Шерон, чуть заметно вздрогнув, сжимает судорожно кулачок, пряча его в своих острых коленках, и поворачивается в сторону голоса. Кстати, он не неприятный или грубый – ровно, как и худощавая фигура, словно призрак, покачивающаяся в пелене забытья мрачной тёмной улицы, но прямо сейчас девушка не хочет никого и ничего слушать. Не тогда, когда в груди разгрызает себе уютное, гнилое гнёздышко раздражающая пустота.

Не это, конечно, он ожидал увидеть, вернувшись домой после работы. Особенно когда в голове весь день трезвонило беспокойное и назойливое «Ты виноват. Ты виноват. Ты виноват», сжимая в груди суетливое несдержанное сердце. Особенно когда он так жалел, что не мог вернуть всё вспять и откусить свой чёртов язык. Особенно когда он так сильно любил его и так сильно ненавидел себя.

Когда это все началось? Вчера? Два дня назад? Три? Неделю?.. Нет. Раньше. И с того момента Питер понял, что не все так легко и просто в этой жизни. В его особенно... Действия происходят примерно после событий в фильме "Человек-паук: Возвращение домой".

Антон никогда не был против домашних животных. Он в принципе не испытывал неприязни к какому-то конкретному виду питомцев. Животных просто надо любить, зачем ещё для этого ненавидеть кого-то другого? Но прямо сейчас Антон заваливается набок, подтягивая к груди согнутые колени, и прижимает к себе кровоточащую конечность, думая лишь о том, что в ближайшее время он даже на расстоянии километра будет шарахаться от каких-либо животных. Особенно от собак...

Шастун раздражённо морщится и проходит мимо Серёжи, чуть сильнее, чем планировалось, ударяясь о его плечо. Как будто он виноват в том, что ему настолько больно от ударов шокеров, что его голосовые связки буквально самоубиваются в горле. Создаётся впечатление, что все окружающие думают, что Антон прямо балдеет от своих криков и каждый раз стремится заорать как можно громче, им всем назло. Но в гробу он видит все эти вымышленные садистические наслаждения, в белых тапочках, сука!