Тот, кто превзошёл Мародёров

Начало марта встретило Англию липким и мокрым снегом, который таял, едва касаясь земли. Погода была мокрая и промозглая, воздух резкими иголочками колол лёгкие на вдохе. На улицу мало кто выходил, все предпочитали прятаться около тёплых каминов в гостиных, кутаться в пледы в комнатах и пить согревающие напитки, которые с радостью приносили ученикам домовые эльфы. В самом дальнем углу гостиной Гриффиндора сидела бравая компания Мародёров и обсуждала происходящее за границами школы, своё будущее, а также того, кто не давал покоя им в течение всего этого года. Прошло много времени с того момента, как неизвестный покрасил их волосы в яркие цвета. В таком виде парни ходили до Дня всех влюблённых, а четырнадцатого февраля все они щеголяли по школе с ярко-розовыми шевелюрами. Именно в тот день ребята всё же смогли поговорить с хаффлпаффкой Молли и выяснили, что это не она над ними издевается. Девушка едва ли не жизнью клялась, что у неё нет причин ненавидеть Мародёров и на Сириуса она ничуть не злится. Гриффиндорцам снова пришлось признать поражение. Больше никаких вариантов у них не было. - А может он угомонился? - предположил Сириус, развалившись в кресле. - Сомневаюсь. Думаю, он не успокоится, пока не унизит нас окончательно или мы не разгадаем его личность, - не отрываясь от книги, сказал Римус. - Я по-прежнему склоняюсь, что это Вэнс, - монотонно прогудел Блэк. - Господи, Бродяга, да переспи ты уже с ней и угомонись. Она у тебя идеей фикс уже стала, и это при том, что вы даже не встречаетесь, а сам ты не делаешь никаких поползновений, чтобы её завоевать. - Сложно, знаешь ли, завоёвывать девушку, когда у тебя то борода до пояса, то волосы, словно на тебя единорога вывернуло, - прошипел Сириус раздражённо. Ребята коротко хохотнули и решили всё же обратить своё внимание на домашнюю работу по Трансфигурации. Лунатик что-то высчитывал на пергаменте, готовясь к самостоятельной по Нумерологии, а Питер корябал эссе на урок Зелий. Спокойствие так и витало в воздухе до тех пор, пока в гостиной не появилась профессор МакГонагалл. - Студенты, особенно семикурсники! Спешу напомнить, что на следующей неделе я начинаю проводить собеседования с каждым из вас, дабы выяснить, какое направление вы выбираете для дальнейшей учёбы, и для заполнения формуляров. Те, кто всё ещё не определился, прошу, не волнуйтесь! Мы постараемся определить всё по экзаменам СОВ. А сейчас я прошу вас всех поторопиться закончить домашние задания и разойтись по спальням! Спокойной ночи. Нестройный хор голосов пожелал профессору спокойной ночи, и все вернулись к своим делам. Уютно потрескивал камин, за окном летели тяжелые мокрые снежинки, дул ветер. Друзья справились с заданием через несколько часов и, оглядев совершенно пустую гостиную, отправились в свою комнату. Ещё через час друзья крепко спали, и никто не услышал, как скрипнул портрет в гостиной факультета, затем тихие шаги на лестнице и звук открывающейся в их комнату двери. Было тихо и уютно, умиротворение витало в воздухе. Но так продолжалось лишь до утра. Когда время близилось к подъёму, в башне Гриффиндора раздались оглушительный вопли. Все студенты слушали эти крики немного приглушённо, словно через вату, но Мародёры, в комнате который находился источник звука, подскочили на своих кроватях и стали испуганно озираться по сторонам. У парней закладывало уши от оглушительного визгливого крика. Римус первый пришел в себя и поднялся с постели, оглядываясь в поисках источника. Искать долго не пришлось, потому что прямо перед их кроватями стояло десять горшков с молодыми ростками мандрагоры. Именно они оглушительно визжали, оставшись без почвы. Люпин попытался наложить на них заклятие, но палочка выскальзывала из дрожащих рук, а мерзкие растения по-прежнему надрывались. Лунатику уже начало казаться, что он оглохнет, но всё прекратилось так же, как и началось. В дверях с палочкой стояла Лили. Глаза её были широко распахнуты, в них плескался испуг и злость. Девушка что-то сказала, но парни услышали лишь непонятное шуршание, словно листва на ветру. - Лили, тебя не слышно, говори громче! - громко сказал Джеймс. Настолько громко, что Лили вздрогнула от неожиданности. Девушка закрыла дверь, прошептала какое-то заклинание, коснувшись двери, и громко заговорила. Её было слышно очень хорошо, поэтому парни решили, что староста применила Сонорус. - Вы переполошили всю башню! Сколько можно? - Нашей вины тут нет, - закричал Сириус. Глаза его метали злые молнии, руки сжимались, словно он представлял, как душит таинственного шутника. - Блэк, не ори! Из нас двоих оглох ты, а не я. Собирайтесь, мы идём в Больничное крыло, - с этими словами Лили вышла из комнаты, хлопнув дверью. Гриффиндорцы начали собираться, переговариваясь, а точнее переругиваясь на повышенных тонах. Их громкая речь была слышна даже в коридоре, поэтому те, кто выходили из комнат раньше и слышали столь искусные выражения эпистолярного жанра просто не могли сдержать смеха. В Больничном крыле мадам Помфри лишь покачала головой и сказала, что сделать ничего не может. Обычно такие "травмы" проходят сами собой в течение суток, но если через два дня гриффиндорцы почувствуют себя нехорошо, то тогда она ждёт их в Больничном крыле. Лили поблагодарила школьную колдомедсестру и бодро зашагала в Большой зал. Мародёрам не оставалось ничего другого, как идти за ней. В коридоре было уже немало учеников, но это совершенно не мешало Сириусу громко, с цветастыми выражениями рассказывать, что и как он сделает с таинственным самоубийцей. Он с упоением рассказывал какие заклинания к нему применит, а Джеймсу, Питеру, Римусу и Лили лишь оставалось слушать однокурсника. - Мистер Блэк, - раздался позади них сухой голос, но услышала его одна Лили, - если вы считаете такие слова... Мистер Блэк, я к вам обращаюсь, - задохнулась от возмущения профессор МакГонагалл. - Извините, профессор, они оглохли, - произнесла Лили и дёрнула однокурсников за рукава, вынуждая остановиться. Мародёры развернулись. - Что значит оглохли? - приподняв брось, спросила декан. - Очередная проделка шутника. Молодые ростки мандрагоры в комнате. Мадам Помфри сказала, что до завтрашнего дня лёгкая контузия должна пройти, - девушка хихикнула. - Тогда передайте им, что от уроков это их не освобождает, а так же не даёт позволения нецензурно выражаться посреди коридора. Минус пять баллов с Гриффиндора, - сказала профессор и прошла мимо студентов в направлении Большого зала. Гриффиндорцы, тяжело вздохнув, направились туда же. Несмотря на то, что утро началось довольно энергично и весело, пополнить свои жизненные силы завтраком никто не отказался бы, поэтому Мародёры, разместившись на своём обычном месте, стали завтракать в тишине. Гул зала не достигал их ушей, и разговаривать между собой на повышенных тонах не хотелось. Поттер упорно смотрел в тарелку, словно там были написаны тайны самого мироздания, Римус повторял материал к уроку, а Сириус внимательно оглядывал студентов. Кто-то хихикал, глядя в их сторону, кто-то занимался своими делами. Найдя взглядом стол Равенкло, Сириус тут же столкнулся с острым взглядом ярко-голубых глаз. Эммелина смотрела на него не отрываясь, на лице её появлялось высокомерное и насмешливое выражение. Сириус, поймав взгляд и удержав его на минуту, отвернулся. В голове снова закопошились сомнения. На уроках парни сели в самый дальний угол, не желая попасть под горячую руку преподавателям, но маленький Флитвик всё же добрался и до них, поэтому когда Джеймс гаркнул ответ на вопрос профессора, декан Равенкло упал с горы книг, на которой вёл урок. Буквально через полминуты он выбрался и, потирая ушибленный бок, наградил Гриффиндор десятью баллами. Правда пять баллов тут же снял за нарушение дисциплины. Чары в тот день стояли последними в расписании, поэтому едва раздался колокол, который услышали даже оглохшие Мародёры, все повскакивали со своих мест и поспешили покинуть кабинет. Римус, схватив Джеймса за шкирку, пошёл в библиотеку. Блэк и Петтигрю только пожали плечами и направились вслед за однокурсниками. Библиотекарь Ирма Пинс лишь проводила гриффиндорскую четвёрку внимательным цепким взглядом и снова углубилась в свои архивные дела. Парни стали искать то, что может им пригодиться для написания эссе. Иногда они переговаривались, совершенно забыв о том, что сейчас они не могут отслеживать громкость собственных голосов. Пару раз в них прилетали скомканные бумажки с просьбами быть потише, их окликали, но они не слышали. Мадам Пинс несколько раз вставала из за своей стойки и шикала на них, а один раз даже подошла к гриффиндорцам и шипящим от ярости голосом сказала: - Если вы немедленно не перестанете вести себя как дикари, я выгоню вас из библиотеки, и вы более не переступите её порог, ясно? Парни закивали и вернулись к сочинениям и эссе. Время от времени они кидали взгляд на строгую библиотекаршу, а та наблюдала за ними почти не отрывая взгляда. Дверь в "храм знаний" открылась, и зашла компания Равенкловцев, среди которых была и Эммелина. Сириус, тут же забыв обо всём, внимательно и неотрывно посмотрел на наглую равенкловку, желая прожечь в ней дыру, как минимум. Парень так увлекся, что не заметил, как к ним подошла Лили. Девушка, как оказалось, выпросила у мадам Помфри особое зелье, которое должно было помочь ребятам, и уже закапала в уши всем, кроме Сириуса. Когда Эванс наклонила его голову, парень подпрыгнул на месте и схватил девушку за руку. Лили вскрикнула. Все находящиеся в библиотеке незамедлительно обратили на них внимание. Гриффиндоская староста написала на бумажке, что это всего лишь зелье, наклонила голову Сириуса и капнула пару капель. - Лили, - как можно тише спросил Сириус, - а что это ты так о нас заботишься? - Вообще-то, завтра у команды факультета тренировка, а глухой капитан им совершенно не нужен, - усмехнулась девушка и покинула библиотеку. - Дружище, - снова тихо начал Сириус, поворачиваясь к Сохатому, - по-моему, Лили наконец-то оттаяла. - Не уверен. Думаю, что она просто заботится о нас, потому что староста. К тому же она права про тренировку. Ребята начали говорить тихо, но по мере разговора голоса их становились всё громче. Сами они этого знать не могли, поэтому спокойно продолжали разговор. - А я думаю, что всё же оттаяла, - откинувшись на спинку стула, произнёс Бродяга с ухмылкой. - Советую кое-кому, - Сириус бросил выразительный взгляд в сторону Эммелины Вэнс, которая стояла буквально в двух шагах от него, - взять пример, а то в старости будет сидеть в одиночестве в компании собак. - Нет, Блэк, не буду, - утешила его Эммелина, даже не отрываясь от книги. - Я терпеть не могу собак, предпочитаю кошек. Мародёры прыснули, услышав довольно-таки громкий ответ девушки. Сириус сидел с ошалевшим выражением лица. Вэнс, найдя что-то нужное в книге, бросила её на стол. Чернильница пролилась на написанное эссе Блэка. - Вэнс, чёрт тебя дери, - рявкнул парень, вскакивая. - Я угробил на него кучу времени. - Молодые люди, - рядом мгновенно оказалась мадам Пинс, - покиньте библиотеку немедленно! Иначе я буду вынуждена позвать профессора МакГонагалл! Гриффиндорцам не оставалось ничего другого, кроме как собрать вещи и направиться к двери. Уже уходя, Сириус обернулся и снова столкнулся с насмешливым взглядом голубых глаз. Эта невыносимая ведьма просто издевалась над ним! Уроки Мародёрам пришлось делать в Выручай-комнате. Блэк успел написать все необходимые работы и начертить три карты звёздного неба, но переписывать испорченное Эммелиной эссе сил у него уже не было. Парень помотал головой и внезапно понял одну вещь. Он слышит, как воет ветер за окном, слышит, как трещат поленья в камине. - Ребята, Лили смогла нам помочь! Ко мне слух вернулся, - воскликнул он. Мародёры стали озираться и прислушиваться, и спустя мгновения на их лицах сияли счастливые улыбки. Ребята дописали свои работы и, собрав вещи, отправились на ужин. По дороге в Большой зал их догнал небольшой совёнок и, скинув под ноги Блэку какой-то свиток, улетел. Сириус поднял его и с удивлением обнаружил своё восстановленное эссе. "Чёртова ведьма!" - мелькнула в голове мысль. Войдя в зал, ребята прошли к своему месту. Блэк обернулся и снова встретился взглядом с Вэнс. Девушка смотрела на него насмешливо, словно всем своим видом говоря: ну, и что ты будешь делать дальше? Блэк усмехнулся и, подняв палочку, витиевато вывел:

"Чёртова Эммелина Вэнс!"

Зал замер в ожидании, взгляды учеников были устремлены на Мародёров, на надпись под потолком, на стол Равенкло. Буквально через несколько минут под сообщением Мародёров появилось:

"Нет!"

Все в зале видели, что Эммелина в тот момент палочку не трогала, так что вывести ответ никак не могла. Четверо гриффиндорцев разочарованно вздохнули, слышались шепотки, и над всем этим раздавался звонкий хохот Эммелины и компании равенкловцев, сидевших рядом с ней. Сириус впервые обратил внимание, что Эммелина всегда сидит с седьмым курсом, но никогда не садится к своему. Это показалось парню подозрительным. - Итак, господа Мародёры, мы снова в глубокой заднице, - прокомментировал Джеймс. Остальные кисло согласились. - Это был наш последний вариант. Нужно думать или сдаваться...