Мудак на белом коне

      Чёрт. Неужели я влюбился?       В него?       Вот так просто?       Пока я стоял и охуевал сам с себя, Олег успел приблизиться ко мне, и сейчас, оторвав взгляд от пола, я встречаюсь с омутами кофейных глаз. Все же они так притягивают к себе… — Ты серьёзно?.. — он скептически смотрит мне в глаза, выискивая подвох. — Если тебе это кажется смешной шуткой, то проверь своё чувство юмора, имбецил, — наигранно обиженно фыркаю, наблюдая за его реакцией.       Да, Олежек, я серьёзен, как никогда. Влюбился в ту идиотскую улыбку, твою разобиженную гордую морду, твою детскую искренность и не скупость на эмоции. Да, чёрт бы тебя побрал… — …Я люблю тебя, — протянув на свой лад эти слова, дергаю на себя блондина за шиворот футболки и целую, не желая слушать, какую еще ересь он выдаст.       Олег сразу же перехватывает инициативу, углубляя поцелуй, и не давая мне ведущую роль.       Не разрывая поцелуя, блондин тянет меня на себя, разворачивая и спиной толкая назад.       Запрыгиваю на стол, обвивая ногами бедра Олежка и не давая ему увеличить дистанцию между нами, остервенело целую его. — Золушку не травмирует небольшое развлечение с принцем, м? — парень проводит сомкнутыми губами по скуле и горячо шепчет на ухо. — А то принц не прочь поразвлечься. — Только принц потом обязан жить с ней долго и счастливо, ясно? — зарываюсь в его блондинистые патлы, ероша их, пока этот монстр осыпает мою шею невесомыми поцелуями. — А много детей она не хочет? — Олежек, усмехаясь, смотрит мне в глаза и стягивает с меня футболку. — Да иди ты..! — продолжение фразы заменило глухое «ох, блять», когда блондин широкой ладонью сжал мой пах через ткань белья, просунув руку под шорты. — Куда? — усмехается блондинистый мудак, потирая ладошкой мой стояк. Ухх... — В баню… — рвано дышу, глядя в кофейные глаза, и снимаю с парня футболку.       Провожу пятерней по рельефному торсу, пошло облизываясь. Боже, как ты шикарен. — Мы и тут неплохо устроились, — мурчит это недоразумение мне на ухо, второй рукой поглаживая моё бедро.       Конечно, удобно! Не из тебя же будут душу вытрахивать на жёстком столе! — Вот бесчувственный козел! — щурясь, сверлю блондина взглядом. — А меня спросить, хорошо я устроился, или нет?! — приподняв бедра, снимаю свои шорты с нижним бельем, откидывая их в угол. — Как скажешь, — мои провокации остались без ответа, а оставшееся тряпье Олежека полетело в тот же угол. Он от чего-то напрягается и тормозит, хмурясь.       Сразу же тяну его за шею на себя, впиваясь губами в изгиб плеча и шеи, оставляя засос, и покрываю его плечи поцелуями, руками исчерчивая широкую спину. Но меня нагло отодвигают от себя.       На меня отчасти недоуменно уставились два карих глаза, переполненных желанием, а я уже терпеть не могу, мудак он эдакий! — Что на этот раз? — начинаю выходить из себя, ерзая на столе от нетерпения. — У тебя был кто-то до меня? — смотрит мне в глаза блондин, медленно опускаясь передо мной. Парень проводит широкой ладонью по моему торсу и убирает её внизу живота, хитро улыбаясь на мой разочарованный выдох. — А ты хочешь превзойти всех моих бывших в постели, окончательно покорив меня? — копирую его усмешку, глядя на Олега сверху вниз, чувствую, как загорелись скулы. — Вот ведь маленькая язвочка, — парень проводит языком по внутренней стороне бедра, волна мурашек пробежала по всему телу, скапливаясь и завязываясь узлом, в итак стоявшей плоти. — А врать не хорошо. Тем более любимому принцу. — Мудак. — сдавленно выдохнув, откидываюсь на стол, облокотившись на локти.       Олег, обхватив длинными пальцами мой член у основания, влажным языком обвел головку. Прогибаюсь дугой от новых ощущений, окончательно ложась на стол. Вторая рука парня скользит по моей груди, обводя большим пальцем горошины сосков. Его ладонь ложится на мой подбородок, а пальцы давят на губы. Приоткрыв рот, позволяю Олегу буквально трахать его пальцами, глядя из-под полуопущенных ресниц, как поднимается и опускается белокурая макушка между моих широко разведённых ног. Подаюсь вперёд бедрами, когда примерный мальчик отстраняется, убирая за ухо прядь блондинистых волос. Олег смотрит мне в глаза, избавляя мой рот от пальцев, затуманенным взглядом и тяжело дышит: «Мммм, шикарно выглядишь.»       Блондин, пока я любовался им, протолкнул в меня без особых усилий указательный палец и почти сразу же средний, всего на две фаланги, но дискомфорт существенный. Пока Олежек готовил меня к дальнейшему, я кусал и целовал его широкие бледные плечи, оставляя на них засосы и красные пятна от зубов. Мой принц сменил пальцы на нечто большее, приставляя к разработанному входу горячую головку. Пытаясь расслабиться и заглушить стучащее по ушным перепонкам сердце, смотрю на капельки пота, украшающие виски Олега. С губ срывается тихое шипение, когда парень одним движением входит в меня. — Чшшш, прости.. — Олежек закинул мои ноги себе на плечи, осыпая их мелкими поцелуями. — Потерпи чуть-чуть.       Блондин даёт мне время привыкнуть, поглаживая руками мои бедра и ноги. Прерывисто выдохнув, он начинает неуверенно двигаться, меняя угол. Олег находит нужную точку и с моих губ срывается еле уловимый стон, но ему этого достаточно. Очередной толчок, более резкий и глубокий, заставляет выгнуться, задыхаясь от ярких ощущений. Парень двигается во мне почти жёстко, увеличивая темп.       Наши пальцы переплетены, взгляды направлены друг другу в душу, тяжело разобрать, чьи стоны разрезают тишину, а сердца, я уверен, бьются в один такт.       Мы кончаем почти одновременно. Я, сделав пару движений рукой по своей плоти, а Олег, выскальзывая из меня в последний момент и заливая мой живот своей белесой жидкостью.       Блондин обнимает меня, устраиваясь рядом и нежно целуя мои губы. Так и лежим на столе, целуемся, счастливые, в сперме, и пытаясь восстановить дыхание. — С днём рождения, Пашка, — парень улыбается мне, а я вижу его детскую мордашку некоторые годы назад. Как же я счастлив слышать своё имя из его уст… как раньше. Похоже, мои эмоции написаны у меня на лице, поэтому Олежек добавляет. — Ну, теперь-то я тебя не оставлю и хер куда отпущу.       Со счастливой улыбкой во всю морду, обнимаю его, шепча слова благодарности, когда до моих ушей отчётливо доносится спор бабули и деды, касающийся планов моей дальнейшей жизни. — Блять! — подскакиваю, как подорванный, хватая кухонное полотенце — не забыть бы в стирку кинуть — и вытирая живот, и морщусь от отголосков тянущей боли в пояснице. — Что так рано-то?!       Натягиваю трусы, прыгая на одной ноге и пытаясь влезть в футболку.       Блять, Олег!       Лечу в угол, кидая инострашке его вещи, и натягиваю шорты. — Одевайся! Живо! — рявкаю на него, слыша, как открывается бедная скрипучая калитка и голоса становятся громче.       Парень быстро надевает свое тряпье и через пару минут мило улыбается моей родне, кинувшейся поздравлять меня.       Выслушав море пожеланий от любимых бабули и деда, обнял обоих, улыбаюсь на бабулины причитания о том, как я вырос, а она ещё помнит, как пеленки мне меняла, и пропускаю мимо ушей дедино замечание о том, что мы с Олегом слишком лохматые и счастливые.       Спустя десять минут мы все сидели за праздничным столом и дружно пили за моё здоровье. — Ладно, хулиганье, — встал из-за стола деда, поднимая рюмку. — Давайте, перед тем, как разойтись по койкам, выпьем за счастливый конец истории про Золушку. — За нас! — Радостно ликуя, вскочил подвыпивший Олег. — Это только начало… — улыбаюсь, окруженный самыми близкими людьми.       Да, за такие моменты я готов променять ночные часы, проведенные на крылечке за чашкой кофе.       А все из-за мудака на белом коне.