Свой чужой

Стоял чудесный весенний день. Ярко светило солнце, на безбрежном голубом небе не было видно ни облачка. Легкий ветерок играл в кронах недавно одевшихся в зелень деревьев, перебирал сочную траву с кое-где проглядывающими первоцветами. Буйство красок радовало глаз, обилие голубого, зеленого с вкраплениями желтого, белого и розового поднимало настроение, заставляло по-новому смотреть на давно знакомые места, замечать то, что прежде оставалось неувиденным. Вот на берегу ручейка, говорливого и полноводного, как ни в одно другое время года, раскинулось дерево сагайи причудливой формы. Раздваивающийся у основания ствол напоминал ноги присевшего перед прыжком гиганта, а две особенно толстые нижние ветки — поднятые в замахе руки. Вот белеет заостряющийся кверху крупный камень, из которого время, вода и ветер вытесали диковинное подобие рукотворного храма. Вот две пичужки, бойко переговариваясь, собирают хворостинки для пострадавшего после недавней грозы гнезда. Привычно широко шагавший по тропинке Айк остановился. Глубоко, полной грудью вдохнул, зажмурился, наклонил голову, подставляя лицо под лучи ласкового теплого солнышка. — Ты чего? Что-то случилось? — обернулся шедший рядом с ним Харен. — Случилось, — Айк, прищурившись, приоткрыл один глаз, взглянул на встревоженного Харена и не удержался, хихикнул. — Случилась весна. Ты только посмотри вокруг, какая красота, какие яркие краски. Я так люблю эти дни, когда листья и трава уже выросли, но пока не выгорели на солнце. Ты только посмотри на этот нежный салатовый оттенок. На этот деликатный розовый, кремово-бежевый… — Надо же, — осмотревшись, сказал Харен, — ты прав. Никогда не обращал на это внимания, но оттенки сейчас и правда другие, нежели летом. Красиво. — Красиво… Но это еще что! Вот в роще за озером сейчас цветут кусты мирии. Давай сходим туда завтра, я покажу тебе настоящее чудо. Ты же теперь живешь в Риаране, ты должен знать все особенности этого края. Обо всех его сокровищах, и не только материальных… И как вы только живете на своей Аруне?! Если никогда даже не видели настоящей весны. — На Аруне своя красота. Другая, но ничуть не менее впечатляющая, — заступился за родную планету Харен. — Наверное. Просто… я хочу, чтобы ты полюбил Риаран так же сильно, как его люблю я. Чтобы, глядя на луг или поле, на овраг, лес или пруд, научился бы видеть не только места для потенциальной засады, но и прелесть пейзажа. Чтобы почувствовал нашу природу, ее силу, мощь и… доброту. Ее гармонию. Вот, например, прислушайся. Слышишь, как поют птицы? Это трезубка, луговая мимея и хворостель. Настоящий природный оркестр. А запахи! Ты чувствуешь эти запахи?.. — Чувствую, — Харен вдохнул, и на его губах появилась столь не свойственная ему блаженствующая улыбка. Он закрутил головой, словно бы впервые оглядывая окрестности. — Кстати… у нас еще есть время, так что, может, ты все-таки передумаешь, и мы сплетем для Эрти традиционные свадебные венки? — Для тебя это так важно? — Да. Важно. Традиции на Таине — это не просто набор бессмысленных действий. За каждым ритуалом стоит своя, пусть и не всегда нам понятная, магия. А я… я уже говорил тебе, что никогда прежде не бывал на самой церемонии. Так что для меня и правда важно все сделать как следует. — Тогда хорошо, — Харен поймал Айка за руку, большим пальцем погладил тыльную сторону ладони. — Давай сделаем это. Только… я не умею плести венки. Научишь? — Конечно, — Айк радостно улыбнулся. — Но можно я подзову и ребят? Раз они идут с нами на свадьбу, то им тоже нужно сплести каждому по венку. Айк кивнул в сторону стоявших поодаль шестерых альфа-аров и, дождавшись согласия Харена, приглашающе махнул им рукой. Чуть позже, собирая цветы, Айк вдруг подумал, что по-настоящему счастлив. И что никогда в жизни не делал ничего более правильного, чем подписание контракта с Хареном. Они жили вместе уже целых полгода. И если поначалу еще случались всевозможные недоразумения и недопонимания, то со временем их отношения сделались куда более спокойными и глубокими. Харен постепенно расслабился и прекратил напоминать готовый к извержению вулкан. Медленно, но верно их общение перестало сводиться к одному только сексу, теперь они почти каждый вечер проводили вместе в гостиной, разговаривая или же занимаясь своими делами. Все чаще Айк ездил с Хареном на объезды поместья, присутствовал на встречах с деревенскими старостами и на суде. Конечно же, он никогда не позволял себе комментировать решения Харена при посторонних, но, оставшись наедине, нередко, словно бы невзначай, рассказывал о тех или иных традициях, об особенности психологии местных жителей, о похожих на сложные дела прецедентах. И Харен прислушивался к нему. Задавал вопросы, а порой — и не стеснялся просить советов. Но не только Айк теперь проявлял интерес к делам Харена, тот тоже нет-нет да узнавал, как проходит его обучение, не приступил ли он вновь к отложенным еще осенью экспериментам. Ведь, увы, как они оба того ни желали, донором Айка Харен стать так и не смог. Как объяснил фла Симеран, последствия неаккуратной работы столичных фламинов с энергией Харена, оказались куда серьезнее, чем он полагал. Энергетические каналы были варварски перепутаны, а кое-где и оборваны, и на восстановление Источника требовалось по крайне мере несколько лет. И то старый фламин не мог обещать, что все восстановится в прежнем объеме… К счастью, это не отменило обучения Айка. Харен сам, по собственной инициативе, поговорил со своими арунгами и нашел целых шесть добровольцев. Каждый из них был сильным и опытным воином, прошедшим вместе с Хареном боевые действия не на одной планете. И каждый обладал настолько мощным и ярким Источником, что Айк сперва, глядя на них магическим зрением, даже боялся ослепнуть. Несколько недель Айк потратил на то, чтобы познакомиться с ними, выбрать себе единственного донора. А когда выбор был сделан, неожиданно узнал: Харен с фла Симераном давно уже у него за спиной договорились, что Айк будет учиться работать со всеми шестерыми. И для альфа-аров так безопаснее, и Айку — полезнее. Вот только было обидно, что столь важное решение его близкие приняли за него. Кроме того, Айка злило, что все шестеро альфа-аров, ставшие его донорами, возомнили себя еще и его телохранителями. И вот уже целых пять месяцев, как, разделившись на пары, круглосуточно ходили за ним по пятам. Даже ночью дежурили у входа в их с Хареном личные покои наравне с часовыми. Но сколько Айк ни жаловался Харену на такое ограничение свободы, сколько ни просил его убрать от него своих цепных псов, все было напрасно. Харен лишь повторял какую-то ерунду о подстерегающих его омегу на каждом шагу опасностях. Впрочем, учитывая нравы арунгов, их законы и традиции, подобное обращение Айку даже немного льстило. Омега-аров из сколь-нибудь состоятельных семей также всегда сопровождала охрана, и выделенные телохранители красноречивее любых слов говорили окружающим арунгам: лорд Харен воспринимает Айка не как обычного наложника, а как свою пару. Так что, в принципе, с постоянным присутствием у себя за спиной двух здоровенных альфа-аров (а вне замка — так и всех шестерых), Айк даже смирился. Если бы еще только они держали себя с ним чуть менее формально, чуть более дружелюбно! Но, увы, ни с одним из прибывших вместе с Хареном в замок арунгов Айк так и не смог установить приятельских отношений. Они вели себя подчеркнуто вежливо и уважительно, но на контакт так и не шли. Причем не только с ним, но и с любым другим обитателем Риарана. Хорошо хоть конфликт между гарнизонными воинами и чужаками с прибытием фла Симерана сошел на нет. Тот каким-то образом сумел убедить недовольных происходящими изменениями старожилов потерпеть до весны, а там, если они все еще того захотят, покинуть Риаран вместе с самим фла Симераном, перейти на службу к одному из постоянно живущих в столице лордов. К слову сказать, между Хареном и фла Симераном также установилось что-то вроде перемирия. Они по-прежнему относились друг к другу настороженно, но больше не позволяли себе проявлений враждебности, не пытались настроить Айка один против другого. Айку даже стало казаться, что фла Симеран, глядя на них с Хареном, признал, что они — отличная пара. Пара… Айк взглянул направо, там, где Харен как раз в этот момент с корнем вырвал из земли нежно-голубой тианник и приделал его к растрепанному венку, и счастливо улыбнулся. Он, действительно, никогда прежде не бывал на свадебных церемониях, а вернее — на первой их части. На той, на которой присутствуют лишь близкие новобрачных, причем обязательно — со своими постоянными парами. Обычно — с мужьями, альфа или омега-таями. Айк вообще не слышал, чтобы когда-либо прежде на эту, внутреннюю, церемонию пускали кого-то из арунгов. А потому поначалу даже не поверил своим ушам, когда Эрти пригласил их с Хареном на ритуал обмена клятвами. Свадьбы у таинаров происходили в два, а точнее даже в три этапа. Причем первые два проводил деревенский староста или же любой другой уважаемый таинар, будь то альфа или омега, а последний, заключительный, — фламин. Начиналась свадьба в укромном месте, которое загодя должен был найти и тайно ото всех обустроить альфа-тай, причем считалось, что чем лучше спрятано это убежище, тем прочней и счастливее будет брак. Именно туда-то и приглашались самые близкие, обычно — не больше десяти таинаров. Там пара обменивалась клятвами и объявлялась супругами, а так как омега-таи традиционно вступали в брак, будучи беременными, то там же и давалось имя пока не рожденному первенцу. Затем все перемещались в деревню, в которой молодожены собирались в дальнейшим жить, и начинался всеобщий праздник и пир. Таинары пели и танцевали, подносили новообразовавшейся семье подарки… Третий этап свадьбы мог произойти сразу за первыми двумя, а мог — и отстоять от них на долгие годы, все зависело от того, как скоро новобрачные встретятся с фламином. Эту часть не сопровождали пышными празднованиями, обычно ее отмечали в узком семейном кругу, но без нее брак считался незавершенным. Ведь именно фламины переплетали линии жизни альфы и омеги, делали их энергетически единым целым. Айк ожидал, что Эрти попросит его провести заключительную часть церемонии, но тот с этой просьбой обратился к фла Симерану. Наставник, уже несколько недель говоривший о своем скором уходе, согласился, но с тем, чтобы прямо со свадьбы уйти из Риарана. Он почему-то считал, что обучение Айка закончено, что теперь ему остается лишь самому набираться опыта. Нет, ну, не то, чтобы Айк был с ним не согласен, но так не хотелось снова прощаться с Наставником! Ведь кто знает, через сколько лет они теперь снова встретятся. Особенно, если Айк, потренировавшись самостоятельно работать с донорами, вскоре создаст свой портал, и станет-таки официальным Хранителем Риарана. Айк доплел уже третий венок и вновь посмотрел на своих альфа-аров. Телохранители, соорудив что-то зелено-мохнатое, деликатно отошли в сторону, Харен же присел возле него на траву и блаженно жмурился в лучах весеннего солнца. — Я все. Идемте? Харен тут же единым плавным движением поднялся на ноги и забрал у Айка получившиеся довольно увесистыми венки, нанизал их на предплечье. Они снова в уютной тишине зашагали по тропинке, ведущей к Зеленому Яру. Сколько раз за последние полгода Айк тут ходил! Навещал Эрти, а затем — и его жениха. С Юраком Эрти познакомился в конце осени, когда, освободившись от контракта, он решил не возвращаться в родительский дом, а осесть в Зеленом Яре, ближайшей к замку деревне. За два контракта, пусть даже последний из них и был расторгнут преждевременно, Эрти получил внушительный денежный выкуп, кроме того, был прекрасным вышивальщиком и ткачом, а потому считался крайне завидным женихом. Не успел он поселиться в новом доме, как у его порога образовалась целая вереница желающих помочь с обустройством свободных альфа-таев. Эрти не растерялся и помощь принял. Кто-то из альф занялся мелким ремонтом, кто-то построил птичник и поправил сарай, кто-то посадил на огороде озимые… Впервые о Юраке Айк услышал от Эрти в первый месяц зимы, когда тот похвастался, что заполучил себе в помощники известного даже за пределами Риарана столяра. Юрак, действительно, был местной знаменитостью. К своим неполным тридцати годам он успел прославиться во всех соседних поместьях. Мебель, выходившая из-под его рук, поражала своей красотой и удобством. А какие он делал резные наличники! Какие причелины и полотенца! Все осевшие в окрестностях альфа-ары (причем даже лорды), стремились заполучить хоть одну вещицу от известного мастера, а потому заказы ему были расписаны на месяцы, а то и годы вперед. Однако он нашел время, чтобы украсить дом Эрти. Юрак ходил к Эрти целую зиму, причем если поначалу — пару раз в шестидневницу, то в конце — каждый вечер, на ужин. За это время он превратил дом Эрти в настоящий сказочный терем, полюбоваться на который теперь приходили таинары со всех окрестных деревень. А какие он ему подарил резные столики, шкафчики, стулья! Не у каждого лорда отыщутся подобные произведения искусства! Айк наблюдал за затянувшимися ухаживаниями со все возрастающим интересом. Слишком часто в их с Эрти беседах стал упоминаться Юрак. Какой тот сильный, какой работящий, талантливый, умный! Оказывается, он, умел читать и писать, причем не только на общепринятом в империи рарратском, но и на таиндриле, древнем наречии Таина. Интересовался архитектурой, скульптурой и живописью, и когда только мог, покупал картинки с изображениями знаменитых сокровищ империи. После одного из таких разговоров с Эрти, Айк даже уговорил Харена пустить Юрака на пару дней в библиотеку Риарана, чтобы тот смог ознакомиться с коллекцией архитектурных альбомов лорда Витона. Ну и заодно Айк решил присмотреться к будущему мужу друга. В том, что на этот раз Эрти проведет течку не один, Айк на тот момент уже был уверен. Юрак ему понравился. Он и в самом деле был удивительно хорошо образован для деревенского таинара, а главное — производил впечатление крайне надежного и обстоятельного альфа-тая. Даже то, что он так поздно решил жениться (обычно альфы в деревне в брак вступали в возрасте двадцати, а не тридцати лет), говорило в его пользу. Так что Айк был искренне рад за Эрти. Лучшего мужа ему невозможно было бы даже придумать. На подступах к Зеленому Яру стали слышны распеваемые таинарами традиционные песни. В деревне шли последние приготовления к грядущему пиру. Доваривались похлебки и пенные хмельные напитки, дожаривались туши быков и баранов, доходили в печах ароматные пироги… Когда их внушительная компания вошла в деревню, со всех сторон послышались приветствия: теплые и искренние от жителей Риарана, формальные и настороженные — от гостей из других поместий. Группка юных омега-таев при виде такого количества альфа-аров бросилась в рассыпную, но большинство из них убежало не далеко: попрятавшись за оградами палисадников, они то и дело с любопытством выглядывали наружу. Возле дома Эрти уже стояли все приглашенные на внутреннюю церемонию гости. Вместе с самим Айком и Хареном их было ровно десять: старший брат Эрти с супругом, родители Юрака, а также два его друга с парами. Каждый из них держал в руках традиционные венки и гирлянды, так что Айк испытал гордость, что и его альфа в итоге решил соблюсти все традиции. Лишь только они поздоровались со всеми присутствующими, как из дома вышли женихи в сопровождении деревенского старосты и его мужа. Эрти в хитоне из тонкого белого кружева смотрелся просто ошеломляюще. Его густые длинные волосы были убраны в сложную прическу, скрепленную некогда подаренными лордом Витоном драгоценными заколками в форме звезд. Длинная тонкая шея оставалась открытой, равно как и ключицы, и изящные руки пониже локтя. В его глазах светилось неподдельное счастье, на чуть припухлых губах играла улыбка… Он был просто олицетворением идущего под венец омега-тая, свежий и юный, весенний, влюбленный. Глядя на него, Айк мимолетно порадовался, что в свою первую встречу с Хареном тот выглядел куда менее впечатляюще. Словно бы прочитав мысли Айка, Эрти лукаво улыбнулся и взял Юрака под руку. Тот, к слову, также принарядился: каждый таинар, достигнув совершеннолетия, начинал шить и украшать свой будущий свадебный наряд. Это всегда были длинные, в пол, хитоны, но ни цвет, ни тип украшений никак не регламентировался. А потому свадебный хитон считался еще и своеобразной витриной, демонстрацией талантов жениха. На Юраке был совсем простой травянисто-зеленый хитон, поверх которого тот надел широкое деревянное ожерелье, резной деревянный пояс и браслеты. Глядя на них, Айк отметил, что наверняка уже на следующий день все присутствующие на свадьбе таинары захотят себе точно такие же. — Вы пришли! — Эрти подвел жениха к Айку и Харену, обнял друга, церемониально поклонился лорду. — Лорд Харен, мы с Юраком безмерно вам благодарны, что вы почтили своим визитом нашу скромную свадьбу. — Ты друг Айка. Мы не могли не прийти, — просто ответил Харен. Столпившиеся вокруг таинары возбужденно зашептались. Хотя все в Риаране знали, что их будущий хранитель подписал контракт с лордом, для многих стало сюрпризом прозвучавшее в исполнении грозного альфа-ара «мы». И если до этого многие омеги смотрели на Айка с сочувствием, то теперь их взгляды сделались любопытными, заинтересованными, откровенно восхищенными. Ну да, не каждый фламин может похвастаться тем, что приручил монстра. Боковым зрением Айк заметил, как деревенский староста отделился от их компании, дошел до конца улицы и свернул на соседнюю. Этот его уход был связан с еще одной свадебной традицией таинаров. Не столь древней, как остальные, но все же, также очень и очень старой. Ее корни терялись где-то во временах до Договора, а возможно — и до «битвы волн, ветра и скал». Согласно этой традиции ровно через пятнадцать минут после того, как женихи с гостями покинут деревню, все желающие альфы и омеги смогут отправиться в погоню за ними. И тому, кто настигнет их в пути или же найдет убежище до конца свадебной церемонии, полагался подарок от жениха альфа-тая. А учитывая, кто именно сегодня вступал в брак, желающих поохотиться оказалось куда больше обычного. Все они сейчас собирались на соседней улице, и деревенский староста как раз отправился напоследок проверить, все ли участники помнят правила. Минут пять спустя староста вернулся, и вся их довольно внушительная группа из двадцати арунгов и таинаров, отправилась в путь. По предварительной договоренности, телохранители Айка должны были дойти вместе с ними до убежища, проверить его на предмет возможных опасностей, а затем выйти, и во время самой церемонии оставаться снаружи. Они шли быстро и тихо, будто бы и в самом деле от кого-то сбегали, а не направлялись навстречу счастью одной из пар. Впрочем, тут же подумал Айк, если бы побег и погоня в самом деле были бы настоящими, он не позавидовал бы преследователям. Ведь в их группе имелось целых семь воинов, равных которым не нашлось бы на всей Ку-восемнадцать. Он взглянул на шагающего рядом Харена и отметил, что ему куда больше подошла бы роль преследователя, а не беглеца. Впрочем, подобное распределение ролей было бы нечестным по отношению к Эрти и Юраку. Сперва их путь проходил по широкому тракту, затем они свернули на петляющую среди невысоких холмов тропинку, спустились к ручью и какое-то расстояние преодолели, шлепая по прохладной воде. Харен, заранее предупрежденный обо всех особенностях свадьбы таинаров, все же напряженно хмурился и оглядывался по сторонам, телохранители же Айка разделились: один отправился куда-то вперед, еще один сильно отстал, остальные же четверо заняли позиции со всех сторон от идущих. Все таинары то и дело обменивались лукавыми улыбками, по-заговорщицки перемигивались и, вообще, вели себя, как играющие в догонялки или же в прятки дети, арунги же, казалось, воспринимали их забаву всерьез и действительно в любой момент готовились отразить нападение. Айк сделал себе мысленную пометку чуть позже расспросить Харена о принятых на Аруне играх. Ведь не может же такого быть, чтобы там взрослые совсем никак не развлекались. Из ручья они вышли на каменном склоне, и Айк, припомнив, что в правилах погони нет никаких ограничений на применение магии, высушил всем одежду и ноги. Еще с полчаса они петляли между холмами, ведомые молчаливыми указаниями Юрака. Айк много бродил по холмам Риарана и считал, что хорошо знает окрестности, но поймал себя вдруг на том, что перестал узнавать местность. Хотя… вон тот трехгорбый холм был ему прекрасно знаком. Да, точно, слева от него также обнаружилась возвышенность приметной формы. Только он обычно смотрел на них с другой стороны, в эту же часть холмов почему-то не забредал ни разу. Возле очередных зарослей разлапистых кустарников они вдруг остановились. Юрак наклонился, потянул за одному ему известную ветку, и перед ними открылся узкий проход. По ту его сторону обнаружилась узенькая, явно только недавно протоптанная тропинка, ведущая в глубокий овражек. Все его дно покрывали кусты и колючки, и лишь прорубленная Юраком просека темнела извилистой змейкой. Они все по очереди аккуратно спустились, стараясь не наломать веток, не оставить преследователям даже шанса их обнаружить. Замыкал шествие традиционно один из телохранителей Айка, причем он, кажется, еще как-то дополнительно замаскировал место спуска. Да уж… несколько нечестная в этот раз выходит игра. Ну а с другой стороны — это ж прекрасно, когда, хотя бы ради разнообразия, самые сильные хищники играют на твоей стороне. Сделанная Юраком специально к свадьбе тропинка пересекла овражек и вывела их к растущему возле скалы гигантскому старому дереву. Его поражающие своей толщиной узловатые корни в нескольких местах выходили на поверхность, и под одним-то из них Айк и увидел зияющий темную нору. Трое телохранителей Айка сноровисто спустились вниз, и тут же темнота сменилась отблесками зажженного в норе света. Видимо, помещение там оказалось совсем небольшим, так как свою инспекцию альфа-ары закончили быстро. Они вылезли на поверхность, после чего в убежище спустились женихи и их гости. Оказалось, что корни дерева скрывали за собой небольшую каменную пещерку. Впрочем, как небольшую… места там было достаточно, чтобы вместить тринадцать таинаров и одного арунга. У дальней стены Юрак заблаговременно разместил переносной алтарь всех стихий и деревянный столик, на который староста положил извлеченную из заплечной сумки деревенскую книгу судеб. В нее записывались все важные события в жизни таинаров: рождения детей и их имена, информацию о свадьбах, о контрактах с арунгами, о смертях… Пещеру украшали многочисленные зеленые венки и гирлянды, резные деревянные плошки с водой, высокие канделябры со свечами… правда, основной свет все-таки давали как-то закрепленные прямо в каменных сводах факелы. По-прежнему молча все заняли положенные места: деревенский староста и его супруг встали с одной стороны от алтаря и столика с книгой судеб, а женихи — напротив них с другой. Гости же разместились за спинами женихов полукругом, причем Айк и Харен — по центру. — Мы собрались здесь и сейчас, чтобы вопреки всем недругам и завистникам… —речитативом начал читать староста слегка подправленные слова древнего церемониала. В оригинале значилось «вопреки воле захватчиков», но из уважения к Айку и к его паре в этот раз решено было не упоминать ни о каких разногласиях между таинарами и арунгами. —…соединить перед таинарами и перед Богами этих альфу и омегу. Обязуетесь ли вы, Юрак из Зеленого Яра, до конца дней ваших уважать и любить своего супруга, Эрти из Зеленого Яра, а также ваших детей? — Обязуюсь. И да пребудут все присутствующие мне свидетелями. — Готовы ли вы предоставить вашему супругу, Эрти из Зеленого Яра, а также вашим будущим детям, хлеб и кров? — Готов. Все мое — теперь их. — Гарантируете ли своему супругу, Эрти из Зеленого Яра, а также вашим будущим детям, свободу волеизъявления? Клянетесь ли не навязывать им свои увлечения и интересы, не препятствовать им в их работе и творчестве? — Клянусь. — Свободу волеизъявления?.. — прошептал Айку на ухо Харен. Судя по его интонации, он был по-настоящему поражен прозвучавшими словами. — Да. Я потом тебе объясню. У нас отношения в семьях… другие. Слушай. Тут еще много чего может показаться тебе необычным. — Таинары услышали вас, Юрак из Зеленого Яра. А вы, Эрти из Зеленого Яра, клянетесь ли вы до конца дней уважать и любить своего супруга, Юрака из Зеленого Яра, а также ваших детей? Все те же вопросы, что и Юраку, были повторно заданы Эрти, после чего староста произнес длинную речь (опять же, подправленную с учетом присутствия Харена) о том, сколь важно для счастливого брака уважать супруга, ценить его мнение, не выпячивать собственное эгоистичное «я». Все произносимые старостой слова Айк знал наперед, а потому не столько слушал его, сколько вглядывался в выражение лица Харена. А оно было весьма красноречиво. Сперва — шокировано-озадаченное, затем — все более задумчивое, понимающее. Да-да, Харен, если бы ты в браке со своим Лори соблюдал хотя бы малую долю тех правил, что каждый таинар с детства считает прописной истиной, многое в твоей жизни сложилось бы иначе. А, впрочем, тогда Харен не достался бы Айку, а, значит, все произошедшее — к лучшему. Словно бы в ответ на его мысли, Харен вдруг поймал руку Айка и не отпускал ее уже до самого конца церемонии. Наконец Эрти с Юраком были объявлены супругами перед лицом всех арунгов и таинаров, их первенец получил имя Алис, и наступило время возвращаться назад. Обратный путь занял у них куда меньше времени, и проходил гораздо веселее, нежели дорога туда. Лишь только выйдя из пещеры, Эрти затянул специальную песню новобрачного, которую тут же подхватил Юрак. Потом свои песни исполнили староста, гости, присоединявшиеся к ним по пути незадачливые охотники. Деревня встретила их выстроившимися вдоль улиц нарядными таинарами, бросающими под ноги молодоженам лепестки цветов, семена культурных растений и мелкие монетки да накрытыми на центральной площади столами. Умеющие играть на самодельных музыкальных инструментах таинары исполнили никогда прежде не слышанную Айком (наверное, сочиненную специально к этому дню) мелодию. Айка и Харена усадили за тот же стол, что и Эрти с Юраком, по обе руки от новобрачных. И грянул пир. Еда здесь, может, была и не столь изысканной, как в замке, но также очень и очень вкусной. А главное — непривычной для Харена и остальных альфа-аров, не знакомых с традиционной деревенской едой. Харен то и дело спрашивал Айка о том или ином блюде, пробовал их, восхищался и ужасался новыми вкусами… И вот наступило время вручения подарков. Первым, конечно же, слово предоставили Харену. С тех самых пор, как в Риаране узнали, что их лорд принял приглашение на свадьбу Эрти и Юрака, все местные таинары гадали, что же такого особенного он подарит. Старинный артефакт? Украшение? Книгу? Или, может быть, новый участок земли? Каких-нибудь полезных в хозяйстве животных?.. Причем Айк терялся в догадках вместе со всеми. Когда он рассказал Харену обо всех основных свадебных традициях таинаров, он прямо спросил его, какие у него есть идеи по поводу подарка. Но Харен тогда лишь загадочно улыбнулся и ответил, что он надеется, что Айку его подарок понравится. Именно Айку! Не Эрти, не Юраку… Харен встал из-за стола, и все вокруг замерли, с трепетом глядя на его внушительную фигуру. — Юрак и Эрти, — начал Харен, и извлек из-за пазухи длинный продолговатый футляр и плотно свернутый свиток, — у нас на Аруне существует традиция дарить женившемуся альфе оружие. Ведь у нас альфа во время свадьбы обязуется не только любить и уважать своего омегу, но и защищать его до конца своих дней. Вы, я знаю, прекраснейший мастер, и способны оценить истинное произведение искусства. А потому я дарю вам этот кинжал. Харен отрыл футляр, и извлек из него драгоценные ножны. Украшенные тонкой резьбой и драгоценными камнями, они, действительно, были невероятно красивы. Однако прежде чем передать кинжал Юраку, Харен вытащил из ножен блеснувший на солнце клинок и полоснул им себя по ладони. Все присутствующие громко ахнули, не понимая, что происходит. — Согласно нашим поверьям, тот, кто обагрит чужой кинжал собственной кровью, никогда не станет врагом его хозяину. Так что я вручаю вам не только это оружие, но и свою защиту. Юрак встал, благоговейно принял кинжал, произнес слова искренней благодарности. — Но это еще не все. Оружие оружием, но здесь, на Ку-восемнадцать, альфа-таю куда сложнее защитить своего омегу, чем всем нам того хотелось бы. — После этих слов Харена со всех сторон послышался удивленный и одобрительный гул. — А потому… Эрти, прежде всего, я хотел бы извиниться перед тобой за те обстоятельства, при которых произошло наше знакомство. А для того, чтобы впредь они никогда не повторились, вручаю тебе этот документ. Властью, данной мне, как лорду Риарана, я составил постановление, а Наместник лично его подписал, о том, что отныне ни один альфа-ар ни при каких условиях не сможет заставить тебя заключить с ним контракт. Я дарю тебе свободу. Живи со своим мужем спокойно! Не ожидавший ничего подобного Эрти, от счастья расплакался, принялся бурно, и немного сбивчиво благодарить Харена. С другой стороны ему вторил Юрак. А Айк сидел на своем месте и сквозь так же выступившие слезы смотрел на Харена. Его подарок, и в самом деле, Айку понравился. Да что там! Он был… очень, очень сильно впечатлен. И в который уже раз подумал, что Харен у него — лучший. Что тот, похоже, начал понимать, чем и как живут таинары Риарана, и совсем скоро станет здесь окончательно своим. — Ну как? Тебе понравился мой подарок? — когда все немного успокоились, и Айк также вручил новобрачным подарок — большой набор собственноручно им сделанных бытовых артефактов, — спросил Харен. — Да. Очень. Ты молодец. Это лучше всего, о чем я думал. Я… нет, правда, спасибо тебе. Ты даже не представляешь, как я счастлив. — Я рад. Ведь все, чего я хочу — чтобы ты был счастлив рядом со мной. — И я. И я хочу, чтобы рядом со мной ты был счастлив. А еще Айк хотел бы провести с Хареном приближающуюся течку. Но это, увы, было для них невозможно. А потому им оставалось лишь присутствовать на чужой свадьбе, радоваться чужому счастью.