Var lath vir suledin

      Солас был взбудоражен новой встречей. Эта эльфийка… она другая. Он уже видел, на что она способна. И сегодня она чуть не убила Первую клана Лавеллан. Хорошо, что он успел забрать девушку до того, как Беллана ее добила. Хотя… с чего он взял, будто она виновата? Зная характер Дараэль, может, все было как раз наоборот? Может… он зря сорвался вчера на ней? Ох, что бы сказала Эллана?       Ужасный Волк вернулся в Тень. Туда, где, по его мнению, он мог бы найти тишину и покой. Но не в этот раз.       Духи снова начали шутить с ним. И ФенʼХарел уже догадался, что на самом деле это не его vhenan дурачит его. Ну, по крайней мере, не в прошлый раз. И сейчас они снова начали мстить ему. Будто мало он раскаивается?!       — Есть здесь кто-нибудь? Эй!       Эхо снова повторило его вопрос. Да, это было глупо.       Перед ним встала его девушка. Бледна, как полотно бумаги. Глаза горят красным лириумом. Солас невольно сглотнул и попытался отодвинуть свой кошмар, но… Увы. Духи были слишком злы, и их было слишком много. Эллана могла бы гордиться собой. Она смогла натравить их, даже не упрашивая.       Дух злобно улыбнулся и обошел мага вокруг.       — Я — смерть и рождение,       Я — взлет и паденье,       Я — мир и боренье, покой и движенье…       Девушка казалась такой настоящей. Именно этого Солас всегда и боялся. Что он не сможет уберечь свое солнце и превратит ее в чудовище.       — Я — то, что ты ищешь, чего избегаешь,       Я — то, что ты жаждешь, и что отвергаешь.       Хор мертвых голосов вторил ей:       — Походкой беспечной пришла ниоткуда,       Была я извечно, и вечно прибуду.       Какой меня видишь, такой к тебе выйду…       Что?! Нет! Он никогда не считал ее чудовищем, в отличии от их новенькой.       — Погибельной страстью, любовью и жизнью!       Декорации поменялись. Теперь они стояли посреди незнакомой поляны. Вдалеке Солас разглядел мерцающий элювиан…       — Не счесть моих ликов, не счесть воплощений,       Предсмертный твой крик я, и сон — наслажденье.       Они снова погрузились в темноту.       — Блуждая во мраке, открой мое имя.       Какой меня видишь, такой к тебе выйду!       Неожиданно Эллана провалилась в пропасть. Солас подбежал к бездне, а там висело окровавленное существо, не его возлюбленная. Духи со всех сторон шептали ему:       — Сделай выбор, маг! Только руку протяни!       Сделай первый шаг, покрывало подними!       Но Солас неожиданно резко перевоплотился в Волка и угрожающе зарычал:       — Уходите из моего сна! Это я дал вам право голоса, и не смейте осуждать меня!       Но, духи, казалось, его не слышали. К Волку сзади подошла мертвая Эллана и положила холодную руку на его загривок.       — Я — купол небесный,       Я — недра земные, молитвы святые и смрадная бездна.       Соперник и недруг,       Сестра и невеста!       И они понеслись заново:       — Не счесть моих ликов, не счесть воплощений,       Предсмертный твой крик я, и сон — наслажденье.       Девушка написала собственной кровью на стене какой-то символ и попросила:       — Прочти эти знаки, что я начертала.       Со смутного лика сорви покрывало!       Духи снова перенесли его к той пропасти. На другой стороне росло красное дерево. Присмотревшись, Волк понял, что это красный лириум. Шерсть на загривке встала дыбом, когда он увидел свою Эллану скорчившуюся от боли рядом с его корнями.       — Во мраке бессильном, в ней мудрости мало.       Познай свою гибель! Познай свое благо!       Меж страхом и верой, надеждой и крахом… Его лапы сами понеслись навстречу бездне. Все, что он сейчас видел, это слезы на ее лице. Духи не могли просто выдумать такое!       — Один только выбор…       Он перелетел пропасть и подбежал к эльфийке.       — Один только шаг твой!       Он сделал один шаг. Наклонился к ее бледному лицу. Эллана буквально одними губами прошептала:       — Сделай выбор, маг…