В гости к ведьме

Скрестив пальцы, Ева сосредоточенно всматривалась в большой магический шар. — Ничего не вижу, — пробубнила ведьма, откидываясь на спинку стула. — Фиолетовый дым, и только. Нет у нас будущего! Лерн попыталась изобразить злобный смех, но, поймав рассерженный взгляд Чернокнижника, умолкла. — Да не заставляй ты ее, Раф, — примирительно начал Рейо, перебирая перья в волосах колдуньи. — Не видит, так не видит. Может, там действительно ничего нет. Рафаэль недовольно зыркнул на юношу и безапелляционным тоном произнес: — Еще раз. Смотри внимательнее. Ева тяжко вздохнула, но подчинилась. Рейо, закатив глаза, устроился на широком подоконнике, предварительно подложив под спину подушку. Вот уже целый час маг пытался научить ведьму предсказывать будущее по магической сфере. «Поскольку эта вещь принадлежит тебе с рождения, — говорил он. — Никто более не сможет ею воспользоваться. Так что будь добра постараться развить дар предсказания. Так от тебя хоть какая-то польза будет». Лерн недовольно фыркала, трясла головой и проклинала Рафа за его черствость и жестокость. Но, надо сказать, развить такие способности было действительно делом полезным, поэтому, пошипев еще немного для вида, девушка сдалась. — Вижу, вижу! — закричала она, наклоняясь к сияющему шару еще ближе. От неожиданности Рейо дернулся, и, заметив необъяснимые телодвижения ведьмы, поспешно вытащил из ушей наушники. Чернокнижник, сложив руки на груди, приблизился к столу. — Так-так, — шептала Ева. — Белое, пушистое… Ковер? Нет, ковры с хвостами не бывают… Хмм… Ушки? Ушки! Кошачьи ушки! Чернокнижник нахмурился. — Ты видишь кошку? — Ну-у, как тебе сказать, — замялась Лерн. — Я пока не уверена, но она… он… Большой, короче. — Кот-гигант? — Рейо усмехнулся. — Да нет же! Большой, в смысле — высокий. У котов бывает высота? Или длина… В конец запутавшись, Лерн обиженно насупилась. — Не хочу больше. — А как ты думала? Просто так, без усилий, никогда ничего не бывает, — отчеканил Рафаэль, меряя шагами комнату. — Значит, будем ждать кота-гиганта. Внезапно на полке заволновался белый череп, забрякал челюстью. — Кого еще… — Ева вскочила со стула. Ой как не понравилась ей такая реакция охранника ее дома.

***

Ева отключила закипевший чайник, а затем достала маленькую фарфоровую чашку. Перья в ее волосах шевелились. Муза тоже была здесь — любопытство выманило ее из глубокого кресла качалки в комнате Лерн. Рейо и Чернокнижник о чем-то перешептывались у лестницы. Все помнили, что показала Еве магическая сфера, но как-то сомневались в достоверности увиденного. Так вот теперь, за обеденным столом, подергивая кошачьими ушками, сидело живое доказательство того, что колдунья не ошиблась. На стуле ерзал худенький паренек, беспокойно размахивая длинным пушистым хвостом и теребя золотой овальный медальон на ошейнике. На улице минус пятнадцать, а на нем были лишь тонкая клетчатая рубашка да джинсы с рваными коленями. — Мне бы лучше м-молока, — робко попросил он, втягивая голову в плечи и щурясь. — С медом. Ева согласно кивнула, стараясь улыбаться как можно искреннее. Подумаешь, объявилось это чудо природы на пороге, замерзшее и растерянное. Ну, бывает. Получив свою порцию угощения, гость сначала обнюхал чашку, потом взял в руки и осторожно лизнул. — Годится? — взволнованно спросила Ева, на что получила утвердительный кивок. Молчавшая до сих пор Рина потянула Еву за край кофты, привлекая внимание хозяйки. — Посмотри на его волосы, — прошептала она ей на ухо. — Они как снег, белые, а одна прядка, вон там, на затылке, как будто золотой краской выкрашена. Ева улыбнулась. Любила они такие нетипичные кадры. Узнать бы, чего этот Кис-Кис здесь забыл… — Ева, череп! — воскликнул Рейо, не на шутку напугав гостя. — Да что ж вас сегодня всех разобрало… — прошипела Лерн, успокаивающе погладив Кис-Киса по плечу. Не успела она ступить и шагу, как входная дверь открылась, впуская взъерошенного юношу. Смутно знакомого. — Тео, ты? — неуверенно обратилась к нему Лерн. Кошак шмыгнул носом, озираясь по сторонам, но заметив, кто сидит за столом, кинулся на кухню. Ева только и успела отскочить в сторону, утягивая за собой Рину. Не хватало еще, чтобы ее любимую и единственную Музу зашибли ненормальные зверюги. — Нео! Ты здесь! Тео обхватил юношу за пояс, притянув к себе и прижавшись щекой к его светлым волосам. Тот и глазом не моргнул, продолжая невозмутимо потягивать теплое молоко. — Ну на кой-черт ты один поперся на улицу? — негодовал Ким, отпуская Нео и заглядывая в его серые глаза. — Не знаешь же здесь еще ничего! Я чуть с ума не сошел! Благо, обоняние у меня получше, чем у некоторых. Найденыш протянул Еве пустую чашку и благодарно улыбнулся. — Ох, — выдохнула Лерн, загипнотизированная очаровательной улыбкой Нео и его ровными зубами с чуть заостренными клычками. — Меня не обижали, — мягко произнес Нео, запустив тонкие пальцы в густую темную шевелюру Тео. Ким блаженно прикрыл глаза и заурчал, уткнувшись носом в колени юноши. Рейо и Чернокнижник, наблюдавшие за вышеописанной сценой из гостиной, переглянулись. — Следование за объектом влечения куда угодно, проявление чрезмерной заботы, желание угодить… Это импринтинг, — заключил Раф. — Первый раз такое вижу, — вымолвил Рейо, непроизвольно скользнув взглядом по Еве. От Чернокнижника этот момент не укрылся, и маг от души влепил Рейо затрещину, однако тот все же не понял, за что. — Ну что, погнали домой? Эллен наверняка психует из-за того, что мы пропали, — Тео подхватил легкого, как пушинка, Нео на руки и направился к выходу. — Ах да, ммм… Ким обернулся и выжидающе посмотрел на ведьму. — Ева, — мягко подсказала та. — Ева. Спасибо, что приютили моего оболтуса. Он глупый еще, дорогу домой по запаху определять не умеет, да и вообще. Нео на такое замечание надулся, смешно выпячивая нижнюю губу. — Я и сам могу идти, — буркнул он. Но Тео лишь рассмеялся, чмокнул паренька в нос и, кивнув на прощанье обитателям дома, скрылся за дверью. — Вот и забрал свое сокровище, — мечтательно произнесла Рина, кружась по комнате. — Вот это я понимаю — любовь. Мда… Парни синхронно скривились, вызвав у колдуньи взрыв хохота. — Любовь — хорошая штука, наверное, — выдавила она, вытирая выступившие слезы. — Но все-таки предсказывать будущее мне нравится гораздо больше.