Игры судьбы

POV Белла. Мой взгляд был устремлен на темное небо, когда Джейкоб вышел из леса и присел рядом. По телу пробежал неприятный холодок, и я прижалась плечом к плечу друга. Сразу стало теплее, но ненадолго. Непринужденный разговор о школьных танцах перетек в спор о моем будущем. Такой ярости и злости в голосе своего друга я не слышала раньше никогда. Когда сильно дрожащие горячие ладони грубо схватили меня за запястья, в голове промелькнула безумная мысль, что он меня сейчас ударит. То, что случилось дальше, дало мне понять — лучше бы ударил. Когда мускулистые руки притянули меня к горячему мощному телу, меня накрыла паника. Я не хотела слышать признаний Джейкоба, ведь от этого будет только больнее ему и мне. Я чувствовала себя самым мерзким и отвратительным человеком в мире, когда Блэк с грустной улыбкой произносил вполне простые слова. Мое сердце сначала пропустило несколько ударов, а потом бешено забилось, отчего перед глазами появились черные мушки, а голову словно обмотали ватой. — Я не хочу, чтобы между нами была недосказанность. Я люблю тебя. Люблю всем своим живым и часто бьющимся сердцем, — словно издалека доносится до меня признание краснокожего парня. Все тело прошибает волной электричества, когда Джейк нежно прикладывает мою ладонь к своему размеренно бьющемуся сердцу. — Чувствуешь? Я живой, Белла, и смогу дать тебе заведомо больше Каллена. Я не могла отвести взгляда от его спокойных грустных темных глаз. Зачем, Джейк? Зачем ты мучаешь нас обоих, ты же знаешь, что я не выберу тебя? Почему я всегда делаю больно тем, кого люблю? Прости, Джейкоб. Поток самобичевания прекращает неожиданный настойчивый поцелуй горячих губ. От непривычного ощущения тепла на своих губах, я на секунду замешкалась, но уже через мгновение во мне поднялась буря ярости. Пока Блэк настойчиво терзал мой рот, я брыкалась, царапалась и била его по плечам и спине, но успеха это не принесло. Где-то на задворках сознания возникла идея и я замерла. Так обычно делал Каллен, когда считал, что мы чересчур увлеклись близостью. Это сработало. Глубоко вдохнув необходимый кислород, я от души размахнулась и впечатала кулак в лицо ухмыляющегося бывшего друга. Сейчас я не могла понять, на кого я зла больше — на Блэка, за то, что поцеловал, или на себя, из-за того, что мне понравилось. Резкая боль пронзила ладонь, в глазах промелькнули точки, а из груди вырвался тихий стон боли. Молодец, Свон, ты сломала руку и при этом даже не оставила синяка Блэку. Просто замечательно! — Не трогай меня, Джейкоб Блэк! — рявкнула я на метнувшегося в мою сторону индейца и поспешила уйти прочь от этого холодного пляжа и горячего оборотня. Ярость медленно отступала, но я уже стремительно шла к дороге, надеясь, что Элис увидит меня и пришлет Эдварда. Блэк нагнал меня стремительно, стало даже обидно, ведь я почти убила дыхалку, а ему хоть бы что. — Я просто хотел показать тебе, что все может быть по-другому. Ты можешь испытывать другие эмоции, чувствовать что-то новое, — эти слова донеслись до меня тихо, потому что Джейк сжимал меня в стальных объятиях. Ярость совсем прошла, и мне стало стыдно. Я сама виновата, что Джейк позволил себе надеяться на что-то большее. Мне стоило починить мотоцикл и уйти из его жизни, стоило не лезть в его дела и не узнавать, что он стал очередной ожившей легендой. В конце концов, не стоило просить прощения и просто отпустить его, когда мы с Эдвардом вернулись. Я — чертова эгоистка, которая только мучает всех. И теперь пришло время расплаты. Нужно расставить все точки над нужными буквами и сделать правильно, а не так, как хочется мне. Приходится немного соврать, но так будет лучше для моего друга. — Прости, Джейк, но я не испытываю к тебе тех же чувств. Да, я люблю тебя, но как брата, как члена моей семьи. Я люблю тебя не как парня, извини, — слова будто сами вырывались изо рта. Немного исказить правду, казалось, очень легким и правильным, но громкий истеричный смех Блэка ввел меня в ступор. Джейк что-то пытался сказать через приступы смеха, но махнул рукой на эту идею и просто сгреб меня в охапку и лучезарно улыбнулся. — Мир? — казалось, что все вокруг замерло. — Мир, — Блэк медленно повел меня вдоль по пляжу к выходу и пообещал больше так меня не шокировать признаниями. Мы молча шли, погруженные в свои мысли. Мои то и дело возвращались к поцелую. Никогда раньше меня не целовали так страстно, так отчаянно, на грани грубости и нежности. Становилось еще больнее от того, что сердцу не прикажешь. Будь моя воля, я бы вернулась назад во времени и просто осталась с матерью и Филом, перевелась на домашнее обучение и колесила с ними по стране. Так всем было бы лучше. Ненавижу эту частицу “бы”. — Просто подумай над тем, что тебе не придется меняться ради меня, — вкрадчивый шепот Джейка пронесся сквозь мои мысли. — Твои родные и близкие всегда будут рядом. И у тебя могут быть дети. Плоть от крови твоей. И тут же перед глазами встала картина двух мальчишек с темными волосами и светло-карими миндалевидными глазами, которые улыбались знакомой кривоватой улыбкой. — Рука болит, — отгоняя от себя виденье, я перевела тему. Нет, во мне совершенно нет материнского инстинкта, это все нервное напряжение сказывается, — не мог бы ты отвезти меня к Карлайлу? Джейк смотрит на меня немного удивленно, но кивает. Да, с недавних пор я редко упоминаю имя Эдварда. С одной стороны мне стыдно, а с другой — я устала. Элис права, что пора заканчивать со всем этим ненужным напряжением. Еще перед тем как сесть в машину, я предупредила Блэка, что не хочу драки между ним и Эдвардом, поэтому подвезет он меня не совсем к дому Калленов. Джейкоб вроде понял и согласился. Ехали мы молча, потому что я пыталась разобраться в себе, а оборотень мне не мешал. Возможно, если бы Элис не заявилась ко мне в комнату утром, я сейчас приняла чувства Джейкоба, честно все рассказала Эдварду и пыталась запереть чувства к Джасперу глубоко в себе. Я бы вышла замуж за индейца, родила ребенка и не вспоминала бы о вампирах. В этом была своя прелесть — я стала бы уверенной в завтрашнем дне, рядом был любящий человек (ну почти), а родители приезжали к нам на праздники. И все было идеально в таком развитии, кроме импринтинга. — Я отсюда дойду сама, — выходя из машины, я поставила перед фактом оборотня, а потом решила поделиться с ним моими рассуждениями. — Ты дал мне пищу для размышлений, поэтому я хотела бы, чтобы и ты кое над чем поразмыслил. Импринтинг. Подумай, каково мне будет, если ты найдешь ту, что предназначена тебе. Я не хочу быть второй Лией. Это было жестко, но таким образом я давала ему и себе понять, что нам лучше не переходить грани дружбы, чтобы потом всем снова не было больно. Почти бегом я добралась до дома и обняла Эсми, которая вышла встретить меня. Ледяные руки аккуратно дотронулись до поврежденный руки, приятно холодя отекшую кисть. В золотистых глазах плескалась забота и переживание. От этого стало хуже. Я чувствовала, что краска залила лицо. Мне было очень стыдно перед Эсми, ведь с моим появления ее семья постоянно подвергается опасности: кочевники, Вольтури, армия новорожденных. А теперь я собиралась разбить сердце ее младшему сыну и рассказать о чувствах к другому члену их же семьи. — Элис увидела тебя в гипсе, поэтому Карлайл ждет тебя наверху, — мягко улыбнулась вампирша, поднимаясь со мной в кабинет доктора Каллена. Весь оставшийся день я чувствовала себя никчемной вруньей. Каллены, в частности Розали и Эсми, весь день крутились вокруг меня, присматривая, чтобы я не двигала поврежденной рукой лишний раз. Семья вампиров всячески отвлекала меня от невеселых раздумий. Эдвард лишь с улыбкой смотрел на меня, всегда находясь рядом и держа за поврежденную руку, на которой красовалась шина, перемотанная белым бинтом. Я простила его, отчего Каллен почти сиял, как новогодняя гирлянда. Когда за окном стемнело, мы с Эдвардом поехали ко мне домой, чтобы я приготовила ужин для Чарли и отпросилась на “девичник” с сестрами Каллен. Пока я крутилась у плиты, готовя любимую запеканку отца, Каллен рассматривал приглашения от Университетов, которые пришли за эту неделю. Мы с ним отсылали мои документы в самые отдаленные точки мира, потому что прекрасно понимали, что учиться я там не буду, а вот мягко отказываться от приглашений родителей на праздники смогу без лишних вопросов. — Белла, ты что-нибудь выбрала? — помахал мне вампир веером из писем. — Есть там одно письмо с Аляски, — задумчиво протянула я, посыпая почти готовое блюдо сыром и ставя обратно в духовку, — это достаточно далеко? — Свон, — Эдвард посмотрел на меня как-то устало и медленно сократил расстояние между нами, после чего аккуратно обнял, зарываясь носом в копну моих волос, — может ты все же поучишься пару лет? Поживешь жизнью настоящей студентки? Простого человека? — Я не собираюсь подвергать жизни твоей семьи опасности, — достаточно резко ответила я, выключая духовку и легко проводя кончиками пальцев по идеальной холодной скуле вампира. — Мы это обсуждаем уже месяц и ты должен понимать, что я не откажусь от своего решения. — Чарли подъезжает, — со вздохом отстранился Каллен и отправился на выход, — за тобой заедет Элис, чтобы все было натурально. — До встречи, — я растянула губы в улыбке, но на душе скребли кошки. Мне было плохо от того, что Эдвард так радуется возможности провести время наедине, а я собираюсь перечеркнуть наши отношения через каких-то пару часов. Чарли радостно согласился отпустить меня на ночевку к девчонкам, правда несколько раз уточнил об отсутствии Каллена. К чести отца, он не пытался вытрясти из меня причину моего подавленного настроения, а только тихо сказал перед уходом в гостиную: — Над чем бы ты так усердно не размышляла, ты обязательно сделаешь верный выбор, Белз. И это вселило в меня такую необходимую уверенность. Чарли был прав — я поступлю правильно, перестав терзать Эдварда. POV Эдвард. Я не мог винить Беллу в ее холодном отношении ко мне после нашего возвращения из Вольтеры, но зато мог выплескивать негатив на Джейкоба Блэка, который постоянно крутился в моем доме. Я не скрывал, что присутствие оборотня мне крайне неприятно, но не устраивал драк, потому что не хотел расстраивать Беллу, которая в последнее время очень редко улыбалась. Мы все в последнее время были в непонятном напряжении — помимо Виктории, собирающей армию, что-то еще висело в воздухе, но даже я не мог понять причину этой напряженности. Элис и Белла все чаще проводили время вне дома, а в моем присутствии сестра вспоминала произведения Шекспира. На китайском. Это меня настораживало, но я не вмешивался. Я всегда боялся нарушать границу в общении с другими, что было очень сложно из-за моего дара. Все были передо мной, как открытые книги и это приносило напряжение в мое общение с окружающими. Я старался не лезть в чувства и мысли других, не заострять внимание на голоса в голове, приглушая их, как радио в машине. Возможно, именно из-за постоянного напряжения я так ценил время, проведенное со Свон. С ней я мог быть настоящим, искренне удивляться и просто отдыхать от роя чужих мыслей. В последнее время Элис наталкивает меня на одну не очень приятную мысль о том, что моя любовь к Белле возникла из-за того, что я не могу слышать ее мыслей и это позволяет мне расслабиться. “Ты любишь не ее, а возможность отдохнуть рядом с ней”, — прямо заявила мне сестра сегодняшней ночью, найдя меня в глуши леса. В последнее время только там я мог отдохнуть, потому что рядом не было других разумных существ. Я гнал от себя эту мысль. Она причиняла мне боль, потому что мои чувства были по-настоящему искренними. Однако, сегодня моя уверенность пошатнулась. Когда Белла вышла из кабинета Карлайла, я обрадовался не только возможности увидеть ее, но и шансу отдохнуть от мыслей семьи. После возвращения от итальянцев мы с Беллой больше были друзьями, чем парой, и это меня задевало. А еще меня убивала ее упертость в вопросе обращения. Как-то раз, сразу после возвращения и разговора с Карлайлом, я разнес в щепки участок леса. Быть бессильным — самая ужасная в мире вещь. И сейчас, когда я в очередной раз вижу уверенность Свон в своем решении, мне становится почти физически больно. — Я всего лишь хочу ее защитить, дать ей настоящую жизнь, — казалось, в пустоту говорил я, разместившись на ветке ели. В ответ я неожиданно услышал рычание и треск, а потом голос Джаспера: “Не думай, что я не обгоню тебя с вывернутым наизнанку коленом, псина!” Сцена несущихся рядом вампира и оборотня выкинула меня из реальности минут на пять, заставив замереть в ступоре. Прийти в себя помог звонок Элис, которая сообщила, что уже забирает Свон из дома. Почему-то эта новость вселила в меня какое-то напряжение. POV Белла. Успокоиться не получилось даже за время поездки от моего дома до особняка Калленов. Подбадривания Элис тоже не очень-то помогали. — Приди в себя, Свон, — шлепнула меня по щеке вампирша, а потом изумленно уставилась на собственную ладошку. — Белла, прости! Я… я не знаю, как так вышло… Я не… — Спасибо, — спокойно прервала я невнятный поток речи подруги. Ледяная ладонь, оставившая после себя горящий след, помогла прийти в себя и успокоить мысли. — Я пришла в норму. Было все равно на то, что теперь на щеке будет синяк, а сейчас там красуется большое красное пятно. Я была благодарна Каллен за то, что она не дала начаться моей истерике, пусть и достаточно своеобразно для себя. — Вот бы и меня кто-нибудь приложил хорошенько, — грустно проговорила Элис, останавливая машину у дома. — Я бы тоже успокоилась. — Я вижу, что все будет в порядке, — я театрально прикрыла глаза и сжала виски пальцами, пародируя фестивальных гадалок. Моя дверь медленно открылась и я увидела протянутую бледную руку. Выйдя из автомобиля, я поцеловала Эдварда в щеку и улыбнулась. Сейчас что-то хорошее и доброе не помешает нам. — У меня есть план действий на сегодняшний вечер, — ответил на мою улыбку Каллен, уводя меня в пустой дом.