Звёздный Вавилон

      Все лавины начинаются с движения мелкого камушка.

(Ирмата Арьяр)

Когда на тебя падают камни, не следует искать среди них алмазы.

(комиссар Великого Дома Навь)

             Интерлюдия              Прошло уже четыре дня с тех пор, как капитан Ше… семь дней с тех пор, как Джон отправился на За’ха’дум, и исчез. Он взял «Белую Звезду» — на таком корабле путь от станции до логова теней занимал всего три дня, если идти на максимальной скорости, а всё остальное время… Деленн тяжело вздохнула, глядя прямо перед собой, в который раз коря себя за то, что молчала, за то, что сокрыла от мужчины то, что они знали о его жене. В их последний разговор минбарке было почти физически больно видеть реакцию капитана на такие новости, но исправить она ничего уже не могла. И его послание… Короткий видеофайл, оставленный в системе для отложенной отправки и полученный ей только после того, как Джон улетел.       «Деленн, к тому времени, как ты это услышишь, я буду на За’ха’думе, с Анной. Вернее… С тем, что когда-то было Анной, моей женой… Я представляю твою реакцию, но, боюсь, выбора у меня нет. Помнишь, когда мы отправились на «Вавилон-4», а мой временной якорь был повреждён? Тогда… Я не рассказал тебе, что увидел, где побывал… Прости меня за это.       Но мне открылось будущее — мы выиграли войну с тенями, Деленн. Но ценой этого было почти полное истребление центавриан. И там я встретил тебя… Тебя из будущего! Ты сказала мне, что будущее нельзя изменить, что события, как они есть, такими и останутся. Но ещё ты сказала мне, чтобы я не летел на За’ха’дум, не летел ни за что. Но я подумал…       А что, если всё то, что я видел в будущем, всё то, что случилось после войны… Вдруг будущее стало таким именно потому, что я послушал тебя и не полетел на планету теней? У людей есть теория… Древняя, ещё из XX века, сформулированная одним учёным из России. Хотя тогда она и называлась иначе. Невозможно изменить настоящее, отправившись в прошлое, ведь любое действие, которое ты совершишь там, окажется именно тем действием, которое привело к твоему настоящему… Но ведь я был в будущем…       Вдруг я смогу закончить войну и не дать погибнуть ещё одной цивилизации, пусть и сородичам Лондо? Поэтому я и полетел на За’ха’дум. Полетел, зная, что могу не вернуться. Я хочу жить, Деленн… Хочу остаться с тобой. Но ты была права — сейчас нам не до личных желаний, поэтому я и полетел… Полетел, хотя точно уверен, что это ловушка, ведь Анна… Ведь это существо — уже давно не моя жена.       И, Деленн… Я услышал твои слова, сказанные там, в каюте. Прости, что не ответил тогда. Но скажу сейчас — я люблю тебя Деленн. И сделаю всё, чтобы вернуться.»       Лицо Шеридана, говорившего эти слова, стояло перед взором Деленн каждый раз, стоило минбарке закрыть глаза. А новостей от капитана всё ещё не было. И десяток чёрных крейсеров, вынырнувших из гиперпространства и взявших «Вавилон-5» в кольцо на второй день после отлёта Джона, делали ситуацию только хуже. Впрочем… тени улетели так же неожиданно, как появились, значит, на За’ха’думе что-то всё-таки произошло — Деленн не верила, что их враг так просто отказался бы от возможности уничтожить базу сопротивления, но… Новостей от капитана всё ещё не было.       И это начинало приносить проблемы — союз, фундамент которого заложил капитан, начинал рушиться. Расы Лиги Неприсоединившихся Миров, видя, что ничего больше не происходит, что тени, как и центавриане, словно затаились, посчитали это благим знаком. И хорошим моментом для того, чтобы вернуться к своим личным проблемам. За последние четыре дня она потратила на беседы с послами десятки часов, с каждой новой встречей чувствуя, как всё больше и больше из них собираются просто всё бросить и уйти.       Как легко Шеридану удавалось сплотить всех этих инопланетян вокруг общей цели, так же сложно было ей удержать их вместе, ведь Деленн чётко знала, чувствовала, что это ещё далеко не конец. И, даже, если Джону удался его безумный план, одному человеку не под силу закончить войну, длящуюся тысячи лет. Если капитан не вернётся в ближайшие пару дней… Ей было страшно даже представить, чем всё закончится.       — Деленн, — тихо окликнул обернувшуюся на голос женщину Ленньер, с тревогой выглянувший из своей комнаты, — вам нужно поспать… И поесть…       — Я не голодна, Ленньер, — покачала головой женщина, переводя взгляд на горевшую перед ней свечу. — А спать… Я спала… Два дня назад.       — Деленн…       — Я благодарна тебе за заботу, Ленньер, но…       Договорить минбарка не успела — от двери в каюту раздался сигнал, а через несколько секунд, когда озадаченный Ленньер прошёл к ней и коснулся панели открытия, в проёме появился напряжённый и встревоженный Гарибальди. На станции опять что-то случилось?       — Мистер Гарибальди? Боюсь, вы сейчас немного невовремя. Посол Деленн…       — Всё нормально Ленньер, — перебила атташе женщина, поднимаясь с дивана, вынужденно опираясь рукой на его спинку — что бы она ни говорила, долгая голодовка и почти полное отсутствие сна сказывалось даже на минбарском организме, а она и вовсе была наполовину человеком. — Что-то случилось, мистер Гарибальди?       — Да… — кивнул безопасник. — Посол Деленн… Лига… Они собираются в «Зокало» — мои люди присматривают, но они просто служба безопасности, а собрания в общественных местах… Словом, если вам это важно, лучше пойти сейчас.       — Д-да… Спасибо, мистер Гарибальди! Это очень важно!       — Я провожу вас, — кивнул Майкл.       — Я пойду с вами, — встал рядом с послом Ленньер.       Женщине оставалось только кивнуть. Собрание Лиги… Она боялась, что этим всё и закончится — общаясь с послами в «официальном поле», она чувствовала, как нарастает их недовольство, и понимала, что рано или поздно союз всё же развалится. Похоже, тот самый момент настал именно сейчас, и усилий с её стороны, даже подкреплённых участием Рейнджеров, патрулировавших территории миров Лиги, по крупицам собирая подтверждения тому, что тени никуда не делись, лишь затаившись, словно в ожидании, оказалось недостаточно. Что же… Пока мы живы, мы должны пытаться, не так ли? Вот и она не отступит до самого конца. Джон бы поступил именно так.       Гарибальди серьёзно кивнул, пропуская Деленн и Ленньера из каюты в коридор, через секунду обогнав их и двинувшись в сторону лифтов. С лица безопасника не сходила мрачная сосредоточенность — уж кто-кто, а начальник службы безопасности, похоже, отлично понимал возможные последствия происходящего. Деленн не была уверена, что он думал о развале союза, созданного капитаном, или о глобальных проблемах, но в том, что результатом такого сборища могут стать массовые беспорядки…       В «Зокало» уже было людно — ещё на подходах минбарцы увидели множество инопланетян, продолжавших стекаться на «центральную площадь» этой части станции, а, свернув в последний раз и выйдя в сам отсек, Деленн с Ленньером увидели и причину такой озабоченности Гарибальди. Тут были буквально все! Такого большого собрания представителей всех рас Лиги Деленн не видела уже давно — им оказалось затруднительно даже продвинуться хоть немного дальше в отсек, вынужденно остановившись в проходе.       — Посол Деленн, — раздался басовитый голос, — позвольте мне сопроводить вас?       Вздрогнув в первую секунду, женщина повернулась к говорившему, практически не удивившись, когда увидела там одного из гвардейцев Лорда Баала — высокого фелинида с пятнистым мехом, облачённого в легко узнаваемую всеми на станции силовую броню, делавшую их похожими на ожившие золотые статуи. Кажется, она уже видела похожи на него кошачьих, когда изучала фауну Земли… Ягуары? Да, именно так их называли в том обучающем видеоролике.       — Я… Да, буду вам благодарна,..       — Меня зовут К’Райд Дурс, посол…       — Мы следуем за вами, К’Райд, — склонила голову минбарка, быстро переглянувшись с Ленньером.       — Я пойду к своим людям, — с облегчением выдохнул Гарибальди — при виде фелинида-гвардейца ему явно стало понятно, что послу даже в порядке бреда ничего угрожать тут не будет.       — Конечно, мистер Гарибальди. Спасибо вам, что сообщили о собрании.       Безопасник кивнул, быстрым шагом направившись к одному из своих подчинённых, стоявших неподалёку, а К'Райд коротко рыкнул, заставив ближайших инопланетян вздрогнуть и опасливо оглянуться на него, и, жестом пригласив минбарцев следовать за собой, медленно двинулся прямо на толпу. Результат этого был… впечатляющим — казалось, он просто шёл вперёд, даже не совершая никаких резких движений, никого не расталкивая, но разумные перед фелинидом сами собой расступались, пропуская его и следовавших за ним Деленн и Ленньера. И никто не рискнул даже возмутиться такой бесцеремонностью. Впрочем, посмотрела бы она на того, что рискнёт… Памятуя, на что были способны эти воины…       — Тени отступили! Вы все видели, — раздался голос посла дрази, вместе с ещё тремя представителями Лиги поднявшегося на пересекавший отсек мост, — как их корабли уходили от станции! И за прошедшие семь дней не было ни единого нападения ни на одну из наших территорий! Это ли не знак того, что мир между нашими народами возможен? Даже после столь безрассудной атаки на За’ха’дум, которую предпринял капитан Шеридан! Уверен, мы сможем найти…       — Они придут в любом случае! — не удержала эмоций Деленн, воскликнув почти с отчаянием в голосе.       — Откуда вам знать?! — обличающе указал на неё посол другой посол. — Последняя война с тенями была тысячу лет назад. Вы сами неоднократно это утверждали! Если мы не будем их провоцировать, до следующей может пройти ещё тысяча. Тысяча лет безопасности и мира для наших народов! Мы не можем просто так отбросить эту возможность! Если мы отправим флот к За’ха…       — Этот флот — наше единственное спасение!       — Не слушайте её! — гневно выкрикнул дрази. — Заставьте её молчать!       — Не советую проявлять агр-р-р-ессию! — гулко прорычал К’Райд, шагнув вперёд.       При взгляде на массивного фелинида Визар невольно сглотнул, отступив на шаг от перил мостков. Что характерно, качнувшиеся в первый миг в направлении Деленн инопланетяне, столь же быстро откатились в обратную сторону, вжимаясь в своих соседей и создавая чуть ли не трёхметровый круг пустого пространства вокруг минбарки и её спутников. На площади стало заметно тише — гвардейцы Баала, несмотря на свою малочисленность, имели весьма серьёзную славу среди обитателей станции, настолько серьёзную, что с ними не рисковали связываться даже самые отбитые из обитателей нижних уровней.       — Вами движет страх… — после долгой паузы вздохнула Деленн, качая головой.       — А вами движет горе и утрата! Если погиб Шеридан, почему бы остальным не последовать за ним, да? Корабли отправляются на За’ха’дум и не возвращаются! Никто ещё не возвращался! Вы…       Воцарившуюся в отсеке гробовую тишину, от которой замолчал даже говоривший посол, Деленн просто не заметила, остановившимся взглядом уставившись на того, кто появился на мостках, войдя через дальний проход в «Зокало». На того, кого там быть просто не могло, но чьё появление она желала увидеть больше всех чудес во вселенной. Хмурое выражение лица, выражавшее явное неудовольствие от происходящего, потрёпанный, пропылённый китель, сидевший, тем не менее, по-прежнему идеально (насколько это вообще было возможно), чёткие движения военного. «Мёртвый» капитан Шеридан вернулся на «Вавилон-5».       — Что за бардак вы устроили? — Джон говорил тихо и спокойно, но Деленн показалось, что слова прогремели по всему залу.       — К… Капитан?       — Я повторю вопрос, — пристально посмотрел мужчина на Визара. — Что за бардак вы устроили?       — Простите нас, капитан… Мы думали, вы мертвы…       — Был мёртв, — дёрнул щекой капитан, криво ухмыльнувшись. — Но мне уже лучше, спасибо. Посол Визар прав, — в абсолютной тишине продолжил мужчина. — Я отправился на За’ха’дум, я видел врага в лицо, и я умер. В некотором смысле, — взгляд капитана нашёл в толпе глаза минбарки, и Деленн почувствовала, как тот потеплел, хотя лицом Шеридан и не изменился, излучая суровую собранность и подобающую ситуации мрачность… И всё остальное уже не имело значения, по крайней мере, сейчас. — Но, несмотря на это, я понял главное — они не боги! Они уязвимы, как и мы! Я сражался с ними и многих убил! И вернулся, чтобы поведать об этом! Мы можем избавиться от этого безумия раз и навсегда! Флот «Белых Звёзд», предоставленный Деленн — это только начало! Мы должны присоединиться, и тогда… Вместе… Мы будем крупнейшим военным флотом в истории галактики! И дело не только в битве! Дело в изменении самой формы нашей галактики! Не ради себя самих, но ради наших детей… И детей наших детей!       Джон замолчал, обводя присутствующих взглядом, словно убеждаясь, что всё сказанное дошло до их разумов. Казалось, мужчина заглядывал в самые глубины души каждому из стоявших перед ним разумных. И они склоняли головы, один за другим, признавая правоту капитана и его право стоять здесь и говорить то, что он говорил.       — Передайте своим правительствам слова единственного человека, который полетел на За’ха’дум и вернулся оттуда живым! — продолжил он. — Мы можем положить конец этому безумию. Мы должны положить ему конец! Не на ближайшее время, не на ещё одну тысячу лет, но навсегда! И я стою перед вами, как лучшее доказательство того, что это возможно! Мы можем сражаться и можем победить! Но лишь вместе! Я сказал. Остальное — за вами.       Смерив посла дрази, всё это время стоявшего рядом статуей самому себе, Шеридан повернулся и направился к лестнице вниз. Чувствуя, как напряжение последних дней постепенно отпускает её, а кончики пальцев начинают подрагивать от волнения, Деленн двинулась навстречу мужчине, старательно протискиваясь через всё ещё ошарашенную «воскрешением» толпу.                            Возвращение на «Вавилон-5» было занятным опытом. Тени после фейерверка, устроенного Шериданом, сидели тише воды, ниже травы, а сканеры «Воли Императора» не фиксировали ни одного их корабля в пределах звёздной системы За’ха’дума. Вообще. На самой планете активность фиксировалась, в том числе и следы живых существ, включая, как ни удивительно, то, что осталось от Мордена, а вот в космосе было пусто. Похоже, тени оценили поступок капитана и предпочли не рисковать остатками родного мира «на всякий случай». Ну, либо им вправил мозги Лориен — от Первого можно было ожидать всего, чего угодно.       В любом случае, когда Шеридан наконец пришёл в себя, словно проснувшись после долгого сна, он имел длинную беседу с Лориеном, в подробности которой меня просто не посвящали, закрыв пространство буквально для всех видов излучения и энергии. Очередной «тонкий намёк» на разницу в силах с хтоническим боженькой местного пошиба. Впрочем, это было не столь важно, поскольку буквально через полчаса Первый с капитаном исчезли во вспышке света, переместившись ещё глубже в недра планеты, откуда через мгновение чуть ли не выпрыгнул небольшой корабль, напоминающий обводами что-то водоплавающе-рыбное.       Построено судно было по всё тем же органическим технологиям, сочетающим в себе признаки как кораблей теней, так и техники ворлонцев, сдобренными огромным количеством совершенно незнакомых решений и материалов. «Личная бричка» Лориена явно была куда совершеннее всего вышеупомянутого. Или просто старше, не знаю уж, хранил он его где-то внизу всё это время, или сотворил прямо сейчас, как сделал с балахоном для нового посла Коша. Который, кстати, вылетел буквально следом, на ещё одном небольшом корабле, чуть ли не одноместной шлюпке, которая уже как раз была выполнена только из ворлонских материалов, хоть и отличалась от привычной формы другими обводами корпуса. Видеть ворлонский кораблик, вылетающий из недр планеты их «извечных врагов» было забавно, да.       Оба корабля, и Коша и Лориена, открыли привычную воронку гиперпространственного перехода и, не прощаясь, по-английски улетели. Только через две секунды после того, как гиперпереход закрылся, Дорн вздрогнул, посмотрел на меня и озадаченно сообщил, что Лориен связался с ним телепатически и сообщил, что он с капитаном направляется на «Вавилон-5», разбираться в происходящем. Что ему мешало сделать это напрямую, словами через рот, так сказать, — совершенным образом не понятно, но… Первый есть Первый. Скажем спасибо, что у древнейшего существа во вселенной до сих пор нет старческого маразма.       К станции мы прибыли практически одновременно, хотя, с учётом значительной разницы в скорости между «Волей Императора» и кораблём Лориена, у меня было 38.5 часа «свободного времени», которое я потратил на вдумчивый облёт За’ха’дума с тщательным сканированием его поверхности и недр на предмет «нет ли там чего интересного» (увы, но либо тени очень тщательно подходили к сокрытию всех стратегически-важных объектов, успешно маскируя их даже от репликаторов, либо это и в самом деле был просто их материнский мир, утративший любую важность, кроме идеологической, тысячи лет назад) с последующим быстрым прыжком к станции и спокойным ожиданием подлёта Первого с капитаном.       Кош улетел по каким-то своим делам, направившись, насколько было возможно понять с такого расстояния, в направлении территории Ворлонской империи, судя по всему, решив сначала посетить родину, «разобраться в себе» и понять, что вообще происходит. Даже в оригинальной истории он явно был недоволен поведением Улкеша, раз уж вписался за капитана в противостоянии на «Вавилоне», пожертвовав тем немногим, что осталось от его сути, что уж говорить о происходившем в реальности…       Возвращение капитана, выполненное в форме «воскрешения Лазаря» или даже «пришествия Спасителя» вызвало на «Вавилоне-5» настоящий фурор — в отличие от каноничной истории, Лориен вынырнул из гиперпространства на противоположной стороне «Эпсилона-3», перенеся себя с пассажиром на станцию в виде бесплотного сгустка энергии. А на фоне возвращения громады «Воли Императора», как и в первый раз, вызвавшей небольшой переполох в системе и приседание на измену среди экипажей кораблей Минбара, явно сменивших своих сородичей, видевших мой корабль, данный фокус Первого прошёл совершенно незамеченным.       Тем бесценнее было выражение лица Гарибальди, «под носом у которого снова произошло что-то, чего он не понимает, и на что не может повлиять» — при виде Шеридана, вышедшего по мосткам к толкавшим речь послам Лиги, глава службы безопасности застыл соляным столбом, а я даже через камеры видеонаблюдения чётко видел, как у него задёргалось веко. Кажется, капитана ждёт обстоятельный допрос.       — С возвращением, Лорд Баал, — поприветствовала меня устало выглядящая Иванова, стоило только связаться со станцией и уточнить, могу ли я оставить корабль на прежней орбите планеты. — Насколько я знаю, данная орбита «Эпсилона-3» не задействуется в патрулировании. Вы вполне можете разместить «Волю Императора» там. Выслать за вами шаттл? Я… не уверена, что видела, на чём именно вы улетали со станции, а ваш корабль всё ещё стоит в доке…       — Не беспокойтесь, мадам коммандер, — улыбаюсь, — у меня есть ещё один.       — Как скажете, Лорд Баал… — женщина вздохнула, кивнув, но не стала спорить. Похоже, за время отсутствия капитана, о возвращении которого она ещё не в курсе, отдыхать и.о. командира станции пришлось нечасто. Уж точно куда меньше, чем ей бы того хотелось.       — Что вы собираетесь делать дальше, Создатель? — подал голос Ррау, стоило нам сесть в тел’так, собранный младшими, и вылететь из ангара линкора.       — Посмотрю, чем закончится визит капитана на За’ха’дум, — пожимаю плечами, — а там решу.       — Вы собираетесь вмешаться в войну местных? — неуверенно уточнил фелинид, чуть поведя ушами, что с его массивной фигурой выглядело довольно умилительно.       — Я и так вмешался куда больше, чем, возможно, стоило бы… — задумчиво оглаживаю бородку пальцами, глядя в обзорное окно на приближающуюся станцию, но всё же решаю пояснить для Дорна некоторые аспекты. — Это их жизнь, их ошибки и их успехи. Я мог бы показать им путь, решить проблему, возможно, даже не устраивая геноцида отдельных цивилизаций… Но какой в этом будет толк? В чём будет разница между мной и тенями с Ворлоном?       — Но вы попросили это существо… Лориена присмотреть за фелинидами, когда вы… улетите, — с тоской в голосе произнёс Ррау.       — Одно дело уберечь… детей, — улыбаюсь, — от опасных ошибок, а совершенно иное — контролировать каждый их шаг, решая, как им жить и что думать. Я уже говорил о чём-то подобном капитану Шеридану — у каждой помощи всегда есть цена, и, чем эта помощь весомее, тем больше и цена за неё, пусть она может быть и не очевидна сразу. И капитан Шеридан трезво осознаёт это.       — Кажется… Я понимаю… — после долгой паузы кивнул Ррау Дорн. — Хотя мне и грустно осознавать, что вы не останетесь с нами…       — Ну, пока что я ещё тут, — улыбаюсь. — А потом… Вы справитесь самостоятельно — ведь именно такими, сильными и разумными, я вас и создал.       — Мы не подведём… Я… не подведу, Создатель.       — Нисколько в этом не сомневаюсь, — киваю, отмечая, что шаттл плавно заходит на посадку, опускаясь на соседнее парковочное место рядом с ещё одним точно таким же. — Что же, мы прибыли. Чем думаешь заняться?       — Если вы позволите, я бы проверил, как дела у моих людей… — повёл ушами Ррау. — Я уверен в своём заместителе, но это «Вавилон-5»… А я уже успел понять, насколько станция богата на… сюрпризы.       — Разумеется, ты волен поступать так, как считаешь нужным. Я хотел предложить тебе примерно то же самое… Заодно — узнаешь новости, накопившиеся за наше отсутствие.       Дорн довольно зажмурился от похвалы… или того, что он посчитал таковой, и кивнул, а, стоило люку тел’така открыться, сорвался с места, чуть ли не бегом скрываясь в переплетении коридоров, на ходу рыкнув что-то, что, вероятно, должно было быть приветствием, дёрнувшемуся в сторону Заку, стоявшему на таможенном контроле.       — С возвращением… Лорд Баал, — кивнул безопасник. — Как прошло ваше путешествие?       — Благодарю, Зак, — с улыбкой киваю, — всё вполне успешно. Приношу извинения за моего гвардейца… Ррау Дорн порой бывает несколько резким на действия.       — Да мог бы и привыкнуть, — хмыкнул мужчина. — В конце концов, это «Вавилон-5» — дни, когда тут не происходит ничего неожиданного, можно пересчитать по пальцам. Хотя сегодня, будем откровенны, — он почесал в затылке, — новостей несколько больше обычного.       — Что-то интересное? — вскинув брови, изображаю глубокую заинтересованность, хотя тема «новостей» была легко предсказуема и в данный момент как раз должна была идти в сопровождении Деленн в медицинский отсек на осмотр доктором Франклином.       — Капитана все считали погибшим, а он внезапно объявился на собрании Лиги Неприсоединившихся Миров в «Зокало», — «громким шёпотом» подтвердил мои мысли Зак, покачав головой, — причём, ни я, ни кто-то ещё с таможни не видел, чтобы на станцию прибывали корабли… Как он тут оказался… Ума не приложу!       — Это капитан, — усмехнувшись, пожимаю плечами. — Он умеет произвести впечатление.       — Это уж точно… В любом случае, не буду вас задерживать. Хорошего дня, Лорд Баал!       — И вам хорошего дня и скучной смены, — жестом прощаюсь с безопасником, неспешным шагом двинувшись по коридору.       Интересно, за недельное отсутствие Коронэ и Юки успели все кондитерские разорить, или что-то ещё осталось? А то уж больно подозрительно тихо было от них в сети репликаторов. Как говорится, «ничто так не настораживает, как длительная тишина из комнаты с играющими детьми». Нэки, конечно, далеко не дети, но… Кхм… Да…Лучше проверить.              Интерлюдия              — Мир сошёл с ума, Вир! Попомни мои слова!       — Лондо? — с беспокойством посмотрел на начальника атташе. — Что-то произошло?       — Я получил официальную бумагу из дома, — пожал плечами Моллари, демонстративно постучав пальцем по свитку из плотной и богато украшенной бумаги, лежавшему на столике перед ним, — слово в слово повторяющую тот бред, который я получил по почте… Ну, этот, — Лондо досадливо махнул рукой в сторону компьютерного терминала, — про повышение и должность при дворе.       — И?.. — осторожно уточнил Вир.       — Теперь это… документ, — выделил слово голосом посол. — Дипломатический курьер, гербовая бумага, личная печать императора Картажьи, да не облысеет его голова раньше времени… Придётся всё-таки лететь домой.       — Но вы говорили…       — Да-да, говорил… В гробу я видал это повышение именно сейчас… А в особенности — после визита того хмыря, что советовал улетать со станции. Нет, — центаврианин поморщился, — эти жуткие корабли, взявшие нас в кольцо, вполне годятся на доходчивый довод в пользу того, чтобы передумать и согласиться, но…       Моллари вздохнул, задумавшись. Как посол Республики, он не мог отказаться выполнять прямой и персональный приказ монарха, это было бы его последним деянием на своём посту, равно как и последним днём существования дома Моллари, как части центаврианской аристократии. Но происходящее с каждым днём нравилось ему всё меньше и меньше, заставляя раз за разом прокручивать в голове всё, что уже успело случиться за последние годы, и переосмысливать многие из этих событий. А слухи, доходившие из дома, нравились ему и того меньше.       Хоть, кажется, Картажья и поумерил свои амбиции после провальной атаки на Нарн, его жестокости это не уменьшило ни на гран, а кадровые перестановки во дворце, проведённые Картажьей после смерти Рифы, в ходе которых Император сменил всё своё окружение, превратили дворцовую жизнь в какое-то форменное безумие. Похоже, Лондо слишком долго сидел на «Вавилоне-5»… И, похоже, ему в самом деле необходимо слетать домой. Увидеть всё собственными глазами.       — Ладно… Я полечу один, —произнёс наконец посол.       — Но, Лондо…       — Никаких «но», Вир! Я не рискну брать с собой Адиру, не в этот клубок ядовитых змей, в который превратился двор, а оставлять её одну… — он покачал головой. — Я вполне доверяю Гарибальди, он знает своё дело в плане обеспечения безопасности, но Адира слишком дорога мне. А только тебе я могу доверять…       — Я… — Котто оборвал начатую фразу, вздохнул и склонил голову. — Я прослежу, чтобы ничего не случилось в ваше отсутствие. Но и вы… будьте осторожны. Мне не по себе от происходящего дома.       — Не тебе одному, Вир. Не тебе одному…       — Я соберу ваши вещи.       Атташе поклонился и вышел, оставляя Моллари одного. Лондо бросил последний взгляд на приказ Императора на столе и со вздохом поднялся на ноги. Нужно предупредить Адиру… Не может же он просто молча улететь, даже не предупредив о своём отсутствии! Знать бы ещё, чем это отсутствие закончится. Резко развернувшись у выхода из каюты, посол вернулся вглубь помещения и выдвинул один из ящиков своего рабочего стола, доставая небольшой карманный бластер. На станции иметь летальное оружие было разрешено только службе безопасности, но когда бы это останавливало кого-нибудь, кому это было действительно нужно… К тому же, то, о чём не знает Гарибальди, ему не повредит. Да и никому не повредит. Кивнув своим мыслям, центаврианин осторожно положил оружие в церемониальный китель, висевший в шкафу — именно в нём он полетит домой.       — А теперь — Адира… — пробормотал мужчина, наконец выходя из каюты.       

***

             Небольшой корабль взрезал пустоту вырожденного космоса, пожирая километры один за другим, а его пилот неподвижно застыл в пилотском ложементе. Жертва, принесённая ради высшей цели, странное не-существование в виде потока информации в дикой смеси кристаллов и металла, новая жизнь, новое тело и ещё один шанс… Никогда за свою долгую жизнь, а прожил он действительно много, Кош не испытывал такой… встряски. Впрочем, сейчас у него были время и возможность обдумать свою старую жизнь и сделать выводы для жизни новой.       Нет, новое тело его не смущало — да, «шутка» Баала, засунувшего его Я в тело человека, вышла мелочной и ребяческой, но, с другой стороны, ни он, ни Лориен не уточняли, какое тело нужно создать. Да и вряд ли гоаулд, кем бы (или чем бы) он на самом деле ни был, мог воссоздать его прежнюю оболочку в точности. Впрочем, это было и не обязательно — хоть ворлонцы и перешли на практически бестелесную форму существования тысячи лет назад, сам способ такого перехода утерян не был, и, как он сказал тогда, на борту золотого корабля, это был лишь вопрос времени и приложенных усилий.       Но вот остальное… После его временной смерти Империя прислала на станцию замену, Улкеша… И в таком назначении было куда больше проблем и «двойных смыслов», чем могло бы показаться со стороны. Как он… Как часть его Я говорила капитану, Улкеш был более жёстким, если не жестоким ворлонцем. И более бескомпромиссным в решении вопросов. И он поплатился за это. Тот кубик в руках Баала… Даже в столь сумрачном состоянии рассудка, в котором Кош пребывал в виде осколка в недрах сознания Шеридана, он смог понять, что именно это было. Вернее, чем это уже не было. Похоже, его сородич оказался достаточно безумен, чтобы прямо атаковать Баала на станции. Атаковать, несмотря на переданные Кошем домой сведения, несмотря на результаты той атаки планеты, захваченной чужаком, несмотря на все… доводы разума.       И теперь ему предстояло решить, что делать дальше… Слишком многое стояло на кону, особенно теперь, когда капитан сделал то, что сделал — такого болезненного щелчка по носу тени не забудут никогда. И это только вопрос времени, когда они начнут действовать открыто, просто стирая с лица галактики всё, что им мешает. Но проблема была не только…       Лицо Коша нахмурилось, отражая озадаченность владельца, когда по связи с кораблём пришёл неожиданный сигнал — где-то неподалёку был крупный флот Ворлона, дрейфующий в гиперпространстве, но… Здесь и сейчас ничего подобного быть просто не могло! Кто-то из его сородичей решил поступить так же, как он тогда? Воспользоваться личным правом и собрать боевые корабли? Но зачем? Самым странным был даже не просто факт наличия флота в этой точке пространства — корабли находились в специально созданной области вырожденного космоса, словно свёрнутой вокруг самой себя. Такая технология использовалась Ворлоном нечасто, требуя просто огромного количества энергии, и… Никто не стал бы тратить столько ресурсов и усилий ради какого-нибудь пустяка!       Кош осторожно провёл пальцами по шелковистой поверхности ложемента, сосредотачиваясь и посылая в разум корабля приказ о смене курса. И то, что он увидел, стоило его транспорту нырнуть за завесу поля, маскирующего складку гиперпространства, заставило бывшего ворлонца испытать новое и крайне неприятное для него чувство — по спине Коша пробежала волна холодных мурашек, вынудив того непроизвольно поёжиться, поведя плечами. В гиперпространстве, окружённый целым флотом кораблей меньшего калибра, ждал своего часа циклопический корабль почти пятидесяти километров длиной. Планетоубийца. Ультимативное оружие Ворлонской империи, вершина их военной и биотехнологической мысли. И, если его правительство решило расконсервировать один из них…       Человеческое тело Коша невольно сглотнуло ставшую вязкой слюну — кажется, дома всё совсем не так хорошо… заметно более «не так хорошо», чем ему казалось раньше. Эти корабли не использовались в боевых целях, насколько он знал, уже больше трёх тысяч лет! Даже в прошлую войну с тенями Ворлон обходился без их участия. Что же изменилось сейчас? Нет! Что бы ни изменилось, это не важно! Важны только последствия! И, похоже, они будут самыми суровыми… Дрогнувшими пальцами Кош коснулся ложемента вновь, проследив взглядом за двинувшимся флотом — он должен проследить, куда он направляется. Ему нужно понять… Узнать…                            — Лорд Баал… — коротко кивнув, Шеридан вошёл в открытую перед ним дверь моей каюты.       — Капитан Шеридан… — отвечаю таким же тоном, лишь добавив широкую улыбку.       — Я мог бы много о чём спросить, — вздохнул мужчина, опускаясь в кресло, — но сейчас мне больше всего хочется просто нажраться в сопли и проспать пару суток. Вот только долг не позволяет.       — Могу предложить вам чаю, — указываю жестом на кухонный уголок. — Это, конечно, не «нажраться в сопли», как вы говорите, но отдохнуть поможет.       — Благодарю, Лорд Баал… Это… не помешает.       Кивнув, я поднялся на ноги и в самом деле принялся заваривать чай. По виду мужчины было очевидно, что события последних дней и общий объём свалившейся на его голову информации были… несколько большим, чем то, что он мог и хотел бы вынести. Его можно было понять. Особенно после визита к Франклину. Доктор, конечно, засекретил результаты его обследования, не занося их в общую базу данных станции, но работал он с ними на своём же терминале, выгрузив на внешний носитель в самом конце, так что… Кхм… Да, в общем, Шеридан прошёл через три с лишним часа «бесчеловечных медицинских экспериментов», и теперь пришёл сюда плакаться на свою судьбу и ворчать о несправедливости мироздания.       — Вам стоит просто отдохнуть, — переношу на кофейный столик поднос с заварочным чайником и пару чашек, — и многие проблемы перестанут выглядеть такими уж проблемами.       — Я так и собирался, — мужчина пожал плечами, — просто обследование у Стивена вышло несколько… более длительным, чем мне хотелось бы. И его результаты… — Шеридан внимательно посмотрел на меня. — Лорд Баал… Вы действительно не можете вылечить меня, как сказали там, на За’ха’думе?       — Вас не от чего лечить, капитан, — пожимаю плечами. — В том подземелье вы и в самом деле были не живы и не мертвы одновременно. Это слишком… Хм… неопределённое состояние, чтобы я рискнул с ним что-то делать. А сейчас, — внимательно смотрю на мужчину, одновременно сканируя того при помощи репликаторов, из которых состояла каюта, — вы скорее живы и полностью здоровы, чем наоборот.       То, что сделал с ним Лориен, было… занятным фокусом. Репликаторы и в самом деле чётко определяли, что человеческий организм передо мной был полностью здоров, структурно цел и жизнеспособен, но, вместе с этим, я видел странную биохимическую энергию, курсирующую в нервной системе и клетках капитана и явно не принадлежавшую к человеческой физиологии. И запас этой энергии, достаточно внушительный к слову, постепенно, каждую секунду, уменьшался. Процесс был медленным, на полное исчерпание запаса потребовались бы годы, но неумолимым.       — Да… Я примерно понял, что сделал тогда Лориен… И понимаю, что отмеренное мне время не безгранично, просто… — он вздохнул. — Ладно… Не забивайте себе голову моими проблемами, Лорд Баал. По правде говоря, я не просто не представляю, что сказать Деленн…       — Могу вас понять, капитан. В любом случае, чтобы вылечить вас так, как вы имеете ввиду, единственное, что я могу предложить — вам нужно умереть, как умирает любой человек…       — Умереть? — озадаченно моргнул Шеридан, не донеся чашку с чаем до своего рта. — Н-но…       — Технология, по которой построен саркофаг, позволяет исцелять недуги плоти, — делаю глоток из собственной чашки, — порой даже вернув к жизни умершего, если смерть наступила только что. Но в вашем случае… Вы ведь наверняка знаете об энергии, курсирующей по вашему телу? — Шеридан кивнул. — Именно в ней всё дело. Она буквально заставляет ваше тело быть живым и здоровым. Не уверен, что представляю, как Лориен этого добился, но именно поэтому саркофаг ничего с вами не сделает — с точки зрения устройства лечить в вас нечего. По крайней мере, сейчас.       — Сложно… — вздохнул мужчина, всё же делая глоток ароматного напитка. — Но, кажется, я понимаю, что вы имеете ввиду.       — В любом случае, времени у вас ещё предостаточно. По моим оценкам, ваше состояние начнёт приносить проблемы через годы. А с текущей обстановкой в галактике… — развожу руками, — будем откровенны, у вас куда больше шансов умереть в бою, чем от того, что тело просто перестанет быть живым.       — Вы умеете подбодрить, Лорд Баал, — криво усмехнулся капитан, хотя по нему всё равно было видно, что разговор поднял ему настроение, пусть и незначительно.       — Обращайтесь. Не скажу, что…       Коммуникатор на руке Шеридана тихо пискнул, сигнализируя о входящем вызове, и мужчина поморщился, поднимая его ко рту, одновременно виновато пожав плечами на то, что вынужден был меня перебить.       — Шеридан слушает.       — Капитан… — раздался весьма озадаченный голос Ивановой, — из гиперпространства только что вышел корабль… Похоже, что ворлонский, но я никогда не видела таких. В базах его параметры не числятся — ни внешний вид, ни результаты сканирования… И… пилот говорит, что его зовут посол Кош.       — Очередной? — недоумённо переспросил мужчина.       — Не могу сказать, капитан, — ответила Иванова. — Но он просит о встрече с вами, мной, Гарибальди, послом Деленн и вашим гостем, Лориеном… Говорит, это важно и срочно.       — Важно и срочно… — вздохнул капитан. — Я понял, Иванова. Пусть заходит на посадку… Через пятнадцать минут я буду у себя кабинете.       — Поняла.       Коммандер отключилась, а капитан с тоской посмотрел на недопитый чай и, сделав последний глоток, отставил чашку на столик.       — Вот и отдохнул… — проворчал он. —Лорд Баал… Я надеюсь, мы сможем ещё продолжить этот разговор, всё же, проблема моего… здоровья является для меня отнюдь не глупым переживанием. Но пока что… Вынужден откланяться… Дела…       — Я понимаю, капитан Шеридан, — с улыбкой провожаю взглядом поднявшегося на ноги мужчину. — Дела никогда не ждут.       Дёрнув щекой, Шеридан вышел в коридор. Кош всё же прилетел на станцию, да ещё так скоро? Возможно, произошло и в самом деле что-то «важное и срочное». Тем любопытнее и интереснее будет посмотреть и послушать… Кхм… И нет, это не вуайеризм!