Безумные. Право на убийство.

Очнулся в кабинете медицинской сёстры в окружении мамы, брата и миссис Норберт, держащей щедро сдобренную перекисью вату. - Слава Богу! - провозгласила она, отодвигаясь. - Очнулся. Мы так за тебя перепугались. - дальше, по своей излюбленной привычке, женщина начинает тараторить, одновременно готовя средства для обработки ран. - Вот только сидела на скамейке, болела за наших, а уже спустя 15 минут ко мне тебя приносят. Поверить не могу: неужели это свои же и сотворили? Просто ужас! Голова итак гудит, так ещё и болтовня её сильно раздражала, давя на нервы. Мать, заметив мою реакцию, взяла ситуацию в свои руки. - Спасибо большое за помощь и поддержку, миссис Норберт. Наша семья очень признательна, но не сочтите за грубость, не могли бы Вы оставить меня наедине с сыновьями. - Конечно, но ведь... - Я сама медик и способна продезинфицировать порезы и ссадины. - Хорошо, тогда пока наведаюсь в столовую. После игры так и не удалось поесть. Сестра ушла, но не ради того, чтобы наполнить желудок, а скорее разнести по заведению последние сплетни из первых уст. Каждый из нас это знал, но никого подобная участь не волновала. - Господи, что они с тобой сделали!? - её слова были едва слышны, когда она принялась за дело. - Набросились наверняка всем скопом, не так ли? - брат хмуро глядел на испачканные кровью предметы. - Иначе чего все столько там торчали? Трусы. - Бил только один. - хрипло замечаю я, шипя от резкого ожога спиртом, - Остальные стояли и...- судорожно сглатываю. - смеялись. - Подонки, - мама говорит резко и прямо. - Да, может боль и причинял кто - то отдельный, но невмешательство, соучастие или равнодушие тоже не делает чести. - Согласен. Каждый из них должен понести наказание. - брат настроен решительно. Мама почти заканчивает, пока ещё не видя синяков, которые уверен, успели появиться на теле. - Мы обязательно добьёмся справедливости. *** Но на деле как часто происходит, получается совсем наоборот. После осмотра в кабинете, мать отвозит нас домой, с твёрдым намерением вместе с отцом разобраться в сложившейся ситуации, надеясь на поддержку в намерении наказать команду. Вот только в ответ получает лишь равнодушие. - Твой сын избит! А ты ведешь себя, как ни в чём ни бывало. Разве можно быть настолько чёрствым? - родительница едва сдерживает злые слёзы, испытывая одновременно раздражение и обиду. В памяти до сих пор сохранился её горестный плач, когда ещё в школе она первый раз увидела на моём теле гематомы. - Сам виноват. Нужно уметь отвечать, а не сопли на кулак наматывать. Я приму меры. Но не стану защищать сопляка, который не способен дать отпор. Пусть сам отвечает за последствия собственной слабости. Всё, разговор окончен. - он отмахивается от жёны словно от назойливой мухи. - И в чём же заключается твоё решение? Прячась, что стало привычкой, за стеной, прислушиваюсь внимательнее, стараясь услышать каждое слово. - Научу его драться. И он действительно держит своё слово. Так в нашем доме открывается личный Бойцовский клуб.