Оборотень. Часть третья. Сезон охоты

В квартире за поздним часом было тихо, и Стас старался не шуметь, чтобы никого не разбудить. Но звук упавших на пол ключей прогремел подобно грому, заставив полковника выругаться. Наклонившись за связкой и подняв ее с пола, Карпов не торопился выпрямляться. Его взгляд лишь скользнул по босым ступням, по фигуре, скрытой под белой шелковой сорочкой, и остановился на заспанном лице. - Разбудил? – шепотом спросил Карпов, наконец, выпрямившись. - Угу, - сонно пробормотала Настя, стоящая на пороге спальни. – Ты есть будешь? - Какой «есть»? - усмехнулся Стас и, подойдя к девушке, приобнял за плечи, уводя в комнату. – Два часа ночи. - А чего ты так долго? – сквозь зевоту, спросила Свиридова, беря пиджак полковника и развешивая его на спинке стула. – Опять район кошмарили? - Упырей ловили, - усмехнулся Стас, снимая рубашку. – Алиева с парнями еще двух по вашим висякам нашли. Так что, завтра работы вам прибавится, - и он, раздевшись, быстро нырнул в кровать. - Твоя Алиева – монстр какой-то, - сказала Настя, осторожно складывая брюки мужчины на стул. – Скоро вообще работы не будет. Она всех пересажает. И откуда она такая взялась? – Свиридова забралась под одеяло и, придвинувшись к Стасу, легла на его плечо. - Тебя что-то смущает? – спросил Карпов, повернув голову к девушке. - Да нет, - дернула плечами та, перекинув свою руку через грудь Стаса и сильнее прижавшись к нему. – Просто историю одну вспомнила. Я когда в Управлении работала. Ну, ты знаешь, что у нас в каждом ОВД свои были. - И? - В общем, был приказ: очистить один район от сбытчиков. Опера районные задачу выполнили. А все для того, чтобы наркоту там толкали нужные люди. Я только в тюрьме поняла, что район для Зверева очищали. - К чему ты клонишь? – нахмурился Стас. - Просто это странно. Ты извини, но даже ты так никогда не работал. - Понятно, - снова усмехнулся Карпов. – Можешь не беспокоиться. Я ее биографию вдоль и поперек изучил. Она не идеальная, но ничего за ней не числится. Поэтому будь спокойна. Алиева просто живет своей работой. - Ладно. Тебе виднее, - вздохнула Свиридова. На его лице неожиданно появилась улыбка, и Стас, вытянув руку из-под девушки, приподнялся на локте, внимательно взглянув ей в лицо. - Ты ревнуешь что ли? - Я просто тебя люблю, - улыбнулась Настя, тоже приподнявшись на кровати. - Но ты прав, у меня действительно начинает развиваться паранойя. Мне Измайлова уже посоветовала к психотерапевту обратиться. А я их последние годы что-то так не люблю. - Машка спит? - Конечно, спит. Два часа ночи, - удивленно взглянула на него Настя, но заметив странный взгляд полковника, девушка закусила нижнюю губу. – Стас, у меня завтра совещание в Управлении, - напомнила она, чувствуя, как руки мужчины пробираются под сорочку. – Но думаю, что товарищ генерал может и подождать. Стас лишь оскалился, и через секунду комната погрузилась в темноту. *** Говоря, что генерал может подождать, Настя никак не думала, что ее слова могут материализоваться. Поэтому, замерев перед кабинетом и, поправив форму, девушка постучала и, открыв дверь, прошла внутрь. - Прошу прощения, - извиняясь, произнесла Свиридова и под недовольные взгляды сотрудников, сидящих за овальным столом, начала пробираться на свободное место. – Привет, - тихо поздоровалась она с Зиминой и Измайловой, одарившими ее вопросительными взглядами. - Почему опаздываешь? – тут же спросила Ирина. – Случилось что-то? Но ответить Настя ничего не успела, поскольку по кабинету прокатился бас генерала. - Вы и на работу так же опаздываете, товарищ майор? - Извините, - произнесла Свиридова и раскрыла папку с документами, готовясь делать доклад о проделанной работе, поскольку генерал уже не обращал на опоздавшую никакого внимания, указывая на графики, высвечивающиеся на интерактивной доске. Уже выйдя с совещания, которое длилось около трех часов, Ирина неожиданно вспомнила, что ее вопрос остался без ответа, и поспешила повторить его. - Ты чего опоздала-то? - Автобус сломался. Пока до метро доковыляла пешком, потом от метро сюда. - А Стас? – вскинула брови Зимина. - Стас с раннего утра на задержании. - А машина? – вступила в разговор Измайлова. - Твою же по страховке восстановили. - Во-первых, это машина не моя, а бывшего мужа, - начала Свиридова останавливаясь на парковке между машинами майора и полковницы. - Во-вторых, мне не хочется никому объяснять, откуда у простого районного начальника следствия автомобиль, стоимостью больше двух миллионов. А, в-третьих, у меня нога болит. - Болит? – с намеком посмотрела на нее Измайлова. - Да. - Нога? - Да, - кивнула Настя, но заметив взгляд майора, вздохнула. – Лен, ну че ты пристала? Ладно. Я боюсь садиться за руль. Такой ответ устроит? - Вполне, - удовлетворенно кивнула Измайлова и, кивнул на свою машину, спросила: - Едешь? - Нет уж, - усмехнулась Свиридова. – Я лучше с Ириной Сергеевной, а то ты мне по дороге весь мозг вынесешь моими фобиями и паранойями. Так что, до встречи в отдел. И Настя махнула рукой, быстро садясь на пассажирское сидение автомобиля Зиминой. Ирина же садиться за руль не спешила. Взглянув на Измайлову через крышу своей машины, она сделала «страшные» глаза и постучала указательным пальцем по своему лбу, тем самым говоря Лене, что нужно стараться держать язык за зубами. А Лена на этот жест лишь развела руками. - Я все вижу, - подала голос из машины Свиридова, заметив, как Измайлова улыбнулась, садясь за руль. И вскоре обе машины отъехали от здания Управления. *** Его взгляд безотрывно следил за подъездом многоэтажного дома, чтобы не пропустить того, кого еще два месяца назад он видел на ориентировке, переданной в следствие. В ладони была зажата рация, по которой он изредка переговаривался со своими парнями, чтобы удостовериться в контролируемости ситуации. А все его тело было зажато в стальной комок, что не укрылось от зоркого глаза Нади, сидящей за рулем. - Ты какой-то напряженный, - повернулась Алиева к Стасу. – Не пробовал отдыхать? - Пробовал, - кивнул тот, не сводя взгляда с подъезда. – Плохо получается. Работы море. - Я уже тоже давно нормально не отдыхала, - вздохнула Надя, откидываясь на спинку сидения. – Может, посидим где-нибудь вечером? Расслабимся. Почувствуем себя нормальными людьми. Его взгляд тут же оторвался от цели и быстро перешел на женщину, сидящую рядом. Повернувшись вполоборота, Стас пристально уставился на Алиеву и, изучив ее непоколебимое выражение лица, сказал: - Как женщина, Алиева, ты меня мало интересуешь. - Но все-таки интересую, - усмехнулась та, повернув к нему лицо. - Не настолько, чтобы лезть к тебе в штаны. Она усмехнулась, подалась чуть вперед, наваливаясь на руль, а затем снова повернула голову к Карпову и, помолчав с пару секунд, спросила: - Ты вправду любишь эту следачку? А то мне говорили, что Стас Карпов не любит никого кроме денег? Врут? - Запомни, Надежда, - исподлобья глянул на нее Стас. - Я за эту, как ты выразилась, следачку, молча убивать буду. Поэтому, не лезь не в свое дело, майор, не порть наши с тобой замечательные отношения. - Поняла, - кивнула та, растягивая губы в ухмылке. - Вопросов больше нет. - Я надеюсь, - кивнул ей в ответ Стас и снова уставился на подъезд, двери которого начали медленно открываться, заставив полковника замереть в ожидании. *** В кабинете, в который редко попадало солнце, было довольно мрачно, а стены и вся его обстановка излучали какой-то холод. Но сейчас на лице хозяина этого логова не было зверского оскала или пронизывающего взгляда. Его глаза лишь поблескивали, а губы были растянуты в ухмылке. И он уже несколько минут продолжал сидеть в таком виде, глядя на девушку, сидящую перед ним на его рабочем столе. - А Туманов где? – продолжала начатый разговор Свиридова. - Отгул взял. Дела у него какие-то, - продолжая рассматривать девушку, проговорил Стас. - Дела? – усмехнулась Настя. – Я смотрю, он еще тебя может переплюнуть. - Хороший парень, - согласился Стас. – Исполнительный и жесткий. - Жесткий? – вскинула брови Настя. – Мне он таким не показался. Хотя, может у него тоже раздвоение личности, как и у вас, товарищ полковник. - А я смотрю, у кого-то комплексы прошли? – с намеком сказал Стас, вспоминая, что забыл оценить фигуру девушки, впервые за год обтянутую юбкой. - Вчерашняя ночная процедура полностью излечила меня, - лукаво улыбнулась Свиридова, но потом добавила: - А если серьезно. Зимина после совещания в госпиталь завезла. Врач сказал, что сустав ведет себя более чем замечательно и потребности в фиксаторе уже нет. Поэтому теперь я буду ходить так всегда. - У моего кабинета пореже ходи, - оскалился Стас. – А то работа уголовного розыска встанет. - Для этого, у тебя есть Алиева, - улыбнулась Настя, чувствуя, как руки полковника медленно пробираются под юбку. – Что, прямо здесь? - шепотом спросила она. - В первый раз что ли? – ухмыльнулся Карпов. И только он поднялся из кресла, желая оказаться ближе к девушке, как входная дверь распахнулась без стука и в кабинет, без зазрения совести, влетела Измайлова. - Ты дверью не ошиблась, майор? – гаркнул Карпов, выглянув из-за девушки. - Простите, товарищ полковник, - едва сдерживая улыбку, проговорила начальник дознание, - но я не к вам, а начальнику следствия. - Чего, Лен? – слезая со стола, спросила Свиридова, поправляя форму. - Товарищ майор, у вас там бунт на корабле, - развела руками Лена. - Господи, что там опять? – сказала себе под нос Настя. – Ладно, я пойду, - она слегка дотронулась ладонью до груди полковника и, сказав: - Будет время, загляну еще, - вышла из кабинета. – Что там происходит? – поинтересовалась Свиридова, быстро идя по коридору, по которому разносились приглушенные крики. - Не знаю, - пожала плечами Лена. – Я сама только в отдел пришла, а у тебя там… Но договорить она не успела. Дверь кабинета следователей распахнулась и оттуда, словно ошпаренная, вылетела Минаева. - Вика, что там у вас? – поинтересовалась Настя. Но девушка промолчала, лишь вскинув на начальницу полные слез глаза. - Вика, что случилось? – нахмурилась Свиридова так и не получив ответа, поскольку Вика, мотнув головой, быстро кинулась на улицу. – Минаева?! - Я же говорю, бунт! – улыбнулась Измайлова и, пожав плечами, направилась в сторону своего кабинета. Немного постояв в коридоре, Настя вздохнула, даже не представляя, что происходит, и, открыв дверь, прошла в кабинет. У самого порога с недовольным лицом Щукин, за своим столом с обреченным видом сидел Жигаев, а на стуле, около стола Минаевой, в деловом костюме и начищенных ботинках, вертя в руках дорогой телефон, сидел черноволосый мужчина, лет тридцати пяти, который не переставал сыпать претензиями, глядя на Толю. - Что тут у вас? – слегка наклонившись к Щукину, шепотом спросила Настя. - Да гражданин нервный попался, Анастасия Андреевна, - так же тихо отозвался Костя, не переводя взгляда с посетителя. Выдохнув воздух, скопившийся в легких, Свиридова откашлялась, принимая начальственный вид, и поинтересовалась: - Так, в чем дело? На ее голос мужчина тут же обернулся и, смерив девушку в форме недовольным взглядом, сказал: - Мне следователь нужен! Нормальный, а не эти… - неопределенно махнул он рукой. - Анастасия Андреевна, - с намеком прошептал Щукин и мотнул головой, тем самым говоря, что посетитель весьма проблемный. - Понятно, - тихо отозвалась та и добавила, уже обычным тоном: – Анатолий, Викторию на рабочее место верните, а вы, Константин, проводите гражданина ко мне в кабинет. Я сама его приму. - А у вас покомпетентней следователей нет? – скептически осмотрев девушку, спросил мужчина, но все-таки поднялся с места, вскоре выходя следом за Щукиным. - Господи, нам сегодня только этого не хватало, - обреченно вздохнула Свиридова и, опустившись на стул, вытянула ногу вперед, потирая травмированное колено. - Анастасия Андреевна, все в порядке? – поинтересовался Толя, вставая с места. - Полосу испытания преодолела без третьей ноги за минуту. Рекорд, - усмехнулась Настя. – Сейчас пройдет. А ты иди, Вику верни. Жигаев кивнул и скрылся за дверью, оставляя начальницу одну. - Черт, - тут же выругалась та, стиснув зубы от боли, снова зародившейся в суставе, и ругая себя за такую необдуманную пробежку по отделу. Так Свиридова и просидела несколько минут, пока боль не стала утихать, а Вика и Толя не вернулись. Поэтому когда Настя подошла к своему кабинету, то обнаружила возле него лишь Щукина, недовольно скрестившего руки на груди и навалившегося на стену. - А где?... – недоуменно огляделась Настя. - Звонок у него срочный. - Понятно, - кивнула майор. - Ну, проводишь тогда. - Я б его куда подальше проводил. Усмехнувшись, полностью соглашаясь с Костей, Свиридова, хромая, вошла в кабинет, тут же поймав на себе вопросительный взгляд Глухарёва. - Че случилось-то? – вскинул брови он, широко раскрывая глаза. – Щукин злой, Минаева, вон, - кивнул Сергей в сторону окна, - на заднем дворе рыдала. - Да заявитель, - махнула рукой Настя, присаживаясь на свое рабочее место. - Минаеву до слез довел. Сейчас сюда придет бушевать. Следователь ему компетентный нужен. - А-а-а, - протянул Глухарёв. – Че, сильно нервный? - Щас увидишь, - усмехнулась Настя. И только она это проговорила, как в кабинет вошел мужчина, все с тем же недовольным видом. - Присаживайтесь, - предложила ему Настя, указывая на стул. Но садиться тот не спешил. Переведя взгляд карих глаз на Глухарёва и, вспоминая табличку у кабинета с надписью «Начальник следственного отдела», мужчина спросил: - Я, так полагаю, Вы - начальник следствия? - Не, - расплылся в фальшивой улыбке Глухарёв, желая просто придушить этого высокомерного типа. – Я – заместитель. А начальник, - и он кивнул в сторону Насти. Удивленно переведя взгляд на девушку, мужчина все же продолжил стоять. - Может, вы все-таки присядете? – вежливо спросила Свиридова. - А, может, вы для начала представитесь? Стараясь держать себя в руках и не взорваться от одного вида этого богатого, надменного типа, Свиридова произнесла: - Начальник следственного отдела, майор Свиридова. Анастасия Андреевна. Присаживайтесь, - снова предложила он и, наконец, дождавшись, когда мужчина сядет напротив нее, сказала: - Я слушаю вас. - У меня машину угнали. Дорогую. Прямо со стоянки. А следователь ваша, вместо того, чтобы искать, бумажную волокиту развела! - То, что у вас угнали машину, не дает права оскорблять сотрудников, - спокойно сказала Свиридова. - За это, кстати, статья предусмотрена. А следователь Минаева выполняла свою работу согласно инструкции. Поэтому вот вам листок, вот ручка, - пододвинула она канцтовары мужчине. - Пишите: что, где и как. И чем подробнее, тем лучше. Снова недовольно взглянув на девушку, мужчина положил на стол свой телефон, который до сих пор держал в руках, и принялся писать. Сидящий за своим столом Глухарёв, заметивший, что Настя перевела взгляд на него, взял в руки уголовный кодекс и сделал жест, говорящий о том, что этим самым кодексом он был бы не прочь огреть этого толстосума по голове, чтобы вправить ему мозги. На что Свиридова еле сдержала улыбку, заметив недовольный взгляд мужчины, на секунду вскинутый на нее. - Насть… - неожиданно, прерывая тишину, влетел в кабинет Рома Савицкий, но заметив посетителя, поправился. - Анастасия Андреевна, Карпов сказал, что ориентировки новые к вам ушли… Дай нам их. Привет, Серёг. - Вон там возьми, - кивнула она на стеллаж. - Где? – спросил опер, взглядом пробегаясь по полкам. - Да вон, в папке на полке, - махнула рукой Свиридова. - В этой? - Да нет. В зеленой, - нахмурилась Свиридова, совершенно не горя желанием вставать из-за ноги, которая продолжала ныть. – Вы пишите, пишите, - сказала она отвлекшемуся мужчине. А Рома продолжал перерывать полку уже совместно с Глухарёвым, пришедшим на помощь. - Анастасия Андреевна, нет ничего! - Ну как нет? – удивилась Настя. - Я с утра их убирала. Тяжело вздохнув, понимая, что встать все-таки придется, Настя повернулась на кресле, взяв в руки трость, стоящую за ним, и, хромая, медленно направилась к стеллажу, под странным, словно жалостливым, взглядом своего посетителя. - Ну, а это что? – сказала она, вытаскивая с полки тонкую зеленую папку и протягивая Савицкому. - Спасибо, свет очей моих, - улыбнулся тот. - Смотри, кабы Ленка тебе этот свет действительно под очи не поставила, - усмехнулся Глухарёв и, закрыв за опером дверь, вернулся за стол. На свое место вернулась и Настя. - Все написали? – поинтересовалась она у мужчины, присаживаясь за стол и слегка морщась от боли. - Почти, - он на секунду перевел взгляд на следователя и снова опустил его на лист, начиная писать, но через пару секунд отложил ручку и взглянул на девушку. – Вы извините меня, - сконфуженно почесал затылок он, словно по мановению волшебной палочки, превращаясь из сноба в обычного человека. – Я нагрубил и вам, и сотрудникам вашим. Просто день сегодня с самого утра не задался. - Понимаю, - кивнула Свиридова. - Да нет, - мотнул головой мужчина. - Дело даже не в машине. У меня встреча сорвалась. Очень важная для меня. Я полгода угробил на то, чтобы подписать эти чертовы контракты. А из-за угона… - он резко замолчал, понимая, что опять вспылил. – Извините, - и он вздохнул, потерев лоб. - Мне очень жаль… - и Настя взглянула в заявление, читая его имя, - Руслан Николаевич. Когда дописав заявление и получив все необходимые разъяснения от следователя, мужчина, вежливо попрощавшись и еще раз извинившись, покинул кабинет, Свиридова с облегчением откинулась на спинку кресла и, скинув под столом туфли, вытянула ноги вперед. - Да что ж за день-то сегодня такой? Автобус сломался, на совещание опоздала, теперь этот, со своей машиной. - А че за машина-то? – поинтересовался Глухарёв. - Кадиллак Эскалейд. - Ничего себе, - воскликнул Сергей. - Ага. От пяти «лимонов». Так что, влетела я по полной. Пока не найдем, не отвяжется. - Хочешь, я могу забрать? – предложил Глухарев. - У меня как раз дел нет, а у тебя еще отчеты и проверка. - Спасибо, Сереж, - улыбнулась Настя. – Жаль, что тебе должность не вернули. - Ты опять? – осуждающе взглянул на нее тот. - Просто день такой, - вздохнула Настя и принялась за работу. *** Говоря, что сегодня неудачный день, Свиридова оказалась права, поскольку все рабочее время словно пыталось поиздеваться над ней. Нога болела, возмущенные посетители сменяли один другого. И от всего этого начинала разрываться голова. Но если бы Настя знала, что ожидает ее за несколько часов до конца рабочего дня, то все это показалось ей цветочками. Когда большая стрелка часов остановилась на двенадцати, а маленькая на трех, девушка почувствовала, что боль в ноге только усиливается из-за неудобного положения. Но она продолжала сидеть, ерзая на стуле, все больше привлекая внимание Глухарёва. - Насть, - позвал, наконец, он. – Иди уже домой. Отдохнуть тебе надо. - Ага, щас, - кивнула она. – Я отдыхать, а ты работать? - Да мне все равно Ирку ждать. Иди, давай. А я, если что, прикрою. Спорить со своим заместителем Свиридова в этот раз не стала. Поэтому прибрав бумаги на своем столе и заглянув к Стасу, который, к ее радости, вызвался отвести ее домой, решая сделать перерыв в работе, Настя вскоре уже стояла в прихожей квартиры, одариваемая странным горящим взглядом полковника. - Ты чего? – недоуменно спросила она, проходя в спальню и осторожно ложась на кровать. - Машку когда с танцев забирать? – слегка охрипшим голосом поинтересовался Карпов, присаживаясь возле девушки. - Через час. Ее Лёня должен привести. - Значит, у нас еще есть время, - ухмыльнулся Карпов и, навалившись на девушку, впился в ее губы. Его руки разгуливали по ее телу, стараясь побыстрее расстегнуть китель. И от накативших ощущений, Свиридова медленно начинала забывать обо все. О работе, о проблемах, о боли, которая притуплялась с каждой минутой. Но неожиданно все рухнуло, заставив девушку выплыть из неги. - Стас! - позвала она, пытаясь высвободиться из-под полковника, лежащего сверху, но тот не собирался останавливаться. – Стас! - В чем дело? – недовольно произнес тот, приподнявшись над ней. И она кивнула ему в сторону, где между шкафом и окном было небольшое расстояние. Повернув голову, Карпов тут же вскочил на ноги, быстро вытаскивая пистолет и направляя его в угол, где стояла темная тень. - Вышел! – прогромыхал голос Карпова. – Я сказал, вышел! Легкий тюль зашевелился, заставив полковника и Настю, поднявшуюся с кровати и теперь стоящую за широкой спиной, напрячься. Но когда человек, проникший в их квартиру, вышел из угла, на лицах Карпова и Свиридовой отразилось недоумении. - Саша? – только и смогла ошарашено произнести Настя. - Станислав Михайлович, я все объясню, - быстро сказал Туманов, ощущая, как дуло пистолета смотрит ему прямо в лоб.