Безумные. Право на убийство.

Тот апрельский день не предвещал ничего нового: чернила, кровь, пот и вода, помогающая доставить в желудок очередную порцию обезболивающих. И до самой перемены после 3 урока я так и считал. Однако Судьба видимо решила внести в будни свои коррективы. Дойдя до шкафчика с учебниками, начинаю вводить код, как неожиданно слышу в конце коридора знакомый голос: - Получай, жалкий недомерок! Ни для кого не было секретом, что банда баскетболистов, терроризировавших меня, совершала нападения и на других ребят, только все делали вид, что не замечают этого, опасаясь натравить на себя их гнев и считая это иммунитетом от неприятностей. - Неужели никто из преподавателей не пытался исправить ситуацию и обратиться в полицию? - Отец главаря значился высокопоставленным чиновником и финансировал учреждение, фактически взяв его под свой контроль. Проделок его отпрыска скажем так не замечали, но если смотреть правде в глаза - парень взглянул на меня: - Им просто было плевать. Раньше мне не доводилось видеть их за истязанием других, поэтому слышать чужой стон боли было странно. - Так и знал! Такой же слизняк как старший. У Вас похоже это врождённое, не так ли, Барберри?! Сначала я посчитал, что ослышался, но всё же кинул сумку на пол и направился к ним, где окончательно убедился в реальности сказанного. Джейсон сжал руль до побелевших костяшек, меняясь в лице, становясь суровым, Они избивали Его, Хлоя. Пинали ногами и глупо улыбались, питаясь страданиями, отыскивая усладу в агонии других. И в этот мне будто срывает крышу. Ярость затапливает изнутри, угрожая сжечь изнутри. Дальнейшее происходит словно в быстрой перемотке. Раскидав кучку шакалов, набрасываюсь на Дика и оттолкнув его от Майкла, принимаюсь бить врага. Удары обрушиваются один за другим и не выдержав атаки, тот падает. Склонившись, продолжаю расправу. Просто не мог остановиться. Дорвавшись до источника, трудно утолить жажду. Лишь раз ощутив это чувство, ты не захочешь с ним расставаться. И я упивался триумфом над стремительно слабеющим телом, наслаждаясь страхом и болью поверженного соперника. - Не смей. - челюсть. - - Трогать. - щека. - Моего. - нос. - Брата. - глаз. - Ты меня понял! Лицо Дика купалось в крови, изуродованное до неузнаваемости. Глаз почти не видно из - под опухших век, а жаль. Хотелось бы встретиться взглядом. Едва ворочая языком, он пытался что - то сказать, но раздавалось лишь бульканье, сопровождаемое выходом изо рта алых струек. Кулак застыл в паре сантиметров от расквашенной физиономии. Праздные зеваки пораженно стояли рядом, не веря своим глазам. Прибежали и учителя. Словно очнувшись ото сна, я резко отшатнулся, приходя в ужас. Поднявшись, растолкав толпу, ушёл. И только одна фигура последовала за мной.