Тот, кто превзошёл Мародёров

Пятый курс, конец экзаменов. Гостиная Гриффиндора была совершенно пуста, огонь из камина отбрасывал причудливые тени. Тишина была нарушена едва слышимым скрипом паркета, а также переговорами и смехом парней. Самая популярная четвёрка в школе изволила явиться спать. - Где вы были? - раздался с дивана строгий голос. Смешки мгновенно утихли, а парни вскинулись, готовые защищаться - хоть от заклинаний, хоть от замечаний. Перед ними стояла староста Гриффиндора, Лили Эванс. Лицо девушки было немного бледным и чуть заплаканным, но виду она старалась не подавать. - Эм... - протянул Джеймс, - Мы гуляли. По школе. - Опять всякие гадости делали слизеринцам? - озлобленно проговорила она. - Не надоело? - Лили, уж не пора ли после сегодняшнего перестать их защищать? - протянул Блэк. Парень заметил, как девушка дёрнулась, когда он вспомнил об инциденте на озере, который произошёл по его вине сегодня днём. - Без тебя разберусь, Блэк. Вам бы всё шуточки да гадости, никакой серьёзности и ответственности. - Лили, послушай, - начал Джеймс, но Лили перебила его. Слышать ничего не хотелось, было до сих пор больно оттого, что её друг смог произнести это ужасное слово в её адрес. - Молчи, Поттер! Не перебивай меня, - глаза стали влажными, Лили часто заморгала. - Остынь, Эванс, - лениво протянул Сириус. - То, что у тебя нет чувства юмора, - твои проблемы. Люди иногда веселятся. - У вас отвратительное чувство юмора, Блэк. Вы издеваетесь над людьми. - Ну, у нас оно хоть какое-то есть, - скрестив руки, ответил Сириус. - А ты ведёшь себя, как зануда, обламывая всё веселье остальным. Лили ничего не смогла сказать, она всхлипнула и, развернувшись, ушла в свою комнату. Ей было до безумия больно слышать ещё и от Блэка такие слова. Она не зануда, просто понимает, что веселиться можно не только издеваясь над другими и рисуясь. Лили последний раз всхлипнула и села на кровати. Глаза её мгновенно высохли, в голове появилась идея. Несколько минут на раздумья и сомнения, и вот - решение принято. Она отомстит, докажет, что чувство юмора у неё всё же есть, а при желании она может быть не менее жестокой и задиристой, чем сами Мародёры. На следующий день девушка не подпускала к себе Мародёров, ловко ускользая от них. Ехать обратно пришлось в одном купе с равенкловцами, но ребята оказались на удивление приятными и вовсе не высокомерными. Настроение немного поднялось. Мысли пришли в порядок, улеглись. Она отомстит. Она сможет. *** В купе стояло поражённое молчание. Мародёры с открытыми ртами смотрели на улыбавшуюся Лили и ничего не могли понять. - Присядьте хотя бы, - ещё шире улыбнулась девушка и взмахом палочки закрыла дверь. - Думаю, что у вас есть ко мне вопросы. - За что? - тут же вскрикнул Сириус. - За те слова. Я решила доказать, что у меня тоже может быть чувство юмора, Блэк. - Ну, я же извинился! - И я тут же тебя простила. Но желание доказать никуда не делось. - Как ты это сделала? - спросил Римус поражённым и недоверчивым тоном. - Очень просто. Я знала, что первые, на кого вы подумаете, - слизеринцы. Минимум два человека, так что первые два месяца я уже знала, в каком направлении вас толкать. Дальше - легче. Вы предложили сделку, тем самым предоставив мне возможность устраивать шалости как можно реже и не попадаться. Вариантов не так много, но на меня бы вы не подумали всё равно. Эммелина узнала об этом почти сразу и стала помогать. Все время бросала на вас взгляды, уводя в другую от меня сторону. Схема была просто: ваша кандидатура - моя шутка. И так по очереди. - На как ты всё это подстроила? - В первый день я задержалась не только потому, что забирала расписание, но и потому, что мне надо было установить связки заклинаний. А после вашего предложения я только создала несколько наиболее вероятных и использовала их в зависимости от необходимости. - Да на тебя же даже подумать было нельзя! - едва ли не взвыл от досады Сириус. - Можно, - ухмыльнулась Лили. - Во-первых, у меня был мотив. Во-вторых, зельями у нас увлекается не только Снейп, но и я, так что рассчитать необходимую дозировку легче простого. Далее, танцы - Джеймс тогда поставил мою сумку за вашей партой, и ткнуть в каждого из вас палочкой так, чтобы не увидели - плевое дело. Даже вспышки никто не увидел, а Таранталлегру я сама усовершенствовала и проверяла на себе под присмотром МакГонагалл, чтобы вам не навредить. Когда вы песню пели, я тоже была рядом. И так каждая мелочь. - К тому же, - добавил Люпин, - ни одна шалость не навредила нашему здоровью и не стала причиной потери баллов факультета. - Именно, - кивнула Лили, самодовольно улыбаясь. - Даже на полнолуние не выпало ни одной, - добавила девушка и, увидев, как все напряглись, с улыбкой сказала: - Я всё знаю и не боюсь тебя, Лунатик! Ребята замолчали, внимательно гладя на Лили Эванс. Такая простая и тихая девушка издевалась над ними почти весь год. Это не укладывалось у них в головах. - Я, Джеймс Поттер, признаю твою победу над собой, Лили, - весело произнёс Поттер. Это не было магической клятвой или каким-либо обещанием, лишь признанием ума и наличия чувства юмора. - Я, Сириус Блэк, признаю своё поражение и забираю слова о том, что у тебя нет чувства юмора, Лили, - сказал с улыбкой Блэк. - Я, Римус Люпин, признаю твою победу над собой, Лили, - повторил староста мальчиков. Питер сделал то же самое. Теперь гриффиндорцы ехали, весело переговариваясь. Внезапно дверь в купе открылась, и в дверях показалась Эммелина: - Открыла душу, Лили? - весело улыбнулась равенкловка. - Да, спасибо за помощь, - ответила Лили. Вэнс кивнула и вышла. Сириус поспешил за ней. - Вэнс, - позвал он. Девушка остановилась и выжидающе взглянула на парня. - То, что ты сказала тогда, - правда? - Да. Я замужем с начала шестого курса. Родителей убили, я осталась без опеки. Мне пришлось срочно выйти замуж. - Эммелина, если он... - начал гриффиндорец, сверкая глазами. - Эми, ты где? - раздался чей-то ещё голос. Блэк увидел высокого темноволосого парня, который не торопясь шёл к ним. В его движениях проскальзывала хищная грация, и Сириус видел, что Эммелина смотрела на него, как заворожённая, с легкой улыбкой на губах. - Иду, Александр, - ответила девушка, и парень остановился, давая ей возможность поговорить. - Нет, Сириус, то, что ты хотел сказать, - лишь твоя выдумка. Я встречаюсь с Александром с конца четвёртого курса, провожу с ним много времени. - Это не заметно было в школе, - отстранено сказал Блэк. - Просто Равенкло не выносит ничего за пределы факультета. Все видели нас в гостиной, но никому не нужно было об этом трепаться. Это наше дело. - Ясно, - кивнул Бродяга. - За тот поцелуй... Ты... Извини, в общем. - Всё нормально. Я уже расплатилась и ответила за него перед Александром. - Ну, тогда до встречи в следующем году, - постарался непринуждённо попрощаться Сириус, но девушка его перебила. - Я не вернусь в школу в следующем году. Сириус, будет война. За стенами школы уже идёт война, и она будет лишь набирать обороты. Но участие в ней предполагает не только размахивание палочкой. Есть множество других путей. Отец Александра дипломат, так что мы переезжаем во Францию. Дамблдор, как и Министр, пытается наладить связи, которые могут помочь Англии. Думаю, мы больше не увидимся. До Сириуса долго доходил смысл слов, он лишь мог смотреть в эти льдисто-голубые глаза и слушать её голос. Эммелина оказалась довольно эффектной девушкой. Даже сейчас она говорила спокойно и холодно, но между тем мягко и чуть снисходительно. Она была достойным представителем своего факультета, да и их словесные пикировки нравились ему. - Возьми на память, - улыбнулась Вэнс, протягивая пачку сигарет. Сириус сразу понял, что это те сигареты, которые изобрели равенкловцы. - Спасибо. И удачи тебе, Эммелина. Девушка последний раз кивнула и пошла к своему... мужу. Сириусу было странно слышать это, а уж тем более произносить вслух. Блэк тряхнул головой и пошёл в купе. - Бродяга, а мы уж думали, что ты пропал, - произнёс Джеймс. - А мы тут Лили рассказываем о том, как стали анимагами. - Выболтал все военные тайны, Поттер, - миролюбиво фыркнул Сириус, усаживаясь на сиденье. Всю оставшуюся дорогу ребята просто разговаривали. Сириус понял, что Лили совершенно не зануда, а Эванс поняла, что Мародёры не грубые и нахальные забияки, а просто дети, которые выросли. Они постепенно учились сглаживать углы, становились лучше. Когда поезд приехал, расходиться не хотелось никому. - Лили, - спросил Джеймс, когда ребята стояли уже на платформе, - если я напишу тебе летом, ты ответишь? - Да, Джеймс, отвечу. - Гриффиндорец просиял, а Лили, рассмеявшись, направилась к выходу с волшебной платформы. Джеймс и Сириус остались ждать Карлуса Поттера. Совершенно не скучный год в Хогвартсе закончился, принеся новые впечатления, знакомства, взгляды. Будущее наступало.