Переглянулся с Кисаме, но тот тоже был в недоумении. На стук дверь открыл привлекательный парень лет двадцати, загорелый, подтянутый, с забавными шрамами-усиками на щеках. Похлопал осоловевшими, хмельными синими глазками и захлопнул дверь. - Это не обслуга, датебайо. Я их вообще не знаю! Хотя... Дверь снова распахнулась, и ошеломленных Акацуки втянули внутрь. Внутри царили хаос и безобразие. За низким столом сидела группа молодых людей разной степени раздетости. На полу живописно были разбросаны пустые и полупустые бутылки из-под вина, саке и виски, детали верхней одежды, наручники, трезубец, даже хлыст виднелся в углу. - Ребята, это новенькие! - пьяно улыбнулся блондин, судя по всему, хозяин комнаты. - Штрафную им! - тут же проскандировал со стола нетрезвого вида субъект со странной прической в стиле ананаса. Тут же налили, поднесли по целому стакану прозрачной, как слеза, жидкости. Кисаме выпил, охнул, слегка окосел. Под пристальными взглядами Итачи пришлось последовать примеру напарника. В горло как будто залили жидкий свинец, в голове сразу же зашумело, а задача поимки джинчурики перестала быть приоритетной. Что самое страшное, остальные пили эту жидкость легко, как воду, лишь выдыхали шумно. - Сколько же здесь градусов? - наконец, отдышался Кисаме. - А мы знаем? - легкомысленно отмахнулся шатен, мешая пухлую колоду карт. - Верде экспериментирует с новыми видами выпивки по заказу Мармона, а готовую продукцию опробует на нас. Так, играем в "выпивашки" на раздевание. Такой игры Итачи не знал, но блондин, усевшийся рядом, обещал объяснить. После первого проигрыша, Учиха суть понял. Недаром же, гений. А потом стало абсолютно все равно. Просыпался Итачи с трудом. Глаза открывались чуть ли не со скрипом. Кто-то поднес ко рту стакан с резко пахнущей жидкостью, заставил выпить. В голове прояснилось. Учиха увидел сидящего на краю постели того самого блондина. - Что... что вчера произошло? - После того, как ты выпил? - любезно уточнил незнакомец, чуть ли не светясь здоровьем. От этого похмельного Учиху тошнило. - Сначала мы играли на раздевание, кстати, из ваших плащиков вышли отличные маечки, - он продемонстрировал усеченную форму плащей с красными облачками. Она едва доходила до пояса. - Потом твой товарищ проиграл Мукуро Самехаду, пообещал отработать до тех пор, пока наш иллюзионист не покинет бренный мир. - Кисаме его переживет, - уверенно заявил Учиха. - Загвоздка в том, что Мукуро уже не раз возвращался с того света. И будет возвращаться еще лет двести, как минимум. Хочет предка своего переплюнуть. Кисаме ничего не светит, понял Учиха. - Ах, да, еще, как честный человек, ты обязан на мне жениться, - пропел парень. - После всего, что мы вытворяли на глазах у всех.... - На глазах.... - Итачи стало дурно. - Тебе показалось не романтичным признаваться мне в любви в нашем тесном коллективе, и ты поспешил на площадь... - Площадь.... - простонал Учиха. - Потом сказал, что избранникам положено дарить цветы, и направился в парк. - Парк... - Там ты признался мне... раза два. В очень убедительной форме. - В парке... - репутация клана гибла на глазах. - Затем захотел искупаться, вместе со мной. Поэтому потащил на горячие источники. Там мы встретили моего крестного, и ты попросил у него моей руки. - Источники... крестный.... - В конце, уже возвращаясь, вместе с крестным, мы встретили твоего брата. Ты обрадовал его пополнением в семействе. И тем, что вернешься в Коноху. - Брат... Саске... - Не-не-не, я против инцеста! - незнакомец откровенно смеялся. Итачи с мукой посмотрел на него. Какой позор! - Как тебя хоть зовут? - уже еле дыша спросил он. - Наруто Узумаки. И да, это меня вы должны были поймать. Молодец, поймал. И даже привел. В Коноху, - Наруто откровенно смеялся. Итачи метнулся к окну, не обращая внимания на головную боль, выглянул наружу. Клановый квартал предстал во всей красе. Вопросительно, с надеждой взглянул на Узумаки. - Да, здесь ты повторил маршрут: площадь-парк-источник. И даже порывался набить морду статуе моего отца. После того, как попросишь у него моей руки. Знаешь, даже не подозревал, вы Учихи, такие забавные, когда пьяные, датебайо! И да, теперь все знают, как и почему был вырезан ваш клан. Итачи схватился за голову, застонал. - Кстати, тебя хотят сделать капитаном АНБУ, уже сняли звание нукенина. - И это все за один день! - Почему один? - возмутился Узумаки. - Мы три дня гуляли. А потом еще праздновали твою легализацию, назначение на должность, знакомство с остальными джонинами. В общем, неделю. Итачи раскачивался, сидя на корточках под окном. - И что мне теперь делать? Теплые руки обняли его, заставили уткнуться носом в широкую, безволосую грудь. - Как что? Жить долго и счастливо, - Наруто вздохнул довольно, поцеловал Учиху. А когда оторвался, лукаво сверкнул синими глазами: - За мной еще никто так не ухаживал!