T A B U

      Прошло уже несколько дней после совершеннолетия Ингрит. Девушка была настолько рада, наконец-то почувствовать себя достаточно взрослой и способной принимать серьезные решения. Одним из таких был переезд к Клаусу. Родители сильно удивились такому внезапному событию. Роберт пару раз общался с братом по этому вопросу и, как оказалось, он был не против, чтобы племянница жила с ним. Мужчине пришлось приобрести квартиру поближе к школе, лишь бы семья ничего не заподозрила. Так они стали жить вместе.       Ингрит стояла перед дверью в ванную комнату и слушала, как дядя напевает какую-то мелодию под нос. Она была в оранжевом топе без лямок и в шортах. Перекатываясь с пятки на носок, девушка заложила руки за спину. Когда шум воды стих, школьница выпрямилась и потянула топ чуть ниже, чтобы не было ни единой складочки.       - Девочка, что ты тут делаешь? — мужчина вышел в коридор.       Он был в одном полотенце на бедрах, распаренный и мокрый. С волос стекала вода. Проведя ладонью по лицу, Клаус глубоко вздохнул.       - Я ждала тебя. Мне нужно у тебя кое-что попросить, — невинные глазки смотрели на взрослого дядю снизу вверх.       - И о чем же?       Волосы Ингрит собраны в два хвостика по бокам и выглядели очень забавными. С такой прической восемнадцатилетняя девушка была похожа на ребенка — все также по-детски невинна и чиста. Именно такой она оставалась для родителей и бабушки с дедушкой. Такой ее продолжал представлять и сам Клаус.       - Я напомню, что ты мне должен подарок на День Рождения, — ее блестящие глазки то и дело следили за капельками, что скатывались по крепкому мужскому телу и впитывались в ткань.       - Подарок? Еще один? Милая, я ведь сделал тебе его в ту же ночь. Я первым поздравил тебя, — он вскинул бровь, чуть склонился.       Девочка воспользовалась случаем и крепко обняла дядю. Жар, что исходил от Клауса, обжигал молодую нежную кожу. Топ пропитывался влагой, и когда Ингрит отстранилась, сквозь мокрую одежду просвечивали темные ореолы и набухшие соски.       - Это совсем нехорошая идея. К тому же я должен встретиться с твоим отцом. Это по поводу дел в компании. Будь хорошей и послушной девочкой: соберись в школу и через полчаса мы выезжаем, — мужчина тяжело выдохнул и обошел племянницу.       Вечером они вновь продолжили разговор, но в этот раз на кухне.       Ингрит сидела за столом и смотрела дяде в спину. Мужчина чувствовал это, но все боялся признаться себе, что ему нравится поведение племянницы. Она сидела в тех же шортах, а вместо топа была футболка. Клаус вспомнил как его скулы сводило, когда он приехал в офис брата и вспомнил его дочь, ее объятия, детское личико… Внизу живота скапливалась истома. Она перебиралась в его член, заставляя наливаться кровью и твердеть.       - Что…, — он прокашлялся в кулак. — Что ты хочешь?       Школьница улыбнулась и встала из-за стола. В считанные секунды подошла к мужчине и коснулась его плеча.       - Лиши меня анальной девственности, — голос Ингрит был твердым.       Кажется, она полна решительности, и отступать не собирается.       - Но это же больно, родная. Ты даже не представляешь насколько.       Клаус повернулся к девушке и провел большой ладонью по щеке. Он бы мог сделать что угодно, но причинить еще раз боль… К тому же он не горел желанием заниматься с племянницей анальным сексом. Но если малышка стоит на своем, придется попробовать — отказывать он не мог. По крайней мере, такому близкому человеку.       Через десять минут оба лежали на кровати и целовались. Ингрит каждый день проявляла больше страсти и желания: она кусала губы, пробовала оставлять засосы и порывалась забраться в его трусы. Но дядя дразнил ее, не позволяя «распускать руки».       - Ты уверена, что хочешь этого? — Клаус прервал поцелуй.       Он смотрел в глаза девушки и не видел ничего, кроме неудовлетворения. Во что он превращает дочь родного брата? Это не укладывалось в его голове, однако мужчина продолжал ее любить и дарить ласку. На его вопрос школьница кивнула, соскочила с кровати и стала раздеваться. Первой на пол отправилась футболка, затем шорты вместе с трусиками. Напряжение было заметно в каждом ее движении. Дядя хотел снова задать ей пару вопросов, чтобы потом не возникло проблем, но когда этот ангелочек предстала перед ним полностью обнаженной, он судорожно сглотнул и отбросил назойливые мысли.       - У меня кое-что есть для такого случая, — вполголоса произнесла Ингрит, прежде чем открыла средний ящик комода.       Склонившись, она представила своему любимому дяде прекрасный вид на упругую попку.       - Что же там у тебя? — сдавленно спросил мужчина.       Девушка покопалась в своем белье и достала оттуда маленькую анальную цепочку. Она представляла собой пять-шесть шариков разных размеров, которые были соединены вместе. Их общий вид походил на заготовку для гусеницы, но предназначение этой вещи было куда более заманчивым. Как только Клаус увидел секс-игрушку в таких маленьких и нежных ручках принцессы, у него замерло сердце.       - Откуда это у тебя?       - Лучшая подруга на совершеннолетие подарила, — немного смущаясь, ответила она.       - У тебя определенно хорошая подруга, — мужчина усмехнулся. — Познакомишь?       Ингрит сощурилась и бросила цепочкой в партнера. Тот рассмеялся и взял игрушку.       - Ложись на живот, — сам встал с кровати и присел у прикроватной тумбочки.       В самом нижнем ящике достал специальную смазку и положил тюбик на постель.       Девушка лежала и болтала ножками, пока шли приготовления. Но вот очень сильный и звонкий шлепок заставил ее взвизгнуть. Закусывая нижнюю губу, она издала едва слышный стон. Клаус легко провел по красной ягодице и после снова больно хлестнул. Ингрит подалась вперед, но мужчина был сильнее и одним рывком подвинул ее назад. Выдавив немного жидкости на пальцы, другой рукой раздвинул половинки ягодиц и начал смазывать, массируя анальный проход.       Когда пришло время вводить цепочку, мужчина провел шершавой ладонью по спине школьницы. Она поерзала и расслабилась. Но вместо шариков ее тугую дырочку стал расширять горячий указательный палец.       - Тссс…, — успокаивал ее дядя.       Глубже проникнуть не удалось, поэтому Клаус воспользовался игрушкой. Он запустил сначала самый маленький шарик, затем вошел чуть побольше. Мужчина несколько раз вводил их и аккуратно доставал, затем снова погружал внутрь племянницы и на этот раз добавлял еще один шарик. Когда подошла очередь четвертого, школьница заерзала.       - Хватит!       Дядя испугался и поспешил вывести цепочку.       - Больно? Я поторопился?       На его ответ было лишь молчание. Ингрит помотала головой.       - Нет, я хочу, чтобы ты вошел в меня.       Такое откровение было ожидаемым. Клаус не растерялся, отложил секс-игрушку, разделся. Спрашивать снова, уверена ли она, предупреждать о том, что будет больно, кажется, было бесполезно. Девушка хотела полного удовлетворения своих юношеских желаний. Да и сам взрослый мужчина хотел этого, ведь был возбужден. Ничего не оставалось, кроме как пристроиться и аккуратно, медленно войти.       Щеки девушки покраснели, на глазах начинали появляться слезы, но она их не показывала. Крепко сжав пальцами края подушки, стонала сквозь зубы, хотя ей хотелось кричать во весь голос. Когда головка вошла, мужчина почувствовал, как сдавливается его член. Продвинуться дальше было сложно и, чтобы не делать больно девочке и не доходить до крови, Клаус вышел и тут же вновь пристроился к другой дырочке. Дрожь пробежала по их телам. Ингрит получала удовлетворение, пусть и не совсем тем способом, которым хотела. Зато пульсирующая боль начинала отступать, сменяясь приятной истомой.       Когда мужчина склонился, совершая более глубокие и медленные поступательные движения, школьница знала, что наступает момент единения. Он целовал шею, горячо дыша на ухо, пока не прикусил мочку и не кончил. Их тяжелое дыхание заглушало все остальные звуки, которые проникали из приоткрытого окна. Даже тиканье часов не было слышно. Племянница уткнулась в подушку, улыбнулась и поерзала. Клаус лишь усмехнулся и привстал. Он вышел из ее горячего лона, и лег на кровать. Девушка обняла его.       - Ты еще не исполнил моего желания. Не думаешь, что я отстану от тебя? — маленькие, тонкие пальчики касались его груди.       Поглаживая малышку по голове, дядя улыбнулся и покачал головой. Он очень хорошо знал эту девочку — она всегда была любопытной и стояла на своем, пока не добивалась того, что хочет. И, кажется, мужчина готов был ко всему.