16 лет предсмертной жизни

Зойсайт

Осень встретила меня страшными видениями и практически полной потерей реальности. Нечто из пакета порой приводило меня в чувство, но я понимал, что это ненадолго. Сколько ещё времени пройдёт, пока я окончательно не сойду с ума, потеряв возможность отличать сон от реальности? Чудесные грёзы о прошлом не оставляли меня ни днём, ни ночью. Порой это были просто цветные сны, от которых оставалось только лёгкое воспоминание, порой же в середине дня сознание резко отключалось и возвращалось только через несколько часов. Я не знал, как это остановить. Невкусная гадость из пакета была некоторым спасением, но её приходилось есть всё чаще и чаще, дабы мука хоть иногда прекращалась. Если я начинал молиться, боль тоже отступала, но ненадолго. Честно говоря, смерть была моей мечтой, но я не мог её себе позволить, ведь моё тело принадлежит кому угодно, только не мне самому. Всё это было настолько ужасно и непонятно, что я не знал, что делать и у кого просить помощи. Друзья старались найти в старинных книгах какие-то упоминания о химерах и прочем, но нигде ничего не было. Единственный, кто знает ответ на мучащий меня вопрос, — это Металлия, но её не дозваться, хотя, не буду скрывать, я уже пытался это сделать. Богиня молчит. Да и что она может сделать, учитывая её полумёртвое состояние? По-хорошему, надо выходить на поверхность земли, искать человеческую энергию, оживлять Металлию и надеяться, что она мне поможет. Но если нет? Всё равно это только мечты… Выйти на землю невозможно. А что самое обидное, неизвестно, станет ли хоть когда-нибудь возможно. Все мы надеемся на лучшее, но вдруг эта вечно молодая жизнь так ничем и не кончится? Вдруг то, ради чего мы живём, ради чего мы тренируем своих личных юм, вдруг всё это просто мираж, оазис, до которого невозможно добраться? Кто знает? Кто знает, есть ли смысл жить, чтобы достигнуть лучшего мира и счастья? Я не знаю ответа на все эти вопросы. Более того, до последнего времени меня это всё и не беспокоило, но сейчас, когда жизнь больше напоминает муку, чем радость, я стал задумываться о самых недозволенных вещах и приходить к ужасающим выводам. И это при том, что сейчас осень: время тоскливое, время увядания. Любование клёнами, конечно, несколько поднимает настроение, но не спасает от видений. Мне срочно нужно что-то предпринять, чтобы не мучиться. Ведь если что-то заподозрят, это может очень плохо сказаться на международных отношениях, а ещё хуже это может сказаться на мне, если о недомогании расскажут Кунсайту или Королеве.

Кагуя-химэ

Мой новый друг сердца был настолько любезен, что позволил мне взять одну из человеческих книжек в замок. Возможно, он сделал это потому, что такого рода книг в мягкой обложке накопилось очень много, но всё равно я несказанно рада подобной милости. Рассматривая мебель, одежду, некоторые человеческие вещи, я всё больше проникалась мыслью, что увидеть всё это воочию было бы величайшим счастьем. Порой я сидела под огромными статуями животных долголетия, листая книгу и погружаясь в грёзы. Ни одна подружка, ни одно животное никогда не вызывало у меня такого неподдельного интереса, как это создание рук человеческих. Я столько слышала о людях, читала романы и вот теперь могу посмотреть на них и убедиться, что они на нас несколько похожи. Как же обидно, что мы, асуры, заперты под землёй и не можем повидать этих совершенных существ. Люди вызывали в моём сердце такой же священный трепет, как и буддийские сутры, если не больший. Матушка говорила, что это неправильно, что так не должна вести себя порядочная женщина, что мечтать о невозможном бессмысленно. Но я не могла последовать её доброму совету. Вспоминая первый свой приезд в Тёмное Королевство, я замечала, что видела женщину, которая одевается как человек. Это была Королева Погибель. Тогда я очень удивилась, как она посмела надеть на торжественную церемонию платье, которое оголяло большую часть тела. К сожалению, я почти не помнила самой встречи, поэтому не могла сказать, насколько одежда Правительницы походила на то, что представлено в книгах, но мне казалось, что очень. А если это так, значит, Королева осведомлена о том, как ходят на земле. Быть может, у неё есть какие-то связи с наземным миром, может, сохранились выкройки или что-то подобное? Я терялась в догадках и была готова только ради этого совершить ещё одно путешествие в Тёмное Королевство. Однако же, прежде чем предпринимать подобное безрассудство, надо поговорить с мужем. Я на досуге показала ему книжицу. Он сперва небрежно отнёсся к ней, пролистал несколько страниц без всякого интереса, но потом резко остановился, вглядываясь в какую-то картинку. Я заглянула через его плечо и обомлела: мой благоверный рассматривал изображения почти полностью обнажённых девушек! На их прекрасных телах были только какие-то белоснежные вещи, почти ничего не скрывающие. Поскольку я не в первый раз смотрела книгу, то уже знала, что это то, что люди одевают под верхнюю одежду. Однако же я, ввиду некоторой стыдливости, никогда не смела рассматривать картинки с такого рода девушками, я их пролистывала, считая, что недостойно приличной даме смотреть пускай на идеальные, но всё-таки практически обнажённые человеческие тела. Однако же мой муж не терзался такими думами. Он, будто загипнотизированный, рассматривал едва не каждую деталь одежды. — Они божественны, — прошептал он. — Да, вы правы, у них очень хорошие фигуры, — ответила я из вежливости. Было несколько обидно слышать такое, поскольку мне Зойсайт никогда не делал комплиментов, хотя до рождения молодого императора моя фигура была воистину идеальной. — Я не могу умереть, не увидев Её Величество Королеву Берилл вот в этом, — он ткнул пальцем в одну из картинок. Я взглянула на неё и сразу же отвернулась, покраснев. — Супруг мой, — произнесла я в смятении, — вы шутите? — спросила я, надеясь на положительный ответ, однако муж, кажется, не слышал меня. — Воистину, после такого можно умирать, не жалея ни о чём. Я однажды видел её в примерно такой одежде задолго до того, как она стала властительницей мира. Это было на земле, у реки. Берилл была молода и воистину прекрасна в этом подобии одежды. И сейчас, когда я вижу рисунки, сразу вспоминаю о поверхности земли… Когда Её Величество сможет надеть подобное, мы увидим свет настоящего солнца, а увидев его, можно умирать, не тревожась ни о чём. — Почему ваши думы обращены к смерти? — спросила я, не надеясь получить ответ. Зойсайт и правда не ответил. Он самым внимательным образом просмотрел всю книгу, рассматривая человеческую моду. Только через полчаса он закрыл её и отложил в сторону. — У людей есть дарования во многих областях, — заметил он. — Странно слышать от вас такое, вы же ненавидите людей, — ответила я. — Ненавижу? Кто вам сказал? — удивился он. — Я презираю их, не хочу в следующей жизни стать человеком, благо мне это не грозит, но я никогда не говорил, что ненавижу этих существ. В искусстве показывать красивую натуру им нет равных. — Мне кажется, это не самое лучшее человеческое свойство, — заметила я осторожно. — Возможно, но я так мало знаю о людях, — прошептал Зойсайт. — Надо будет посмотреть человеческие вещи и книги. Отвезите меня как-нибудь в хранилище. — Я не знаю, где находится это место, — ответила я честно, — один вельможа водит меня туда тайно. — Тогда попрошу его, — сказал Зойсайт. — Думаю, он не будет против, — ответила я и решилась, — скажите, пожалуйста, а в этой книге есть рисунок платья, похожего на платье вашей Королевы? — Точно такого нет, но что-то подобное я находил, — проговорил Зойсайт. — Но с чего вы вдруг спрашиваете? — Просто я вспомнила, что она носила платье, похожее на человеческое. — С ним связана довольно романтичная, но очень неприятная, а для вас даже неприемлемая история, — отозвался мой муж. — Да? Расскажите, — мои глаза тут же радостно загорелись. — Я бы хотела знать побольше о вашей Повелительнице. — Это было ещё на земле, — отмахнулся Зойсайт. — Тогда мне вдвойне интересно! Я столько читала о ней, но никогда ничего не слышала. Хотя меня удивляет, что вы говорите о земле. Раньше ведь утверждали, что ничего не помните. — Кое-что помню, — ответил Зойсайт. — Более того, возможно, я помню то, чего не помнит она сама. Ладно, слушайте, хуже от этого точно не будет. Так вот, я как-то рассказывал вам, что наша Королева была влюблена в принца Эндимиона. Но это больше расчёт, а сначала у неё была настоящая любовь. Задолго до войны, задолго до того, как она набралась разума и поняла, что любовь — худшее из зол этого мира. Всё это было задолго до этого и даже задолго до моего ей подчинения. Зойсайт закрыл глаза. Казалось, он вспоминал что-то очень далёкое, ускользающее, что-то, чего, возможно, никогда не было. Я приготовилась слушать. — На земле много лет назад я, Нефрит и Джадент были телохранителями принца Эндимиона. Она же была чем-то вроде фрейлины Королевы. Красивая девочка без какого-либо ума: родители в то время не напрягали её учёбой. Она знала этикет, могла петь, танцевать, правильно смеяться и улыбаться. Этого было достаточно для роли красивой куколки, красивой маленькой девочки, которая была всегда при Королеве. Собственно говоря, Королева Земли и мать наследника, принца Эндимиона, знала Берилл с очень раннего возраста. Той едва исполнилось десять, когда Королева стала играть в неё, как в красивую куклу. Она оказывала покровительство семье Берилл, обещала девочке достойную карьеру и прекрасного мужа. Берилл боготворила и обожала Королеву всем своим маленьким сердцем. Она практически заменила ей мать, которую девочка редко видела. Я не был с ней особенно дружен, хотя и знал о её существовании. Мы, телохранители, больше тяготели к телохранительницам принцессы Серенити, они были воинами, с ними было о чём поговорить и чем развлечься, а придворные барышни не вызывали ни доверия, ни радости. Из-за наших чудесных сил придворные боялись нас и не подпускали близко. Нас боготворили, но всегда замолкали, когда мы оказывались рядом. Все знали, что будет, если мы услышим что-то не то. И вот, когда маленькая девочка выросла и достигла возраста шестнадцати лет, она стала несколько строптивой. Материнская любовь Королевы уже не прельщала её, она хотела чего-то нового и неизведанного. Всё с большим интересом смотрела она на нас, когда мы вместе с воинами в матросках отправлялись на очередной пир или тренировки. Да, мы тренировались вместе, порой даже почти по-настоящему дрались, ну да это не имеет отношения к делу. В любом случае, Берилл не была для нас чем-то представляющим интерес. Королева Земли, заметив строптивость и непокорность, решила девочку побыстрее выдать замуж, благо на такую невесту всегда найдётся жених. Она выбрала графа, кажется, точно уже не помню. Имя его опять же не имеет значения, так что назовём его просто Граф. Уверен, вы ждёте, что я сейчас стану рассказывать о том, как бедняжку насильно выдали замуж за нелюбимого человека, как она упиралась, сбегала из дома и прочее. Но нет, всё было несколько по-другому. Молодые знали друг друга и раньше, более того, Берилл испытывала некоторое чувство, которое окрепло и стало расти с большой силой. Граф тоже был увлечён талантливой молодой девушкой. Королева, чтобы не форсировать события, не говорила ни о чём графу, а просто попросила Берилл присмотреться к нему и подумать, не хочет ли она, чтобы он стал её мужем. И девушка присмотрелась. И она, и Граф испытывали друг к другу некоторое милое чувство, которое в просторечии можно назвать любовью. Сперва они лишь танцевали на всяких праздниках, потом стали встречаться каждую пятницу. Они гуляли вместе по парку, он дарил ей цветы. Я сам порой видел, как они, сидя в беседке, счастливо улыбались друг другу, разговаривая без слов. В общем, дело двигалось к предложению. Мы с воинами в матросках порой шутили о том, что такой Граф сделает предложение так, как написано в книгах, то есть возьмёт розу, привяжет к ней кольцо, встанет на колени и произнесёт что-то наподобие: «О прекрасная Берилл, позволь мне стать твоим мужем и составить твоё счастье». Так мы смеялись над ними. Прошло несколько месяцев. В Королевский дворец прибыли новые фрейлины, а также вернулись старые, которые разъезжались повидать свои семьи. Берилл, счастливая, как никогда, была в их обществе королевой, рассказывая всем, что влюблена и что скоро выйдет замуж. Остальные девушки тоже не уступали ей и тоже рассказывали о своих друзьях сердца. Как-то я подслушал примерно такой разговор: — Ах, — говорила одна, — он такой смелый и добрый, я вся горю, когда он рядом. Особенно когда он берёт мою руку… — А мой, — вторила другая, — самый храбрый мужчина в Королевстве, он готов ради меня грозу устроить! — Только не говори, что ты влюблена в Нефрита, а то только он может исполнить такое твоё желание, — рассмеялась третья. — Но мой… Мой самый лучший мужчина на свете. Я за него готова умереть! — Я просто люблю своего, — ответила на это Берилл, — и мне неважно, какими словами, суть которых ложь, его можно описать. — Девушки, — я бесцеремонно вошёл в комнату, — и кто же это такие, эти ваши кавалеры? Столько шуму, гаму, все о свадьбе скорой говорят, однако же… — Лорд Зойсайт, — все склонились, никто не посмел и слова сказать против моего бесцеремонного поведения, — говорить друг другу о женихах плохая примета, но если это так интересует вас, я смогу сказать вам на ушко. Только обещайте, что никому не скажете, — улыбнулась юная кокетка. — Хорошо! — я приготовился слушать. Она подошла и шепнула мне имя, потом этот же жест повторили остальные три девушки. Когда я выслушал всех четверых, то не мог сдержать смеха. Я едва не катался по полу, стараясь не задохнуться. Девушки смотрели на меня с испугом и удивлением. — Что с вами, что? — спрашивали они. Только через несколько минут я сумел отсмеяться и вымолвить хоть одно разборчивое слово: — Вы все назвали имя одного! — я продолжил хохотать. Девушки, правда, не последовали моему примеру. Они недоумённо смотрели друг на друга, потом вслух произнесли имя, и оно совпало. Я никак не мог успокоиться, чтобы посмотреть на спектакль, который развернулся дальше. — Лорд Зойсайт, — услышал я слова одной из присутствующих, — пожалуйста, будьте так любезны, окажите нам услугу. — Какую? — я хоть немного успокоился. — Телепортируйте к нам нашего… жениха, — глядя в разъярённые глаза юной особы, я несколько оробел. Что может прийти в голову оскорблённой невинности, я и представить не мог. Однако история начинала принимать очень забавный оборот, и я выполнил просьбу. В ту же секунду Граф оказался в центре комнаты, а я переместился в дальний угол, дабы за всем наблюдать. Обо мне забыли. О, женское сердце и женская обида — это страшная сила, тогда я узнал это точно. — Ты обманул всех нас! — закричала одна из девиц. — Ты давал нам ложные клятвы, ты говорил, что любишь меня! — вторила другая. — Это правда, — неуверенно ответил он. — Не знаю, что произошло, но я вас всех люблю. Вы все мои милые, единственные… — Какие? —Эээ… неповторимые, — он замялся. — Нет, нет, давайте убьём его! — воскликнула Берилл. Девушки, плотоядно улыбнувшись, направились к Графу. Я уж думал, что ожидается настоящее веселье, но ничего не произошло. — Нет, давайте лучше просто изуродуем его лицо, чтобы он никогда не мог больше соблазнить ни одну из нас! — воскликнула другая. — Любимые мои, — подал голос несчастный, — я согласен на любое наказание! Убивайте, вот вам меч, — он протянул кинжал. Истязательницы стали подходить ближе. — Но пусть меня убьёт самая… распутная из вас! Девушек будто ветром разнесло в разные стороны. Они смотрели озадаченно то друг на друга, то на жениха. Молчание начинало затягиваться. Я с интересом ждал развязки. Наконец одна из них, видимо, самая старшая, подошла ближе, презрительно посмотрела на Графа снизу вверх и произнесла: — Вы оскорбили мои чувства! Я ненавижу вас. Прощайте, — и вышла из комнаты. — Вы трус и негодяй, — подошла к нему Берилл. — Ваше поведение непростительно, — она удалилась, громко хлопнув дверью. — А мы, — подошли сразу две девушки, — проклинаем себя за тот день, когда встретились с вами! — они тоже ушли. Я, смеясь, вышел из своего укрытия, подал графу руку, помогая сесть. — Почтенный, вы едва избежали смерти и потеряли столько прекрасных дам, — посочувствовал я ему. — Нет, нет, Лорд, — засмеялся он в ответ, — среда, пятница, суббота и воскресенье как были расписаны, так и будут. — О чём вы? — не понял я. — У вас есть запасные барышни? — Простите, Лорд Зойсайт, но вы совсем не разбираетесь в девушках. Прошу вас, подождите неделю, и вы всё увидите. Мы расстались. И что же, вы думаете, случилось? Уже через неделю в пятницу Берилл вновь сидела в беседке вместе с графом и читала сонеты. Он как ни в чём не бывало приносил ей розы. Я страшно удивился и поспешил узнать судьбу остальных девиц. И что же, всё действительно было именно так, как Граф и думал. Каждая как гуляла с ним в определённый день, так и осталась гулять. Да, ни одна не думала о свадьбе, но о разрыве отношений не было и речи. Честно скажу, тогда я был очень сильно удивлён всей этой историей. С тех самых пор Берилл стала носить фиолетовое платье, в котором впервые встретилась со своей первой любовью. Зойсайт замолчал. Я сидела, не зная, куда девать себя от стыда. Такого рода истории не рассказывают, это личная тайна. Я чувствовала себя так, будто подсмотрела за свиданием другого демона. Никогда прежде я не чувствовала такого стыда и омерзения: действительно, история на редкость некрасивая.