Зачем же ты мучаешь меня?

POV Фрау. Мы снова ругаемся. Кажется, и он, и я уже устали от этих ссор... но без них нельзя! Ведь только так мы в последнее время и общаемся... В этом я виню только его. Ведь это он всегда начинает. Начинает спрашивать, что со мной, как я себя чувствую, почему у меня такое серьёзное лицо, может ли он чем-то мне помочь... Нет. НЕТ! Мне всё это надоело! Иногда хочется посидеть где-нибудь в тишине одному, посмотреть, как на черствую обледеневшую землю падают легкие прохладные пушинки ресничек снежинок, подышать на них, сдувая их от своих щек, и подумать... подумать о нем. О Тейто. Этот мальчик... это маленькое существо с огромными зелёными глазами, в которых можно разглядеть самого себя, и пушистыми и мягкими темными волосами постоянно лезет в твое личное пространство и пытается что-то узнать и добиться истины. А через секунду оно может стать грустным и задумчивым, подобно плакучей иве, которая опускает свои ветви к тонкой глади воды, будто что-то стараясь там найти. В такие минуты изумруды его взора блестят беспокойным сиянием, перетекающим медленным теплым потоком к самому моему сердцу, тихонько согревая своей печалью. Но стоит Тейто увидеть меня, он вздрагивает и потупляет взгляд, пряча его в густоте теней челки, а затем поднимает голову, и я вижу только слегка раздраженное недовольное лицо и нахмуренные брови. Меня это раньше смешило. Думал, что на такое способен только ребёнок, но... вскоре отказался от этой вовсе неверной мысли... Вот как сейчас. Две минуты назад я выходил из душа и заметил мальчика, сидящим на мраморном подоконнике и смотрящим в приоткрытое окошко на улицу. Уже стемнело, и его бледное личико ярко выделялось на фоне черноты наступающей ночи. Метель билась своими ледяными руками в стекло, кричала безумным воем, звала моего Тейто наружу. Тот будто и не видел всех этих попыток, просто наблюдал, как зимняя стихия рвала покрывало заснеженной земли и ворошила его куски, поднимая в серовато-синее небо. Я долго стоял на пороге комнаты, не решаясь нарушить тишину и продолжая любоваться тоненькой фигуркой. Юный компаньон так и не заметил меня, поэтому спустя какое-то время я слегка кашлянул и громко произнес: - Закрой форточку, простудиться хочешь? Тот вздрогнул и резко обернулся ко мне, и от моих глаз не осталось не увиденным это печальное выражение, исказившее бледное лицо. Тейто опустил голову, но тут же поднял её. И снова. Снова эта железная маска, скрывающая истинные чувства и эмоции, которые, словно дикие коты, боятся вылезти из своих убежищ и подставить мордочки под слишком яркий для них свет... Я устало вздыхаю. - Ну что ты так на меня смотришь? Будто убить хочешь. Тот молчит, явно раздумывая, как начать разговор. Это видно по его бегающим по сторонам растерянным глазам. - Если не знаешь, как начать разговор, - продолжаю я, - начну я. Тейто смотрит на меня недоверчиво и как-то... пугливо. - Чего ты боишься? - спрашиваю я, садясь на диван напротив окна и наблюдая за мальчиком. Он всё продолжает молчать, а мне становится не по себе от повисшей тяжелым грузом тишины. - Ты меня боишься? - мой голос предательски берёт высокую ноту. Прикрываю веки - как трудно разговаривать с человеком, хранящим партизанское молчание. Тейто молчит и лишь удивленно смотрит прямо мне в лицо, как обычно пытаясь разглядеть что-то. Через секунду он спускается с подоконника и, подойдя ко мне, твердо произносит: - Нет. - Долго ты что-то думал, - наигранно произношу я, чувствуя, как становится на душе спокойнее. - Я же говорил тебе: не сиди рядом с открытым окном. Видишь, все мозги выветрились. - Смеюсь. Один. Поняв, что мальчик, скорее всего, не понимает шутку, поднимаю глаза и... замираю. Почему он так смотрит на меня? Почему в его взгляде отражается такое отчаяние, такая боль, такое страдание?.. Почему я вижу, как плачет его душа?.. - Что... - начинаю я, но останавливаюсь на полуслове. - Ты придурок, Фрау!! Парнишка хватает меня за грудки рубашки и с силой притягивает к себе. - Охренел совсем?! - продолжает кричать он, с не детской ненавистью тряся меня. - Это мои слова, малявка! - вскипаю я, отмахнув его руки от себя. - Псих какой-то! Если ты по поводу мозгов, то я пошутил. - Фрау... ты... - Тейто глядит мне в лицо, по-настоящему чему-то не веря. Затем... он смеётся. Только это не обычный смех. Он отличается от него. Ненормальный... нервный... - Фрау... ты... - еле выговаривает Кляйн. - Ты... действительно идиот!! - ЭЙ! Может, объяснишь всё, паршивец?! - нервы у меня не стальные, и я со всей дури хлопаю ладонью по столу, стоящему перед диваном. - Это ты мне объясни! - Тейто ставит свои руки на мои колени, не давая встать с места. - Что с тобой? Почему ты мне ничего не хочешь рассказать? Я ведь знаю, ты всё переживаешь из-за Косы, верно? Комок встает в горле, и я слегка отворачиваюсь. Да, это волнует меня. Это удерживает меня от лишних всплесков эмоций. Это не дает мне спокойно спать по ночам, потому что боюсь, что когда-нибудь проснусь весь в крови Тейто... - Я ведь говорил тебе, - мальчик сильнее давит на мои колени, - чтобы ты не переживал по этому поводу. Тебе станет легче, если ты выговоришься, расскажешь кому-то о своих трудностях и проблемах, - на мгновенье он замолкает, собираясь с мыслями, - для этого есть я! К гадалке ходить не надо, так в чем истина? В чем истина твоих переживаний?! Ну же! Говори, не молчи!!! Я ведь здесь!! - Именно поэтому я и не говорю!! - прикрикиваю я и, резко поднявшись, от чего Тейто отшатывается в сторону, начинаю выходить из комнаты. - А ну стой!! - кричит мальчик и хватает меня за рукав. - Теперь ты объяснись!! - ЗАЧЕМ мне говорить кому-то о своих проблемах?! - я фыркаю, увидев, как вытягивается от изумления такого резкого ответа лицо парнишки, и, достав из кармана сигареты и зажигалку, закуриваю. - ЗАЧЕМ мне говорить о своих проблемах ТЕБЕ?! У тебя их и так выше крыши, так ЗАЧЕМ тебе чужие неприятности?! - А ЗАЧЕМ ты заставлял меня выговориться, когда мне было плохо?! - вопросом на вопрос отвечает малыш, не успокаиваясь ни на минуту. - Я же тебе говорил о своих трудностях! Почему мы не можем быть квитами и разделить свои ноши друг с другом?! Почему... - Потому что мне ЭТО НЕ НУЖНО!! - кричу я. - Потому что тебе это тоже НЕ НУЖНО! - Нет, неправда... - Слушай, отвали от меня! Заткнись, ты надоел!!! - я срываюсь. Срываюсь на своего мальчика. Но мне тогда было так мерзко от всего, что свалилось на меня, что даже подташнивало... Но... Мои последние слова... о них я пожалел тут же. Как только "надоел" разлетается эхом по комнате, раздается противный писк, и Тейто, изогнувшись, падает на пол, корчась от боли, хватая ртом воздух и держась за шею... Перед глазами всё темнеет. Я бросаюсь к мальчику, пытаясь успокоить дергавшееся от болезненных конвульсий хрупкое тельце, проклиная чертов ошейник и себя, посмевшего об этом забыть. Тейто стонет, царапая свою плоть ногтями до крови и пытаясь отпихнуть от себя мои руки. Словно в агонии, парнишка поднимает на меня свои горящие глаза, потерявшиеся в мути зрачков, тянет к моему лицу дрожащую ладонь, будто стараясь перед смертью схватиться за свое спасение, а потом, тихо так, еле слышно, шепчет, глотая слезы: - Зачем же ты мучаешь меня?.. Я, качнув головой, прижимаю мальчика к себе, осторожно приговаривая извинения, дыша в его ухо. Боль постепенно проходит, оставляя ощущения ожога по всему телу. Он хотел как лучше. Он хотел мне помочь. Он переживал, когда не видел улыбки на моем лице. Он страдал, когда на его вопросы я отвечал гордым молчанием. Всё это время болел не я, а он!!! Я осторожно треплю рукой волосы парнишки и мягко, нежно целую его в лоб, а затем, уткнувшись в его шею, слегка облизываю языком тонкую кожу. Тейто начинает дрожать, но не от боли. Слезы кристалликами падают на мое плечо. А в моей голове появляется мысль, что это совсем не по-детски.