LOST Other 6 Season

      Я вижу свет.       Яркий белый cвет озарил все пространство и заполонил полностью все мое естество. Он был повсюду - вверху, внизу, проникая в разные стороны, будучи и твердым, и мягким. Он просто заменял собой окружающую Вселенную. Словно и мир, и космос исчезли, оставив после себя эту материю.       Едва почувствовав силы, я попытался встать, и у меня не без труда получилось. Пошатнувшись, я незамедлительно, не давая себе времени привыкнуть, предпринял попытку ходьбы. Странное ощущение наполнило все тело, словно эти шаги были первыми, робкими, неумелыми. Тело было каким-то... невесомым, словно я был в стратосфере - совсем не мое.       Постепенно, раскачавшись, я научился овладевать и этим телом. Желтая пелена света, проистекающего и под подошвами моих босых ног, прерывалась, меняя цвет на белый, по мере моего продвижения. Плотной массой света был пропитан и воздух, что позволяло этот самый свет почувствовать на ощупь. В конце концов, когда я прошагал достаточно, чтобы тело смогло налиться плотью и кровью, я остановился. Ходить становилось все невыносимее - я наливался тяжестью на глазах - но и все более и более привычнее.       Наконец, голова стала работать должным образом. Я начал вспоминать.       Вспомнил, как повелся на разговоры Джулиет несколько минут назад. Вспомнил, как видел Сойера и Кейт, вспомнил, как Джулиет ловко одурачила, воспользовавшись моим моральным состоянием. Наверное, ее поползновения были бы очевидны и для простака - но не для мужчины с разбитым сердцем.       А теперь этот мужчина - горе-защитник острова; по-настоящему нашедший здесь свое пристанище, оказалось, что я для острова не подхожу; мало того, возможно, именно я теперь (попутно подвергнув угрозе и себя) подверг этот самый остров опасности, а за ним, вполне возможно, и весь наш презренный мир.       Вполне возможно, дымок найдет способ себя обезопасить, разобравшись со станцией - ведь я так и не запустил "желтый", смертоносный генератор. Геокупол, получается не продолжит свою работу. А Человек в черном все-таки выберется с острова, повергнув и весь наш бренный мир во тьму.       Я пощупал голову, но, как ни странно, никакой боли от удара не было.       Я умер?       Нет, я не мог этого признать!       Но там, где я оказался, было слишком уютно и светло. С чем это сопоставить?С утоленной жаждой? С половым вожделением? Или с приятной расслабленностью в конечностях? А может, со всем одновременно? Не было и намека на головную боль, сопутствующую потере сознания. Тут так хорошо и светло. Где я могу быть? Это рай? Значит, все-таки это мне... по заслугам?       Решив, что тело находится под моим контролем и, в случае чего, я сумею встать, решил перестать стоять и повалился - но совсем не чувствуя телесной отдачи. Видать, свет был еще и мягким, обладая свойством перины.       Когда я походил и прилег, мысль заработала еще интенсивнее.       Воображение опять подсовывало образы. Катастрофа на пляже. Гроб в пещерах. Водопад. Механизм. Кейт. Образы эти вели свой безумный хоровод.       Наконец мне стало ясно, что где бы я сейчас ни находился - я не один. Я не один.. Чья-то фигура стояла там, вдалеке, посреди этого света. Увидев человека, я незамедлительно устремился к нему - но подлые ноги, которые, по ощущениям, даже восстановились, теперь были напрочь лишены возможности двигаться, словно будучи одетыми в кованые металлические доспехи. У меня уже не выходило достичь цели - приблизиться к силуэту.       Оставалось только ползти; и то получалось с трудом - ввиду продолжающегося наливания всего тела тяжестью.       Не сдаваясь, я повторял свои попытки снова и снова, преодолевал сопротивление и почти не продвигался, настаивал на своем - и тем терпел крах. Но вскоре я увидел перед собой то, что заставило волей-неволей перестать сопротивляться.       Передо моими глазами предстала босая ступня. Человек сам подошел ко мне.       Попытавшись приподняться, я потерпел крах. Теперь организм мой был совсем непослушным. Наконец, почувствовалось, что меня поднимают и помещают в сидячее положение. Стало страшно. Может это был сам всемогущий Господь? И если это был и впрямь бог - мне оставалось только надеяться на принятие сурового решения.       Возможно, силам небесным предписано отправить меня в ад напрямую - и даже вне очереди.       Возможно, я сейчас увижу очередного страшного злодея.       Сопротивляясь, я невольно зажмурился, чувствуя, что веки еще меня слушаются - и стремился растянуть мгновение как можно дольше.       Странное дело - чувствовать, что ты беспомощен - но при этом как-то ты дышишь. Страх подступал - но проникнуться я им не успел. Глаза перестали слушаться меня, и они разожмурились. И то, что он увидел, внушило еще больше страха, чем я думал.       Передо мной располагался Кристиан. В строгом костюме, нарядно одетый - за исключением тех самых необутых ступней. Но ничто в облике отца не говорило о его смерти. И сиянием лучился, судя по всему, как раз мой покойный родитель.       Он так и смотрел на меня - точно живой.       Я вспомнил все мои прежние видения отца - как на острове, где его личину присвоил предприимчивый мерзавец - так и намного позже - в неподходящий момент, на материке. Похоже, это - действительно был он.       - Привет, ребенок.       Я видел его выразительный взгляд с укоризной, длинный тонкий нос - лицо было не мертво, оно интриговало потаенными эмоциями - но я не мог и пошевелиться, как и не мог и издать и звука.       Но едва я почувствовал, что силы у меня откуда-то взялись - без промедления мои веки наполнились слезами, а тело приняло покаянную позу.       Бросившись в ноги, я зарыдал, продолжив продуцировать слезы, начавшиеся в мгновенье.       - Прости меня. Прости, отец. Прости,что погубил тебя, - тело сотрясалось судорогой.       - Ничего, это ничего...       Но рыдания становились все сильнее - и шли словно бы толчками.       Наконец, старик поднял кверху мою голову, и, придерживая подбородок, принялся смотреть глаза в глаза. А я был слишком безволен сейчас, чтобы сопротивляться.       - Ответь на один вопрос. Ты - настоящий?       Долго он смотрел на меня молча. После чего ответил:       - Хотелось бы верить.       - Значит, это тебя я видел на материке? - принялся я сыпать наводящими вопросами. Ответа, как я и ожидал, не последовало. Зато последовал энергичный кивок.       - Но как такое возможно, если у тебя нет дара видеть мертвецов?       - Ты видишь то, что хочешь видеть. Что хочет видеть твоя душа в тот момент.       При упоминании о собственной душе я, наконец, обратился к своему теперешнему положению.       - Я не умер?       - Расстояние от нашей жизни до нашей гибели являет собой так мало...       - Я не умер? - повторил я настойчиво, и Кристиан руку от моего лица убрал.       - Ты находишься в опасной близости от смерти. Но остров спасает тебя.       - Тогда как же я могу говорить сейчас с тобой?       - Скажем так : это происходит в твоей голове. Для нас с тобой - это долго. Весь наш разговор для целого мира длится лишь мгновение, - видя, что я недопонимаю, отец принял более серьезный вид. - И в доказательство того, что я - настоящий... позволю себе упрек. Ты задашь правильный вопрос?       - Ты прощаешь меня? - спросил я своего родителя напрямую.       Кристиан, мой отец и бывший коллега, ответил уклончиво:       -Всех нас поджидает искупление: кого-то раньше, кого-то - многим позже. А теперь тебе лучше успокоиться. Ты скоро уйдешь от меня, вернувшись в мир живых, где тебе придется разгребать свои собственные ошибки.       - Теперь ты будешь говорить, что я не справился, да? Я уже не справился, - заканчивал, кивая, я уже не вопросительно, а утвердительно.       - Я скажу, что ты нелепо остановился на полдороги.       Он тут же продолжил:       - Но слушай - нам придется обсудить кое-что очень важное. Так что возьми себя в руки, сын, - Кристиан тряхнул меня за плечи, в то время, как я шмыгнул носом. – Поэтому, приди в себя, соберись и попытайся слушать меня очень внимательно.       - Я спасаю и спасаю, но ничего не меняется. И вот-вот я буду бесславно убит. Хотя ты утверждаешь, что это не так - я склонен полагать это утешением, отец.       - Нет, Джек. Это - не утешение.       - Разве?       - Кому-то можно довольствоваться ложным утешением. Но не тебе.       - Знаю, теперь ты опять скажешь, что приняв должность защитника острова, я взял на себя слишком много.       Кристиан помолчал.       - Много? - пожевав губами, протянул он. - Что ты подразумеваешь под "много"? Может, ты и взял на себя работу, сообразную тому, чем ты обладаешь. Что находится внутри тебя. Ты - идеалист, и хочешь, чтобы добро побеждало зло, не понимая, что это - вечная борьба. Но именно поэтому ты и стал тем, кем стал и продолжаешь становиться. И я помогу тебе.       Сарказм в голосе мне было сложно унять - он получился без моего желания. Клянусь, я не хотел припоминать прошлое. Но фраза вышла с досадой.       - Сейчас ты будешь помогать мне в том, где я взвалил на себя слишком много. Я не справился. Я... кое-что сделал. Окружаю дым, делаю для него препятствие, но... - принялся я было растолковывать тонкости работы с "красным" и "желтым" генераторами, но сбился, почувствовав себя глупо. И еще резонно посчитав, что отец и сам все знает.       Кристиан сидел на корточках очень уверенно.       - Ну, - отвел он руку в сторону, - мне не придется утверждать, что ты не веришь в себя.       - Признайся - ты же считаешь, что я взял на себя слишком много?       - Для твоего идеализма - слишком много. А чтобы помочь тебе победить в твоем сражении - в самый раз. Сейчас ты поймешь.       - Вот как?       В ответ Кристиан протянул вперед свои руки, сжатые в кулак.       - Есть выбор, который ты можешь сделать прямо сейчас. Один путь - умереть и остаться здесь, упиваясь участью преданного, - старик открыл вытянутую ладонь, демонстрируя пустоту. - А другой путь, - он проделал то же самое с другой своей десницей, - заключается в том, что ты разыщешь колодец.       - Колодец? - верить в произносимое из уст респектабельного мужчины было очень странно.       - Некогда один человек, из древних, нашел сильный источник энергии в недрах острова, - мой отец напоминал мне экскурсовода. - Руководимый желанием спасти сына, он выяснил место, в котором нужно строить Механизм для защиты острова- тот самый, который ты поклялся защищать - но даже он не догадывался, что место находится здесь не случайно. Потому что неподалеку оттуда, среди деревьев, присутствует колодец. Колодец, Джек, который нужен для посвящения Хранителя.       - Той самой птицы? - слушая добросовестно, я переспросил не из вежливости - просто не уяснил все сразу.       По счастью, Кристиан и не дал ответа, сглаживая неловкость момента.       - А потом, - он, как ни в чем не бывало, продолжил, - для этого человека, как и для всей его семьи, все закончилось очень плачевно. Но... - рассказчик тяжело вздохнул. - Так бывает, когда ты избираешь отчаянную жертву, с далеко идущими последствиями. И вскоре этот мужчина жестоко поплатился.       - Как же? - поинтересовался я, завороженный рассказом.       - Своим собственным рассудком, - дополнил подробности отец.       - И что было потом?       - Так он и жил, лишившийся и тени прежнего себя безумец, пока однажды не стал Хранителем - спустя годы. Обрекши себя на долгую-долгую жизнь. И спустя много лет его подстерегла гибель , которую застали уже вы - и из-за которой на острове происходит то, что происходит, - отец помолчал. - Понимаешь?       Впечатленный историей, я вроде бы все понял - и не проникся сочувствием - ведь горе эгоистично и помнит только себя. Знакомые мне люди были мне гораздо ближе.       - Да, я понимаю, Кристиан. - собравшись, я взял себя в руки, уже готовясь задать вопрос. - Что мне делать дальше? - спросил я, неожиданно для себя выразив в голосе всю свою муку - словно подразумевая вопрос в более широком смысле - что делать и как жить дальше в мире, полном врагов.       - Будь верен себе, - слегка удивленно прозвучал ответ, и это меня подбодрило. Однако, ответ на вопрос продолжаться не спешил.       Видя молчание отца, я воспринял это как посыл высказать предположение.       - Да, я говорил про борьбу с дымом. Про взятие его в барьер. Но я понятия не имею, как преодолеть свой собственный барьер, - подразумевал я и то, что представления не имею, как управляться с электромагнетизмом, позволяющим запустить "желтый", и фатальный, "генератор".       Седыми волосами беззаботно тряхнул мой собеседник.       - Послушай. Ты говоришь о барьере. Если он есть - так нельзя ли обойти барьер? Подумай - кто способен это сделать? Вернее, не так - кому это по силам? - ответил Кристиан загадками.       Переспрашивать я не осмелился, помня, что все ответы должен получать сам.       Лишь теперь, при упоминании о науке, я решил обратиться к тому, что наблюдаю вокруг себя.       - Что это... за свет? - протянув руку, я потрогал его, точно хлопья. - Как ты вообще оказался у меня в голове?       Кристиан долго смотрел на меня в безмолвии, плотно сжав губы, пока, наконец, не разразился речью не по теме.       - Расстановка приоритетов. Вот что ты всегда в жизни умел помнить. В конце концов - тому, кто спасает людей, это и должно быть знакомо, - начал он издали. - То, как я оказался здесь - не столь важно, признаться; главное - то, что я рядом, - Кристиан заметно погрустнел. - И кажется, скоро я снова останусь один. Но я верю в тебя. Верю в то, что ты сможешь. В конце концов - ты найдешь свой путь. Всегда находил.       Изображение стало плыть.       - И еще.       -Не выдержав, я попытался найти ускользающий взгляд.       - Она поможет.       Начала чувствоваться боль.       - А теперь ступай. Иди и исправь то, что натворил.       А эти, последние, слова едва достигали моей слышимости.       Телесные ощущения вернулись, включающие как боль, так и колючесть от пробившейся в одежду древесной трухи. Светило яркое солнце.       Острая боль пронзила мой затылок. Открыв глаза, я незамедлительно, инстинктивно, схватился за голову обеими кистями. Кровь уже перестала идти, но, возможно, в рану могла попасть зараза. Но разве сейчас до таких мелочей! Не до дезинфекции, когда каждую минуту, тебя, как и остров, подстерегает смерть. Медленно поднял я взгляд и увидел Джулиет с наведенной на меня винтовкой - но со взглядом не таким, что был - а совсем потерянным.       Завидев, что я пришел в себя, винтовку блондинка убрала.       - Джек! Очнись. Как голова? Джек, слушай меня!       - Кейт!? Сойер!? - спросил я, едва ко мне вернулась способность соображать. - Где они... присев на землю, я встал сразу же - и мощно, так что голова закружилась и я сел обратно. - Ты солгала мне? Ты вернулась в свой рассудок, да?       - Прости за ложь, но то, что ты видел - все еще не иллюзия, - наклонившаяся ко мне и затем нахмурившаяся, Джулиет выглядела очень обеспокоенной. - И они по-прежнему близко. Эссау и остальные преследуют тебя. Ты все еще можешь закончить то, что начал. Не смею спрашивать, в чем твой план... Но я надеюсь, ты знаешь, что делать?       Я лишь многозначительно развел руками.       - Да, теперь да. Просто не считаю нужным распространяться.       Пауза повисла, неловкая.       - Сама понимаешь...       Похлопывает меня по плечу. Я было испугался, что Джулиет опять взялась за старое - но, кажется, эта часть была позади.       - Просто следуй своему плану. Но если ты хочешь знать, где найти Эссау, отправляйся во дворец.       - Куда? - вытаращив глаза, спросил я громче нужного.       - Дворец - в котором Эссау живет. Если где-то и присутствует его база, то она точно в этом самом дворце. Это место в восьми милях к северу, прямо за стеной. Но будь готов. Он охраняется.       - Откуда мне знать, что ты не заманиваешь меня в очередную ловушку?       Джулиет снова наклонилась ко мне и заговорила мягко-мягко.       - Ты должен будешь туда пойти, Джек, - продолжила она не без намека. Клер, она ведь тоже там.       Информацию требовалось осмыслить. А с хитростями, похоже, было покончено.       - Ты все еще можешь пойти со мной, - продолжил я спустя паузу.       Джулиет, поднявшись, подала мне руку, еще раз пустившись в извинения.       - Я прошу прощения, что пошла против тебя. Но сейчас я - в своем сознании. Из которого могу выйти в любую секунду. И это - не впервой. Ты должен поторопиться, чтобы прекратить все происходящее. Я еще надеюсь вернуть рассудок Джеймсу...       - Так они ... сами по себе..., - хоть это известие меня огорчило, но я понимал, что для выздоровления эти слова были необходимой горькой пилюлей. Но чувство злости на Джеймса и Кейт я в себе зафиксировал.       - Но если ты победишь - это станет возможным.       От сарказма я не удержался.       - Значит, едва сознание их стало изменившимся, они бросили нас. Почему ты это делаешь?       На секунду закрытые глаза. И досада в голосе - на неуместный и несвоевременный вопрос.       - Потому что злодей должен быть побежден. Теперь спеши!       Отворачивался я тоже, плохо скрывая досаду.       - Джек, - резким вскрик раздался позади меня, едва я набрал удачный разбег.       - Удачи.       Пожелание было актуальным.

LOST