Живи так, как хочешь ты.

— Расскажи мне о своей работе. — Смотрю на ткань. Вижу потенциал. Структуру. ДНК. Последовательности. Сплетения. Соединения. Вижу, как можно улучшить. Ем плоть. Расщепляю кость. Внутри меня. Трогаю. Смешиваю. Переплетаю. Достигаю лучших результатов. — Но не идеальных? — Идеальных — никогда! Идеал — цель, которая всегда меняется. Нельзя останавливаться! Сара Керриган и Абатур. StarCraft 2 Heart of the Swarm

      Поселение, к которому шли эльфы и полудракон, оказалось большим городом, расположившимся возле берега и имеющим большой порт. Он поможет Ночным Эльфам до браться до нужных мест и начать охоту на самого ненавистного врага их госпожи. Не смотря на приближающийся вечер, город кипел жизнью. Высокие каменные здания возвышались над маленькими, что росли на окраине. Стража занималась своими делами, стараясь не обращать на них внимания, но долгие периодические взгляды брошенные на них выдавали их с головой. Они были удивлены, но стремились показать, что им пока нет до них никакого дела. По улицам ходили представители этого народа, занимаясь своими делами. Над их голова в разные стороны пролетали полудраконы, но заметив их группу останавливались. Жизнь в городе медленно и не оспоримо останавливалась. Влияние этой силы все росло, чем дальше их импровизированный отряд продвигался в город.       Госпожа Смотрящих в ночь, эльфийка Мэв, задумчиво брела вперед по городу, опираясь на своего собрата по оружию. На ее отряд смотрели с неверием и большим удивлением, а на саму эльфийку со странными эмоциями. Кто-то смотрел с жалостью, другие с недоумением, но у всех на лицах при взгляде на нее появлялось еще большее удивление. Весящий на поясе серп-фантом тоже привлекал внимание, но уже по другой причине - на нем была крови и остатки плоти с ярко-оранжевыми чешуйками. При взгляде на оружие, полудраконы отводили взгляд, а самые смелые начинали друг с другом переговариваться и строить разные предположения. Эльфы, что были с ней не отходили от нее, а шедший впереди полудракон гордо вскинул голову, показывая всем свое высокомерие. Сияющие красные глаза на его лице показывали многим, что он доволен собой и счастлив. Привести в поселение эльфа было большой честью, а он смог привести не только одного, а целый отряд. Но не только это заставляло чувствовать его выше всех остальных, но и услышанный на поляне разговор. Их будет еще больше. Мэв не было никакого дела до зарвавшегося полудракона, но в голове иногда всплывали мысли спустить его с небес на землю. Ноющая боль по всему телу твердила, что сейчас лучше заняться своим здоровьем и, что спустить его можно будет и по позже. Она старалась не обращать на них внимания, но их реакция подтверждала услышанное ею от детей. Поморщившись от боли, госпожа приняла решение. Придется все таки отправить часть своего отряда пройтись по их базам, чтобы они узнали, что произошло и как все это отразится на деле. Мэв не строила ложных надежд и прекрасно понимала чем вызвана эта реакция и какой вывод приходит на ум. Её братья и сестры мертвы. К большой радости Госпожи в этот раз она сможет отомстить и все кто был причастен к истреблению Ночных эльфов в этом мире утонут в крови. Никто не сможет избежать заслуженной кары. Она придет, но только после того как будет схвачен предатель и снова заточен в свою темницу.       Новый враг, встреча с которым едва не стоила ей жизни, изменил ее мировоззрение на проблему с полудраконами. Она усилит тренировки и заставит тренироваться лучше своих собратьев. Ради сохранения жизни Смотрящих в ночь она сделает очень много. Они были ее семьей. Это существо было охотником или истребителем и его цель была в уничтожении их отряда, а возможно и в уничтожении всех эльфов. Она не знала сколько таких существует в этом мире и не собиралась гадать. Охотник был сильнее и быстрее чем полудраконы, с которыми она столкнулась два века назад. Возможно это особенности его вида, но даже в ее боях со Смертохватом она не чувствовала такого близкого присутствия смерти за спиной. Одно не правильное решение могло стоить жизни, да и не только ей. Вся группа и отряд могли отправиться на тот свет. Этого нельзя было допустить. Нельзя оставлять свободу Иллидану, так как Ночные эльфы не знали его целей и он мог принести еще больше проблем и смертей обратно в Азерот. Госпожа знала, что он их ждал, но кто мог отправить его сюда. На сколько же могущественен тот полудракон, что может управлять такими как он и заставлять их выполнять свою волю. У нее было слишком много вопросов, на которые пока нет ответа. Кто-то неизвестный прислал истребителя за ними. Кто-то узнал, что они прибудут и расставил свою первую ловушку.       Парочка полудраконов, что слишком громко обсуждали их появление, вырвали ее из размышлений. Бросив на них недовольный взгляд и вновь скривившись от боли в спине, Мэв вернулась в размышления, рассматривая возможно бывших союзников. Оценивая их с боевой точки зрения, она пришла к удивительным результатам. Они были слабее, чем в прошлом. Полудраконы были уже не такими быстрыми, ловкими и сильными. Госпожа смотрела на разных людей, что попадались на глаза и она не верила, что видит перед собой. Она не верит, что они могут упускать свой потенциал, который умирает с каждым днем. Ей попались на глаза и старики, и молодые полные сил, но все они были бы с легкостью уничтожены её отрядом. В их смертях нет толка, так что новые знания об этой расе придется отложить на более поздние размышления. На тот момент, когда они узнают, что произошло в этом мире и что же происходит до сих пор. Все они не смогут противостоять Иллидану или тем же демонам, что когда-нибудь придут в этот мир. Если это произошло по всему архипелагу, то у жителей острова Олух не сомненно появятся проблемы, как и у всего этого мира. Ей остается только надеяться, что это произошло не везде и только этот остров представляет из себя слабаков. Мэв не верила в то, что видела, но все улики были перед глазами. Даже закончившие превращение, как они называют этот удивительный процесс, начали свое развитие, но к сожалению не по всем направлениям, да и прилагают они не слишком много усилий и их потенциал тоже умирает. Они заключили договора с сильнейшими племенами и если и их острова постигла эта беда, то они превратились из полезных союзников в абузу, которую придется оберегать. С другой стороны все эти изменения несут и хорошую новость. Армия, которую не сомненно соберет предатель будет слабее, впрочем это была палка в двух концах - их армия тоже будет слабее. Она будет не так эффективна и ее будет гораздо проще разбить, если дело дойдет до полномасштабной войны. Госпожа сделает все, что сможет чтобы Он не смог получить и здесь армию из верных приспешников.       Каменная брущатка глухо звучала под ее ногами, пока она рассматривала предстающих перед взором полудраконов. Отряд шел вперед и все расступались перед ними, пропуская дальше в глубь города. Они проходили по улицам, что выглядели хоть и хуже чем их эльфийские города, но все же приемлемо для расы, что имеет человеческие корни. Ткань, что была под доспехами пропиталась кровью и начала не приятно прилипать к коже, но это была наименьшая беда. Кровь медленно утекала и она уже чувствовала, что начинает слабеть. Она не знала когда придет лекарь и сколько времени у нее осталось. Мэв не доверяла полудраконам, да и вряд-ли когда-нибудь будет, но в этот раз придется доверится и попросить о помощи. Слишком многое стоит на кону и умереть в самом начале их охоты будет не позволительной роскошью. Она усмехнулась, понимая, что если здешний лекарь ее убьет, то прибывшие эльфы точно уничтожат этот город или придадут самой жестокой смертной казни всех виновных в этом.       Они вышли на большую площадь на против которой располагался один из самых больших домов, что они видели когда-то в этом мире. Он был даже больше чем дом рода Хэддок, но обладал теми же недостатками, что и все остальные людские постройки. Они строили практичные, но однотипные дома, только дома родов отличались от обычных построек, да и важные для всего поселения постройки тоже. Таким образом родовитые показывали свою значимость. Такие здание были не только практичными, но и более-менее красивыми. Конечно до эльфийской архитектуры им расти и расти, но первые шаги уже положены. Возможно, что в далеких землях все не так и гораздо лучше, только эльфы оценивают не тех кто живет в далеке. В этой области полудраконы не продвинулись далеко и постройки, что два века назад, что сейчас не сильно отличались. Не нужно обладать даром предсказателя чтобы понять куда они шли и чем это дом перед ними. Они стоят перед домом вождя и Мэв была уверена, что их уже ждут на разговор, который к ее не удовольствию придется отложить. Здание напоминало особняки людских родов из ее мира, но было не настолько величественно и красиво. Такой же трех этажный большой дом, но сделанный в другом стиле и куда менее долговечен.       Отряд эльфов прошел через стражу, что расступилась и пропустила их внутрь здания, открыв им двери. Полудракон, что надменно шел впереди остался снаружи и на него уже посыпались смешки из толпы, нанося удары по его самооценке. К ним подошла женщина средних лет и попросила следовать за ней. Они шли по длинному коридору, в который выходило множество дверей. Никто не обронил не звука, пока эльфы шли. Все разглядывали непримечательный внутренний стиль. Полудраконы хоть и были для них другой расой, но как и люди предпочитали хвастаться своими трофеями. На стенах весели разные трофеи, оружие и картины предков, что жили здесь раньше. Аккуратный столик с двумя стульями стояли возле большого окна. Именно их заприметила Тюремщица Иллидана, когда они остановились на повороте. Ночным Эльфам в отличии от своих собратьев Эльфов Крови или как их называли раньше Высшие эльфы не нужен был сон так часто. Они передохнут, когда отплывут с этого острова. Ласлегедхел справится со своей задачей и разместит их народ на нужное время, а переговоры с лидером он оставит на нее. Как и всегда.       — Прошу вас, Госпожа. Вам в эту комнату,— сказала женщина, слегка качнув головой, когда они остановились возле одной из дверей. Мэв кивнула на эту реплику и они вошли в комнату, зная, что скоро их ждет первый разговор с правителем этого племени.       В самом помещении не было много вещей. Возле стены на против входа стояла широкая кровать с металлическими ножками, а возле нее небольшая тумбочка. На ней стоял керамический кружка и кувшин с водой, а так же стоял небольшой подсвечник рассчитанный на одну свечу. Днем в комнате преобладал солнечный свет, который лился из большого окна, расположившегося справа от входа. На стенах так же были расположены подсвечники. В углу стояла стойка для доспехов и небольшой сундук. На против стойки в другом углу расположился простой деревянный стол со стулом.       Собрат помог дойти ей до кровати и аккуратно посадив Мэв, он подозвал еще парочку эльфов и они начали снимать с нее доспехи. С нее сняли рукавицы, массивные наплечники, нагрудник и штаны. Госпожа ночных эльфов прекрасно видела, как один из подозванных разглядывал ее фигуру и почти в открытую пялился на грудь. Сейчас ее не волновали эти взгляды, но позже этот эльф получит за свою наглость наказание и усиленные тренировки. Этот метод не однократно выбивал из ее подопечных такие мысли и доказал свою эффективность. Эльфы были лучше людской расы не только сроком жизни, но и многими другими атрибутами, такими как восхитительное зрение позволяющие разглядеть все детали на много виль вокруг и возможность видеть в темноте. Лучшую скорость действий и реакции, а так же силу, что превосходила почти всех существ из азерота. К ее сожалению скорость заживления ран и переломов была чуть лучше человеческой. Она могла бы воспользоваться магией и восстановить свое тело, но большая часть резерва была потрачена в бою: на прыжки и пассивное увеличение скорости и реакции, а так же на ядовитые кинжалы. Заклинания целителя требуют больших магических затрат и концентрации, а лучшие и сильнейшие заклинания были доступны только обладателям дара. Оба эти условия были не доступны сейчас, да и не было у нее дара к магии жизни. Этот дар позволил бы снизить количество используемой магии. Пока Мэв вспоминали эту глупость, что когда-то изучила в библиотеке, ее бережно положили на кровать и накрыли тканевым пледом, до прихода целителя. Два эльфа поклонились и вышли за дверь, у которой уже стояло четыре эльфа для охраны, а собрат, что помог ей дойти сел на стул возле стола и поморщился.       ~ Что отвык от вида крови, Куталион? ~ Подала голос Мэв, увидев его лицо.       ~ Нет, Госпожа. Никогда не любил как липнет пропитанная ее ткань к телу.~ Ответил лучник, усмехнувшись на ее вопрос.       ~ В этом мы с тобой похожи.~ Сказала Мэв, разглядывая потолок и ожидая местного целителя, надеясь, что деградировало в этом мире только боевая сторона полудраконов.        Куталион усмехнулся услышав голос, к которому он привык. Этот прекрасный на его вкус голос, он мог бы слушать долго. В отличии от Ласлегедхела он знал, что не стоит даже пытаться добиться ее расположения. Госпожа Мэв не была заинтересована в отношениях, а тем более в браке и детях. Секс на несколько ночей ее прекрасно устраивал и она не хотела большего. Ласлегедхел бросил вызов этому принципу, но этот глупец по мнению Куталиона был лишь очередным глупым эльфишкой, что никак не мог понять эту аксиому. Многие не могли понять, но видя, что происходит с теми или с другими бросали свое дело и начинали жить уже как Смотрящие В Ночь. Куталион, офицер второго ранга, даже поспорил на с его собратьями и сестрами на это. Он поставил на то, что Офицер первого ранга умрет в тот день, когда решиться на этот шаг. Эльф еще никогда не ошибался на этот счет. К сожалению с ним были не все сестры и братья, с которыми они заключили это пари, но и трех офицеров хватит для подтверждения его победы. На их войско в две сотни эльфов было четыре офицера второго ранга или как говорят люди лейтенанта и один офицер первого ранга или капитан. Раньше их войска в таких экспедициях состояли от пяти сотен до тысячи эльфов, но после новой идеи Госпожи Мэв для их темниц количество войск для охоты снизилось. Слишком мало эльфов для охоты, как он считал, но он знал о том, что еще около тысячи присоединиться к ним уже здесь.       От размышлений на тему их новой компании в этом мире его отвлек стук в дверь. Положив руку на меч, он разрешил войти. Дверь распахнулась и в нее вошла темноволосая девушка, за которой шли два амбала и несли как он думал лечебные мази и многое другое. Поставив на пол возле кровати свою ношу, два полудракона кивнули девушке и вышли за дверь. Девушка выглядела симпатично на его вкус, темные волосы, бледноватая кожа и красивые черные глаза, как всегда суженными зрачками. Ее стройная фигура прошла до кровати, но почувствовав взгляд обернулась на Куталиона.       — Я Адела, целитель этого города! — С небывалой гордостью представилась красавица, пристально разглядывая его.       — Куталион, офицер Ночных Эльфов, — ответил он, хмыкнув на такое поведение. Он сел обратно на стул, с которого встал на случай опасности его Госпоже. Адела смотрела на него добрыми глазами, в которых так и плескалась радость и необъяснимая нежность. Посмотрев на Мэв, ее взгляд чуть изменился и в нем появилась боль и печаль. Она аккуратно присела на кровать и откинула ткань, предоставляя себе тело для работы.

***

      Халльдис Хофферсон зашла в дом через открытое ею окно на первом этаже. Её выходку несомненно не оставят без внимания. Готти и Стоик устроят поиски и допросы в поисках того кто совершил это злостное преступление. Усмехнувшись от этой мысли, она подняла свою ношу и пошла в кабинет главы дома. Это ничтожное действие, которое Халльдис совершила в ответ на многие настоящие преступления против ее семьи, не стоит и гроша. Астрид сможет соврать правдоподобно и она об этом давно позаботилась. Простое заклинание перед выходом и они ничего не узнают о ней. Про остальное младшая Хофферсон и не знает, да и не нужно ей этого знать. Халльдис знала, что у нее слишком мало времени, но она успеет избавить их дом от следов ее присутствия. Стоик начнет поиски завтра с утра, как он это делает в подобных ситуациях, а значит времени на исчезновение у нее только одна ночь. Тайники смогут укрыть все честно отобранное назад, а кабинет главы дома сокроет ее на время поисков. В том случае, если они найдут кабинет и смогут попасть внутрь, то самые лучшие тайники внутри кабинета сокроют и ее и добычу. Тайны Старейшины Готти помогут ей в поисках истины, а возвращенные книги помогут продолжить обучение. Затащив все это в комнату, старшая Хофферсон сняла с себя одежду и накинула иллюзию своей сестрички. Надев на себя ее вещи, она вышла из комнаты, запирая ее до своего возвращения.       В деревне произошло что-то ужасное и она обязана знать, что произошло на этом презренном острове. В этом вопросе ей помогут слухи, Рыбьеног и подслушанные разговоры. Она знала, что Ингерман работает в библиотеке и придется либо поймать его там, либо ждать на ужине и тогда останется только собирать информацию. Халльдис с одной стороны восхищалась этим островом, а с другой презирала его больше, чем родную сестру. Она перестала считать его своим домом давным давно, а Астрид была по большей мере бесполезна, да и выращена как чужая кукла. Хофферсон потратила слишком много ценного времени чтобы добраться незамеченной до дома со всеми вещами. Она не знала, что произошло, но подорвавшиеся полудраконы ходили практически везде и все с грустными лицами. Сначала она планировала подслушать все, что там было, а потом пересказать Астрид и отправить ее на ужин в большой зал, но пришлось корректировать план. Тащить все это добро и пытаться добыть информации сложная задача, а при хаосе, что устроили полудраконы на острове почти не осуществимая. Пришлось отказаться от старого плана и отправится на разведку самой. Вечер и ночь не будут простыми и нужно выполнить еще большой объем работы.       Выйдя из дома, она посмотрела на небо, что медленно начинало темнеть. Приблизительный план по сбору информации был прост. Она послушает, что говорят ее бывшие соплеменники по дороге к Рыбьеногу в библиотеку. До ужина еще было несколько часов и это облегчало ее задачу. Астрид сыграет свою роль сегодня и поможет ей. Она отвлечет внимание на себя и будет присутствовать на ужине. Слушая проходивших мимо полудраконов, Халльдис смогла узнать, что сегодня умер капитан стражи. Ее это известие никак не тронуло, так как он был для нее никем. А знать его и говорить с ним было не обязательно. Впрочем тут все жили более-менее по подобному принципу. Только некоторые выбивались из общей картины. Она шла по улицам и слушала говорящих полудраконов. К сожалению Хофферсон слухи были не надежным источником информации, так как для хорошего распространения люди придумывали различные детали и нюансы. Изначальный рассказ, который она услышала в деревне быстро обрастал новыми деталями, иногда совсем бредовыми. Одна парочка даже умудрилась подраться из-за этого. Сначала они спорили чья история правдивее, а когда у них закончились аргументы приступили к кулачному бою, стараясь доказать противнику свою точку зрения таким образом.       Проходя мимо дома Йоргенсонов, ей пришла в голову замечательная идея. Сморкала всегда стремился привлечь внимание Астрид. В этот раз он поможет в разы лучше, чем обычно. Его привязанность к младшей сестре поможет сегодня, пускай для этого и придется по терпеть его сомнительную компанию возле себя некоторое время. Информация от него будет наиболее точной, хоть и по сомнительной причине. Кивнув своим мыслям, она повернула к дому этого самовлюбленного викинга. Дом этой семьи не был самым большим или самым красивым на острове, обычный большой дом, от которого веет пафосом и самовлюбленностью. Халльдис все равно на чей стороне этот дом, но учитывая прошлое, точно не на стороне Хэддока старшего, хоть и будут делать вид до самого конца. Она воспользуется ими когда придет их время, но не раньше. Любая ошибка сейчас будет стоить слишком дорого. Когда-то их предки любили резать друг друга, а вернее отрезать от семьи побочные ветви, проливая не мало крови. Возобновление этой мерзкой традиции сейчас не имеет никакого смысла, а возможно будет стоить ей жизни. Младший Йоргенсон в отличии от своего отца редко думает головой, за что и получает периодически по голове либо от нее, либо от Астрид. Халльдис не верила в любовь, которую пытался показать этот полудракон. Скорее всего он действует по приказу своего отца, надеясь соединить их дома и получить не только деньги, знания, но и закончить эту вражду. У отца Сморкалы должен быть план, а взять в жены последнюю из рода Хофферсон наверняка один из пунктов. Никто не доверял Йоргенсонам из-за их амбиций. Впрочем ее этот план никак не интересовал. Она исчезнет до того, как он начнет исполняться, либо во время него.       Подходя к дверям дома, Халльдис усмехнулась заметив тот же подчерк возле него. Старуха Готти и здесь пыталась снять чары и руны с дома и его территории, но как всегда не преуспела. Её попытки раздражали регента рода, особенно ночные, когда она как и любой другой полудракон пыталась по спать. Готти не понимала, что ее слабая собственная магия никак не поможет ей взломать и уничтожить защиту. К сожалению Хофферсон у них не было в доме мужчины с их фамилией или того кого они взяли бы к себе путем брака. Дом Хофферсонов был патриархальным как и большинство домов в мире, только в племени Бой-баб были матриархальные дома. На настоящего главу дома было завязано слишком много в том числе защита дома. В отсутствие главы, она тратила много сил на недельные ритуалы по ее укреплению. После них приходилось отсыпаться и ждать, пока магический резерв вновь восстановиться при помощи двух источников, к которым она имела доступ. Один был в глубине острова Олух, но он настолько ослаб, что скоро самостоятельно разрушиться, а второй был далеко от острова на континенте. Положение Регента рода так же не устраивало Халльдис, так как сама магия требовала от нее идти на поиски будущего главы, иногда очень интересными способами. Само положение не давало ей многого, а требовало слишком больших затрат времени и сил. В самые тайные помещения и ритуальные залы, она вообще не имела доступа, так как там мог быть только Глава дома и наследник. По началу это раздражало ее, особенно в их ситуации. Пару лет назад, когда она попыталась обойти это правило и попасть в ритуальный зал, магия дома сама наказала Халльдис за эту дерзкую попытку. Старшая Хофферсон пролежала несколько недель на кровати без возможности встать и чуть не потеряла крылья. Астрид тогда показала ей настоящие эмоции. В тот роковой день, младшая Хофферсон впервые накричала на нее и в ее глазах сияли страх и боль. Она переживала и заботилась о своей сестре, добывая разные зелья и мази. В тот момент Халльдис поняла, что для младшей Хофферсон еще не все потеряно и они смогут стать семьей.       Прогнав не приятные воспоминания из головы, Халльдис постучала в дверь. Глухой стук разошелся по зданию, оповещая его жильцов, что к ним пришел гость. Впиваясь голубыми очами в дверь, она прислушивалась к звукам, надеясь, что самовлюбленный мальчишка дома. Гулкие шаги раздавались по коридору и спустя пару мгновений закрытая дверь открылась, представляя ей младшего Йоргенсона. Сморкала, хлопая глазами полных удивления, смотрел на гостью. Хофферсон усмехнулась про себя, вспоминая их последнюю встречу. Он явно не ожидал, что к нему кто-то придет сегодня кроме родственников. Перестав хлопать глазами, Йоргенсон самодовольно улыбнулся и оперся о косяк плечом, скрещивая руки на груди. Он смотрел на нее с явным вожделением и где-то в глубине его глаз с любовью. Передернув плечами, она встретила его взгляд и нахмурила брови, давая ему понять, что такое поведение не приемлемо. Сморкала как-будто не замечая взгляда продолжал пожирать ее тускло-зелеными глазами. В любой другой ситуации, она бы скривилась и врезала ему по самодовольной роже, но сейчас ей нужна информация.       — Привет, Астрид, — самодовольно протянул он, прикрывая глаза. Халльдис вздохнула и проглотив свое самоуважение улыбнулась Йоргенсону.       — И тебе привет, Сморкала, — ответила Хофферсон, продолжая улыбаться. В их отношениях все было сложно. Она бы никогда не назвала это отношениями. Сморкала не был в ее вкусе, да и никогда бы не попал из-за своего характера. Иногда Йоргенсон приятно удивлял, но все еще не мог стать по ее мнению нормальным человеком из-за своей гордости и самовлюбленности. Перестав улыбаться, старшая Хофферсон кинула на него заинтересованный взгляд, в последний раз думая стоит ли пытаться. Кивнув самой себе, Халльдис взглянула ему в глаза.        — Мне нужна твоя помощь, — мягко произнесла она, заставляя его поперхнуться и посмотреть на нее с удивлением. Он явно не ожидал этого, да и скорее всего ожидал приглашение прогуляться вместе с близнецами. Их нигде не было видно, так что Сморкала растянул губы в радостной улыбке, сверкая клыками.       — Чем же я могу помочь тебе, Дорогая? — Уверенно спросил Йогренсон, подмигивая ей. В ее груди появилось сильно желание сломать ему руку, а еще лучше выбить пару клыком. Это принесло бы Халльдис много удовольствия, да и следующие пару недель помогли не были бы им испорчены.       — Расскажи, что произошло в деревне, — попросила она, пропуская мимо ушей "дорогую". Услышав ответ Астрид, Сморкала оттолкнулся рукой от дверного косяка и подошел к ней. Хофферсон знала, что он расскажет ей все, а потом уже получит за свою наглость. Любой другой полудракон просто бы рассказал ей все ее интересующие, но он скорее всего попробует еще раз пригласить на свидание.       — Снова тренировалась в лесу весь день? — Задал он риторический вопрос, зная о предпочтении Астрид проводить свои тренировки именно там. — Да, практически ничего интересного и не произошло. По громыхали молнии в облаках и отправились куда-то за горизонт, — сказал Сморкала, смотря в ее глаза.       — Это все? — Спросила она, закатывая глаза и отходя от него на шаг назад.       — Нет,— усмехнулся он, проводя глазами по ее фигуре. Хофферсон сдержалась от резкой реакции на это действие и заинтересованно посмотрела на него.— Одна из молний ударила в нашу рыбную лодку и все находящиеся там сгорели. Но это не все. Капитан нашей стражи, что сегодня нес службу, решил попытаться спасти кого-нибудь из них и влетел в огонь. Обратно он уже вернулся обугленным полутрупом. Как сказал мой отец огонь был действительно очень сильным и дракона из класса кочегаров это не спасло. Сгорело практически все: Одежды практически не было, кожа обгорела и в некоторых местах огонь прожег все на свое пути добираясь до костей, — рассказал Сморкала, задумчиво смотря на Халльдис и делая шаг в сторону. Когда он описывал, что произошло с его собратом по классу, то не вольно вздрогнул и в глазах появился страх. Тряхнув головой, Йоргенсон подошел по ближе и весь страх исчез, а на его месте появилась типичная самоуверенность.       — Как хорошо, что Скриллов больше нет, — прошептал он настолько тихо, что будь на месте Халльдис Астрид, то ничего бы не услышала. Поборов желание сказать что-нибудь язвительное, она кивнула.       — Спасибо, — поблагодарила его Хофферсон. Она собиралась уйти, показывая этим, что разговор закончился, но Йоргенсон догнал ее и положив руку на плечо развернул к себе.       — Раз уж я помог тебе, то и ты помоги мне, — сказал он, встретившись с ее недовольными глазами. Она лишь выгнула вопросительно бровь, гордо выпячивая грудь. Халльдис не ожидала, что Сморкала осмелиться что-то попросить.       — Мы можем по тренироваться вместе в следующий раз? — Спросил младший Йоргенсон, поигрывая мышцами на руках. Поборов желание скривиться от этой картины, Хофферсон отошла на шаг назад и задумчиво на него посмотрела. Она могла потешить его самолюбие и согласиться, но подставлять сестру не хотелось. Да и это резкое изменение их статуса отношений привлечет внимание.       — Нет. Предпочитаю тренироваться одна, — прошипела старшая Хофферсон, ставя точку в этом разговоре. Она развернулась и пошла в сторону библиотеки, где уже должен был закончить свою работу на сегодня Рыбьеног.       — Ты придешь на поминки в большом зале? — Прилетел ей в спину последний вопрос, повернув голову на право, Халльдис лишь кивнула и быстрым шагом продолжила свой путь. Времени оставалось все меньше, а сделать еще нужно было очень много.       Информация, что она получила была крайне интересной, а зная желание Йоргинсона еще и правдивой. Явление было интересным, но ее знаний точно не хватит чтобы разобраться в этом. Единственное, что Халльдис знала по этому поводу, что это не возможно. Молнии исчезли давным давно, вместе со Скриллами, но это точно сотворила не природа. Все это можно было связать в одну паутину событий, как и молнию, что она видела совсем не давно, но к чему все это приведет, пока не являлось понятным. Знания, все всегда упиралось в них, как думала Хофферсон и по Разящим их практически не было - не у нее дома, ни у проклятой старейшины. Возможно Рыбьеног знает что-нибудь или Шторморез, но больше всего Хофферсон не хотелось чтобы в этом смогла разобраться Готти или те, кто прислал тогда Охотников по ее с наставником души. Не известно, что принесет это в будущем, но неожиданности, которые могут изменить картину мира всегда приятны глазу. Впрочем Халльдис еще не потеряла детскую наивность и желание верить в лучшее будущее. Она и сама это понимала, но пока не хотела избавиться от этой привычки, которая когда-нибудь сможет сыграть с ней плохую шутку. Не в ее привычках было загадывать на будущее, так как знала, что оно крайне не стабильно и любое действие меняет картину. Выбросив из головы эти мысли, она усмехнулась, так как младший Йоргенсон проболтался ей на тему своего страха. Скриллы. Причина этого страха была понятна и ясна - никакой полудракон не сможет выдержать удара молнии и каждого из них ждет Смерть при схватке. Ирония была в том, что молния сжигала противника, а Йоргенсоны представители горящего, но не сгорающего класса. Полудраконы из класса разящего ей всегда были интересны, а так же причина их малой численности.       Наставник не успел рассказать ученице, как из прекрасного мира, в котором всегда царила жизнь и магия, он превратился в это жалкое подобие пустошей, разве что по красивей. Однако обмолвился, что когда-то полудраконов из этого класса было много, очень много. Их таинственный враг, который уничтожает их, настоящих полудраконов, жив до сих пор. Выводы Халльдис всегда умела делать и сложить два плюс два могла спокойно. Уже на обратной дороге на Олух, она поняла, что настоящих полудраконов просто уничтожили, а потом извратили их наследие. Кто-то очень долго и качественно подготавливал это ужасающие по своим размерам преступление. Заставил поверить, что прошлые их знания ложны и предоставил новую более удобную картину мира. Ей хотелось отомстить за своего наставника, но если начинать эту месть, то придется решить и старую проблему. Хофферсон считала, что если потянет за эту ниточку, то вытащит и остальной ворох проблем, пронизывающих мир. Ей совсем не хотелось трогать старые проблемы, но это только пока. Без единомышленников этот мир не изменить, а начинать новую войну практически в одиночку было чистым самоубийством. Хофферсон не знала кому даже придется ее объявлять. Остальное не имеет значение. Все это нужно решать позже, гораздо позже.       Свернув в сторону библиотеки, она вновь погрузилась в размышления. Это событие помогло дому Хофферсон и она воспользуется отпущенным временем. Сегодня будут поминки, после которых не один викинг не будет работать в нормальном режиме, а значит, что обыск и допросы устроят на следующий день. Этот даст ей достаточно времени, чтобы убрать не то, что следы своего существования, но и любые намеки на него. Свою тайну, Халльдис раскроет в самый последний момент, когда уже не будет другого выхода, а пока пускай все эти глупцы останутся в неведении. Она не успеет домой чтобы поговорить с Астрид, так как ее маленький план нужно исполнить как можно быстрее. Секунда промедления может стоить всей игры, а выходят из нее как известно только трупы. Она незаметно для остальных до тронулась до руны, расположенной на руке и отдала короткий приказ. Слуга скоро прибудет и короткое письмо будет отправлено младшей Хофферсон. Готти и Стоик точно будут на ужине, а значит и ей нужно будет снять подозрения с них, а так же предоставить Астрид, как верную ничего не скрывающую девушку. Младшая сестра не заслужила такой милости из-за своего проступка, но план сейчас важнее чем воспитание сестры. Благо младшая Хофферсон имеет крепкий нрав и не позволит себе не нужные любовные приключения. Остановившись возле одного из домов, она написала записку с приказом уничтожить после прочтения.       Закончив писать, Халльдис пошла дальше к библиотеке. Благо, что она двигалась по стандартному пути Ингермана и он не смог бы проскользнуть мимо нее. Не встретив его по пути, Хофферсон надеялась, что он все еще на рабочем месте и ничто не помешает их разговору. Единственное, что придется изменить, так это линию поведения. Рыбьеног не Сморкала и не клюнет на ее удочку, как мальчишка. Он попросит что-нибудь в замен, но его фантазия гораздо лучше чем у Йоргенсона, так что ожидать нужно многого. Возможно, что он расскажет все и так. Поступит как настоящий друг, которым его считала ее сестра. Впрочем, если ее предположения верны, то она знает, что предоставить ему взамен. Если мальчишка Ингерманов действительно такой каким о нем отзывалась Астрид. Она тоже не отказывала себе в разговорах с ним и Рыбьеног действительно знает больше многих из-за своей любви к чтению. С ним было почти так же приятно разговаривать, как и с бывшим Хэддоком, который после отсечения стал еще более интересен. Иккинг сейчас не доступен, а значит планы на него и которые ему точно понравятся придется отложить в долгий ящик. До второго дома библиотекаря осталось всего пару шагов, когда ее догнала слуга. Шипорез отдала ей письмо и та быстро поклонившись, отправилась до дома.        Библиотека встретила ее закрытыми дверями. Удивление отразившиеся в ее глазах пробило даже иллюзию и она смотрела желто-зелеными очами на закрытую дверь. Рыбьенога не было в библиотеке, а это меняло ее планы. Раздражение и злость в мгновение ока прокатилось по ее телу и она не сдержавшись ударила по стене, выпуская злость. Доска стоящая в в стене, покрылась трещинами, а злость мгновенно прошла, когда она заметила, как на нее обернулись прохожие. Отсутствие Ингермана вызывало вопросы, на которые у нее были ответы. Его привлекли, как и скорее всего Готти, к расследованию странного явления. Вождя несомненно заинтересовало это пламя. Библиотекарь сейчас либо у себя дома готовится к встрече, либо уже на ней. Чутье подсказывало, что Стоик захочет заинтересовать сына Ингерманов, а значит покажет ему дом Готти. Хэддок был предателем и если бы он принадлежал дому Хофферсонов, то уже бы получил Ночной цветок. Ярость, которая проявилась еще в большом зале была успешно задвинута в глубины души, но сейчас ей хотелось порвать его на части, медленно смакуя удовольствие от маленькой мести. С трудом подавив ярость и ненависть, Халльдис вытащила из потайного кармашка ключи. Она украла их у прошлого хранителя библиотеки и подставила его, что освободило место для Рыбьенога, который был ей благодарен за помощь, хоть и не знал какой ценой осуществилась его мечта. Он пообещал ей книги, которые она сможет получить, а при желании и нужде еще и скопировать. От ключей Халльдис тогда решила не избавляться, пологая, что они могут еще пригодится и вот этот момент настал.       Открыв дверь, она прошмыгнула внутрь, запирая ее за собой. Ее магический резерв, почти закончился и осталась лишь капелька, так что ничего затратного она применить не сможет. Полное опустошение резерва ей поможет - будет развивать максимальный запас маны внутри, что откроет ей новые горизонты. Правда была и не приятная сторона - спать сегодня она будет дольше обычного и потом еле-еле передвигаться, но это того стоило. Ряды книжных полок встретили ее звенящей тишиной. Она спокойно выдохнула и пошла вперед. Предположение Халльдис требует проверки, а единственное место, которое было подсказано ей в записке, является библиотекой. Здесь хранилось множество книг, но в большинстве своем они были бесполезны, так как являлись всего лишь творческим вымыслом. Идя вдоль книжных полок, она без интереса рассматривала корешки фолиантов и книг. Все это было изучено и не представляло никакого интереса, разве, что может иногда развеять скуку. Была надежда на скрытый отдел, куда имели доступ только ограниченное количество людей, но видя тенденцию, Хофферсон не особо надеялась на это. Если бы она была полноправной главой дома, то тоже могла бы приходить сюда и получить все, что только пожелает. Поставленное условие еще тогда раздражало, но не особо мешало, так как она могла получить их и через другие руки. Подойдя к двери кабинета Рыбьенога, она удивленно вскинула брови, видя магическую защиту, опутывающую кабинет. Смотря на это, она заметила, что вся защита держится на рунах и препятствует проникновению в кабинет, только на защиту его хозяина. Досадно поморщившись, Халльдис собиралась уходить, когда новая волна ярости вырвалась из своего места заключения. Эта эмоция стала последней каплей в это вместилище, что не желало рости, так же просто как магический резерв. Вспышка ярости поглотило заклинание и использовав его мощь, она направила оставшуюся магию вместе с освобожденной на руническую защиту. Вырвавшаяся магия сметала защиту, уничтожая ее. Проламывала каждый уровень, пробираясь к следующему. Шторморез хорошо поработал, так как рунная цепочка, ответственная за защиту кабинета, располагалась последней. Она давно научилась контролировать такие ситуации и знала как применять в них магию. Это был один из тех уроков, что ей преподал мастер. Разрушающая волна добралась до последнего круга и с трудом проломила и его. Входная дверь отварилась. Халльдис Хофферсон, прислонившаяся к стене с трудом дышала, пытаясь успокоить собственное сердце, что бешено колотилось в груди. Она предпочитала не замечать стекающих по ее лицу капелек пота. Взглянув в низ, Шипорез досадно поморщилась, так как уничтоженное заклятие вернуло родную форму. Крылья и хвост весели за спиной, а голое тело, покрытое в некоторых местах чешуйками, сползло на пол. Встановив дыхание, она поднялась и зашла в кабинет. Рунные круги, что были сокрыты еще одним кругом сияли ровным цветом. Зашипев от раздражения, Хофферсон быстро оглядела кабинет, приметив несколько капель крови на полу. Все шесть кругов пульсировали и скоро защита будет восстановлена. Времени оставалось все меньше. Она схватив плащ с вешалки, еще раз быстро оглядела кабинет, но на этот раз уделяя больше внимания самим рунным кругам. Нужные выводы Шипорез сделала и Шторморез представляет теперь куда большую ценность. Втянув в себя крылья и хвост, она не приятно поморщилась, хоть и их освобождение приносило удовольствие. Она на кинула на себя плащ и вышла из кабинета, подбирая остатки от ее вещей и принесенные ею предметы. Убрав следы своего присутствия, Хофферсон пошла в сторону ближайшего окна, слыша как открытая дверь резко захлопнулась. Все это она обдумает позже, когда придет время. Развернувшись Хофферсон пошла дальше, подбираясь все ближе к заветному выходу. Открыв окно, она быстро выпрыгнула на ружу и скрылась в ближайшем темном переулке.

***

      Халльдис упала в кресло, откидывая голову назад и прикрывая глаза. День выдался слишком насыщенным на разные события. Интересно, как скоро очнется Ингерман, привязанный к стулу стоящему на против. Все было сделано качественно и без единой зацепки, что позволит ей продолжить план. Правда в уже измененном виде. Иллюзия должна была помочь ей выторговать у Штормореза две услуги, но благодаря вспышке ярости об этом придется забыть. Впрочем помощь с поисками Иккинга, Шипорез окажет теперь как настоящую помощь, а не обмен услугами. Это поможет ей и покажет желание работать сообща. Придется так же оказать помощь в поисках ключа, но это было меньшей заботой по сравнению с доказательствами чистых намерений. Настоящие полудраконы стали очень осторожны. Мальчишка Ингерманов был нужен, как способ подобраться к полудракону. Рыбьеног не будет забыт и пусть сейчас Хофферсон использует его, но зная его пристрастия - поймет и простит. Встречаться со Шторморезом нельзя было открыто и при всех, а вот ночью и на ее территории, где нет посторонних глаз было идеальным выходом.       Шторморез заключил договор учителя и ученика, как и она когда-то. Скорее всего он подберет ему учителя из его класса и если Ингерману повезет, то учитель будет такого же класса, что и он. Единственное чему он может обучить мальчика, так это магии и тогда он перешагнет свою получеловеческую натуру. Рыбьеног станет одним из них, но Халльдис не знала понравятся ли ему изменения, как ей. Когда Халльдис начала обучение ее характер был практически, как у сестры, но душа дракона сама изменила его. Шипорезы всегда были очень сложно характерными драконами. Очень агрессивными, умными и хитрыми, но если заслужить их доверие, то они становятся самыми лучшими друзьями. В начале изменений у нее раскалывалась голова, а мыли путались и она страдала от неконтролируемых вспышек ярости. По началу все это очень пугало молодую Хофферсон, но мастер все объяснил и начал учить, а так же помог облегчить процесс. Она становился умнее, хитрее и нелюдимее, но снова вмешался мастер и она смогла взять это под контроль. Начиная обучение, будущий полудракон узнает практически все о своем полудраконе, подгоняет тело и разум для того чтобы все это смогло уместить всю мощь, которую можно получить при окончании обучения. Изучая полудракона и его особенности человек становится ближе к нему и получает возможность сблизиться с самой душой дракона, что выбрала его. Сближение не происходит просто так, в такие моменты, тело начинает изменяться гораздо глубже, чем появление драконьих особенностей тела. При окончание обращения человек получает базовые особенности, такие как улучшение органов чувств, возможности летать и т.д. Все это не является полным перечнем возможных способностей и возможностей, которые открывает драконья душа, но на начале обучение этого хватит. У каждого класса обучение разное и зависит от самого класса. У кого-то жесткое и кровавое, а у некоторых вполне мирное и радостное. Не каждый может заслужить ранг магистра. Многие тратят десятилетия чтобы заслужить ранг мастера, а магистра и вовсе не смогут достичь. Каждому свое. Их как правило очень мало, так как эти существа практически уникальные. Они не только познали самого дракона, но и узнали все тайны его души. Магистры достигают наибольшей близости с душой и живут свою жизнь за две. Мастер Халльдис был последним Магистром Шипорезом и как он рассказывал жил уже три поколения полулюдей. Это был дар, который он получил от своей второй души. Он успел научить ее много из того, что знал. Настолько, что она наконец-таки получила возможность изучать магию. Она достигла своей мечты, но как и любой ученик Халльдис желала превзойти своего учителя и достичь тех же успехов. Альвисс, Магистр Шипорез, научил ее контролировать свои эмоции и держать их в узде. Так же он рассказывал много историй, что происходили в мире и о своих собратьях. Он рассказывал ей об их классе полудраконов, рассказывал какие входят в него, их особенности и приметы. Рассказывал общие особенности всех Шипорезов. Учил как выживать в этом суровом мире и о том, что доверие нужно заслужить. Рассказывал о самом мире, о его особенностях и странностях. Учил, что не все полудраконы добрые и, что не все они хотят помочь тебе. Что они могут преследовать собственные цели. Альвисс дал Халльдис много знаний, но не достаточно чтобы перешагнуть планку хотя бы одной четвертой тех знаний, что должен получить полудракон прежде чем начнет познавать свою душу. До ранга мастер ей было еще далеко и Хофферсон не хватало знаний о своем полудраконе, настоящих знаний, а не того, что сейчас пишут в книгах. Она очень надеялась, что остались книги и знания, так как в противном случае придется все изучать самой и возможно допустить множество не прощаемых ошибок. Если же душа полудракона разочаруется в своем владельце, то покинет его и полудракон потеряет свои особенности, а потом и вовсе умрет. Чтобы не допустить этого Хальдисс много медитировала и общалась со своей второй душой, старалась узнать ее как можно лучше. Старалась стать лучше.       Взглянув на все еще усыпленного Рыбьенога, Халльдис поморщилась. К сожалению ей не удалось услышать, что говорили в доме Стоик и Готти. Впрочем это было не важно, так как она знала приблизительно то, что там могли обсуждать. Все пошло по плану и отключился он быстро, но вот протащить такого объемного и толстого викинга почти через все деревню было проблематично. Она еле успела оттащить его за домик Старейшины, пока не вышли эти два полудракона. Поморщившись от боли в плечах, Хофферсон в который раз поблагодарила Локи за его фокусы и за то, что улицы были пустыми, когда она тащила Громмеля. Желание идти спать было слишком велико, но разговор нужно провести сегодня и желательно побыстрее. Она встала со стула и вышла из комнаты. Ей нужно было переодеться чтобы все прошло лучше чем могло. Шипорез всегда жила по принципу - ожидай лучшего, но готовься к худшему. Переодевшись в свою домашнюю одежду, Халльдис вошла обратно в комнату.       Закрыв за собой дверь, Халльдис посмотрела на Рыбьенога, что уже очнулся и паническим взглядом оглядывал комнату. Закрывшаяся дверь прервала его. Ингерман перестал пытаться вырваться из опутывающих его веревок и дергать головой в разные стороны, пытаясь что-нибудь придумать. Он посмотрел на Хофферсон глазами полными ужаса и не поддельного страха. Это льстило, но и раздражало одновременно. Она взяла стилет прикрепленный на голени и пошла к нему. Громмель еще больше испугался и снова начал свои попытки вырваться и сбежать из этого ужасного места. Шипорез подошла к нему и резким движением руки вырвала кляп изо рта. Метавшийся Библиотекарь успокоился и посмотрел на возможную спасительницу с большим удивление. Если бы он только знал. Рыбьеног впился в ее лицо своими глазами, пытаясь узнать кто перед ним находится. Он знал всех жителей острова, но эту девушку видит в первые и не представляет кто она или чего хочет. Пристальный взгляд не много раздражал Халльдис, но она понимала, что он пытается сделать. Изумрудно-желтые глаза впились в него, пытаясь разгадать намерения, но Рыбьеног принял это на свой счет. Он видел в ней нечто знакомое, какие-то черты лица напоминали ему о ком-то, а пристальный взгляд вызвал армию мурашек, что прошла по телу. Стальные локоны удивили его и глаза-щелочки расширились до овалов. Разрез глаз, губы, небольшой носик все это напоминало кого-то, но он не мог вспомнить. Мысли летали в голове в попытках выяснить. Усмехнувшись на его новые метания, Халльдис тряхнула головой и по удобнее перехватив стилет, сделала надрез на руке. Рыбьеног зашипел от боли и посмотрел на порез, из которого вытекала кровь, понимая как он ошибался в личности пришедшей. Удовлетворенно кивнув, Хофферсон убрала нож и вернулась на свой стул.       — Ты Халльдис Хофферсон? — Удивленно-вопросительным голосом спросил Ингерман, решая проверить свою догадку. Видя как села она, продолжил уже утвердительно-радостно.— Пропавшая сестра Астрид!       — Никогда не отрицала, что ты умен, Рыбьеног,— ответила Шипорез, хмыкнув на его утверждение.       — Где же ты пропадала? Почему вернулась сейчас? Как смогла выжить? Откуда столько знаешь обо мне? — Засыпал ее вопросами Рыбьеног, забыв о ране на руке. Халльдис проигнорировала вопросы.       Несомненно Шторморез почувствовал боль ученика и сейчас используя связь, пытается его найти. Он найдет его, но не знает еще, что ждет здесь. Халльдис подготовилась и разрешила ему войти в их дом, не запирая входную дверь. Как и всегда сын Ингерманов не подводил и пытался узнать новое и по его мнению интересное. Она поговорит с ним, но позже, когда договорится с его новым учителем. Ответит на вопросы, которые никак не навредят ему, пока Хофферсоны еще на острове Олух.       — Зачем ты меня поймала? — Задал Ингерман новый вопрос, когда понял, что на прошлые не ответят. Халльдис взглянула на него и встав со стула, подошла. Не зная чего ждать, пленник тревожно поежился на стуле и с опаской посмотрел на утерянную.       — Поговорить хочу с твоим новым учителем,— сказала она, обходя стул и останавливаясь позади него. Шипорез взяла стилет и легким действием перерезала веревки, услышав как в дом кто-то вошел.       —Нет у меня никакого учителя. А у тебя будет много проблем, если сейчас же не отпустишь меня, — сказал он, пытаясь быть убедительным. Рыбьеног прекрасно знал, что его могут убить здесь, а потом и вовсе выкинуть в море.       — Я уже три года наблюдаю за всеми вами и знаю, что происходит на острове. А учитель появился у тебя сегодня днем, — ответила Хофферсон, смотря на него как на глупого и перерезала веревки, сковывающие руки.       — Ясно, но как? — Спросил он, потирая руки и вновь обращая внимание на рану. Халльдис лишь усмехнулась на его вопрос и убрала стилет на его место.       — Ничего с тобой не будет, а Шторморез уже скоро придет, — сказала не мертвая, слыша как отчетливые шаги по близости. Рыбьеног оторвал взгляд от раны и перевел его на дверь, понимая, что проиграл и бывший Асгрим скоро ворвется в эту комнату.        Шторморез влетел в комнату, резко открывая дверь, что она ударилась о стену. Он был с оружием в руках, готовый защищать своего ученика. Открывшаяся ему картина удивляла: По середине комнаты стоят два стула, возле которых стоит его ученик и не знакомая ему девушка, что саркастично ухмылялась ему. Рука державшая меч, опустились, когда владелец понял, что никому не угрожает опасность. Во второй по прежнему горело заклинание, но медленно исчезало. Приезжий поняв, что никакого боя не будет вошел в комнату, закрывая дверь. Получив утвердительный кивок от девушки, что напоминала ему бойкую Астрид Хофферсон. Меч вернулся в ножны и руки скрестились на груди молодого мужчины. Он вопросительно вздернул правую бровь и посмотрел на них говорящим взглядом. В нем читался один единственный вопрос: "Что здесь происходит?".       — Итак, что все это значит молодые люди? — Сурово спросил он, размышляя о том как бы наказать нерадивого ученика за такой проступок. Шторморез принял это, как не смешную шутку, что разыграли эти двое.       — Это я хотела поговорить с вами, а он всего лишь помог мне в этом, — сказала Халльдис, толкая ему третий стул, что располагался за ней. — Присаживайтесь, разговор будет долгим, — дополнила она и царственно опустилась в рядом стоящий стул.       — Халльдис Хофферсон. К вашим услугам, — представилась дама со стальными волосами, кидая на него заинтересованный взгляд.       — Айварс Янссон. К вашим услугам. — Повторил старое представление, про которое уже почти все забыли. Он был явно удивлен, таким познанием традиций и не много скептичен, что ясно отражал его взгляд.       — О чем же будет разговор, юная леди? — Опустившись на стул, спросил Шторморез, положив руки на подлокотники. Шипорез усмехнулась и перевела взгляд на Рыбьенога, что переминался с ноги на ногу, но в конце коцнов не выдержал и сел на стул.       — О ваших поисках разумеется,— казала она, кинув Ингерману подготовленную перевязь, заранее пропитанную мазью. Шторморез перевел взгляд на ученика, считая, что он мог подставить его. — Я знаю где он и могу помочь вам, — дополнила Халльдис, внимательно разглядывая их игру в гляделки. В голове уже строились разные варианты их разговора, но он позволила вести беседу так.       — Откуда вам может быть что-то известно? Я за пару дней ничего так и не смог узнать по поводу его судьбы, — сказал он, закончив игру и переведя задумчивые глаза на нее. Шторморез, в который раз жалел, что не может читать мысли людей. Улыбка на ее лице стала шире, понимая, что он весь ее. План пройдет полностью.       — Я знаю все, что происходит на острове, — произнесла она, сложив пальцы домиком.       — Что вы хотите? — Спросил мужчина. Он знал, как ведуться дела на этом острове и что почти все забыли о том, что такое помощь на самом деле.       — От вас? Ничего, — ответила она, довольно сверкая глазами. Недоумение проступило на его лице, заставив Халльдис хмыкнуть. — Мне ничего не нужно от вас в замен. Я действительно предлагаю вам помощь, а не услугу, — закинула она новую удочку, понимая, что усталость и истощение начинают брать свое.       — Хорошо, я принимаю вашу помощь, — согласился он, радуясь и строя дальнейший план. Шторморез хотел спасти эту девушку с этого отвратительного острова и сделать ее настоящим полудраконом. Все задатки у нее были. Удивленно вскинув брови, она хмыкнула, понимая почему этот мужчина все время ходит в плаще и с капюшоном. Все о чем он думал ярко отражалось на его лице.       — Прекрасно. Иккинг находится в эльфийских катакомбах, что располагаются под деревней. На сколько мне известно Стоик запер его там и попасть внутрь можно только имея ключ, — оповестила Хофферсон, вызывая на его лице радостную улыбку, а потом и недоумение от судьбы, которую предоставил мальчику его бывший отец. — Я помогу с поиском ключа. Не в моих привычках бросать нуждающихся собратьев в беде, — дополнила она, кивая им. Все шло по плану, осталось только узнать про свое обучение и если получится помочь и своей сестре.       — Спасибо. Не знаю зачем вы мне помогаете, но я вам благодарен. Рад знать, что не все забыли про настоящую помощь, — произнес он, не капли не лукавя. Скептицизм и подозрение все еще присутствовали в нем, но он действительно был благодарен, что получил зацепку, хоть и из сомнительного источника.       — Вижу вы до конца мне не поверили. Принимаю и понимаю. Давайте я докажу, что нахожусь на вашей стороне, — сказала девушка и видя полный скептицизма взгляд, зажгла в руки маленький огненный шарик. Шторморез усмехнулся почувствовав настоящую магию и с интересом посмотрел на Шипореза. Айварс смог сложить все факты и понял, что за дракон перед ним. Он знал, что они крайне недоверчивые и хитрые, а потому до сих пор ждал подлянку, но ее не было.       — Отрадно видеть, что на этом острове еще не все забыли про обучение и развитие своего потенциала, — отметил Айварс, радуясь, что у них есть еще одна сестра, про которую никто не знал. Впрочем не знание в их ситуации является синонимом безопасности. На его ответ девушка лишь рассмеялась, заставляя недоуменно посмотреть на нее. Рыбьеног, что сегодня узнал уже очень много горящими глазами, рассматривал Халльдис.       — Здесь никто ничему не учит. Только базовой ереси, что придумали после заката эры полудраконов, — сообщила она, закончив смеяться. Кивнув этому факту, мужчина хмыкнул переведя взгляд на ученика.       — Кто учил? Возможно я знал твоего учителя, — задал вопрос тот. Шипорез резко перестала улыбаться и на ее лице проступила боль и скорбь. Шторморез уже собирался извиниться, как она махнула рукой и взглянула ему в глаза. — Что случилось? — вопросил он, желая знать, кого нужно будет помянуть и отпеть почести согласно традициям.       — Охотники случились, — прошипела она, злобно сверкая глазами. Горестно вздохнув, он посмотрел ей в глаза, что пылали желанием отомстить. Учитель и ученик за все время учебы становятся как семья. — А учил меня Магистр Шипорез, Альвисс. К сожалению, я не закончила обучение и как сказал мне мой мастер мы прошли только одну четвертую пути к званию мастер, — дополнила девушка, затушив свои эмоции. Руки на подлокотниках разжались, открывая всем смотрящим новые царапины. Рыбьеног хотел сказать что-то, но быстрый взгляд Айварса заставил закрыть рот и не лезть в разговор.       — Когда-нибудь придет время для нашей мести. Мы помянем твоего Мастера. Достойным он был человеком, — изложил Шторморез, вспоминая стройного и высокого мужчину. Он всегда был человеком, который мог помочь в трудной ситуации и если он выбрал эту девушку. Значит что-то было и в ней. Что-то, что пока он не видел и это не удивляло полудракона.       — Я хотела бы и тебя попросить о помощи, — сказала Халльдис после длительного молчания. — Он писал книги, трактаты, фолианты? — Спросила она, смотря с надеждой на нового знакомого, который возможно когда-нибудь станет другом. Шторморез призадумался над ее вопросом. Это могло бы действительно помочь ей, но вывозить книги с их острова он ни за что не станет. Слишком велики риски и слишком много книг было безвозвратно утеряно.       — Да, писал. Но вывозить их с острова никто не будет. Слишком велика опасность. Сама понимаешь. Ты можешь поплыть с нами и мы все поможем тебе в обучении, — Задумчиво проговорил он, взвесив все "за" и "против". Девушка не навидела охотников, а значит и их хозяев. Айварс видел, что она не зависима и возможно, что единственное за кого она будет волноваться - ее систра. Хофферсон кивнула на его высказывание в знак понимания.       — Я бы рада, но пока не могу. Не могу бросить систру на растерзание всем тварям, что живут здесь, — печально оповестила она. — На острове есть еще мастера моего дракона? — Задала Шипорез вопрос, надеясь на лучшее. Её мастера никто не заменит, но с ним учеба пойдет проще и лучше, чем по книгам. Услышав вопрос, мужчина призадумался. Он знал, что в основном все оставшиеся представители жили там, но так же в глубинках жили и те, что не смогли приплыть из-за страха или из-за не желания подставлять остальных под опасность. Впрочем он уже подставил самого себя и возможно и эту девушку и будущего собрата. На острове было много мастеров, но далеко не по всем драконам. Некоторых истребили под корень и у них осталась только маленькая часть их книг.       — Возможно. Не знаю, я давно не был там. Если честно я собирался поплыть с Рыбьеногом именно туда. Множество мастеров спрятались по миру и их нужно искать. Но большая часть находится безвылазно на тайном острове, — сказал Айварс, смотря себе под ноги. Он знал, что поедет на остров и сейчас решается количество путешественников. Их уже больше чем нужно, но госпожа не будет против. Она только выразит ему свою благодарность, что он привел еще людей на истинный путь. Ему только нужно будет написать ей письмо, что их будет больше. Об этой девушке он тоже скажет и она заинтересует Госпожу.       — Хорошо, вы можете выслать мне письмо с нужной мне информацией? — Вопросил Шипорез, чувствуя, что все сильнее хочет послать все куда по дальше и отправится отдыхать. Тело переставало слушаться свою хозяйку и времени оставалось все меньше. Заметив ее состояние, Шторморез удивленно вскинул брови, но вспомнив, что почувствовал несколько часов назад хмыкнул про себя.       — Да, я напишу вам письмо, — ответил он, кидая на нее бодрящее заклинание, получая в ответ благодарный взгляд и кивок. Хофферсон действительно была благодарна, так как чувствовала, что вот-вот заснет. Она усмехнулась на все его действия, что он совершит и поблагодарила магию за то, что собеседников так легко читать. Они словно раскрытые книги лежат перед нею. Нужно только опустить глаза.       — Спасибо, завтра днем, после обеда, проведу вас ко входу. Встретимся в переулке, что находится за рынком, — изложила Халльдис, кивая им. Слуга уберет весь дом и принесет в кабинет главы дома все ее вещи. Дальнейший план выстраивался в голове с учетом всего. Мужчина кивнул и поднялся со стула, а за ним встал и Рыбьеног кивая на прощание.       — Зачем нужно было вызывать меня на разговор таким образом? — Задал он последний вопрос стоя в шаге от двери, за которую уже вышел Ингерман.       — Слишком опасно и для вас и для меня. Выйдите через черный выход, он ведет в один из переулков, — ответила она, поднимаясь со стула, чувствуя, что заклинание начинает развиваться. Кивнув на это Шторморез вышел за дверь. Хофферсон выдохнула, так как все прошло по плану и она получила новых союзников. Глухи шаги все тише звучали в глубине коридора.       Халльдис вышла из комнаты и пошла быстрым шагом в сторону кабинета. Нужно добраться до ее кровати как можно быстрее, пока она не уснула прямо по середине коридора. Все это вызовет слишком много вопрос у любопытной Астрид. Благо, что до после завтрашнего обыска и допроса она сумеет полностью восстановиться. После чуткого сна, она сможет нормально ходить и не засыпать от усталости и истощения буквально на ходу. Все пройдет замечательно. Если систра не подвела ее, то Хофферсон простит ее и позволит жить как и жила раньше. Открыв дверь в кабинет, она зашла и перед тем как закрыть ее крикнула на весь дом:       — Прибери дом и принеси все мои вещи в кабинет.

***

       Сон исчез из потускневших изумрудных глаз и Иккинг Безродный сонно проморгался. Отведенного времени явно не хватало для утоления этой жажды. Голова с каждым разом болела все больше, но он не желал жаловаться на это своему новому приятелю. Полудемона вряд-ли можно было назвать так, но пока что он был единственным кто давал ему что-то и ничего не просил. Мальчик даже начал сочувствовать полуэльфу на счет его судьбы и потраченного в пустую времени в заточении. Иккинг не считал себя тем на кого он тратит много времени впустую, но что попросит полукровка в замен он не знал, да и никогда не хотел бы узнать. Его вопрос на первой тренировке был разумным, но при попытке поговорить на эту тему после тренировки, Muilcorch высказал все, что думает о его наивной точке зрения на мир. Юноша не стал спорить, понимая, что бывший эльф видел жизнь во всем ее разнообразии и знает о ней больше. Особенно о той жизни, что ждет их за пределами острова Олух. По вечерам они вели беседы и полудемон усмехался на тот или иной вопрос. Уверенности у бескрылого было, как и у всех драконов в достатке, но он сомневался, что сможет до нее добраться в трудную минуту. Впрочем его не уверенность проявлялась в самом не приятном месте бывшего Хэддока - бою. Остальное он всегда делал с завидным упорством и без каких либо сомнений, достаточно вспомнить ритуал. По вечерам полуэльф рассказывал о прошлом его мира и с недоумением смотрел на самого Иккинга, когда узнал, что мальчику минуло двадцать лет. Вопрос на эту тему не получил ответа, но как предпочитал думать юноша из-за не достатка знаний, а не из-за простой упрямости. Он рассказывал о том, что Безродный и так знал, но некоторые тонкости в общении с разумными он смог уловить. В такие моменты юноше казалось, что его обучение идет не только в тренировочном зале, но и на кресле вечером. Muilcorch не даром рассказывал историю своего мира и это хорошо чувствовалось, но вот что он хотел этим сказать пока оставалось для него в секрете. Возможно все это нужно было обдумать, но для этого не было времени. Так же по вечерам Иккинг учил своего учителя языку, что сейчас был в обиходе. Новый мастер схватывал все на ходу и показывал невозможные результаты. Никто не учил языки так быстро, как полудемон. Обычно процесс шел медленно и не торопливо, но не с ним. Возможно, что он выучит язык в течении этой недели.        Иккинг сел на свою кровать, ожидая когда плотная деревянная дверь откроется и в нее войдет мучитель. Muilcorch на удивление был хорошим тренером, но очень жестким. После каждой тренировки у Иккинга болело все тело и на отдых отпускалось все три часа. И все это начиналось снова и снова. После пробуждения он бросал в него пару заклинаний и отправлялся в тренировочный зал. Безродному казалось, что его мучитель не имеет потребности во сне и вообще не устает. Этот вопрос был интересен, но ответ скорее всего был прост. Его раса. Иногда он завидовал ему, но не потому что он был сильнее или могущественние и не потому, что у него были крылья, а просто из-за того, что он мог не тратить ценное время на сон. Сами тренировки изменились и теперь он не повторял то, что было раньше, но и добавлял каждый раз что-то новое и еще не разу не повторился. Иккинг долго возмущался, когда Muilcorch объявил ему о его новом режиме дня, но все его претензии были быстро и безжалостно уничтожены. Он и сам понимал, что во время пути до континента на них могут напасть пираты или враждующие племена, приняв за не тех. Юноша старательно делал вид, что хорошо знает ситуацию в море и в случае чего сможет удрать, хотя на последнем слове, голос как и всегда дрожал, показывая не уверенность. Полудемон на удивление был терпелив и спокоен. Он не разу не на кричал и не ударил Иккинга. Юноша понимал, что скоро придет его бывший папаша и он отправится с острова в изгнание, либо на плаху. Второй вариант был наименее вероятен, так как в совете до сих пор присутствовали полудраконы, которые переживали за него, а еще те, кто не потерпят такого отношение к ребенку, пусть и отреченному. Готти и Плевака помогут ему и в этом он не сомневался.       Лежащий на столе меч, так и остался на нем, хотя Иккинг и пытался взять его, но был быстро одернут зашедшим приятелем. Тогда он и узнал о особенностях своей новой игрушки и сильно опечалился, так как меч в ближайшее время вряд-ли бы принял его. Как сказал полудемон меч был очень своенравным и подчинялся только своему хозяину, которым не известно кто был и вряд-ли они найдут его. Разговор тогда вышел занимательным, но Безродный сразу проявил свою натуру и решил, что если они не смогу его обуздать, то его можно просто переплавить в другое оружие более подходящее ему. Полуэльф подумав над этим предложением согласился, но только как крайний вариант. Ничего снова не объясняя. Но этим они займутся позже, когда смогут выбраться отсюда и когда окажутся в относительной безопасности. В данный момент Иккинг мог только строить планы на будущую жизнь. Говорили, что Мечта - это цель, которой хочет добиться тот или иной человек. И он мечтал. Мечтал о том, как построит себе где-нибудь подальше от этого острова домик в глуши или поселиться в каком-нибудь прекрасном и большом городе. Найдет себе верных друзей, что всегда будут готовы помочь. Мечтал начать изучать полудраконов или стать уважаемым кузнецом и изобретателем, что сможет изменить этот мир придумав, что нибудь такое без чего люди не смогут жить как раньше. Самой же сокровенной мечтой - было найти маму, но никто никогда ему о ней почти ничего не рассказывал и Иккинг сомневался, что сможет исполнить эту мечту. Он знал, что она была из какого-то знатного дома или как говорят на викинги клана*, но это не имеет смысла, так как слова взаимозаменяемы. Где же располагался этот дом и есть ли у него там родственники Безродный тоже пока не знал, но если они есть и окажутся хорошими людьми. То возможно он сможет получить, в чем нуждался с исчезновения Валки - семьи. Найти их было почти невозможно, а значит и не стоит вспоминать о них.       Здоровье тоже волновало молодого парня, но как сказал приятель беспокоиться не о чем. Он идет на поправку, хоть и медленнее чем предполагалось. И все это из-за тренировок, который учитель отменит только, если ученик будет при смерти. Кожа медленно возвращалась в свое привычное состояние, а организм семи мильным шагами спешил за ней. Голова настраивалась на прежний режим работы, хоть и болела всегда, по не известной причине. Это началось после одной из тренировок и последующего за ней сна. Голова болела так будто кто-то ударил по ней со все силы. Казалось, что она раскалывается на две части, в такие моменты Иккинг тихо стонал от боли в подушку, надеясь, что его не услышит Muilcorch. При встрече он не задал ни одного вопроса бывшему Хэддоку, чем не сказано порадовал его. Меч, что притащил полудемон активно использовался не только как оружие, но и предмет для самих тренировок. Отжимания с мечом были одними из самых не любимых упражнений, которые приказывал делать полуэльф. Хотя подтягиваться на весящих под потолком, крупных бревнах было уже другим делом, но таким же не любимым и муторным. Muilcorch всегда знал как удивить мальчишку и даже простое упражнение, которое они делали на первом занятии уже не являлось таким простым.       Дверь медленно отворилась и в нее вошел задумчивый полудемон, что смерил своего подопечного строгим взглядом. Юноша встал с постели и получив новую порцию заклинаний, вышел из комнаты. Полудемон вышел за ним, а на поясе уже весели знакомые мечи. Казалось, что со своими клинками, на которых выгравированы панды он не расстается. Muilcorch ходил с ними везде, как со старыми друзьями, которых они не видел давным давно. Впрочем так и было. Оружие становится лучшим другом своему хозяину со временем и потеря его никогда не приводит ни к чему хорошему. Сформировавшаяся мысль, открыла дверь образу Стоика Хэддока и его любимый топор, что он потерял в одном из набегов. Иккинг не любил однообразие, но сейчас жил почти как по по расписанию и его это люто раздражало. Раздражало просыпаться и делать одно и тоже каждый раз. После каждого сна, он вставал, ел, а потом следовала тренировка на три-четыре часа, а если приближался вечер, то значит еще и дополнительные разговоры у камина в зале. Он настолько не любил однообразие, что даже когда ковал оружие не разу не повторялся и каждый топор или меч был уникальным, а щиты и вовсе отличались своими рисунками и сложностью их исполнения. Самый же уникальный щит бывших Хэддок выковал для своего отца. Правда пришлось потратить остатки железа Громмеля, что после утраты рецепта стало дефицитом на всем архипелаге. Владели оружием из такого метала и вовсе единицы. После окончание эры драконов многое ушло в прошлое в том числе и железо. — Сегодня все как всегда? — Задал вопрос Иккинг, внимательно смотря на полуэльфа, что обогнал его и теперь шел впереди. Он притормозил и повернувшись в пол оборота к нему кивнул. Они решили общаться на обычном языке для практики, а драконий оставить для обсуждения важных тем. — Ты сегодня какой-то задумчивый. Все в порядке? — Спросил он, продвигаясь дальше по направлению к обеденному залу. — И да, и нет. Скоро за тобой придут. И меня это тревожит. Не хотелось бы провести здесь всю свою жизнь, — ответил полудемон, хмыкнув на высказывание подопечного. — А что в этом такого? За мной придут, откроют дверь и мы сможем выйти наконец-то на улицу, — оповестил Иккинг, внимательно смотря на полудудемона, что шел рядом. — Дело в том, что я не знаю сколько их придет. А учитывая, что я сглупил и выдал свое присутствие... — Многозначно замолчал он, снова погрузившись в размышления. — А почему мы не можем выйти сами? — Спросил парень, представляя, что когда появится бывший папаша, то с ним придет много воинов. — Дверь открывается специальными ключами. Один был у командира этого проклятого места, а другой передается из поколения в поколение вождю острова, — изложил он, нахмурившись. Не выдержав его строгого взгляда, юноша отвел свои глаза, печально посмотрев на пол. Взгляд Стоика не в какое сравнение не шел с взглядом демона. Он никогда не боялся бывшего отца, а теперь еще хотелось смеяться от абсурдности ситуации. Большинство воинов просто не сбежит из-за своей самоуверенности, желания не опозориться и из-за банального авторитета вождя. Хоть мужчина и не был хорошим отцом, но был довольно не плохим вождем. — Что стало с капитаном? — Задал вполне логичный вопрос Иккинг, предположив, что можно отсюда выйти просто найдя ключ на одном из тел. — Тут лежит где-то, но ключа у него нет. Проверил все тела и все казематы, но так ничего и не нашел. Скорее всего этот трус отдал его кому-то из заместителей и приказал бежать, когда я вырвался, — оповестил Muilcorch, жалея, что не успел поймать этого ушастого. Это бы избавило от множества проблем. Безродный не весело усмехнулся, понимая, что быть беде и все тренировки идут не только из желания выжить в пути. — Может тогда попробуем скрытный метод? Я вернусь в камеру и буду ждать их там, а ты потом выскользнешь, когда дверь начнет закрываться, — предложил он свою идею. Этот план имел все шансы на успех, так как даже обладая драконьими способностями, они не смогут помешать им и все пройдет спокойно и гладко. — И позволить тебе еще пару дней бездельничать, а в случае чего и по просту погибнуть? — Задал риторический вопрос полудемон, ухмыльнувшись на реакцию Иккинга. Тот побледнел и скосил взгляд на своего учителя, замечая ухмылку. — Об этом я не подумал. Откуда знаешь, что они придут через пару дней? — Ответил он вопросом на вопрос, интересуясь как же он получил информацию. Они уже почти пришли и бывшему Хэддоку было интересно, что сейчас будет из еды на столе. Однообразие замучило его еще в деревне, а новые разговоры сегодня не хотелось вести. Лучше он просто поспит дополнительно пару часов, наслаждаясь отдыхом. — На острове что-то случилось. Иначе они бы уже давно пришли, если бы все было в порядке. Предполагаю, что они знали, что ты сможешь сбежать из обычной темницы и поэтому расположили тебя здесь, — ответил Muilcorch, толкая дверь в обеденный зал.       Они зашли в зал, а на столе уже стояли готовые блюда. Полудемон постарался на славу, как и всегда. Они сели за стол и пожелав приятного аппетита, принялись за еду. На столе стояло мясо с овощами и пару кружек с водой. Больше ничего и не требовалось. Никто из них не желал разговаривать, прибывая в своих мыслях. Иккинг был благодарен за заботу, но это навевало не приятные воспоминания. Ирония же заключалось в том, что создание из далеких земель, что здесь заперли здесь эльфы, проявляет к нему больше заботы и больше интересуется его жизнью чем почти все в этой деревеньке. В книгах обычно все на оборот, но это не расстраивало молодого человека. Его расстраивало, что к нему так относилось его племя и все из-за не желания воевать и убивать, а так же за его телосложение. Его хоть и исправила кузница не много, но не слишком чтобы это кто либо заметил. Если бы он родился не среди викингов, вот была бы настоящая жизнь и возможно не пропала бы мама, из-за которой в свое время он выплакал все подушки и месяцами ходил расстроенный и просто злой, срываясь на любого кто тогда посмел бы к нему лесть с вопросами. Именно тогда чаще всего Безродный замечал чувство удовлетворения в глазах своего отца, но потом наступила апатия и стало просто все равно на бросившую его мать. На ее роковое предательство. Впрочем это было его предположение, которое он когда-то во время очередной ссоры выкинул в отца, как обвинение, намериваясь задеть как можно сильнее. Именно тогда впервые отец поднял на него свою руку. Именно тогда произошел второй раскол. Стоик прибывает в каком-то своем мире и не желает знать ничего другого. Ссора произошла из-за не желания видеть в своем сыне кого-то другого кроме воина и из-за начальных тренировок, что преподают всем полудраконам на арене.        Закончив есть, Иккинг положил столовые приборы и посмотрел на мучителя, что не добро сверкал глазами, смотря на него. Muilcorch встал из-за стола и махнув рукой вышел из комнаты, направляясь в зал для тренировок. Поднявшись из-за стола, он нахмурившимся взглядом глянул на весящие на стене часы, что показывали начавшийся новый день. На улице, снаружи была полночь. Новые сутки мучений начались. Он вышел из зала, в котором когда-то пировали эльфы и пошел за ним. Безродному было жалко эльфов. Они не заслужили такой участи. Их следовало похоронить и устроить проводы, но понимая чувства своего нового союзника он не удивлялся тому, что они лежат где умерли. Следовало еще провести один разговор, который они до сих пор не затрагивали. — Извини, что во время тренировки, но нам надо поговорить, — обронил Иккинг, подойдя к полудемону, что недоуменно разглядывал подопечного, хищно улыбаясь. — Говори, — ограничился односложным ответом тот, оглядывая зал. В голове бывшего Хэддока уже пронеслось множество мыслей по поводу новой тренировки. — Как мы будем выбираться с острова? И не пора ли нам готовится? — Задал вопросы он, внимательно следя за учителем. — Украдем лодку и отправимся на ней. А на счет подготовки, то все уже давно готово, — ответил он, ехидно смотря на юношу. Иккинг сглотнул, понимая, что сегодняшняя тренировка будет жестче обычной. — Так просто не получится. Остров окружен стеной. Будет множество проблем, — оповестил юноша, принимая информацию на счет подготовки. — Есть ли способ незаметно выбраться? — Задал вопрос Muilcorch, заинтересовавшийся. Если он прав, то у них несомненно будут проблемы. — Я бы не сказал на счет не заметного, но второй порт охраняется хуже, чем основной, — ответил парень, думая как бы обойти охрану. Полуэльф кивнул, принимая информацию и задумался. — Можно воспользоваться им, но что будем делать с часовыми? — Задал новый вопрос бывший Хэддок, понимая, что разговор подходит к концу, а отдалить тренировку он хотел еще не много. Полудемон кровожадно усмехнулся. — Я разберусь с ними, — спокойно бросил он, словно речь шла о погоде, а не о десяти жизнях. Они ничего не сделали Иккингу и он не хотел такой судьбы для них, но видимо не ему решать. Видя как напрягся мальчик, Muilcorch рассмеялся. — Не буду я их убивать, просто отправлю смотреть сны. Не волнуйся не вечные. Трупы оставляют следы, а погоня нам не нужна, — произнес он, заметив как юноша расслабляется. Безродному не было дело до их жизней, но смерть он все равно не любил, а стоявшие на постах были не плохими людьми, с которыми он иногда разговаривал и прятался у них от отца. — Благодарю, — кивнул полуэльфу Иккинг. Получив в ответ лишь снисходительную усмешку и короткий кивок головой на зал. Вздохнув, он начал тренировку. Разминка стояла всегда первой. Первые часы мучений за этот день начались. *1. - Это одно и тоже. Слово клан -наименование рода у кельтских народов: ирландцев, шотландцев, валлийцев (уэльсцев). Кто входит еще я не знаю, поэтому и решил написать так.