Аномалия

На самом деле Генка давно решался на отважный шаг по завоеванию крепости в лице Коленьки, но как-то так сложилось, что все его попытки рушились на корню. Хотя, понятное дело, что его длинный язык каждый раз подводил его, произнося не что-то важное, а совершенно глупое и порой обидное. Еще и эта ревность! Ну а что? С хера ли Витька все время стережет Коленьку, словно коршун? Вот и заводился Бойко, цепляя то одного, то другого коллегу. Да и сам Велиев та еще пронырливая задница! Столько лет общались, работали бок о бок, уже и характеры давно должны были выучить, а оказалось, что нет. Вон, приехали на отдых, и все пошло кувырком! Бойко чуть ли не танцевать был готов, когда уломал Велиева на близость, пускай и не самым честным путем. А теперь, после всего увиденного (не иначе мир сошел с ума), Генка отчего-то труханул, стараясь отогнать от себя мысли, что если кто кого и завалит, то почему-то его. Не, ну правда! С чего это Велиеву пришло в голову караулить его, да еще и команды отдавать таким голосом, от которого мурашки разбегались по всему телу, поднимая на затылке волосы и даже то, что подниматься должно в совершенно других обстоятельствах. В общем, Генка был в замешательстве. В планах было завалить Коленьку, оприходовать его аппетитную задницу и наплести с три короба, чтобы тот и думать забыл о других, предпочитая отныне только своего бравого коллегу. И вроде все без прецедентов: бери и трахай! Но чёт Велиев вел себя подозрительно и малек неадекватно. Это и напрягало, особенно сейчас, когда они наконец остались наедине, устроившись на полу с тарелками закуски и бутылкой хорошего красного вина. - Коленька, а где это ты винцо надыбал? Вроде только водку и коньяк брали. - В магазине, – Велиев откинулся спиной на кровать и подтянул поближе к себе тарелку с бутербродами. – А еще Леха пиво брал. - А я где был? – Генка взял бутылку, разлил по двум стаканам и тоже облокотился спиной о кресло, напротив друга. - Не знаю, где ты был и куда смотрел, но затарились мы, как на неделю, – хмыкнул Николай. – Давай, за отдых! - Угу, – Бойко скосил глаза и приметил странную улыбку на губах мужчины. – Ты мне чё, подмешал что-то? - А как же, прям всю банку афродизиака вбухал в бутылку! – заржал Велиев, пнув Генку по ноге. – Куда я должен был подсыпать? В закрытую бутылку или в стакан перед твоим носом? - Не, ну я чисто так, для проформы спросил… – смутился Бойко, чувствуя себя чуть ли не впервые неловко в компании Коленьки. – Ты, может думаешь, что я пошутил, но все серьезно… очень. - Да понял я уже, – Николай пожал плечами, отпил вина и молча принялся жевать очередной бутерброд. - И чё? - Через плечо! Николай поморщился и отряхнул руки, думая о том, как бы ему раскрутить Генку на серьезный разговор. Но это чеканье-штоканье так достало его, что надежда на нормальный вечер рассыпалась прямо на глазах. Поэтому и решил он перейти сразу к делу, чтобы, так сказать, не проворонить нужный момент потом. - Короче, я сверху! – выдал он, серьезно смотря на Бойко. - С хера ли это? – опешил мужчина. – Ты ж вообще до сегодняшнего дня ни сном, ни духом, а сейчас вдруг такое заявляешь. - А мне понравилось. Просто и со вкусом, да еще и такой комплект в твоем лице, – фыркнул Велиев, разливая по второму кругу. – И задница у тебя классная! - Бля, – растерялся Бойко, махнув полстакана за раз и поднимаясь на ноги. – Я курить пошел. - Сюда иди, – тихо, но твердо сказал Николай, приподнимаясь и усаживаясь на краю кровати. – На коленки ко мне! - А в морду? – Генка повернулся корпусом к мужчине и прожег того тяжелым взглядом. - Ну попробуй, может что и перепадет тебе… - Придурок ты, Коленька, – сдулся Бойко, опуская плечи и уходя на балкон. Нет бы обрадоваться, воспылать и трахнуться уже в конце-то концов! Но где ж там! Генка на полном серьезе хотел поговорить с Николаем, объясниться ему, отлюбить и захомутать в свое личное пользование. А тот по ходу так и не прекратил его стебать, видимо рассчитывая на эпичное зрелище, как Бойко начинает драть волосы на голове и божиться, что все эта была глупая шутка. Да и быть может он согласился бы на смену ролей, просто планировал-то все иначе. Ему хотелось медленно, с расстановкой и всеми там мимишностями, потому что Кольку он действительно любил. А тот, засранец такой непонятливый, путал ему все карты, сначала намекая, а теперь вот и прямо сказав о том, что сверху будет исключительно он. И вроде бы не покоробило это Генку, но отчего ожидал он совсем иного, поэтому и свинтил в очередной раз на перекур. Даже мысль проскочила, а может ну его? Хрен с ней, с этой любовью, мужик он или где? Да как-то не привык он концы отпускать и забирать свои слова назад. Вот и стоял, курил и решал, как же поступить ему этой ночью. А Велиев прикусил язык, глядя на напряженную спину друга. Понял уже, что в своих ответах давно переплюнул того же Бойко, цепляя за живое и создавая о себе неверное впечатление. Ну, не был он таким козлом, да и сам уже за этот вечер раз десять представил себя в одной постели с Генкой. Поэтому надо было что-то решать, срочно и в новом порядке. Футболка полетела на кресло, за ней и штаны с носками, а боксеры остались на месте, ну так, в целях самосохранения. И вовремя, Бойко как раз докурил, повернулся и зашел обратно в комнату, охренев уже в который раз за этот странный вечер. - Я, конечно, все понимаю, но я не готов! – выдал Генка, пятясь назад. – Нет, я как бы согласен, но дай мне хотя бы с мыслью смириться, что все наоборот будет! - Да нормально все будет, – выдохнул Николай, ложась на бок и подзывая к себе друга. – Раздевайся и шуруй сюда. - Нормально – это как? – спросил Бойко, медленно раздеваясь догола. - Это со сменами ролей, – отвел взгляд Велиев, добавив: – И хрен с тобой, будешь первый. Кто там говорил, что Коленька засранец? Брехня! Он еще тот антилоп! Генка хмыкнул и выудил из джинсов смазку, уместив ее на краю постели. А сам опустился на кровать и вытянулся рядом с мужчиной, касаясь пальцами его щеки. Ну и видимо решило винцо ударить в голову напоследок, потому что потянулись они друг к другу одновременно. Бойко целовал с напором, просто так сильно хотел, что аж зубы сводило. А Николай наоборот, стал неожиданно покладистым, принимая все ласки и касания без напряжения и чего-то лишнего. Просто целовались, пока Генка не завел руку назад и не нащупал тюбик смазки. - Если что, я тебе потом пальцы сломаю! – предупредил Велиев, переворачиваясь на живот. - Если что, я потом сам тебе пальцы сломаю, – хмыкнул Генка, подтягивая бедра Николая вверх, стягивая с них боксеры. – Крепись, мой дорогой друг, тебе предстоит испытать феерическое удовольствие! - Да заткнись ты, Генка, – не зло произнес Велиев, обнимая подушку руками. – Нежнее там. - Угу, – Бойко уже и не слышал, с энтузиазмом приступив к подготовке особо важного места. Пальцы мягко толкались внутрь, растягивали горячие стенки и искали заветную точку в целях снятия напряжения. То, что удалось, Бойко понял по первому тихому стону, который Коленька заглушил подушкой. Ну а дальше по накатанной да так, что в азарт вошли оба! Ну а что? Хорошо и ладно, а каким путем, так и не особо важно. Зато потом Генка узнал о себе много нового, потому что проникал он медленно, смакуя долгожданные моменты, в то время как сам Велиев чуть ли не белугой хотел заорать, но мужественно терпел в надежде на то, что скоро станет легче. И легче стало, сразу после того, как Бойко нашел нужный угол и принялся таранить любимый зад. Смазки он не пожалел, ливанул от души, что все текло по бедрам вниз, но ни он сам, ни Велиев того не замечали, самозабвенно отдаваясь процессу. Ну а после смены дислокаций, когда Бойко навис над мужчиной, опираясь руками по обе стороны от его головы, дело пошло еще активней, потому что Коленька (вот реально антилоп), оказался скрытым мазохистом, принимая в себя член Генки с видимым удовольствием. Только вот не дал он завершить начатое, бесцеремонно спихнув с себя тушку друга и заваливая уже его на спину, решив ускорить смену ролей. Бойко растерялся, член вообще почувствовал себя в прострации (чисто Генкины впечатления), а затем и вовсе подвис, когда Николай заставил его раздвинуть ноги еще шире. Благо смазки хватило и на второго, а то было бы счастье одному и геморрой другому! Велиев тянуть резину не любил, поэтому с азартом повторил все тоже самое, что и ранее произошло с ним. Генка морщился, пару раз пытался двинуть, и в конец распсиховался, когда понял, что Коленька не только мазохист, но еще и долбаный садист, раз так долго тренирует свои пальцы. Правда, желание более активного отдыха пересилило, и Велиев наконец занялся делом, подхватывая Бойко под коленями и наконец проникая в его относительно расслабленный вход. - Генка, ну не будь ты бабой! – после чего ощутимо хлопнул того по бедру. - Ну знаешь, это у тебя все как по маслу… - Ну да, а у тебя по смазке, – хохотнул Велиев, толкаясь еще глубже. – Ну, поехали! И поехали, с хрипами, стонами и крепкими матами, потому что хорошо было обоим, а привычка позубоскалить никуда не делась. В общем, вечер удался. Утро было еще круче… *** Птички разом заглохли, комары бесследно испарились и, по всей видимости, из-за того, что этой ночью их покой был нарушен компанией возбужденных мужиков. Солнце едва проглядывалось среди густых облаков, ветер не сильно затрагивал верхушки деревьев, а семеро альфа-самцов напряженно переглядывались между собой, находясь в беседке. Ну вот по рожам было видно, что каждый трахался, а учитывая отсутствие женского пола, было не трудно догадаться, что и как произошло. Михаил без стеснения обнимал Денисова за плечи, мол, все мое, будет теперь только так, а Леха прятался за стаканом с пивом, периодически из него отхлебывая. Свят оказался сидящим на подушке с накинутой на плечи ветровкой Маршина, принимая всю заботу из рук Виктора, который, как и Санек, зажимал парня с другой стороны. Один только Генка преспокойно лопал салатик из общей миски, хотя ни для кого не осталось незамеченным, что рука Велиева покоится на его бедре. Оценив масштаб катастрофы, а иначе это было не назвать, Михаил прокашлялся и произнес: - Мне тут полчаса назад Савченко звонил. Сказал, что нам можно отдохнуть здесь до среды. Будем оставаться или вернемся раньше, как и планировали? Мужики переглянулись, мысленно оценили набранные запасы шмоток и продуктов, почесали бороды-затылки-яйца (ну это у кого действительно чесалось) и неожиданно согласились на продление отдыха, умалчивая о настоящих причинах. Михаил все понял, тяжело вздохнул и потянулся за бутылкой водки. - Аномалия, бля. Кажется согласны были все, но зато после первой стало легче. Цува забабахал шашлыков, Маршин наколол дрова на вечер к баньке, а остальные шустро расправлялись с остальным, наконец почувствовав настоящий отдых на природе. Хотя нет, те, у кого болели задницы, прочувствовали отдых только на следующий день. Так что оставшиеся дни прошли на ура и возвращались мужики с отдыха сытые и довольные жизнью.