Глава 13. Сломлен?
1 июля 2016 г., 12:51
«Оставь меня в покое. В любом случае, я и так был одинок. У меня нет никого, всё бессмысленно. Оставь эти сладостные утешения себе Этой ночью я сломлен».
Утро выдалось для Тэхёна совсем безрадостным. С огромным трудом разлепив веки, парень поморщился от резкой головной боли. «Я что поймал лицом пианино?», — подумал Тэхён, повернув голову, пряча глаза от ослепляющего солнечного света, сочившегося из незашторенного окна. Каково было его удивление, когда на краю своей кровати, в ворохе одеял, он обнаружил Юнги, мирно посапывающего с Фридрихом на груди. Не решившись будить, Тэхён осторожно перелез через него, подумав: «Чёрт, если он узнает, опять будет упрекать, что это из-за меня он ростом не вышел». Парень улыбнулся собственной мысли и невольно поморщился. Выпитый вечерний алкоголь дал о себе знать, в его голове разбушевался невиданный монстр, требующий минералку или чего покрепче. Накинув на себя клетчатый плед, валявшийся на полу, Тэхён подошёл к окну. Сейчас конец второго зимнего месяца, крупные хлопья снега неторопливо вальсировали, гонимые северным ветром, и медленно оседали на деревья, землю, прохожих. Люди, не спеша прогуливающиеся по тихим заснеженным улицам, мирно щебечущие на деревьях маленькие птички и огромные сугробы, отливающие серебром при свете солнца. Ослепительная зимняя сказка. И Тэхён бы хотел стать её частью, запечатлев в памяти. Приложившись лбом к холодному стеклу, изрисованному морозом, Тэхён начал постепенно вспоминать события вчерашнего вечера. По телу пробежала пробивающая до самого позвоночника дрожь, когда перед его глазами встали кадры просмотра фильма, выпитой бутылки и неконтролируемых слёз. В каком-то роде он посмотрел на себя со стороны, на беспробудное пьянство, на неоправданное бездействие, на одержимость чёртовым Чон Чонгуком. «Какой же ты жалкий, никчёмный и бесполезный, Ким Тэхён», — промелькнуло в его несчастной голове. Глубоко вздохнув, Тэхён взъерошил платиновую копну волос и поплёлся в ванную. По пути он захватил чистые вещи и успел запнуться о накинутый на плечи плед, прошипев тихое: «Твою мать». Стоя под холодным душем, Тэхён пытался привести себя в божеский вид. Ему пора что-то менять и делать это немедля. Мысли громадами разбивались о стенки головного мозга, вызывая острую ноющую боль в висках. Первой же мыслью стало прекратить так напиваться. Тэхён прекрасно осознал тот факт, что отказаться от любимого напитка он не в силах, но правильно дозировать — вполне. Следующей мыслью стало то, что нужно одеваться и идти готовить кофе для Юнги (ведь в противном случае, головная боль – не самое плохое, что с ним случится) и выпить пару таблеток. Тэхён надел чистую белую футболку и спортивные штаны, накинул небольшое полотенце на голову и, вытирая волосы, пошёл на кухню. Закинувшись парочкой таблеток и утолив жажду внутреннего монстра, парень начал варить кофе. На его шуршание по кухонным шкафчикам сразу же прибежал голодный кот, жалобно замяукавший во всё своё кошачье горло. От громкого звука Тэхён поморщился и чуть не уронил турку. — Глупое животное, не видишь, и без тебя тошно? — прохрипел Тэхён, потирая виски. — У тебя всё есть: и вода и еда, что ты, блять, хочешь от меня? — Это ты глупый, Тэхён, — послышался голос Юнги из дверного проёма, парень, почесав растрёпанные нежно-розовые волосы, сел за стол. — О, ты проснулся. Кофе уже почти готов, — Тэхён выключил плиту и разлил его по чашкам. Комнату охватил чарующий аромат, будоражащий разум Шуги. — Кофе – это хорошо, — сделав глоток, философски заключил Юнги. — А вот то, что ты с собой делаешь, нельзя выразить ни одним приличным словом, а так как в этой квартире нет никого кроме тебя и меня… — Мин посмотрел на кота и исправился, — кроме тебя, меня и моего любимого Фридриха, конечно же, то я скажу, как есть. — Ой, не тяни, а, — Тэхён осел на стул и, подперев рукой подбородок, наблюдал за другом сквозь лёгкую дымку, созданную горячим напитком. — Ты вконец ахуел, — подытожил Юнги, делая ещё один глоток. — И это всё? — неуверенно спросил парень. — Я мог бы и дальше продолжать, осыпая тебя изумительными эпитетами и замысловатыми метафорами, но пошёл-ка ты на хуй, мудак. — Вот это уже больше похоже на тебя, — отпив немного, Ким поморщился, обжёгся. — Я просто надеюсь, что ты сам мне сейчас всё расскажешь, и мне не придётся тебя пытать. Печеньки подай, жрать хочу, — парень похлопал ладонями по бёдрам и на них мгновенно запрыгнул Фридрих. Нежно поглаживая кота, Мин снова обратился к другу: — Тэхён, мы тебя внимательно слушаем, считаю до трёх. Раз… — Боже, как в детском саду, — положив печенье рядом с чашкой Юнги, произнёс Тэхён. — Два… — Да прекрати ты, я всё расскажу! — Тэхён знал, что лучше ему ответить по-хорошему, прекрасно понимая, что снова попался на незамысловатую уловку Мина. — Хороший мальчик, ну, и что это за вакханалию ты сделал из своей жизни? — спокойно проговорил Шуга, откусывая овсяную печенюшку. — Я влюбился в Чонгука… — Тэхён сделал паузу, ожидая реакции лучшего друга. — Об этом мне орали многочисленные портреты, смотрящие на меня всю ночь из разных углов комнаты, так что не удивил. А дальше-то что? — В общем, мы поцеловались, и он… — Вы что, прости?.. — Мин потерял свою невозмутимость, а глаза заметно округлились. Чего-чего, а такого поворота он не ожидал. — Мы целовались на колесе обозрения, а потом… а потом он спас меня от машины, я – идиот, пошёл на красный, а теперь он... — слёзы подступили к глазам, а Тэхён почувствовал, что начал задыхаться. — Он не написал мне, Юнги, понимаешь? Даже два чёртовых слова: «Я долетел». Прозрачные солёные капли скользнули по щекам, разбиваясь о плоскость стола. Тэхён чувствовал себя таким слабым и истощённым, словно всё светлое вытянули, оставив лишь холод и пустоту. — Боже, ты как плакса... — спохватился Юнги и, скинув кота с ног, подошёл к парню. — Не реви! — Не реву, — Тэхён содрогался всем телом, не в силах сказать что-то ещё. — Мы что-нибудь придумаем, я… — Мин замешкался, — я поговорю с Хосоком, а если что, мы этому Чон Чонгуку губёшки-то оторвём, нефиг моего мелкого обижать. Шуга обнял Кима, осторожно касаясь ладонью светлых волос. Они застыли, пока парень немного не успокоился. — Юнги, — позвал старшего Тэхён. — Ну чего? — Ты на фею-крёстную похож, — тихо сказал Тэхён. Последняя слеза была размазана по щеке, рукавом кофты Мина. — Жить надоело? — поднял бровь Юнги, убирая руку от греха подальше. — Нет, просто тебе очень идёт этот цвет. Сказочный такой стал, — тэхёновы губы расплылись в едва заметной улыбке. — Хосоку тоже нравится, — улыбнулся в ответ Шуга, выпуская парня из объятий. Весь оставшийся день Мин ни на шаг не отходил от Тэхёна, рассказывая истории из театра и матеря Хосока, который обещал позвонить, но наверняка задержался на тренировке. «Я ему точно жопу надеру», — выругался тогда Юнги, поглядывая на потухший экран айфона. Ближе к вечеру объявился «блудный сын» и моментально получил смачный подзатыльник, заправленный горячим поцелуем, из-за которого Тэхён невольно отвернулся, нахохлившись. Они ещё некоторое время посидели на кухне, гоняя чаи, и поехали домой, оставив Тэхёну ужин и обещание оторвать яйца, если он ещё раз посмеет не поднять трубку, на что парень, лишь робко улыбнулся, демонстративно прикрывая хозяйство. Закрыв дверь и прибравшись на кухне, Тэхён лениво поплёлся в свою комнату. Он полистал новости, нарисовал очередной скетч, смутно напоминающий Чонгука, и даже полил кактус. Наконец решив, что было бы неплохо выспаться, парень лёг на кровать, скинув с себя футболку на пол. Закрыв глаза, он медленно провалился в сон. Кажется, сегодня Ким Тэхён встал с той ноги. Утро понедельника встретило его незначительной головной болью, горячим завтраком и маминым поцелуем на прощание. Под какую-то стрёмную песню по радио Тэхён проглотил кофе и направился в комнату, даже ни разу не запнувшись о Фридриха, что было действительно удивительно. Зайдя в комнату, он оглядел свой идеальный срач в поисках более-менее чистой одежды. Сегодня ему было на всё плевать. Всё хуета, пора отпустить себя. Так что это был нонсенс, когда Ким Тэхён впервые в жизни надел первые попавшиеся шмотки и совершенно забил на растрёпанные волосы. Обувшись в чёрные вансы и закинув сумку на плечо, Тэхён поплёлся в универ. Он шёл по улице, поставив на повтор Джи-Драгоновский «Crooked». Эта песня скользила по венам, разгоняла кровь и смешивалась с его собственными спутанными мыслями. Она идеально описывала его и эту штуку, которая называется настроение. Изолированный от внешнего мира двумя капельками наушников, он представлял себя героем клипа и плавно скользил по асфальту, размахивая руками и покачиваясь в такт биту, совершенно не заботясь о том, что о нём могут что-то там подумать. Какая нахуй разница? Сегодня он не будет накручивать себя. «Кого я здесь любил, собственно?», — подумал Тэхён, исподлобья глядя на спешащих по своим делам хмурых и не очень людей. Сегодня его мысли были как никогда свободны от всего лишнего. Всё, что превышало заранее установленный уровень безысходности, отбрасывалось, как ненужный мусор. Кажется, разговор с Юнги и Хосоком по-настоящему выбил из него всё дерьмо, что скопилось за это время. Спотыкаясь через шаг, он просто плёлся по ещё заснеженному асфальту, сфокусировав своё внимание на высоком голосе Джиёна, поющем для него, и природе окружающего города. Прохладный предвесенний воздух бережно ласкал растрёпанные светлые волосы, пушистые облака расступились, позволяя солнцу согревать холодные сердца, а снежинки кружились в завораживающем танце. Тэхён чувствовал полное единение с природой. Он просто плыл по течению реки под названием «В универ». Ещё чуть-чуть и Тэхён почувствовал бы себя кустом чего-нибудь, но вовремя ткнувший его в спину Чимин, вернул парня в реальность. Хреновенькую, конечно, но всё-таки реальность. — Ким Тэхён, ты торчишь мне уже семь шоколадок, — прокричал Пак, вбегая в здание первым. — Да хоть тридцать семь, поебать как-то, — отозвался парень, открывая входную дверь университета. Три пары пролетели так быстро, будто их совсем и не было, что не могло не удивлять. Совершенно скучные лекции сегодня казались очень даже сносными, ну или просто отличной возможностью изрисовать пару-тройку листов бумаги всевозможными рожами и надписями на английском, потому что типа модно и круто. Глупо улыбающаяся картофелина с ножками и козырная надпись «free like potatoes free», которую когда-то выдал Юнги — вот где зарыта собака современного искусства. Собрав все свои немногочисленные пожитки, Тэхён решил, что за все свои страдания он достоин чего-нибудь вкусного, поэтому направился в одну из кофеен, находящихся неподалёку от его работы. Организм требовал убийственную дозу кофеина, желательно с пироженкой. Горячий кофе приятно обжигал язык, медленно растекаясь теплом по организму, а приторно-сладкий вкус тирамису отправлял его мысли в отпуск, в Италию, например. Закончив праздник кофеинового наркомана, Тэхён даже не заметил, как быстро добрался до работы. Сегодня время на удивление стремительно летело вперёд. Стоило ему переступить порог, как Тэхён со всех сторон был облеплен детьми, которых родители привели чуть раньше, чем нужно. Заняв ребят временным делом, чтобы они не разгромили студию, Тэхён присел в кресло и достал телефон. Из-за беззвучного режима он пропустил одно сообщение от одной небезызвестной личности. От: Ватник Удачного дня, козлина! <3 Вечерком позвоню, хочу убедиться, что ты не сдох. P.S. Не дыши на детей своей безысходностью, а то она передаётся воздушно-капельным путём. А они у тебя непривитые! Ты же не хочешь, чтобы детишки карандашами себе харакири сделали? — Вот же придурок, — прыснул Тэхён, блокируя айфон и убирая его в карман. Посмотрев на время, парень резко поднялся с места, взял со стола журнал и пошёл на мины. Быстро отметив всех присутствующих, Тэхён попросил детей нарисовать свою семью и пообещал помочь, если они будут хорошо себя вести. Но, как говорится, «хорошо» — понятие растяжимое. Каждый из маленьких человечков дёргал Тэхён при любой возможности. Глаза не получаются, рука одна длиннее, волосы похожи на чачжанмён: все эти неприятности Тэхён был вынужден устранять, летая над детьми, как улыбающаяся трудолюбивая пчёлка с пачки любимых рисовых шариков. Время спешило вперёд, подгоняя минутные стрелки. Тэхён как раз закончил помогать последнему малышу и начал собирать разбросанные по всему столу карандаши. — Тэхён, ты? — послышался голос сзади. — Чимин, что ты здесь делаешь? — спросил Тэхён, удивлённо глядя в глаза счастливого обладателя семи плиток шоколада, правда пока в перспективе. — Я так-то за сестрой пришёл, мама сегодня задерживается, так что пришлось мне, — пожал плечами Пак, оглядываясь по сторонам. — Я и не знал, что у тебя сестра есть. — А ты и не спрашивал никогда. О, а вот и она, — Чимин жестом подозвал сестру. — Чимин-а, а мы с Тэхёном-оппой нарисовали такую картину красивую, смотри, — сказала миленькая девочка в красном платье, протягивая рисунок брату. На листе бумаги красовалось большое дерево, дом и четыре человечка: мама, папа, Есоль и ещё один с большими губами, подписанный как «братик Чимин». Смотря на этот шедевр современного искусства, Чимин ярко улыбался. Очаровательно. Тэхён впервые видел такую искреннюю улыбку со стороны парня, который определённо очень любил свою младшую сестру. — И правда, красиво, — Чимин поднял взгляд на одногруппника, — не зря же ты лучший в нашей группе. Глянь, какие губищи мне нарисовали, ух! Один в один прям. — Не смешно, — улыбнулся Ким, ему давно не было так легко общаться с Чимином. — Кстати, Тэхён, ты будешь участвовать в конкурсе? — как бы между словом спросил Пак, убирая рисунок в портфель сестры. — В каком ещё конкурсе? — Ты на парах спал, что ли? Профессор Квон все уши прожужжал про него. Проектирование здания для какой-то там типа известной компании. Побеждаешь в Корее и едешь такой защищаться в Сан-Диего. Правда он командный и все дела, так что если захочешь участвовать, тебе придётся взять себе какой-нибудь балласт. Я бы на тво… Дальше Ким уже не слушал Чимина. Это же был его шанс на миллион, чтобы встретиться с идиотом Чон Чонгуком и врезать хорошенько за игнор. В голове начал созревать план мести, но Чимин уже второй раз за день вернул мечтателя в реальность. — Земля вызывает Тэхёна, приём. Ты меня слушаешь вообще? — Пак помахал рукой перед тэхёновым лицом. — Проект парный говорю. — А, вот оно что? — Тэхён на секунду задумался. — Будешь моим партнёром? Чимин в изумлении изогнул бровь. Что за дела? Сам Ким «да пошёл ты, Чимин» Тэхён, предложил ему партнёрство. Мир сошёл с ума. — Пошли, пошли-и-и, пошли домо-о-ой, я к маме хочу, — начала нудить Пак Есоль, дёргая старшего за рукав куртки. — Блин, ладно. Обсудим всю хурму в универе. Ну, пока, — бросил напоследок Чимин, ведомый к выходу младшей сестрой. — Увидимся, — помахав рукой, Тэхён вернулся к оставшимся детям, которые устроили «краскопролитную» войну. «Это судьба», — подумал Тэхён, отмывая краску с лица очередного ребёнка. Когда у человека есть чётко поставленная цель, и он идёт к ней, время пролетает незаметно. Полностью сконцентрировавшись на достижении чего-либо, люди абстрагируются от всего лишнего, что может помешать или отвлечь. Так поступил и Ким Тэхён, полностью погрузившийся в работу с головой. Таким образом, последние два месяца пролетели в мгновение ока. За это время Тэхён неплохо сдружился с Чимином, который оказался не таким уж и шоколадозависимым мудаком, каким казался на первый взгляд. Теперь они много времени проводили у Тэхёна дома, прорабатывая каждую мельчайшую деталь, в перерывах посылая друг друга «на хуй», когда кому-то из них что-то категорически не нравилось. Два лучших студента своей группы с разными неповторимыми стилями. Без срачей тут не могло обойтись априори, но командная игра сближает. Чимин нежно называл Тэхёна «пробковый магнат», а тот в свою очередь вежливо отвечал ему «метр с кепкой». Вся комичность прозвищ была в том, что Чимин был значительно ниже Тэхёна и носил кепки, а Тэхён продолжал пить вино и собирать пробки, но уже не в таких исполинских масштабах. Но несмотря на многочисленные стычки, работа была закончена и успешно защищена перед комиссией. Выбранный для здания стиль Ар-деко пришёлся по вкусу членам жюри и получил много положительных отзывов. Поэтому в победе команда практически не сомневалась. Заткнув одно ухо наушником, а второе болтовнёй Чимина, Тэхён ожидал оглашения результатов в университетском зале, безвкусно украшенном разноцветными шарами. Атмосфера назревала гнетущая. Разноцветные пятна и галдящие сверстники ситуацию неприятно усложняли. Тэхён ненавидел скопления людей, и если бы не желание узнать, кто победил, он давно бы покинул это тошнотворное пространство. На сцену поднялся невысокий мужчина средних лет. Его речь была длинной и лишённой для Тэхёна какого-либо смысла. Если бы у него была возможность нажать на «rewind», но, к сожалению, в реальности такой кнопки не существует и пришлось слушать низкий монотонный голос. Тэхён практически задремал, когда услышал желанный результат. — Конкурсная работа Пак Чимина и Ким Тэхёна занимает первое место, похлопаем! Все звуки затихли, Тэхён поднимался на сцену с одной единственной мыслью: «Заебато».
