Тот, кто превзошёл Мародёров

Для пятых и седьмых курсов Хогвартса весна означала приближающиеся экзамены, для всех остальных - приближающиеся каникулы. Снег понемногу начинал таять, и студенты выбирались, дабы попасть под лучи весеннего солнца. Гостиные и коридоры были на редкость пустыми, зато территория Хогвартса и неширокие улочки Хогсмида были заполнены учениками. Изначально директор планировал оставить максимум один поход в деревеньку в месяц, но когда его в течение недели вызвала мадам Розмерта и передала на руки сбежавших учеников, Дамблдор решил, что стоит лучше со студентами договориться и согласился на еженедельные походы. Теперь все выходные ученики проводили в Хогсмиде, но и про уроки не забывали. За исключением одной четверки. Уже пятый раз за неделю Мародёры получали взыскание от учителей за отсутствие домашнего задания. Мародёры просиживали в библиотеке все вечера, однако на утро не могли найти ни одного домашнего задания. Первый раз они с трудом отговорились тем, что были очень заняты и забыли, получив часовую отработку у Филча. Второй раз Сириус и Джеймс попытались хоть как-то скрасить ситуацию и сказали, что отправили работу родителям на проверку, но сова видимо задержалась в дороге. За это они весь вечер просидели в совятне, вычищая насесты и поилки. Остальные разы они просто молчали и ничего не говорили, а вечером после того, как доделывали в библиотеке домашние задания, отправлялись на отработки. Учителя, будучи умными людьми, быстро смекнули, кто виноват в пропаже домашнего задания гриффиндорцев. Конечно, ученики не догадывались, что все преподаватели с огромным удовольствием наблюдали за тем, как кто-то неизвестный оттачивает своё чувство юмора. Они переговаривались об этом в учительской, вспоминали за чашечкой чая в покоях и просто наблюдали. Однако, это не мешало им драть с отличившихся студентов по три шкуры. Особенно усердствовала МакГонагалл, которая просто не переносила такого пренебрежительного отношения к своему предмету. Объём отработок Мародёров не увеличился ни на минуту, по-прежнему составляя один час вечером под руководством одного из преподавателей, но после каждого занятия по Трансфигурации парни выслушивали отповедь о том, что нельзя быть такими безответственным и какие-то личные дела не должны мешать учебе. - Мистер Поттер, прихватите своих приятелей и останьтесь после урока, - едва слышно проговорила МакГонагалл, проверяя выполненное гриффиндорцем практическое задание. Парень лишь кивнул и продолжил. В классе стояла тишина. Джеймс прекрасно знал, о чём будет разговор и тихо передал просьбу остальным. Ударил колокол с последнего занятия, и ученики разошлись по своим делам, а компания Гриффиндорцев осталась на месте. - Итак, господа, что вы скажете мне сегодня? Где ваши домашние работы? - оперевшись подбородком на сцепленные в замок руки спросила декан. - Собака съела, - буркнул Сириус, отвернувшись в окно. - Ах, какая непослушная собака, - покачала головой МакГонагалл, выражая притворное сочувствие. - Мы обязательно её отловим, и ваши домашние работы снова будут в безопасности. - Профессор, - немного жалобно и растерянно протянул Питер, - мы делаем эти задания. Честное слово! Но их все время кто-то уносит! - Какое непозволительно грубое отношение к работе студентов! - ужаснулась профессор, хотя в её глазах прыгали весёлые искорки. - В таком случае я не могу проигнорировать это вопиющее нарушение правил и обязательно сделаю всё, чтобы ваша комната была защищена от посторонних. Всего доброго, отработка сегодня в семь, прошу не опаздывать. Мародёры, вышедшие из кабинета, были немного растеряны. По непонятным причинам МакГонагалл была сегодня на удивление веселая, словно Гриффииндор уже победил в межфакультетском соревновании. Ещё недавно это не казалось чем-то невозможным, однако в связи с тем, что Мародёры не были готовы на протяжении целой недели ни к одному уроку, это стало маловероятным. - Пошли в библиотеку, - мрачно скомандовал Римус, глядя под ноги. - А какой смысл? - раздраженно проговорил Бродяга, запихивая учебники в сумку. - Все равно её заберут! - МакГонагалл может поставить защиту на комнату, - напомнил Питер. - Хвост, подумай сам! Делать ей больше нечего, кроме как устанавливать защиту на комнату студентов. - Но как тогда ей доказать, что мы на самом деле делаем домашку? Мы же из-за этого все забавы и шалости забросили. - Хвост, - одернул паренька Джеймс, - мы сами в этом году стали объектами шалостей. Мне иногда очень сильно хочется извиниться перед всеми, кто так или иначе попадал под наши шутки. Не будь это в большей степени слизеринцы, давно бы вымаливал прощения. Неприятно, знаешь ли, когда над тобой просто так издеваются. Все дружно вздохнули, но с Джеймсом согласились и вошли в библиотеку. Сириус вспомнил, как ещё в прошлом году они после занятий шли бездельничать, занимались своими делами и прочее. Однако совершенно недавно они с Джеймсом решили стать аврорами, а для этого требовалась огромная база знаний. Вот и приходилось возмещать то, что они упустили за первые годы учёбы. Поздно вечером, вернувшись с отработки и переодевшись, парни легли в кровати. Сделанные домашние задания они в очередной раз спрятали, но где-то в глубине души знали, что это не поможет. Как-то раз ребята даже установили специальное заклинание, но его обошли. Была ещё мысль воспользоваться картой Мародеров или не спать всю ночь, но после нескольких попыток парни поняли, что ровно в полночь все они засыпают, как по волшебству. - Парни, а на волшебных часах не пропало ни одного балла, - вспомнил внезапно Люпин, когда все лежали в постелях. - Странно, - полусонно прокомментировал Поттер, засыпая. Остальные лишь молча согласились. Прошло ещё несколько недель. Домашние работы перестали пропадать, но появились другие неприятности, как, например, зажёгшийся среди комнаты яркий свет, бьющий по глазам, пропавшее постельное белье или мебель в самых разных концах замка. Найти её можно было по необычным указателям разных цветов. В ходе поисков парни выяснили, что неизвестный шутник знает школу не хуже их, что расстраивало. Был какой-то детский восторг оттого, что лишь Мародеры знали все переходы и коридоры замка. Время шло, мирная жизнь Хогвартса неожиданно канула в Лету. В "Ежедневном пророке" стали появляться статьи о нападении на волшебников, которые не поддерживали взглядов чистокровной аристократии. Часто мелькали словосочетания "нападение на магглорождённых", "зверски убиты", "люди в черных плащах", "Пожиратели". Между факультетами накалилась и без того напряжённая атмосфера. Казалось, что одно лишнее слово, и студенты бросятся друг на друга, разбрасываясь непростительными. Старшекурсники с гриффиндора, да и с других факультетов, старались не оставлять первокурсников одних, а уж тем более со слизеринцами. Тем, казалось бы, стоило затаиться, но все же представители факультета Салазара ходили по замку выпятив грудь, словно гордились всеми убийствами, и вслед каждому магглорождённому ученику в спину летело неприятное и шипящее "грязнокровка" Походы в Хогсмид и оживающая после зимы природа постепенно делали свое дело. В конце апреля, когда старшие курсы едва ли не хоронили себя под бесчисленными свитками и книгами, в школе вновь зазвучал смех маленьких детей. Младшекурсники Гриффиндора, объединившись с хаффлпаффцами и равенкловцами, играли на улице в различные игры. Кто-то выбирал футбол, кто-то догонялки. Магглорождённые ученики рассказывали правила, придумывали какие-либо препятствия. Даже огромное количество домашнего задания ничуть не умерили пыла малышей. Мародёры, сидя в отдалении, наблюдали за происходящим. - Ребята, - позвал всех внезапно Люпин, - а кто-нибудь знает, почему на нас так странно смотрит МакГонагалл? Словно ждёт чего-то. - Смерти она нашей ждёт, - фыркнул Сириус. - Она когда подошла и сказала, что хочет от нас ВСЕ домашние работы, я чуть не поседел прям в классе. - Зато как мерзко она потом хихикала, - вспомнил Джеймс. Ребята посидели ещё немного и, когда солнце уже скрылось за Запретным лесом, отправились в башню факультета. Младшекурсники, наигравшись вдоволь, разошлись ещё около получаса назад, а Мародёры решили посидеть в тишине на озере. Раннее утро следующего дня ознаменовалось скрежетом, звоном и грохотом. Гриффиндорцы, вскочив с постелей, обнаружили перед собой четыре пустых рыцарских доспеха. Такие всегда стояли в коридорах Хогвартса, и к каждому празднику их чем-то украшали, но на это раз волшебные доспехи стояли перед ними в ряд и направляли на них своё оружие. - Парни, что делать? - тихо поинтересовался Сириус. - Звать на помощь? - пискнул Питер, отходя за Джеймса. - Кого? Директора? Или МакГонагалл? Или сразу будем вызывать отряд авроров? - не сдержал сарказма Римус. Парни долго стояли, не зная, чего делать. Любая попытка выйти из комнаты тут же пресекалась незваным отрядом псевдорыцарей. В конечном итоге один из доспехов медленно, скрипя латами подошел к мантии Питера, наколол её на копье и подал парню. - Спасибо, - заикаясь, произнес тот, принимая одежду. Ребята медленно, не спуская глаз с оружия, оделись и вышли из комнаты. Рыцари направились за ними, сопровождая и подталкивая. После того, как парни позавтракали, доспехи сопроводили их на урок Чар. Маленький Флитвик очень удивился, увидев, что вокруг компании гриффиндорцев стоят пустые доспехи из коридоров, но промолчал, лишь хитро сверкнув глазами. Однако вести урок нормально у него не получалось, поскольку чары, наложенные на доспехи, связывали их с одним из Мародёров, и все, что делал гриффиндорец, в точности повторяли доспехи рыцаря, издавая неприятный шум и скрип. - Мистер Блэк, - недовольно проговорил декан Равенкло, - прошу, прекратите вертеться. - Это не я, профессор. Это кто-то другой. Скрип не прекратился, лишь усилился, поэтому через несколько минут Флитвик запустил в гриффиндорцев обездвиживающими чарами и продолжил занятие в долгожданной тишине. Войдя в кабинет Трансфигурации, Мародёры столкнулись с веселым взглядом профессора МакГонагалл, которая едва сдерживала смех, глядя на доспехи. Парни ничего не сказали, лишь молча сели за парты и постарались не двигаться. Так прошла неделя. Доспехи сопровождали их на все занятия, не подпускали к ним почти никого, кроме Гриффиндорцев, а также контролировали, чтобы парни ещё до объявления отбоя находились в гостиной факультета. Потом они стали появляться всё реже и реже, но нет-нет, да промелькнут в коридоре серебряные латы или заскрипят доспехи. Мародёры могли неделю ходить без надзора, а потом на два дня снова попасть под прицел копий и мечей, посещая все занятия и безвылазно сидя в замке. Всё это время ни один преподаватель даже не попытался снять заклинание, лишь Флитвик продолжал накладывать обездвиживающее, едва парни усаживались за парты. Римус переживал, что в полнолуние рыцари так же будут их охранять и он навредит друзьям. Парень настолько извёлся, что снял баллы с Джеймса за то, что тот разбросал по комнате носки и вещи. Сириус посоветовал никому к Лунатику не лезть и молча доставал из тумбочки шоколад, пихая его старосте в рот. Однако опасения Мародёров оказались пустыми, потому что в тот момент, когда Лунатику надо было исчезнуть, исчезли и пустые доспехи рыцарей. Парень совершенно беспрепятственно покинул Хогвартс, а вслед за ним вышли Мародёры. Парни вернулись только под утро, как и делали это обычно. Сириус чуть задержался в лесу, учуяв какой-то незнакомый аромат, но это оказался только какой-то ночной цветок. Идя по коридору, парень насвистывал какой-то ненавязчивый мотивчик, когда его обоняние, улучшенное недавним превращением, учуяло сладкий и незнакомый запах. Почти как в лесу. Парень остановился и огляделся. Рядом с ним была только дверь женского заброшенного туалета, и Бродяга, потратив на раздумья не больше нескольких секунд, толкнул дверь. На подоконнике сидела одинокая фигура. Огонек сигареты зажегся ярче, когда девушка, а это была именно девушка, сделала затяжку. Сириус бесшумно подошёл и узнал Эммелину Вэнс. После того, как он выдвинул ее кандидатуру на роль таинственного шутника, но его опасения не подтвердились, они почти не сталкивались. На уроках девушка была немного отвлечённой, но иногда взгляды их пересекались. - Не знал, что ты куришь, - произнес Блэк негромко, не желая пугать девушку. - Говорят, для здоровья вредно. Эммелина резко обернулась и чуть не упала с подоконника, но вовремя схватилась за оконную раму. Взгляд её медленно прошёлся по телу Сириуса, он был оценивающим и задумчивым. - Эти безвредны, - негромко ответила она и снова затянулась. Сириус не мог оторвать взгляда от её губ, сжимавших фильтр сигареты. - Это изобретение студентов Равенкло, в них нет никотина. - А преподаватели знают? - усмехнулся Блэк. - Только Флитвик. Лучше уж это, чем маггловская гадость. Девушка снова втянула дым и, ненадолго задержав дыхание, выдохнула. Чуть розоватый дымок окутал Сириуса, сладковатый запах вишни забился в ноздри, вызвав желание чихнуть. Блэк поморщился и тряхнул головой. - Ты знаешь, кто над нами издевается? - внезапно для себя самого спросил Сириус. Эммелина усмехнулась уголком губ и, откинувшись на стекло, внимательно посмотрела в глаза Сириусу. - Знаю, - внезапно ответила она, выкидывая окурок и доставая вторую сигарету. - Но тебе не скажу. - Какая ты жестокая, - подойдя ближе, покачал головой Блэк. - Нравится смотреть как нас унижают перед всей школой? - Нравится, - согласилась Вэнс таким тоном, словно это было само собой разумеющееся. - Но мне не хочется портить всё веселье. Могу лишь дать подсказку: смотри на того, кто много улыбается и хихикает. - О да, безусловно ценная подсказка! - протянул Сириус. - Ценная, если знать куда смотреть, - ответила спокойно Эммелина, глядя, как Сириус подходит к ней все ближе. Теперь он почти касался её ног своими ладонями, но между тем открыто не лез. - Сегодня чудесная ночь, - чуть напевно произнесла Эммелина, глядя Сириусу в глаза. Блэк чувствовал, как его голова перестает соображать, а взгляд прикован к лицу Эммелины. Парень, склонившись, прикоснулся к губам девушки и, не дожидаясь разрешения, углубил поцелуй. Эммелина ответила, к его удивлению. Её губы были чуть сладковатыми после недавних сигарет, дыхание имело вкус и запах вишни. Губы были мягкими и податливыми. Парень прижал к себе равенкловку и запустил руку в ее волосы. Они были тяжелыми и холодными. Сам Блэк чувствовал, как Эммелина подняла руку к его шее и задержала её там на мгновение, потом опустила на плечо и все же оттолкнула. - Это была плохая идея, Сириус, - всё так же спокойно ответила она. - Когда ты отвечала, ты так не думала, - фыркнул Блэк, гладя, как она встает и поправляет складки на теплом сером платье, длинной чуть ниже колена. - Я попробую ещё раз в следующем году. - Забудь обо мне, Сириус. Мне и так придется ответить за этот поцелуй, и с меня спросят по полной. - Почему? - Потому что я замужем, Блэк, - ровно ответила девушка и, спрятав пачку сигарет в карман, ушла. Сириус стоял как громом поражённый. Столько вопросов и ни одного ответа! Те чувства, которые вихрем метались в его голове, не поддавались объяснению. Блэк совершенно не ожидал слов Эммелины, но это объясняло всё её поведение в течениё года. Тряхнув головой, которая разрывалась от количества мыслей, Блэк пошёл в башню Гриффиндора. Совет Вэнс он передал остальным Мародёрам, а сам будто ушел в себя, поэтому остаток года, как и экзамены, прошли для него в тумане. Но это не помешало парню получить за большую часть предметов "Превосходно", а по остальным "Выше ожидаемого". Гриффиндорец не простил бы себе, если бы из-за него мистер и миссис Поттер расстроились, а они бы расстроились, если бы с экзаменами было что-то не так. Они относились к нему как к собственному сыну, что грело душу Блэку. - Бродяга, выплывай из моря отчаяния! - весело проговорил как-то Джеймс, хлопнув парня по влечу. - Мы выяснили, кто над нами так шутил. - Да, ну и кто же это? - с интересом спросил Сириус. - МакГонагалл! - торжественно проговорил Поттер, ожидая, что друг громко восхитится его способностями. - Ты больной, - скептично сообщил Бродяга. - Ты просто не хочешь признавать моей гениальности! - отмахнулся Сохатый. - Смотри, Вэнс сказала, что это тот, кто больше всех радуется и хихикает. Вспомни поведение МакГонагалл. В те дни, когда мы не приносили задания, она ни разу не отругала нас серьёзно. Отработки назначались лишь потому, что надо, но в её глазах прыгали смешинки. - Ты несешь какой-то бред. - Да нет же, - возразил Поттер. - Вспомни, она говорила нам про защиту, а потом появились эти рыцари. Именно тогда она и начала хихикать и улыбаться ещё больше. - Лунатик, скажи ему, что его идея глупая, - обратился к оборотню Блэк. - Она не лишена логики и смысла, но я все же настаиваю на том, что они сговорились с Флитвиком! - Вы чокнутые, - изрёк Бродяга, оглядев друзей. - Оба. Друзьям потребовалось время, чтобы убедить друга, а потом он еще три для ходил и присматривался к профессору. МакГонагалл действительно казалась менее суровой, даже помолодела. Улыбка делала её моложе на десяток лет, а движения становились легкими, словно прыгающими. В конце концов Сириус согласился и за день перед отъездом Мародёры нагрянули к ней в кабинет. - Профессор, мы всё знаем. - Мистер Блэк, я рада. Все свои знания вы показали уже на экзаменах, так что не стоило заявляться ко мне, чтобы сообщить об этом лично, - улыбнулась профессор, разливая чай по чашкам. Студенты сдержанно поблагодарили её. - Нет, мы не о том, - уточнил Римус. - Мы знаем, что это вы шутили над нами в течение всего года. - Я бы даже сказал, издевались, - с опаской произнес Блэк. Люпин метнул в него взглядом молнию, советуя заткнуться. - Мистер Блэк, я уже порядка двадцати лет издеваюсь над всеми учениками в равной мере, преподавая одну из дисциплин Хогвартса. Конкретно вашу компанию я никогда не выделяла, - усмехнулась МакГонагалл, делая глоток чая. - Но всё указывает на вас, - подхватил Поттер. - Например? - То, что немало шалостей происходило в Башне. Пароль есть у вас и гриффиндорцев. Магия, которую использовали иногда довольно-таки сильная, можно сказать, даже высшие её разделы, а это не под силу ученикам. И потом вы какая-то больно уж счастливая ходите в последнее время. Словно кот, сметаны объевшийся. Декан Гриффиндора не удержалась и прыснула от такого сравнения, но весь её вид говорил, что она ничуть не обиделась на друзей. На глазах женщины выступили слёзы. Мародеры никогда не видели профессора настолько непринужденной и весёлой, но они точно не стали бы говорить, что она им не нравится. - Ваша логика довольно правильна с одной стороны, но совершенно ошибочна. Скажите, у меня есть мотив? - гриффиндорцы замолчали, задумавшись. - То-то же! Но я помогу вам, - женщина что-то поискала в кармане мантии и достала пергамент. - То, что вам поможет и раскроет все тайны. Ребята сразу узнали почерк, именно его обладатель бросил им вызов в начале года. И они, надо сказать, проиграли. Им стоит принять это достойно. " Уважаемые Мародёры! Игра, как и учебный год, подошла к концу. Хогвартс-экспресс, третий вагон, седьмое купе. Я буду ждать вас через два часа после отъезда от Хогсмида. Всего доброго!" - И, кстати, все ваши пропавшие задания были у педагогов в конце каждой недели. Кто-то отдавал их с просьбой проверить, не снимать баллов и относиться с пониманием к шуткам, - весело проговорила профессор и декан Гриффиндора. Парни поблагодарили профессора и направились в башню. Все их мысли были заняты завтрашним днём, они уже начинали считать часы. Ночью все они долго не могли заснуть, негромко переговариваясь обо всём, кроме завтрашнего дня. Лишь под утро, когда солнце едва окрасило небо в розовые цвета, гриффиндорцы забылись. А утром было уже не до размышлений. Лишь бы собрать вещи, лишь бы не забыть чемоданы, метлы, да и себя самого. - Эванс проверять пойдем? - усмехнувшись, спросил Сириус. - Нет, я уже её проверял, - широко улыбнулся Джеймс. - Она готова к отъезду. А остальное парни помнили смутно. Кареты, скрытая паром Хогвартс-экспресса платформа, алый поезд. Хлопанье дверей, крики учеников и замечания преподавателей. Ребята сидели в третьем вагоне в шестом купе и внимательно прислушивались. Соседняя дверь хлопнула, и они вскочили с мест, но их ждало разочарование. Стекло было завешано черной грубой тканью, а дверь закрыта на замок. Магия не действовала, хоть парни и пытались. Пришлось вернуться в свое купе. Вскоре поезд двинулся в направлении Лондона, и ребята принялись отсчитывать минуты. Гриффиндорцы сидели как на иголках, разговор не вязался. Было странное ощущение тяжести и волнения в груди, которое немного мешало дышать. В конце концов время вышло, и парни, встав со своих мест, подошли к двери соседнего купе. Дверь поддалась, и гриффиндорцы заглянули внутрь, чтобы не мешаться на дороге. По вагону разнёсся громкий возглас удивления: - ТЫ?!