Carnival of rust

Последние дни перед матчем с Леоном Али провела в каком-то мутном тумане: куда-то ездила, что-то делала, что-то говорила, даже поцапаться с кем-то успела, но полностью переключиться с предстоящей игры на повседневные дела у нее так и не получилось — в голове все рок-н-роллилось по-черному. Даже предстоящий переезд нисколько не радовал, равно как и беготня по магазинам в поисках красивых вазочек и тарелок, непременно квадратных и черных. В итоге «великое переселение народов» было намечено на ближайший послематчевый вечер, и Хосе, умудрившийся оторваться от возможного «горизонтального общения» с Эстер (что вполне могло быть правдой), клятвенно обещал помочь, чуть ли не на своем горбу собираясь таскать вещи. Помимо этого, ей позвонил Филипп Лам, разговор с которым внес сумятицу в ее и без того запутанные мысли. Фил был очень дружелюбен и в свойственной ему манере нажелал ей удачи, успехов, забитых мячей, но в конце разговора не сдержался и посетовал, что без нее в команде стало скучновато. От этих слов Али стало так тошно, как будто где-то рядом пролетел дементор из Гарри Поттера, высосав из нее все намеки на радость. Сменив место дислокации со страны отличного качества на страну фламенко, она сначала хотела свести общение с бывшими одноклубниками к минимуму, чтобы тоска не так снедала ее изнутри, но они сами напоминали о себе, отмечая ее на стародавних фотографиях, отправляя смешные смс-ки и письма, обижаясь, если она не отвечала. Если бы Али сама приняла решение покинуть стан немцев, возможно, было бы не так тяжело. Расслабиться хоть чуть-чуть она смогла, когда Энрике огласил стартовый состав на матч с мексиканцами — Али долго смотрела на доску, где красная точка, размером чуть меньше, чем остальные, обозначала ее. Играть рядом с Месси. Рядом с синей точкой, которая была чуть ли не в два раза больше, чем другие «игроки» — объясняя расстановку, Энрике несколько раз подряд ткнул в доску, попадая маркером прямо в обозначение аргентинского нападающего. Али скосила глаза — Лео сидел рядом с ней и от дробного стука по пластмассе почему-то морщился, будто его это раздражало. Он и на тренировке, которая последовала сразу за тактическим занятием, был словно сомнамбула, даже на просьбу Неймара помочь с отработкой очередного «финта ушами» отреагировал не сразу, только огрызнулся, будто бразилец помешал ему молча пялиться на зеленый искусственный газон. Али тогда всерьез задумалась о том, что, может, Лионелю все-таки стоит посетить клубного психолога. А если учесть, что ее саму тянуло, словно магнитом, туда, где показывался Месси, то и ей была прямая дорога в кабинет с мягким креслом. За пару дней до кубкового матча Хосе безбожно ранним утром прислал курьера с коробкой — после нескольких дней тестов и переговоров первая пара именных Quicksilver7 наконец-таки увидела свет. Опробовать их Али удалось почти сразу — она осталась на базе после тренировки и, когда все уехали, прокралась на поле, сумев уговорить охранника включить полевое освещение. Хотя бы с ее новой экипировкой все было идеально — потраченные усилия точно стоили того. Поэтому к первому своему матчу в составе сине-гранатовых Али подошла в полной боевой готовности физически, но с абсолютным кавардаком в голове.

***

— Али, можно тебя на минутку? Альварес резко повернула голову, едва не потеряв равновесие и не сверзившись со скользкой скамейки. Перед ней стоял Дани Алвес с крайне несчастным выражением лица. — Зачем? — подозрительно спросила она, памятуя недавний скандал с ее переездом в общую раздевалку. Естественно, об истерике бразильца ей рассказали почти сразу, и теперь смотреть на него без зубовного скрежета Али не могла. — Ну, надо. Отойдем?  Вид у Дани был слишком уж виноватый, поэтому Али встала и пошла за ним в другой конец раздевалки, где стояли кулеры с водой. — Я хотел извиниться за свои слова… Ты же по-любому в курсе. Ну, в общем, я погорячился, — не откладывая в долгий ящик начал Алвес. — Ничего против твоего присутствия в раздевалке я не имею. Меня что-то понесло. — Я не злюсь, — Али подтянула шорты. — Со всеми бывает. Не бери в голову. — Мне просто стремно, что я орать начал. Мне Таиша сказала, что я мудак редкостный. Али сначала затупила, вспоминая, кто такая Таиша¹, а потом спохватилась и кивнула, соглашаясь. — Насчет мудака спорить не буду… Дани нахмурился, но Али ловко выкрутилась из ситуации, уверенно похлопав защитника по плечу. — Но я сама хороша. Нужно было предупредить, что я заявлюсь. Так что я не меньший мудак, чем ты. Алвес перестал сердиться и улыбнулся в ответ, сгребая Али в охапку. — Дура ты, блин, — проворчал он, сдирая с ее косички сползшую резинку. — Еще и тощая, задавят тебя сегодня. — Я сама кого хочешь задавлю! Динамит хранят в маленьких коробочках, — лукаво подмигнула Али, отбирая у Дани резинку и собирая волосы в неаккуратный хвост, который должен был стать ее фишкой наравне с прическами Неймара. — Вы там братание закончили? Али, мне твоя помощь нужна! — позвал ее лохматый некстати упомянутый нападающий, который в трусах и гетрах все еще скакал перед зеркалом с расческой и гелем наперевес. Али наигранно вздохнула и вернулась обратно к своему шкафчику, вытаскивая банку с воском для волос. — Ты сам не можешь у меня взять то, что тебе надо? — посетовала она, усаживая Джуниора на скамейку и начиная поправлять его неудавшийся причесон. Недавно Неймар с чего-то решил, что Али умеет управляться с чужими волосами, и уже который раз с этим приставал к ней. Али, конечно, была девушкой — хотя бы по первичным половым признакам, — но укладывать волосы у нее не получалось никогда, по крайней мере, себе. Но Джуниору было пофигу, он никому не позволял трогать свою голову, за исключением парикмахера, а Али почему-то милостиво была допущена до золотой бразильской башки. — Не ной, а лучше сделай из меня красавца, — Неймар прикрыл глаза, наслаждаясь тем, что Али шебуршится у него в волосах. — Ты и так вполне ничего. Побрейся налысо, меня достали твои патлы, — Али зачесала его волосы назад и начала приподнимать их от корней, внутренне содрогаясь от противного ощущения липкого воска между пальцами. — А лучше найми себе личного парикмахера, пусть с тобой на все матчи таскается. Вот у Роналду он точно есть, зуб даю. — У меня и так пол головы сбрито! Да и стилист у меня есть. Но если я притащу его в раздевалку, Энрике меня расстреляет нашими любимыми теннисными мячиками, да еще и с близкого расстояния. Тер Штеген при слове «мячики» поднял голову и что-то проворчал по-немецки. История о том, как он залепил Пике пакетом с чипсами быстро дошла до раздевалки, и теперь над бедным Марком стебались все, кому не лень, подсовывая ему в вещи желтые кругляши, прозрачно намекая, что ему нужно тренировать меткость. — Он сначала поржет, а потом расстреляет, — укоризненно сказал Хави, полностью одетый и готовый к выходу на поле. — Давайте, сворачивайтесь. А то сначала задушевные беседы, потом салон красоты — у нас сегодня матч вообще-то! — Презентация сначала, — поправил его Неймар. — Поэтому я хочу выглядеть пристойно. — Ты с таким причесоном выглядишь не пристойно, а отстойно, — не преминул подколоть самовлюбленного бразильца главный юморист команды Жерар, за что сразу был награжден средним пальцем — сначала от Неймара, а потом и от доморощенной парикмахерши. — Вот спелись, — слащаво протянул Пике, прячась за спиной Месси и сгибаясь в три погибели. Лионель по обыкновению не участвовал в соревнованиях по остротам, но всегда был поблизости. — Жери, не доставай, они же классно смотрятся вместе, — внезапно сказал Лео, чем вызвал бурный смех и потонувший в общем гоготе возмущенный вопль Али. Неймар только хихикал, и Али, не зная, куда выместить злость, треснула бразильца расческой по затылку. — Все, иди нахрен, — она протопала обратно к своему месту. Чертов Месси и его тупые шутки. Пусть уж лучше молчит и не лезет, куда не просят! Ругаясь про себя, Али подтянула резинки на щитках и достала из сумки новую обувь, предвкушая процесс шнурования, словно ужин в дорогом ресторане. Всю злобу сразу как ветром сдуло. — Кто-то послушал капитана! Можно? — Хави присел рядом с ней и повертел в руках бутсу. — Шикарные! Парни, идите, посмотрите! — Дизайн охуенный, — Жерар прикинул бутсу к своей здоровенной ноге. — Не то, что обычно предлагают, тебе повезло. Потаскать дашь? Я обещаю носить аккуратно. — Два раза. У тебя пальцы вылезут через носок. Отдай!  Но Пике оскалился и с воплем «Подача!» кинул бутсу успевшему среагировать Клаудио, который тут же перебросил ее Лионелю. Хави, глядя на начинающееся безобразие, выразительно фыркнул и разогнал остальную команду обратно готовиться к выходу на поле. Али босиком осталась стоять напротив улыбающегося Месси. — Лео, дай сюда! — А волшебное слово? — Абра, блядь, кадабра! Если на придурочного Пике она могла обидеться, то с Лионелем такой номер не прокатывал. Каким же милым он выглядел, пряча за спиной бутсу и щуря глаза, будто в раздевалку солнце заглянуло. Да он и сам был как чертово небесное светило, но только в те моменты, когда его лицо не омрачало недовольство, а уж для кое-кого он всегда был светом в конце тоннеля, к которому хотелось нестись на всех парах. — Будешь ругаться — пойдешь на поле босиком. Или в шлепках, — Лео подмигнул и отошел на пару шагов, чтобы беспрепятственно разглядеть «добычу». — Красивые, правда. Интересный дизайн, — сказал он, не обращая внимания на Альварес, от которой разве что пар не шел — уже не от злости, а от картины перед глазами: Месси, держащий ее бутсу, да еще и говорящий «красивые», отчитывающий ее за брань. Как тут не сгореть заживо — вопрос. — Лионель, мне нужно одеваться, — промямлила Али, как всегда начиная покрываться дурацкими красными пятнами от смущения. Такая реакция начинала ее пугать и наводить на мысли о том, что в голове творится какая-то доселе неведомая херня, которой было только одно название, но произнести его означало подписать приговор самой себе. — Одевайся, я разве мешаю? — осведомился Месси, невинно хлопая ресницами. Каждое его движение было для Альварес как выстрел в упор, как укол рапиры прямо под сердце — того и гляди, кровь закапает прямо на до блеска начищенный пол. — Ладно. Одеваюсь, — покорно сказала она, отворачиваясь и снимая футболку. Взгляд Месси уже успел проделать в ее спине знатную дырищу, в которую вертолет пролетит со свистом. Икс-мен, блин. Чтоб ему минералкой поперхнуться. Али наклонилась, чтобы надеть гетры, но тут же в поле ее зрения оказалась чужая рука — Месси положил бутсу на скамейку и зачем-то взглянул ей в лицо. На короткое мгновение они пересеклись взглядами, и Али обожгло его дыханием. — Удачи, — одними губами произнес Лионель, уходя и оставляя Али в тупой позе с не менее тупым выражением лица. В эту самую секунду очень символично грянула музыка. Али дернулась, судорожно втягивая спертый воздух в легкие. Осознание, что сейчас она первый раз выйдет на поле в качестве игрока Барселоны, пусть сначала на презентацию, а не на матч, обрушилось на нее, как снежная лавина. — Настал самый ожидаемый момент сегодняшнего дня! — разносился по забитому под завязку Камп Ноу громкий дикторский голос. — Мы готовы представить вам состав Барселоны сезона 2014/2015. Выход тренерского штаба был встречен вежливыми аплодисментами. Физиотерапевты, фитнес-тренеры, всевозможные ассистенты были похожи друг на друга просто как две капли воды — у них даже кроссовки были одинаковые, ярко-синие. Али стояла за спиной Пике и пыталась разглядеть, что происходит на поле, но видела она только цветные флаги, растяжки каталонских цветов и огромное количество чьих-то ног. Мимо то и дело пробегал Хави, который пытался построить команду в порядке выхода на поле, потому что все кучковались и никак не хотели возвращаться на свои места. Капитан шипел, ругался, но ничего поделать не мог. — Тренеры вратарей! — прогремело сверху. Значит, после выйдут основные тренеры, а потом… Твою мать. Нервы уже на пределе. Скорее бы выйти, посмотреть на всю красоту перфоманса вблизи. Али очень хотелось узнать, как ее примут болельщики — будет ли все так же, как в Германии, когда к ней относились почти никак. Что есть она на поле, что нет. Это обижало, но не настолько, чтобы зацикливаться. Но в Испании по-другому. Болеют здесь по-другому, кричать и освистывать игроков, которые допускают ошибки — это в порядке вещей. Махать белыми флагами в знак недоверия к тренеру — вполне себе норма. Когда ты выходишь на газон испанских стадионов, можно ждать и воплей восторга, и нецензурных выкриков, и мало что будет зависеть от качества твоей игры… — Тренеры Барселоны — Роберто Морено, Хуан Карлос Унсуэ и Луис Энрике! Фамилия главного тренера потонула в аплодисментах — Лучо уже заочно любили как бывшего игрока и капитана, закрывая глаза на то, что он перебежчик из стана «врага». Энрике сегодня был в белом, что было очень символично и даже где-то смешно, словно он издевался над теми немногими болельщиками Реала, которые чисто случайно могли попасть на трансляцию презентации. Хотя, у Реала был Фигу, так что тут счет равный. — Готовы все? — громко спросил Хави. Команда хором ответила «да», но реакция получилась скомканной, все уже настраивались на выход и предстоящую игру с Леоном. Али сжала кулаки, на несколько секунд напрягаясь всем телом и тут же расслабляясь. Это всегда ей помогало унять нервную дрожь, но сегодня сработало еле-еле. Первым из подтрибунки ушел Монтойя, которого встретили весьма жидкими аплодисментами. А выход Жери, напротив, был ознаменован громким хлопаньем и выкриками с трибун — его тут очень любили, видимо, за его зашкаливающий патриотизм и бородищу. — Номер семь, Али Альварес! Неймар тут же пихнул ее в спину, потом еще и еще, подгоняя к выходу. Али замешкалась, путаясь в ногах, но конечности сами понесли ее вверх по правой лестнице туда, где начал шуметь стадион. Она не успела даже выйти, как ее оглушили аплодисменты — кто-то свистел, кричал «Vamos!», вопил ее имя. От такой сумасшедшей поддержки Али растерялась, ладно хоть смогла в ответ похлопать трибунам, направляясь к команде, выстраивающейся вдоль растянутого на поле флага. Али не шла, а летела, почти не касаясь газона, словно ее ветром несло куда-то вперед. Это был тот самый момент, когда ты понимаешь, что тебя приняли, что ты теперь «своя», за тебя болеют, держат кулаки, а тебе нужно только не подвести. Воистину, футбол — лучшая в мире игра. А для кого-то это целая жизнь. Али встала рядом с Мартином и наконец позволила себе поморгать и оглядеться. У нее помимо воли губы растянулись в улыбке — все было настолько нереальным, ярким, стадион просто горел, полыхал от единения с командой так, что не воспламениться вместе с ним было невозможно… Болельщики опять взорвались, потому что на поле появился Неймар, который со своей прической, к которой Али приложила руку, выглядел как модель с обложки журнала, весь из себя красавец. Наверное, в каждой команде должен быть такой игрок. Следующим вышел Маске, за ним почти сразу — Бартра, который улыбался так, что аж весь светился. Алекс Сонг был задумчив, потому что в команде знали, что он навострил лыжи в Вест Хэм. Жорди Альба махнул ногой прямо в объектив сидящего на газоне фотографа, напугав его до полусмерти. Далее на поле появился Серхи, потом Андриано, и Али перестала следить за происходящим, вполуха слушая болтовню — кто-то говорил про Леон, Неймар придурочно пританцовывал и напевал глупую песню из рекламы чипсов, которая во время Чемпионата мира звучала даже из чайников и микроволновок. Притихший стадион напомнил о себе, когда началось преставление вице-капитанов. Первым вышел Бускетс, гордо неся на спине пятый номер, который перешел к нему после Пуйоля. Еще в раздевалке Серхио чуть ли не с придыханием говорил о том, что для него огромная честь носить «пятерку». Али прикинула, что было бы с ней в такой ситуации — скорее всего, она бы просто в обморок грохнулась и лежала без движения. Все же с Карлесом мог сравниться только сам Карлес. Естественно, выход Серхио был встречен овациями, но даже эти аплодисменты ни в какое сравнение не шли с реакцией трибун на Лионеля. Легенда и местный бог, которому для пущей важности не хватало развевающегося плаща и блестящей рапиры, был невозмутим, его даже крики «Месси! Месси!» не могли вывести из равновесия — настолько обыденным и привычным казалось всеобщее ликование и ошалелое поклонение. Камп Ноу был готов сорвать голос и натужно хрипеть во время предстоящей игры, но не наградить аплодисментами свою главную звезду не мог. Али никогда не видела, чтобы кого-то так встречали болельщики — это было настолько круто, что у нее ладони зачесались от желания присоединиться и тоже поаплодировать, а рот приоткрылся, и на выдохе она шепотом повторила вслед за затихающими болельщиками «Месси». Поистине магические пять букв. Обладатель волшебной фамилии, так похожей на слово «Мессия», прошелся вдоль выстроившихся одноклубников, обменялся парой реплик с Маске и вдруг отчего-то решил втиснуться прямо в середину ряда, рядом с бессовестно глазеющей на него Али, при этом случайно толкнув ее плечом. Она что, ненароком подстрелила птицу счастья? — Прости! Мартин, да подвинься, ну! Монтойя проворчал что-то себе под нос, но из-за музыки разобрать, что именно он сказал, было нельзя. — Ну и каково это? — справившись с собой, спросила Али. Ей больших трудов стоило представить на месте Лионеля кого-то другого, чтобы связно выражаться, а не заикаться, как всегда. Еще и куча народу вокруг, а у нее было такое чувство, что шумный стадион провалился сквозь землю вместе со всеми людьми, и они остались с Месси одни на чудом сохранившемся поле. Мечтать не вредно, ага. — Каково что? — Когда весь стадион скандирует твое имя. Лео поднял взгляд, и Али второй раз за сегодняшний день увидела его лицо так близко. Она почувствовала, как в эту секунду под ногами с бешеной скоростью вращается земля. — Наивысшее счастье. Ты когда-нибудь тоже услышишь свое, — ответил Лео, тут же отводя глаза. На поле появился Хави, держащий в руках микрофон, поэтому им обоим пришлось заткнуться. Заткнешься тут, когда хочется говорить с Месси о нем самом же. Но из уважения к Хави Али закрыла рот. — Всем добрый вечер. В первую очередь, я хочу выразить благодарность тем игрокам, кто покинул Барселону по окончании прошлого сезона — Виктору, Карлесу и Сеску, — в обычно твердом голосе Эрнандеса все-таки проскользнуло горькое сожаление. — Спасибо, что вы были частью нашей семьи долгое время. Я рад приветствовать и нашего нового тренера Луиса Энрике и весь тренерский штаб. Я желаю им удачи в этом, несомненно, важном для клуба сезоне. И напоследок я хочу пообещать вам, что мы сделаем все возможное, чтобы завоевать как можно больше трофеев. Верьте в Барсу! Любите Барсу! Visca el Barca! Visca Catalunya! Под бурные продолжительные овации Хави передал микрофон Луису Энрике, который в своих белоснежных брюках и рубашке выделялся из общей массы, словно вождь какой. Еще бы знамя в руки… — Добрый вечер всем. Во-первых, я обещаю справиться со всеми проблемами прошлого сезона. Я рад быть здесь, на этом прекрасном стадионе, где столько болельщиков поддерживают нас. Это невероятно, спасибо. Эта команда уникальна своей непохожестью. И я даю вам слово, что они будут усиленно тренироваться и много работать. Но нам также нужна и ваша помощь — в трудные дни, когда что-то пойдет не так, соперник окажется неприступным, и мы не сможем с ним справиться, в такие дни мы будем нуждаться в вас больше всего. Это очень большая ответственность — закончить сезон так, чтобы вы могли нами гордиться, но мы приложим все силы. Visca el Barca! Visca Catalunya! Последние слова потонули в счастливом гуле и воплях. Трибуны окрасились сине-гранатовым, словно что-то взорвалось, и все вокруг засыпало двухцветным конфетти. Хави скомандовал «В раздевалку!», и команда нестройной толпой двинулась обратно в подтрибунку. К Али тут же подскочил чертов Алвес и повис у нее на плече. — Позвездила! — прокричал он ей на ухо. — Тебя встретили не хуже Лео, я завидую черной завистью. — Ой-ей, перестань! — прыснула Али. — Не пори чушь. — Да ты и не слышала ничего, шла, как хренов робот, глаза навыкате. Расслабься, блядь! — наградив Али щипком в бок, Дани ушлепал куда-то вперед. Альварес делано закатила глаза, на самом же деле радуясь такому поведению. Пусть уж лучше заносчивый бразилец подкалывает ее, чем орет и придирается. Ему вообще палец в рот не клади в этом плане.

***

Команды топтались в подтрибунке, пока работники Камп Ноу приводили в порядок газон — матч уже и так задержали на добрых двадцать минут, болельщики начинали нервничать и синхронно топать ногами. Напряжение, которое всегда сопровождало последние дни перед началом сезона, буквально ощущалось в воздухе, но к предстоящему матчу с Леоном оно не имело никакого отношения. К возможному трофею Жоана Гампера Али, как и многие ее одноклубники, относилась со здоровым пофигизмом — все же это был по большей части товарищеский матч, тренеры наигрывали игроков, и если победить не получится, никто особо не расстроится, ведь в копилке Барселоны уже тридцать шесть таких трофеев. Мимо команды прошел Луис Энрике вместе с запасными, среди которых был счастливый до невозможности Суарес, которому сегодня торжественно было обещано игровое время — дисквалификация закончилась, а если б она закончилась еще и на уровне страны, было бы вообще отлично. Али, выходящая в основе, была почти уверена, что уругвайцем заменят именно ее, ведь Луис уже на стенку лез от желания поиграть — тренировки вполне красноречиво это демонстрировали. В отличие от радостного Суареса, Альварес, хоть и была внешне спокойной, чувствовала выброс адреналина вперемешку с настоящим животным страхом. У нее даже колени подкашивались, поэтому ей пришлось схватиться рукой за плечо стоящего впереди Неймара. Что-то они часто последнее время оказываются рядом… — Ты чего такая зеленая? — весело спросил бразилец. Али ответила только кислой улыбкой, не справляясь с волнением. — Да волнуюсь, — пожаловалась она. — Как будто первый раз. Луисито вон как шар дискотечный, а меня колбасит. Ладно презентация, выйти, помахать и постоять красиво. А тут… — Да брось, все первый матч трясутся. Это нормально. — Да я знаю, что нормально. Просто собраться трудно. — Хочешь, я тебя отвлеку? — предложил странно улыбающийся Андрес. — Тебе будет интересно. Ходят слухи, что Боруссия предложила нам Ройса, чтобы он не ушел в Баварию. Али вытаращила глаза, мгновенно забывая о трясущихся коленках. — Чего? Ройса? Я, конечно, понимаю, что «шмели» — это кузница игроков для Баварии, но Марко точно никуда не перейдет. А к нам — тем более. Клопп скорее руку себе отгрызет, чем его отпустит. — Ты уверена? — Да точно вам говорю. Еще в начале летнего трансферного окна о продолжении раздербанивания Боруссии в стане красных и речи не было. Не думаю, что что-то изменилось. Клопп после Роберта и Марио с трудом отошел, Гвардиола до сих пор боится с ним встречаться на нейтральной территории. А Барселоне сейчас не нужен новый полузащитник, тем более, крайний. У нас Андрес есть и вроде бы никуда не сваливает. — Ты в своем репертуаре, обо мне в третьем лице, — рассмеялся упомянутый «несваливающий» Иньеста. — Странная инфа, но слухи же не зря пошли. — Скорее их Боруссия и пустила, — подумав, сказала Али. — Дали понять Баварии, что не боги горшки обжигают и есть куда отправить своих успешных игроков, если будет нужда. А вообще, хорошо нам тут рассуждать, а мне в особенности. — Ты хотя бы отвлеклась, — Андрес положил ей руку на плечо, даря какое-то непонятное чувство умиротворения. От полузащитника так и веяло невозмутимостью — не зря они с Хави составляли тот самый костяк адекватности, который слегка пошатнулся после ухода Пуйоля. Грянул гимн Барселоны, и вся команда невольно вытянулась по струнке, а Али слегка стушевалась — ей все еще привычнее был Stern des Sudens, но все равно мурашки побежали по спине, особенно от строчки «som la gent blaugrana…», вызывающей невероятное чувство единения со стадионом и болельщиками. Али поймала взгляд Лео и в ту же секунду поняла, что больше не боится. Главный арбитр поединка Альваро Искьердо во всю мощь своих легких засвистел, объявляя начало первого в карьере Али матча в составе Барселоны. Команды разыграли мяч в центре поля. С самых первых секунд Али старалась держаться своей позиции в центре без смещения на фланги, чтобы не лезть под ноги Месси и Неймару, которые прекрасно знали свою работу. Трудно было бороться со своей привычкой соваться в любую атаку — универсал, что с нее взять — даже ту, которая прекрасно обходилась и без ее участия. Настроиться на привычный спокойный темп игры не выходило — команда с самого начала прессовала Леон, который оборонялся-оборонялся, но Али все-таки успела вовремя подскочить, выцепить потерянный почти в самом центре поля мяч и броситься к чужим воротам. Али бежала, обходя защиту, выжимая из себя все силы, выискивая глазами, кому лучше отдать пас. Открылся Ракитич, следом Иньеста… Но первым был Месси. И ведь хорошо — она отчаянно хотела отдать пас ему, чтобы потом хранить этот момент у себя на задворках памяти, но Лео был слишком далеко от ворот. Пришлось тут же попятиться, боясь запнуться, перетянуть на себя двух защитников — отвести мяч чуть назад, выводя его из-под чужих ног, закружиться, чуть ли не сталкивая футболистов лбами, и изо всех сил ударить — Лионель тут же подхватил пас, передал несущемуся, как комета, Неймару, а сам маленькой молнией забежал вперед, чтобы потом после рикошета от чьей-то ноги вколотить мяч в ворота. Под счастливый гул стадиона, скандирующего «Месси», команда кинулась обнимать триумфатора, который выглядел абсолютно спокойно, принимая поздравления. Али не рискнула влезть в общую кучу, скромно возвращаясь за пределы штрафной. Еще будет время, шла только четвертая минута. Игра возобновилась. Воодушевленный Ракитич в прыжке поймал мяч и пробил в дальний угол прямо из-за пределов штрафной, но мимо. Болельщики зааплодировали расстроенному Ивану, который даже на улыбку пробегающей мимо Али не отреагировал. Али бросалась в любую зарождающуюся атаку, чувствуя, что ноги начинают гудеть от нагрузок — она с самого начала взяла слишком высокий темп, но замедляться было уже бессмысленно, настолько отчаянно сильно ей хотелось отличиться. Но тренер Леона, сообразив, что Али нужна на поле для забегов по длительным дистанциям, беспрерывно махал рукой, заставляя полузащиту висеть у нее на хвосте. Али материлась себе под нос, но не сдавалась — добежала до штрафной, краем глаза видя, что Лионель уже не успеет, хотела пробить сама, но защитник вовремя подставил ногу, и мяч улетел прямо в руки вратарю Леона, черт бы его побрал. — Умница! — бросил Лионель через плечо, когда они поравнялись, а игра, наконец, дошла до каталонской половины поля. Полузащитник Леона Элиас уверенно пытался прорваться по левому флангу, и атака могла бы завершиться успехом, если бы не выскочивший как черт из табакерки Дани Алвес — бразилец не дал пропахать свой фланг и вернул мяч Иньесте. Всего одно слово будто вдохнуло в Али вторую жизнь — она ускорилась, замахала рукой Андресу, который всего одной передачей разорвал к чертям всю оборону мексиканцев, которые уже не успевали добежать до ворот. Мяч коснулся ноги, и у Али будто включилась пятая передача… Первый! Как только мяч влетел в ворота, у Али тут же взаправду поле ушло из-под ног, и будто крылья выросли — она побежала вдоль бровки, повинуясь только лишь бурлящему в крови адреналину, выбросила правую руку вверх, не думая, что делает — за нее говорили эмоции, страсть, взрыв сверхновой в ее голове! Пальцы сами сложились в букву «Л», и в это мгновение Али поняла, что каждый забитый мяч будет посвящен ему — человеку, который… Додумать она не успела — тот самый человек снес ее с ног, наваливаясь сверху и утрамбовывая в газон. Следом прыгнул еще кто-то, потом еще… Но кроме тяжести тела Месси Али не чувствовала вообще ничего. Только он, только его руки, его горячечный шепот, который она разобрать не могла, да и не хотела. Мечтала только, чтобы этот момент не прекращался. В каком-то дурмане, Али, не без помощи протянутой руки Ракитича, вылезла из кучи малы, устроенной каталонцами, и потрясла головой, отчего волосы окончательно растрепались. Так, собраться… Не спать, не думать, все потом, после игры… И волосы завязать. Следующие двадцать минут команды попеременно залезали в офсайд — Али и сама умудрилась высунуться, испортив забег Неймара, который наградил ее возмущенным воплем. Она слишком много вертела головой, чтобы выбраться из быстро бетонирующейся обороны Леона, скучковавшейся вблизи ворот, и не заметила, что выбежала слишком близко. Второй мяч соперников здорово разозлил, пошли контратаки, Барселона запаниковала и начала ошибаться, но Клаудио в воротах стоял насмерть. Элиас, обиженный загубленной атакой, внезапно прострелил издали, распоров зазевавшуюся оборону, но Браво выбил мяч на угловой, пропахав пяткой газон. Стало жарковато, мексиканцы озлобились, вывели Риверу на удачную позицию для удара, позволив ему пробить в ближний, но мяч пролетел в сантиметре от ворот. Клаудио замахал руками — ему явно не нравилось, что команда начала проседать в защите. Чуть отдышавшись после аншлага в своей штрафной, Барселона медленно передвинулась в центр, но только на полминуты — мексиканцы даже не успели толком предпринять попытку отбора мяча. Али обменялась с Бускетсом мелкими пасами и, боковым зрением заметив Лионеля, отдала мяч ему, прямо как на тренировке выводя его один на один с вратарем, но сзади подкатился защитник. Расслабиться не удалось, потому что Неймар в свойственной ему манере начал дурить, перебирая ногами, но ничего путного не выходило — передачи стали обрываться все чаще. Али пару раз влезала в ошметки «тики-таки», но пасов было чересчур много. Энрике, до этого спокойно сидевший под козырьками, выскочил к бровке и начал орать что-то в сторону полузащиты, тыча пальцем в Иньесту и показывая ему какую-то непонятную комбинацию из пальцев. Андрес кивнул и попытался докричаться до Джуниора, но тот не слышал. Али, оказавшись вровень с Неймаром, решила вставить свое слово, повторив жест тренера. Неймар мотнул головой, убегая вперед. Оставалось надеяться, что он ее понял, хотя она сама не въехала, что Энрике хотел сказать. «Точно понял», — подумала Али, пасуя мяч Лионелю, который отдал идеальную проникающую передачу на Джуниора, который собрался, замкнул, крутанулся и пяткой вколотил третий мяч. В этот раз Али налетела на Джуниора, истошно вопя «Молодец!». Неймар же вцепился в Лео, сбивчиво благодаря его за идеальный, словно по учебнику, пас. «Боже, все, что связано с Месси — невероятно. Он настолько быстр в контроле мяча, дриблинге, единоборствах… Но насколько умен Лео в плане тактики… Черт, он уже слишком недосягаем», — восторженно подумала Али, обнимаясь с Лео и Джуниором одновременно. Судья не стал добавлять время, отпуская насытившуюся голами Барселону и недовольный Леон на перерыв. Во время перерыва в раздевалке царила расслабленная атмосфера. Энрике был весел, шутил и ненавязчиво отчитывал некоторых зарвавшихся, например, Неймара. Тот покивал, соглашаясь с «не финти без толку, смотри на Лионеля и Али, лучше пасуй лишний раз, не держи мяч долго», высказанное с серьезным выражением лица. — Альварес! — она отвлеклась от созерцания шнурков и подняла голову. — Все отлично, но сделай одолжение — играешь в центре, так играй! Не несись, у тебя язык на бок за полчаса. Бегай, но в своей линии, не опускайся глубоко, там и без тебя есть кому работать. Мысль ясна? — Ясна! — отрапортовала Али, стараясь скрыть улыбку. Лучо обернулся к Месси и почему-то стал говорить, понизив голос. Раздевалка тут же зашумела, словно пыталась заглушить их разговор. Али поприслушивалась, но быстро потеряла интерес. Разве что Лионель с каждой сказанной фразой становился все мрачнее и мрачнее. Морено подлез Энрике под руку и сунул ему какие-то листки. Луис пробежал текст глазами и нахмурился. — Так, Али и Хавьер, на скамейку. Моро и Жерар — разминаться. Без обид? Маске пожал плечами и сразу стянул футболку, швыряя ее мимо скамейки. Али хоть и немного огорчилась, но виду не подала — пусть Мунир поиграет, ему же тоже хочется побегать, а ей после первого гола можно и отдохнуть. Она сидела рядом с Хавьером, который вытянул ноги, мешая всем остальным запасным, развалившись чуть ли не на нескольких креслах разом. Устав за первый тайм, они лениво переговаривались, обсуждая игру. Энрике перманентно торчал у бровки, то насупливаясь, то улыбаясь, не мешая запасным трепаться. — Что-то темп черепаший, — заметил Маске. — Все уснули после перерыва? Але! — Сейчас Лучо как заорет, очухаются… Блядь! — Али поперхнулась минералкой, обливая манишку. — Дани! Вашу мать! Пните его, кто-нибудь! Такую атаку загубил! — Ты не хуже тренера орешь, — устало попрекнул ее Унсуэ, отвлекаясь от рисования схемы на планшете. — Надо придумать, как использовать твои голосовые возможности. — Издеваетесь, да? — нервно отозвалась Али, следя за тем, как Мунир попытался отдать разрезающую передачу прямо в стиле Месси, но фокус не удался, и мяч ушел в аут. — Ни в коем разе! О, Вандерлей сейчас выйдет, похлопайте легенде мексиканского футбола. Али зааплодировала, шепотом спросив у Хавьера, кто такой Вандерлей. Маскерано фыркнул и пояснил, что это бразильский полузащитник, гуляющий по арендам еще со времен молодежки Интернасьоналя. — Можно подумать, мне это о чем-то говорит, — буркнула Али, чувствуя себя глупо. Не надо было спрашивать, лучше бы в Википедии почитала. — Луис! Суарес! — рявкнул Энрике, напугав своим воплем всех на скамейке. — Разминаться, быстро! Такое ощущение, что каталонцы услышали командирский голос тренера и замерли в предвкушении выхода Луиса Суареса, который судорожно переодевался, потому что в центре поля команда занималась не игрой, а просто перекатыванием мяча туда-сюда. Но уругваец на поле выйти не успел, потому что Алвес, спешивший реабилитироваться за сорванную атаку, ломанулся по правому флангу, размахивая руками, привлекая внимание Ивана, который сгреб на себя защиту и отдал длинную передачу на бразильца. А на дальней штанге своего момента поджидал Мунир. Снова как по учебнику! После этого момента Энрике поаплодировал юному нападающему и махнул рукой в сторону Морено, который в этом матче отвечал за замены. Месси, Матье, надутый Алвес и Иньеста ушли с поля под ставшее уже привычным «Месси!». Энрике помахал руками и вызвал еще троих человек, тем самым почти полностью обновив полевой состав. Суарес все еще бегал вдоль бровки, выжидательно поглядывая на тренера. Али проводила взглядом Месси, который уселся на другой конец скамейки и открыл минералку, делая большой глоток. Боже, смотреть на это нельзя, лучше уж изучать, как Алвес снимает бутсы вместе с гетрами, оставаясь в одних щитках. Пока Альварес рассматривала ноги Дани, Хави мощно выстрелил мимо ворот, а следом Мунир серьезно решил сделать дубль, но мяч встретился со спиной защитника Леона. Каталонцы словно замерли в ожидании девятки на табло. И, наконец, их ожидание было вознаграждено — под аплодисменты на поле появился Луис. Выход уругвайца совпал с попыткой Леона атаковать, но мяч ушел куда-то в сторону, словно адресованный боковому арбитру. Но как только мяч снова коснулся газона, Сандро взял его в оборот и выдал пас на так жаждущего еще раз отличиться Моро. В общем, во втором тайме ни одной осмысленной атаки мексиканский клуб так и не смог провести. Игра у них откровенно не шла, что после пяти пропущенных мячей было вполне логично. Леон с подачи Наварро не смог реализовать угловой благодаря макушке Пике, и тут же Барселона бросилась в контратаку, на последних минутах доведя счет до шесть — ноль. После финального свистка Али будто выключилась из реальности — на автоматизме фотографировалась с кубком, не вызывающим у нее вообще никаких эмоции, жала руки игрокам Леона, которые смотрели на нее слишком пристально, отчего ей становилось неуютно. На нее навалилась какая-то ужасная усталость, как бетонная плита придавливающая ее к земле, не хотелось даже ходить. В раздевалке Али привалилась к шкафчику и молча наблюдала, как команда переодевается. Зашел улыбающийся Энрике и поздравил Али с первым забитым мячом. На добрые слова Али отреагировала вяло, потому что мыслями она была уже далеко от стадиона. Маячивший в другом конце помещения Месси стоял к Али спиной, но сейчас она не могла смотреть на него хотя бы с каплей восхищения — глаза просто закрывались. Предстоял еще переезд, за который она себя материла последними словами, потому что идея изначально была тупой. Нужно было подождать до утра, но Хосе… Дебил Хосе. — Эй! — позвал задумавшуюся Али Клаудио. — Ты здесь? Али поморгала, растерянно глядя на стоящего перед ней вратаря. — Да, просто… Что-то я вымоталась, — она потерла глаза и откинула волосы за спину. — Ты что-то хотел? — У нас для тебя кое-что есть, — Хави сел рядом и протянул ей мяч, почему-то исписанный черным маркером. — Будет честно, если ты заберешь его себе. Мы тут все расписались, на память. Первый гол за клуб очень важен. — Я знаю… Али покрутила мяч в руках, безошибочно определяя, где подпись Лео. Вот она, чуть смазанная, но такая узнаваемая, как его фирменные проходы или татуировки. Эта небольшая закорючка с первой встречи будто огнем начала выжигаться у нее в душе… — Кхм, ты еще здесь? — капитан пощелкал пальцами у Али перед носом. — Спасибо! — она из последних сил растянула губы в улыбке, но вышел какой-то замученный оскал. — А Моро не против?  — Не против! — подал голос Мунир. — Ты заслужила! Молодец. Али хмыкнула и прижала к себе мяч. Первая игра прошла так, как она и не смела представлять в своих самых сумасшедших фантазиях.

***

Она не успела закрыть дверь номера, как в кармане толстовки завибрировал телефон. Томас. Боже мой. — Да? — осторожно произнесла Али, прижимая телефон плечом и забираясь с ногами в уютное кресло. На том конце провода раздался смех и неразборчивое бормотание, превратившиеся в оглушающий голос Томаса. — Поздравля-я-я-яю! — пропел Мюллер. — Девочка наконец-то вышла в старте! — Спасибо, конечно, но мне не привыкать сидеть в запасе, — в ответ съязвила она. — Скамейка будет по тебе скучать. Отличная игра, только кто-то опять носится, как незнамо кто. Я б тебя сожрал за такое. — Энрике не жалуется, ну, почти не жалуется. Как обстановка у вас? — «У вас»? Обыспанилась совсем, — притворно вздохнул Мюллер. — У нас все тип-топ, скучновато немного, не раскачались еще, но Фил тебе говорил уже. Кстати, на счет страны корриды и винограда, к нам сватают Алонсо, который из Мадрида. И мы продули в Портленде, но ты уже в курсе². — Блядь, ну где чертова справедливость? — Али обиженно пнула валяющийся возле кресла тапок. — Стоило мне свалить — вам привалило американское счастье. Обидно, блин. — Еще успеешь, это ж Барса, — подколол ее Томас. — Жду не дождусь встречи с вами в Лиге Чемпионов. Ставлю лысину Арьена, что мы вас сделаем. — У него точно вырастут волосы до задницы, если это случится. Друг, мне пора, у меня сегодня еще и переезд запланирован. — Ты чокнутая, могла б отдохнуть после игры. Ты звони, не пропадай. Еще раз поздравляю с первым голом! — Спасибо, Томми. Давай. Али бросила телефон на ковер и развалилась в кресле, обозревая творящийся в номере ужас — коробки с барахлом, которое она бездумно сгребала в магазинах, высились то тут, то там, и как затащить все это в машину Али даже не представляла. По привычке свалив организацию переезда на Хосе, она понятия не имела, с чего начинать. Вот и надейся на своего агента, как учит футбольный мир, уже времени половина второго! Старый хрен… Как же она устала, черт побери… Но все же переезд был необходим — хотя бы потому, что это была верная возможность оставить все мысли здесь. Оставить Месси, прочно засевшего в ее голове, все переживания по поводу адаптации. Ведь она так ждала первой игры, чтобы почувствовать себя нужной, необходимой, незаменимой. Это случилось, игра закончилась, нужно было двигаться дальше. И для этого надо сменить место дислокации и не тащить туда бередящие душу размышления, облаченные в футболку с десятым номером. Альварес уже собиралась начать названивать Хосе, как в дверь номера постучали. — Доброй ночи, — на пороге обнаружился Антонио, бессменный водитель ее агента, похожий на Джейсона Стэтхема из фильма Перевозчик, что само по себе было тупым донельзя каламбуром. Несмотря на угрожающий внешний вид, Антонио был вежлив и обходителен. Али даже жалела, что в будущем переманить его к себе не получится — Хосе ни за какие материальные блага водителя не отдаст, они уже много лет работают вместе. — Сеньор Мартин занят, поэтому я помогу вам с вещами, — водитель оглядел развороченный номер и движением руки подозвал нескольких коридорных, выжидательно толпившихся возле лифта. Али отошла в сторону, пропуская следом за Антонио тщедушных мальчиков в ярко-малиновой форме персонала отеля. Один из них задержал взгляд на ее лице и неловко улыбнулся. — Быстрее, ночь на дворе! — подбодрил их Антонио, прихватывая сразу три огромные коробки. — Вы что тут набрали? Или это с собой привезено? — Я разошлась, признаю. Но там только самое необходимое, — парировала Али, на что водитель только широко улыбнулся. — Вы прямо как моя жена. Проверьте перед выходом, все ли взяли, чтобы не возвращаться — это плохая примета. «Плохая примета — переезжать посреди ночи, когда утром тренировка, а у тебя режим поехал», — подумала Али, бросая мимолетный взгляд на часы и перекидывая через плечо ремень спортивной сумки, которую после игры она так и не удосужилась разобрать. Последним она забрала расписанный мяч. След чьей-то подписи еле заметно отпечатался на ее белой футболке, и Альварес скрестила пальцы левой руки, надеясь, что это была подпись Лионеля. Она вышла из номера, а мысли о Месси немного повисели в воздухе и медленно просочились сквозь дверь следом за ней.