Контракт

Дамблдор устало сжал пальцами виски и тяжело вздохнул. После того как стало известно, что один из студентов Хогвартса, сочетался браком с Темным Лордом, родители студентов стали сильно сомневаться, отправлять ли своих детей в эту школу. Он уже получил несколько сов с сообщением что их дети не вернутся в Хогвартс в следующем году. Это беспокоило Дамблдора, ведь он считал образование основой добра. Детей, не получивших должного образования, легче было переманить на сторону тьмы. Не то что Том Риддл не получил должного образования… что-то еще пошло не так с этим мальчиком. Маленький сирота всегда был странным. Директор школы вспомнил первый день рождения, проведенный Томом в школе. «— Мистер Риддл? — Дамблдор нашел двенадцатилетнего мальчика, неспешно прогуливавшегося по кромке Запретного леса. Почти все студенты разъехались по домам, а те не многие, что остались на каникулах в школе, предпочитали морозу тепло уютных гостиных. Однако, Том Риддл находится здесь, задумчиво смотря в глубь леса. Услышав профессора, он неспешно обернулся и спокойно произнес. — Здравствуйте, профессор. — Что ты делаешь здесь в такой холод и в одиночестве? — Просто наблюдаю. Я люблю снег. — Да, это очень красивое зрелище… вам повезло родиться в такой прекрасный день. — Дамблдор внимательно наблюдал за мальчиком, ожидая его реакции, но Том просто пожал плечами. — Вы правы. — Почему бы вам не вернуться в гостиную и не отпраздновать этот день с друзьями? Я могу попросить домовика испечь для вас торт, — предложил Дамблдор, зная, что в приюте Том никогда не получал сладостей на свой день рождения. — Нет. Спасибо, профессор. Я не любитель сладкого…» Дамблдора вывела из задумчивости резко распахнувшаяся дверь. В его кабинет ворвался разозленный и расстроенный Гарри. В руке он держал конверт, который тут же бросил на стол директора. — Посмотрите! — не сдерживаясь закричал он — Посмотрите, что этот ублюдок сделал с ней! Нахмурившись Дамблдор взял конверт и достал снимок, на обратной стороне которого было написано: «наша первая брачная ночь — Лорд Волдеморт.» Перевернув снимок, директор увидел на нем Гермиону, закутанную в одеяло и с испуганными, заплаканными глазами. Вздохнув, он отложил фото. — Я сожалею, что вы видели это. Но мы прекрасно знали, что это произойдет. — Хотите сказать вы знали, что этот сукин сын изнасилует ее?! — закричал Гарри. — Прошу тебя, Гарри следи за тем что говоришь. Я не верю, что он изнасиловал ее. Волдеморт не может физически навредить ей. — Она плакала! — Да… но я был бы крайне удивлен если бы было иначе. Волдеморт не тот мужчина, с которым мечтают провести первую ночь юные девушки, — Дамблдор чувствовал себя очень неловко. В конце концов он слишком стар для подобной темы, а шутка Волдеморта сильно шокировала его. — Мы не можем оставить все как есть! Должен быть способ спасти ее! — вновь сорвался на крик Гарри, с силой ударяя кулаком по столу. — Я ищу способ разорвать Контракт. Но пока, увы, безрезультатно. — Вам лучше поторопиться с поисками, — прошипел Гарри, выходя из кабинета. Дамблдор устало вздохнул и вновь посмотрел на снимок? Что же он мог сделать? * * * Несовершеннолетний портной, которого пригласил Темный Лорд, естественно был Пожирателем смерти. Иначе и быть не могло. Он не позволил бы ей увидеться с кем-то, кто не находится под его контролем. Сидя за столиком и делая вид что читает, Волдеморт внимательно следит за тем что происходит, опасаясь что девчонка скажет что-нибудь неуместное. — У вас очень красивые ноги, — сделал комплимент мальчишка, чем сильно смутил Гермиону. — С…спасибо, — покраснела она. Стоя в одном нижнем белье, которое ей позволено было надеть только из-за нежелания Волдеморта чтобы ее видели обнаженной, Гермиона чувствовала себя очень неловко. Волдеморт поднял голову, когда услышал слова портного. Он понял, что на самом деле не обращал на ее тело никакого внимания. И сейчас, когда обратил, то нашел ее довольно привлекательной. У него было много женщин, но он никогда не акцентировал внимание на их внешности. До тех пор, пока он был удовлетворен, его это не особо заботило. Все равно через некоторое время все они начинали выглядеть одинаково. Его жена была красива. Она никогда не станет той женой, которую можно показывать в обществе (как Люциус делал это с Нарциссой), но может быть если бы он нанял кого-то, кто смог бы позаботится о ее волосах… Он терпеть не мог ее волосы, и был уверен, что она тоже. К тому же, на вечерах, на которых они должны присутствовать, собираются все чистокровные аристократы и она должна выглядеть там элегантно. А для этого ей потребуется его помощь. — Я определился с типом мантий, которые вы должны носить, — продолжал портной. — Там должны присутствовать лишь прямые швы, таким образом вы будете выглядеть более пропорционально. Цвета должны быть естественные. Такие как: коричневый, зеленый, оранжевый… возможно более темные оттенки красного. Но ни в коем случае не синий или желтый цвет — они придадут вам болезненный вид. — Черный, — проговорил Волдеморт вновь склоняясь к книге. — Я хочу черный. Так же вы можете использовать другие цвета для вечерней одежды. Кроме оранжевого. — Э-э-э… конечно, сэр. Черный идет всем, — ответил Пожиратель смерти и посмотрел на Гермиону, на что она лишь пожала плечами. — Наряды будут готовы до понедельника. — Хорошо. — согласился Волдеморт. Портной поклонился и вышел из комнаты. — Ты не умрешь, если будешь более дружелюбен, — пробормотала Гермиона, наклоняясь за одеждой. — Именно это и произойдет, — проговорил мужчина вставая со стула. — Если я буду дружелюбен со всеми, люди решат, что это слабость. Я проявляю дружелюбие лишь в том случае, если не могу добиться своего другими методами. Издав смешок Гермиона начала надевать мантию. — Ты ничего не забыла? — спросил Волдеморт окидывая взглядом ее тело. — Что? — недоуменно спросила она, но затем проследив за его взглядом, раздраженно стянула с себя трусики и бросила их в него. Ухмыльнувшись он поймал их, а затем добавил: — Однажды мне не придется тебе напоминать об этом. — Я не понимаю, почему я не могу носить их. Без них я чувствую себя некомфортно. — Ты привыкнешь, — ответил он все еще разглядывая ее тело. Он почувствовал пульсацию в штанах. Должен ли он?.. Было довольно скучно находиться здесь и наблюдать за ней, одетой в это простое белье. Скучно… Но все же он был мужчиной. Он понимал, что это проявление слабости, но ведь никто не узнает? Девчонка никому не скажет, что он пошел на поводу собственных желаний. До прошлой ночи у него давно не было женщины. — Остановись, — мягко произнес он. — Что? — она обернулась и увидела, как он начал расстегивать свою мантию. Ее взгляд опустился ниже отметив его возбуждение. — Ой… — Разденься, — приказал он. Сглотнув, она подчинилась. Медленно скользнув по телу, ее мантия упала на пол, оставляя девушку обнаженной. — Положи руки на стену, — повелел он и направился к ней. — Зачем… — Подчиняйся, — прорычал он. Волдеморт не хотел, чтобы она вновь попыталась погладить его, как будто он был послушной собачкой. Вновь сглотнув, она подчинилась. Волдеморт заметил дрожь, пробежавшую по ее телу. Положив руки на её талию, он ласково провел ими по ее коже. Его жена была миниатюрной: тонкая талия, небольшие бедра, маленькая грудь. Единственное что было объемным в ее внешности — это волосы. — Что… — Тише, жена… — он скользнул губами по мочке уха. — Я хочу, чтобы ты была достаточно влажной, когда я проникну в тебя. Ее дыхание стало прерывистым, когда его губы скользнул по шее, спускаясь цепочкой поцелуев к ее плечу. Его руки скользнули ниже, спускаясь к ее киске, с удовольствием отмечая ее влажность. — Раздвинь ноги. Она подчинилась. У нее были довольно длинные и красивые ноги. Он чуть согнул колени и плавно толкнулся в нее. Она снова ахнула, но продолжала опираться на стену. Отлично. Он начал толкаться в нее сильнее. Это не было занятием любовью. Ему просто необходимо было скинуть напряжение. Все из-за этой ситуации в Финляндии. Он сильнее сжал ее бедра, усиливая напор. Одна мысль об этом злила его. Как они посмели отказать ему в доступе к рынку? Конечно же он планировал со временем захватить его, но они… они посмели отстранить его! О, они заплатят. Он лично проследит за этим. В день, когда эти людишки посмели добавить его в черный список, они подписали себе смертный приговор. Он был вырван из своих мыслей громким стоном, с которым она кончила. Ее влагалище крепко сжалось вокруг его члена, почти причиняя боль и ни с чем несравнимое удовольствие. Низко зарычав, он последовал за ней. Девушка все еще переживала отголоски оргазма, и если бы он держал ее чуть слабее, — упала бы. Волдеморт поднял ее на руки и отнес в постель. — Так ты любишь жестко? — самодовольно спросил он. — Что… — сонно пробормотала Гермиона. — Я устала. Он усмехнулся. Теперь мужчина чувствовал себя намного лучше. — Ты можешь поспать. У меня есть кое-какие дела, о которых я должен позаботится. — М-м-м… — Она уже почти спала, что было неудивительно — Гермиона почти всю ночь ворочалась в постели. После быстрого душа он покинул комнату. Он должен был лично убедиться, что о тех трех членах Ордена, находящихся в Хамине, позаботятся. * * * Когда Гермиона вновь проснулась то уже было темно. Волдеморта снова не было в постели, судя по всему он все еще был занят. Ей было интересно чем именно? Это нужно было разузнать в первую очередь, чтобы помочь директору Дамблдору и Ордену Феникса. Хотя сейчас она больше руководствовалась собственным любопытством. Это было довольно странно. Пожиратели смерти не проявляли никакой активности. Мелкие, незначительные рейды не в счет. Однако, находясь здесь, Гермиона невольно отметила занятость Волдеморта. Этот волшебник хоть иногда спит? Да и то что он лично занимается такими делами, как создание военной базы в Хамине удивляло её. Почему-то она считала, что Темный Лорд лишь отдает приказы, оставляя всю грязную работу на своих последователей. И все же, чем именно он занимается? Следит за выполнением своих приказов или же сидит в темном подземелье, придумывая новые изощренные пытки? Гермиона направилась в душ, посмеиваясь над своими мыслями. Интересно что ей передать директору помимо того, что ей известно о поисках Чаши и основанием военной базы. О том, как хорош Волдеморт в постели? Ей срочно нужно было раздобыть хоть какую-то информацию и найти способ передать ее Дамблдору. Кто бы мог подумать, что Лорд Волдеморт будет делить с ней постель. Почему он не выделит ей отдельную комнату? Конечно же они должны жить вместе, но он мог бы выделить ей хотя бы кровать. Решив, что обязательно спросит его об этом, Гермиона принялась тщательно мыть тело. Обнаружив высохшую сперму на внутренней стороне бедер, она скривилась в отвращении. Почему она так ярко реагировала на него? Гермиона была напугана, когда он приказал раздеться. Напугана и… возбуждена. Тем не менее она знала, что он не навредит ей. По крайней мере физически. Девушка застонала, прижавшись лбом к стене, с трудом сдерживая слезы. Нет. Она не любила мужа. Не испытывала к нему никаких чувств. Не то что бы ей было с чем сравнить, но Гермиона была уверена, что должна ощущать нечто большее. Даже между ней и Крамом была какая-то искра. Чувства. Которые она никогда не испытает к своему мужу. То… то чем они занимались… это был просто секс. Без чувств и эмоций. Чистая физиология. Ему было наплевать на нее. Все что он делал, была вынужденная необходимость, только чтобы убедиться, что он не причиняет ей боль, не вредит ее здоровью. Лишь потому, что его обязует Контракт! Она начала мыть свои волосы, вызывающие у нее ассоциацию с крысиным гнездом. Волдеморту так же не нравились ее волосы. Не то чтобы она была удивлена этим. Даже Рону они не нравились. Но он мог проявить хоть капельку такта, и не говорить ей то, что она и без него прекрасно знала. Закончив мыться, Гермиона вышла из душа, обернувшись полотенцем. У нее была сменная одежда, но она забыла ее в спальне. Вздохнув, девушка направилась туда. — Что ты делаешь? Посмотрев в сторону кровати, Гермиона увидела, что Волдеморт сидел на ней и читал книгу. Он удивленно посмотрел на нее, и она плотнее прижала к себе полотенце. — Я… я забыла свои вещи. Я просто хотела достать их из своей сумки. — В три часа утра? — проговорил он, кивком указывая на окно. Было еще темно, но линия горизонта постепенно начинала светлеть. Девушка поняла, что они должно быть где-то на севере Англии. Возможно в Шотландии. Иначе небо в это время не начало светлеть. — Ну… я заснула после того как мы… и когда я проснулась… Я просто больше не чувствовала себя сонной. Его губы скривились. — О ты больше не хотела спать? Поэтому решила принять душ? — Да, — прошептала она залившись румянцем, тут же поспешив сменить тему. — Почему мы спим в одной кровати? Ей снова удалось удивить его. Дожидаясь ответа мужа, Гермиона поспешно оделась. Взяв расческу, она села на стул возле письменного стола и попыталась хоть немного привести в порядок свои волосы. Понаблюдав за ее попытками некоторое время, Волдеморт поставил закладку в книге и поднялся с кровати. — Я не собираюсь делать перепланировку ради тебя — он забрал щетку из ее рук и достал палочку. — К тому же если я разделю наши кровати, то для нас останется слишком мало места, когда мне понадобятся твои услуги. — Сегодня днем тебе кровать не понадобилась, — язвительно заметила смущенная Гермиона. — Днем это было… незапланированно. — Он взмахнул палочкой и в ту же секунду ее волосы высохли и распутались. — Это лучшее что я могу сделать. Я не часто использую подобные заклинания. Гермиона подняла руку и пропустила сквозь пальцы прядь волос. — Они никогда не были такими гладкими и шелковистыми, спасибо. Откуда ты узнал об этом заклинание? — она обернулась, успев заметить, как муж скорчил гримасу и сел на краешек стола. — Абраксас Малфой был старше меня на два года и крайне зациклен на своей внешности. Он часто пользовался подобными заклинаниями, и я запомнил парочку из его арсенала. Гермиона рассмеялась. — Могу себе представить, — весело заметила она, на что он с насмешливо ответил: — Малфой-младший рассказал мне немного о тебе. — Правда? — девушка приподнять брови. — Когда успел? — Пару часов назад. Он недавно вернулся из школы. Гермиона почувствовало укол в сердце при упоминания Хогвартса. — Ох… Да… Церемония была назначена на сегодняшний вечер. Я могу получить свои результаты? Он пожал плечами. — Если Дамблдор пришлет их сюда, так уж и быть. Я позволю тебе взглянуть на них, но только после того как я проверю письма. — Почему? Боишься, что там будет написан способ от тебя избавиться? — раздраженно спросила она, на что Волдеморт нарочито ласково ей улыбнулся и сладко проговорил. — Потому что я отвечаю за твою безопасность, и кто знает, что за проклятья ты можешь обнаружить в письме. — Дамблдор никогда бы не поступил подобным образом. К тому же там может информация личного характера! — Никогда не знаешь на что способен враг. — Он встал со стола и направился к кровати. — А сейчас прошу меня извинить, я намерен лечь спать. Ах да, у тебя на завтра назначена еще одна встреча. — Он снял с себя мантию и положил ее на край кровати. — Встреча? С кем? — спросила Гермиона, старательно отводя взгляд от обнаженного мужа. — С парикмахером. Никто не будет воспринимать меня всерьез, если я появлюсь под руку с женой похожей на пугало. Слова Волдеморта задели ее не так сильно, как сначала ей показалось. Вздохнув она решила замечать лишь положительные стороны. По крайней мере парикмахеру не удастся сделать ее волосы хуже, чем есть сейчас. * * * Гермиона смотрела на себя в зеркало с открытым ртом. То, что лежало на полу, могло показаться на первый взгляд мертвым пуделем. Но если хорошенько присмотреться, то можно было опознать ее волосы. В первое мгновение, смотря на эту кучу волос и ощущая необыкновенную легкость на голове, Гермиона начала сомневаться оставили ли ей хоть немного волос. К счастью, ее опасения оказались напрасны. К тому же, в качестве дополнительного бонуса, ей выщипали брови. — На этом все, — послышался робкий голос Пожирателя Смерти. — Миледи довольна увиденным? — в его взгляде было столько страха, словно от ответа Гермионы зависела его жизнь. Девушка кивнула, и он облегченно вздохнул, подтверждая ее опасения. Неужели Волдеморт убил бы мальчишку если бы ей не понравилось? — Доброго вам дня, госпожа, — поклонился он. — Примите мои поздравления по поводу вашей беременности. — Что? — удивленно переспросила Гермиона, переводя взгляд на говорившего. Пожиратель Смерти смутился и растерянно пробормотал. — Ну… мы… Мы думали, что это и является причиной вашего брака. Вам же известно, все чистокровные желают наследников. Гермиона ничего не ответила. Возможно Волдеморт хочет, чтобы все именно так и думали. Желает ли он на самом деле наследника? Они еще не обсуждали этого. — Я… Мы еще не так долго женаты. — Понимаю… прошу простить мою несдержанность… хм… до свидания, — поклонившись паренек ушел. Гермиона снова перевела взгляд на свое отражение. Она не знала стала ли выглядеть лучше, чем раньше. Ее никогда не занимали подобные вещи. Но сейчас… могла ли она считать себя красивой? Гермиона начала рыться в своей сумке в поисках косметики. Не то что бы она пользовалась ей. Да и косметикой то, что у нее есть, не назовешь. Всего лишь тушь и коричневый карандаш для глаз. Подарок Джинни на Рождество. И не смотря на данное ей обещание, Гермиона так и не разу ими не воспользовалась. Она решила, что сейчас самое подходящее время, чтобы научиться краситься. Очень медленно она подвела глаза и нанесла тушь на ресницы. Это сделало ее глаза выразительнее и ярче. Вглядевшись в свое отражение, она поняла, что что-то не так. Гермиона попыталась улыбнуться, но вышла лишь гримаса. Она выглядела смешно. Как будто маленькая девочка, пытающаяся выглядеть старше. Дверь вновь открылась и на этот раз в комнату вошел Волдеморт. Увидев сидящую перед зеркалом жену, он вопросительно выгнул бровь. — Я знаю, что выгляжу смешно, — простонала Гермиона. — Встань, — сказал он. Гермиона заметила в его руках сверток. Стараясь не растрепать прическу, она встала. — Да, ты действительно выглядело немного смешно, — она поморщилась. — Но это можно исправить, подходящей одеждой. Ты станешь выглядеть лучше, как только перестанешь носить школьные мантии, — подойдя к ней, он положил сверток на стол и начал неспешно его разворачивать. В нем оказалась первая партия ее новой одежды. — И это не лесть. Переоденься. Платье, что она достала из свертка, было строго покроя. Ей оно показалось немного старомодным. — Э-э… не мог бы ты отвернуться? — спросила она, впрочем, не особо надеясь, что он выполнит ее просьбу. В ответ он лишь выгнул бровь. Обреченно вздохнув, Гермиона начала переодеваться так быстро, как могла. В конце ей все же пришлось обратиться за помощью к мужу, чтобы застегнуть платье. Ей очень понравился материал, из которого оно было сделано. На ощупь он был очень мягким и приятно ласкал кожу. Повернувшись к зеркалу, Гермиона изумленно застыла. Она никогда не могла похвастаться своей фигурой, однако в этом платье она казалась невероятно женственной. Под черную, классическую мантию надевалось темно-зеленое платье. Оно обладало неглубоким V-образным вырезом, и немного выглядывало из-под мантии. Рукава же было длинными и широкими. — Теперь ты на самом деле выглядишь как молодая женщина, — произнес Волдеморт. — С такой не стыдно появляться под руку. Гермиона возмущенно посмотрела на него, но она не могла не признать справедливость его слов. Вновь всмотревшись в свое отражение, она не смогла сдержать улыбки. Эта ситуация навевала воспоминания о четвертом годе ее обучения в Хогвартсе. Волдеморт коснулся ее волос. — Да, это намного лучше. Девушка вновь взглянула в зеркало и увиденное внезапно ошеломило ее. Эта была уже не она, Гермиона Джин Грейнджер. Нет. Сейчас из зеркала смотрела на нее жена Лорда Волдеморта. * * * На свете было много того в чем Волдеморт прекрасно разбирался. Ему были известны тайные ходы под Лондоном; он мог говорить на двадцати различных языках и читать на еще десяти. Он знал на какие точки нужно нажимать чтобы парализовать человека. В конце концов ему было известно, о чем судачат змеи. Тем не менее он понятия не имел почему женщины плачут в тех ситуациях, в которых по идеи должны быть счастливы. Он дал девчонке новую одежду, помог укротить ту гриву, что она зовет волосами. А взамен? Он получил лишь слезы. Волдеморт думал, что разгадал причину ее слез после секса. Для этого он прочел не одну книгу по психологии. Как и предполагалось ответ он нашел в них. Девчонка была слишком напряжена в течении долго времени. Стресс, страх накапливались не имея выхода, а после оргазма она расслабилась и все это выплеснулось в слезах. Но сейчас? — Почему ты снова плачешь? — сердито спросил он. — Прости… — всхлипнула она. — Просто… просто… это больше не я. — Это же смешно. — Смешно?! — слезы сменились яростью. — Ты говоришь смешно?! Из-за тебя я лишилась всего! Друзей, родителей… у меня даже своя внешность не осталась! И после всего этого ты говоришь смешно?! У меня хоть фамилия сохранилась? Как мне теперь называться? — Твои предположения? — Риддл? — она пожала плечами. — Я давно уже не называюсь этим именем. — Я отказываюсь называться Леди Волдеморт. Он рассмеялся. — Это было бы абсурдом. Ты всего лишь грязнокровка. — А ты полукровка. Так что это не будет таким уж мезальянсом, — скрестив руки на груди прошипела она. Он замер в бешенстве смотря на нее. Ему безумно хотелось ударить ее, причинить нестерпимую боль. Но... он не мог. — Что я тебе говорил о том, чтобы не злить меня? — А что ты мне сделаешь? — дерзко спросила Гермиона. — Тебе? Ничего. Я сорву злость на первом попавшемся, скорее всего ни в чем не повинном магле. А тебе, придется жить с этим чувством вины, — Волдеморт развернулся и направился к выходу. Опередив его, Гермиона загородила собой дверь. В ее заплаканных, покрасневших глазах читался испуг. — Нет. Прошу, я не хотела. — Слишком поздно, — прошипел он и оттолкнул ее с дороги. Он уже потянулся к ручке двери, но тут Гермиона схватила его за руку, с мольбой заглядывая ему в глаза. — Выплесни свою злость на меня, вместо него, — с отчаянием взмолилась она. — Спешу тебе напомнить, что я не могу навредить тебе. И не смей ко мне прикасаться. Она отпустила его, отступив на шаг и с мольбой смотря на мужа. Волдеморт жестоко ухмыльнулся и закрыл за собой дверь. Ему всегда доставляло удовольствие искать слабости людей, ломать их, подчинять своей воле. Найдя слабое место своей маленькой женушки, он собирался полностью насладиться этим. Теперь она сделает все что он пожелает, лишь бы не пострадали другие.