Оно того стоит

      Первый месяц в году пролетел незаметно. Нас все больше грузили учебой, домашними заданиями, поэтому свободного времени было совсем мало. Одноклассники пользовались им, чтобы устраивать совместные посиделки, а я предпочла сидеть дома и посвящать его внутреннему диалогу, который оформлялся и обретал смысл в личном дневнике.       Весь месяц неизменно мое внимание приковывала новая учительница, я наблюдала за ней на уроках. Где-то на подсознательном уровне ждала случайной встречи в коридорах и радовалась, если удалось заметить ее. А каждое утро, когда я подходила к школе мимо пролетал «шоколадный» тигуан. Сегодня я не надеялась его увидеть, потому что ехала от отца и к тому же жутко опаздывала.       Семейство у меня было очень своеобразное. Родители развелись, когда мне было 10. Первой моей реакцией была истерика, которая сменилась пониманием, что мое счастье оттого, что они вместе, не заменит их личного. Поэтому остальное пришлось переживать, не показывая родителям. Мама познакомилась с новым мужчиной и родила от него, благодаря чему я обрела прекрасную младшую сестру Еву. А отец был счастлив с молодой, в сравнении с ним, особой, которая не сильно мне нравилась. Дело его. Моему старшему брату Кириллу пришлось проще. Разница у нас 11 лет и он уже жил отдельно.       Я жила с мамой, а периодически ездила на время к папе. Сейчас был именно такой период, мама уехала в отпуск с отчимом и Евой.       Увидев подъезжавший автобус, я понеслась к перекрестку. Не обратив внимания на светофор, выскочила на дорогу. Услышав гудок машины и звук тормозящих колес, я только повернула голову и замерла как вкопанная, страх приковал меня к проезжей части.       Машина остановилась в нескольких сантиметрах от меня, а я чтобы избежать неприятностей, собралась убегать, но знакомый голос меня остановил.       — А ну стоять.       Я обернулась и увидела Милану, которая открывала дверь машины. Я поплелась к ней, кровь прилила к лицу.       — С ума что ли сошла так носиться по дорогам на красный? — Милана старалась спокойно говорить, но чувствовалось напряжение. — Быстро садись.       Я не стала перечить и залезла на пассажирское сидение. В машине было тепло и приятно пахло ее духами — цитрус и что-то цветочное. Не решившись посмотреть на Милану я тихо сказала:       — Извините, я пыталась не опоздать.       — На тот свет? — слишком резко ответила она, видимо поняв это, продолжила мягче. — Напугала меня невозможно. Я тебя заставлю сдать мне еще разок ОБЖ.       Мы встретились взглядами и обе улыбнулись.       Я подумала про себя, что она еще более красивая, когда улыбается. Пока Милана следила за дорогой, я украдкой разглядывала ее. Волосы до плеч были распущены, длинные ресницы без намека на тушь для их украшения, легкий румянец от только что пережитого стресса. Одета она была по-деловому, выделялись только классические черно-белые кеды на ногах, которые даже не были завязаны, а шнурки путались на ковре, пока она ловко переставляла правую ногу между педалями.       На светофоре, ожидая зеленого, женщина повернулась в мою сторону и молча, размышляя о чем-то, скользнула взглядом по моему лицу. Я почувствовала как краснею. Милана снова следила за дорогой. Я никак не могла понять, почему так реагирую, но тело и мысли вообще путались в ее присутствии.       — Значит кулаками помахать любишь? — нарушила тишину она.       — Что?       Прочитав удивление в моем тоне, учительница пояснила:       — Карате.       — Ааа, нет, — мысленно я отругала себя за тупость. — Я была очень активной в детстве и родители решили, что мне стоит направить энергию куда-то. Мне нравится заниматься, физические нагрузки и эмоциональная разрядка.       — Ты выглядишь хрупкой и маленькой, я бы не подумала.       — Внешность обманчива, — прокомментировала я, тем временем Милана заглушила двигатель и жестом показала, что нужно идти в школу. До звонка оставалось 5 минут.       — Спасибо, что подвезли, — поблагодарила я, пока она, отодвинув сиденье, переобувалась. Кеды сменили ботильоны на высоком каблуке.       — Должна будешь, — подмигнула учительница и мы молча пошли в школу.       Настроение задалось этой приятной утренней встречей, я ждала последнего урока — английского. Меня задержал на геометрии Виктор Сергеевич и что-то говорил про олимпиаду. Я нервно поглядывала на часы, понимая, что опоздаю на урок, чего мне совсем не хотелось.       — Кристина, так ты согласна?       — Да Виктор Сергеевич, мне нужно бежать на английский.       — Отлично, жду завтра после уроков.       Я скакала через ступеньку, осознавая, что подписалась на олимпиаду напрасно. Об этом я подумаю позже. Я затормозила за углом, в паре шагов от кабинета, услышав раздраженный голос Миланы.       — Я тебе сказала хватит названивать.       Сообразив, что учительница говорит по телефону, но не решилась прервать разговор.       — Мне не нужно ничего объяснять.       Я чувствовала себя неловко, что стала невольным свидетелем разговора. Напряжение в голосе Миланы отдавалось каким-то вязким ощущением в районе солнечного сплетения.       — Саша, в твоих интересах держаться от меня подальше.       Я больше не стала ждать и шагнула из-за своего укрытия. Как раз в этот момент Милана закончила разговор, а меня встретили темные глаза в которых плескалась ярость. Я не успела открыть рот.       — Чернышева, звонок когда был?       — Я…       — Меня не интересуют твои оправдания, — грубо сказала учительница, — быстро в класс.        Она открыла дверь кабинета и запустила меня первой. А я лишь опустила глаза и шустро побежала за парту.       — Открываем страницу 55, самостоятельно сделайте упражнение 7, потом проверим, — спокойно и сухо произнесла женщина и вышла из класса.       — Что-то не в духе наша красотка, — отвлек меня Дима. — А ты чего опоздала?       — Да математик меня попросил в олимпиаде поучаствовать, — растерянно пробубнила я, листая учебник в поисках нужной страницы.       — И мало тебе учебы. «Сплин» будет в феврале, давай сходим?       — Давай. В выходные мы едем праздновать день рождения Кирилла, присоединишься? Он тебе рад будет.       — Конечно, супер. Я соскучился по твоей семейке, — одобрительно кивнул Дима.       Дверь распахнулась и в класс вернулась Милана. Меня не покидало напряжение от ее настроения. Такой отстраненной ее не приходилось еще видеть, было любопытно, с кем состоялся этот неприятный разговор по телефону. Я отбросила эти мысли, в конце концов меня это не касается.       — Кристина, к доске, — смотря в окно, сказала она. Я не сразу поняла, что обратились ко мне, — Чернышева?       Я поплелась к доске. Пока мы болтали с Димой, разумеется я не сделала задание.       — Выпиши предложения с ответами, — она продолжала смотреть в окно, абсолютно без эмоций на лице.       Я пыталась выполнить упражнение на ходу, но чувствовала, что сделала кучу ошибок. Учительница посмотрела на доску и безучастно сказала:       — Здесь пять ошибок в семи предложениях. Проверь внимательно и постарайся исправить.       Я тупо смотрела на доску и не могла сосредоточиться. Злилась на себя все сильнее.       — Я не могу исправить, — бросила я.       — Садись, два.       Я просто опешила. Краснея как помидор, отправилась за парту. Злясь на себя, на нее, на Димку, который отвлек. По жизни спокойствие мое второе я, а сейчас бушевали такие эмоции, что показалось температура поднялась. Я не знала как справиться с гневом.       — Кто-то может исправить ошибки? — осматривая учеников, поинтересовалась Милана.       Я пыталась встретиться с ней взглядом, но она не смотрела в мою сторону. Обида просто окутывала мое сознание. Какого черта она влепила мне двойку? Разве я виновата, что кто-то ее расстроил. Хотя в глубине души понимала, что заслужила.       — Отлично, Настя, — одобрила поднятую руку Милана. Она наблюдала за исправлениями, а я за ней.       — Все верно, молодец. Пять.       Прозвенел звонок и я быстро покидала учебники в рюкзак.       — Кристина, задержись, — услышала я уже у выхода из кабинета, но не остановилась.       Меня догнал Димка и остановил.       — Крис, тебя Милана просила задержаться, ты что не слышала?       — Слышала, — я отбросила руку друга от своей, — мне пофиг.       И быстрым шагом пошла прочь, а потом перешла на бег. Изнутри стали рваться слезы, но я не собиралась плакать. Как и всегда я просто запихала эти эмоции в самый далекий и пока еще не переполненный «отдел» своей души.