Непонятные мотивы

Он очнулся лежа на снегу. В наушниках играла та же песня, так что может все не так плохо. Но пока Коса Смерти пытался вспомнить как дышать и собрать себя в более-менее боеспособную кучу, чьи-то руки с силой дернули его вверх и припечатали спиной к ледяной глыбе. Джастин машинально отметил, что именно в эту глыбу он влетел после удара Гирико. Хотя этот печальный факт ничего не менял. Кстати о Гирико: это как раз он (какая неожиданность!) вдавливал плохо соображающего святошу в отвесный лед, приподняв того над землей. Сейчас Пила уже не мог пожаловаться на досаждавший ранее холод — опьяненная победой, кровь кипела. Он говорил, говорил, ухмылялся, опять говорил, насмехался... У Косы Смерти не было ни сил ни желания углублятся в смысл его высказываний. К тому же он вообще сомневался есть ли там этот смысл. Круги перед глазами... Это ведь плохо? И Джастин просто закрыл глаза что бы их не видеть. Меня никогда не будут приветствовать Среди бездушных монстров, Которыми ты окружил себя. Ты питаешься их болью и несчастьями Маниакальна порода паразитов-нелюдей Брошенных на съедение безумию... Песня вдруг прервалась, а сильный удар заставил открыть глаза. — Нет, так не пойдет! — яростный рык в самое ухо. Джастин в первый раз слышал голос своего противника: сильный, низкий, хрипловатый. Он другого в принципе и не ожидал. — Ты выслушаешь меня! "Да, что это я в самом деле!" спохватился священник. Кругов перед глазами поубавилось и, хотя он все еще был смертельно усталый а тело болело, сдаваться вот так просто было как минимум глупо. Он трансформировал немного дрожащую руку в лезвие, коротко замахнулся и... Гирико со смехом отбросил его гильотину от себя. На самом деле Джастин был так слаб, что не составляло труда удержать его одной рукой. Когда чародей рассмотрел состояние своего противника он не прекращал поражаться каким это образом Коса выстоял против него так долго. — Я тут подумал...— нехорошо блеснул глазами Гирико. — Рискованно... Всего лишь тихий протест, а ему в лицо уже была направлена превращенная в бензопилу рука. И лучше вам поверить на слово, что заведенная бензопила в каком-то сантиметре от вас это как минимум неприятно! Парень со всей силы вжался в лед и повернул на бок голову, стараясь оказаться от смертоносной цепи как можно дальше. К сожалению, дальше она не стала. — Так вот — продолжил Пила, довольный эфектом. Поверженный противник с неприязнью косился на него, в голубых глазах плескалась ненависть. — в самом начале я хотел тебя просто убить ...и скормить пингвинам, разумеется... Но ты уничтожил всех наших големов, находящихся здесь. А значит, мне придется надолго задержаться за их починкой... Блять, а здесь даже пива нет! А все из-за тебя, мелкий! Короче, надо же мне как-то развлекаться после работы. Вот я и решил, что раздену и прикую тебя к этой глыбе. Способности Косы Смерти не позволят тебе быстро умереть, а растущая слабость — освободиться. А я смогу в тебя разные дротики и ножички пометать... — мечтательно закончил Гирико. Но спохватился и добавил: — Ну, а потом к пингвинам!.. Джастин смотрел на него с высокомерием, ненавистью и упрямством одновременно. Пила даже засомневался, кто из них победил. Одно было ясно: священник не собирается проявлять свою слабость. Не будет умолять, кричать и делать других радующих Гирико вещей. Ну и хрен с ним. — Раз ты согласен то приступим! — радостно сказал клыкастый чародей. Он переместил бензопилу парню под подбородок и, высунув от усердия язык, начал медленно вести ею вниз, превращая сутану в живописные лохмотья. Не задевая при этом кожи. Ну, или почти не задевая. Коса Смерти зашипел и начал вырываться. — Не дергайся, придурок! Я же могу... Что Гирико мог, мы так и не узнаем. Но наверное он именно это и имел ввиду. Чародей от неожиданности отступил на шаг. Все вокруг было в брызгах крови. На безвольно повисшей и остановленной бензопиле ее было много, очень много. Больше только под ногами резко побледневшего святоши. Коса Смерти опустил ошарашенные, распахнутые болью глаза и попытался зажать рваную рану на животе. Но кровь выплескивалась толчками, вздувалась пузырями между немевшими пальцами. Кровь сгустками падала на белый снег, окрашивая его в красный. Пила смотрел на это, не до конца поверив в происходящее. Можно было бы подумать, что он любуется агонией врага, если бы не его перепуганный вид. — Твою мать!... — Коса поднял на него подернутые дымкой глаза — Идиот!!! И что теперь мне с тобой делать?! Парень открыл было рот, но в следующее мгновение упал прямо на руки своему врагу.