Змея, что пьет гранатовую кровь

В замок мы вернулись, пребывая в весьма приподнятом состоянии духа. Несомненно, Аларик волновался, понравится ли мне дом, и был очень рад, что я его одобрила. Еще раз поцеловав меня, супруг отправился в тренировочный зал, а я осталась в наших комнатах. Напевая веселую песенку о цветах, которые радуются прохладным каплям дождя — весьма тихо напевая, ибо мои творческие таланты более чем скромны, - я переоделась в черные узкие брюки, укороченные, длиной немного выше щиколотки, и свободную рубашку — на всей поверхности хлопка были изображены цветы орхидей, розовых и лиловых. Собрала волосы в высокий хвост, свила их в жгут и уложила на макушке в аккуратный пучок. Последние штрихи — черные лаковые туфельки на высоких каблуках и гарнитур из тяжелых круглых серег и широких браслетов с перламутром на запястьях. Я уже собиралась было выйти из покоев, чтобы спуститься на кухню за чашкой чая, как взгляд мой упал на любимый нож Аларика, который лежал на диване. Я взяла его в руки. Сняв ножны, коснулась острого лезвия. Оружие так легко лежало на ладони. Оно казалось… готовым. Мой принц великолепно с ним управляется. Возможно, и у меня что-то получится? Вот хотя бы попробовать его метнуть. Я вытянула руку, стараясь приноровиться и решить, как же все-таки бросать нож, и так увлеклась, что вздрогнула, когда услышала у себя за спиной: - Позволь, я помогу. Я обернулась и увидела, что королева стоит на пороге комнаты и улыбается. Мирабелла сменила свое платье строгого, архитектурного кроя на узкую юбку цвета темного шоколада, длиной немного ниже колена, и медового оттенка блузу с вертикальными декоративными складками на груди. Мягкие волны волос и туфли, подчеркивающие изящество ступней - свой образ Ее Величество всегда продумывала до мелочей. Ведь она - пример для подражания. Я улыбаюсь королеве в ответ. - Была бы очень признательна. Как мне уже известно, эти узкие ладони еще и не то умеют. Что им управиться с металлом? Мирабелла подходит ближе и забирает у меня нож. - Так. Поскольку у этого ножа тяжелая рукоятка, и метать его нужно, держа за рукоятку. Поза спокойная, расслабленная. Ее Величество делает небольшой шаг вперед правой ногой. - Нож кладется на ладонь. Четыре пальца сжимают рукоять, а большой находится на верхушке. Гляди — вон там, на косяке, естественный рисунок древесины, будто яблоко — это наша цель. Поскольку дистанция близкая, необходимо загнуть запястье к предплечью — так нож будет переворачиваться в воздухе быстрее. И отпускаешь. Точное попадание. Все движения королевы такие плавные, точные, и кажется, совершенно не требуют усилий. Но взяв оружие, я убедилась, что на самом деле все далеко не так просто. Вначале нож никак не желал лететь в облюбованную цель, но я была упорна — и ножу ничего не оставалось, кроме как смириться с моей волей. Тренировка прошла отлично — всегда ведь приятно учиться чему-то новому. К тому же, соревновательный момент здорово разжигал азарт. - Я ведь зашла к тебе поговорить, Лидия. Бросок — безупречный, как и каждый раз. Королева поворачивается ко мне. - Дело в том, что у меня есть некий социальный план — создание научно-исследовательского института, который будет заниматься постоянным отслеживаем качества почвы и воды. И я хочу, чтобы ты помогла мне в этом. Я полностью поддерживала инициативы королевы. Суть способностей дроу такова, что созидание и плодородие им не подвластны, и потому — основную роль в развитии сельского хозяйства играет техника, а не магия. И естественно, что — не только в силу моего статуса, но и по желанию сердца — я готова была принять участие в жизни народа, который теперь и моим. - Мне очень лестно ваше доверие, и я с радостью помогу. - Не сомневалась даже в твоем ответе. Ее Величество легко обнимает меня. - Кстати сказать, понравился тебе дом, который приготовил Аларик? Я физически почувствовала, что на щеках моих появился румянец. - Очень понравился. Он… очевидно старался. Королева невозмутимо кивнула. - Прекрасно. Мирабелла удалилась распорядиться насчет ужина, а я решила повременить с кофе и направилась посмотреть на тренировку супруга. *** Высокие двери зала открылись беззвучно, и я вошла внутрь. Впрочем, даже если бы мое появление сопровождалось громким шумом, Аларик и Камео его вряд ли бы заметили. Итилири слишком были увлечены своим боем. Двуручные мечи выглядели очень тяжелыми, и мне было совершенно непонятно, как ими возможно столь искусно действовать. И наверняка ведь это не единственная физическая нагрузка, которой подвергает себя мой супруг. По крайней мере, теперь понятно, откуда у него столь рельефная мускулатура. Брюки из особой ткани, обеспечивающей свободу движений, довольно низко сидели на бедрах Аларика, позволяя видеть соблазнительные линии внизу живота — но даже это не помешало мне оценить красоту поединка. Сочетание филигранной техники и жестокого вдохновения. От отца я знаю, что очень важно во время боя регулировать глубину дыхания и балансировать движения, дабы всегда иметь возможность реагировать на действия противника и самому проводить атаки. Спокойствие и уверенность — основные союзники, и оба дроу знают об этом. Я вижу улыбку на бледных губах жреца. Меч в вытянутой руке направлен к горлу моего принца. Аларик смотрит насмешливо — посмеешь ли? Посмеет. Наклонный удар по корпусу, от которого супруг уходит поворотом. Ответное нападение. Колющие удары, будто шипы. Оба позволяют себе коварные подсечки, отвлекающие внимание. Мне стало очевидно, что Камео сделал ставку на силу ударов и свои идеальное взаимопонимание с мечом. Но ведь Аларик управляется с оружием ничуть не хуже, и его атаки не менее изощренны. Только вот жрец менее хладнокровен. - Тебе не хватает сдержанности, - говорю я Камео, когда он подходит ко мне. И имею в виду сейчас не только бой. Он вновь улыбается и склоняется над моей рукой. Я поглядела на волосы, белые, как сливочный крем, на мышцы, сила которых наверняка будоражит сердце не одной женщины, и искренне в своих мыслях пожелала ему обрести свое счастье — и покой. - Уверен, так и будет. Когда жрец ушел, мы с Алариком остались вдвоем. Супруг обнял меня и привлек к себе. Я коснулась кожи его плеча, блестящей от пота в свете масляных ламп. - Теперь я понимаю, почему тебя бояться. Аларик засмеялся. - Будто моего дара причинять страдания мертвецам мало. Я поцеловала своего мужчину в шею и обняла еще крепче. - Ну разумеется. Каждый мужчина хочет знать, что именно для своей женщины он — самый лучший. Даже если его обожает целый народ. Мы вернулись в свои комнаты, и мой принц отправился принять ванну, а я общалась с матушкой, которая связалась со мной, дабы узнать, все ли в порядке. Я рассказала ей о прекрасном доме, который подготовил для нас Аларик, и о том, как королева научила меня метать ножи. - Я очень рада, что твой день прошел столь приятно, - улыбнулась леди Сиенна. - И я совершенно не хочу, чтобы твое настроение ухудшилось, но… Мне необходимо кое-что тебе сказать. Матушка вздохнула. - Мудрейшая открыла мне, что тебе следует быть осторожной. Опасаться. Камни-передатчики коммуникатора внезапно показались мне странно-темными, и цвет этот сулил дурные вести. - Опасаться? - я нахмурилась. - Чего? - Лис, доченька. Я покачала головой. - Не могу понять. - Возможно, тебе стоит вернуться домой? - спрашивает матушка. - Может быть, - задумчиво ответила я. - Совершенно необязательно, что опасность подстерегает меня исключительно в Феантари. - Послушай, Лидия, - бархат голоса леди Сиенны сейчас лишь подчеркивал ее стальной характер, - мы с отцом уехали без тебя — потому что знали, насколько ты хочешь остаться. Хоть и не уверены, что поступили верно, как родители, учитывая тот факт, что в первые дни твоего замужества мир, где тебе предстоит жить, подвергся нападению. - Дроу дали прекрасный отпор! - возразила я. - Неважно. В следующий раз все может сложиться иначе. Я ничего не могла возразить. Ведь я понимала, насколько матушка и отец бояться меня потерять. Особенно, если учесть, что однажды это уже едва не случилось. И я знала, что родителям очень тяжело смириться с тем, что я уже стала взрослой. - Хорошо. Я поговорю сейчас с Алариком. Возможно, он поймет, о чем идет речь и чего мне стоит опасаться. Прошу вас, матушка, не стоит волноваться. Мы попрощались, и я сразу же отправилась к супругу, дабы обсудить ситуацию. Мой принц блаженствовал в горячей воде с мятным маслом, и, по всему судя, чувствовал себя прекрасно. О повязках, конечно же, он не подумал. - Необходимо снять швы. Регенерация у тебя просто поразительная. Я коснулась мягко его плеча, садясь на бортик ванной, чтобы быть ближе. Аларик улыбнулся, не открывая глаз, и сжал мою руку в своей, переплетя пальцы. - Дорогой, скажи мне: лисы в Феантари очень опасны? Супруг повернул голову и посмотрел на меня с удивлением. - Почему ты спрашиваешь? - Мне посоветовали держаться от них подальше. Его тело напряглось, как у зверя, почуявшего опасность. - Кто? Я рассказала ему о разговоре с матушкой, утаив, впрочем, что она настаивает на моем возвращении домой. Это не главное сейчас. - Любопытно, - протянул Аларик. - Наиболее вероятно, это предупреждение о том, что следует ждать опасностей от веров. Вновь. Что же, мы готовы к этому. Взгляд моего принца — лед над черной водой. - Знаешь, драгоценная, Хаиш попросил разрешения, дабы Анна посетила мир итилири. Для нее важно поблагодарить тебя лично за то, что ты повлияла на мое решение. Ведь дело касается ее мужчины и ее сына. Но в свете того, что ты рассказала мне сейчас — я сомневаюсь. - Не стоит, - я склонилась и поцеловала супруга. - Ведь я буду здесь, в безопасности. Кроме того, Анна — человек. Что может произойти дурного? *** Всегда был уверен, что лучшее успокоительное — это кровь врага. Лично я предпочитаю, кстати сказать, холодную. Но Лидия показала мне всю глубину этого заблуждения. Лучшее успокоительное — это ее ладонь на моем члене. Она раздевается и ступает в воду. Каждый раз вид ее обнаженного тела — изящного, гибкого — меня завораживает. Благо, что не лишает возможности двигаться — это, несомненно, разочаровало бы мою женщину. В определенном смысле. Ее близость — самое сладкое, что мне довелось ощущать. Только с ней — это всегда правильно. Я не зря ждал так долго. Я чувствую тяжесть ее тела и ласку поцелуев. Теперь, когда она рядом, я хочу получить все сполна. Ее губы касаются напряженной головки, язык проводит по всей длине, и… Я знаю, что Лидия видит сейчас мои воспоминания. Ту, другую. Пустую, что касалась меня так же. Я готов заставить ее выслушать меня. Я готов держать ее силой — если будет необходимость. Но моя женщина — совершенна. И она не собирается бежать. Лидия садится на мои бедра, прижимаясь спиной к моей груди. Поднимает руку и гладит меня по щеке. - А ты еще более холодная и жестокая тварь, чем я могла даже подумать. Зачем ты сделал это? Ты ведь знал, что она так слаба. Непростительно. Всего лишь человек. Ты знал, она вряд ли оправится, если ты уйдешь. По тонким пальцам струиться вода, смешанная с мятным маслом. - Я не желаю, чтобы это прошлое — все, что было до меня — помешало тому прекрасному, что ждет нас впереди. Нас. Вместе. И знаешь, - голова Лидии удобнее легла на мое плечо, - разумеется, я не одобряю того, что увидела сейчас. Но я хочу знать все о тебе. Ты открыт передо мной — и это правильно. Сложно описать сейчас мои чувства. Это благодарность. И осознание того, что ты верно выбрал ту единственную женщину, которой готов отдать свою жизнь. И даже смерть. *** - Обещаешь? Отдать мне свою жизнь? - спросила я, как в тот незабвенный день нашего бракосочетания. И также, как и тогда, мой мужчина ответил: - Обещаю. Я тихо засмеялась и провела ладонью по бедру Аларика. - Думаю, я правильно выбрала себе супруга. С кем еще я могла бы вести подобные разговоры, нежась в горячей воде? Дроу коснулся губами моей шеи. Благоговейно. - Нам обоим повезло. *** Одеваясь к ужину, я размышляла обо всем случившемся. Видение не было хорошей новостью. Он знал других женщин — это не тайна для меня. Прошлое не изменить. Прошлое, в котором не было меня. Я видела эту девушку, то, как она стояла на коленях и то, как она смотрела на Аларика… Я испытывала к ней жалость. Чувство, которое вызывает у целителя каждый, кто слаб и одолеваем сомнениями. Часто ли я сомневалась в своем положении, в своей силе? Глядя на девушку в зеркале — строгое серое платье, длинные нити дымчатых опалов на шее, прямой, холодный взгляд — сложно поверить, что она способна сомневаться. Да, я редко сомневаюсь. Родители всегда говорили мне: необходимо сохранять достоинство. Помни о том, кто ты есть. Дроу, полностью уже одетый, подошел ко мне и обнял за талию. - Люблю тебя. - Правда? - искренне удивилась я. - О да. - А знаешь, что еще правда? - М? - ладони супруга скользят вверх по ребрам, к груди. - Тебе очень к лицу темно-зеленый, - я провожу пальцами по рукаву его джемпера. Ужинали мы вдвоем в малой столовой. Мне нравится эта комната, оформленная в синем и кремовом тонах, и огонь в камине здесь, кажется, мерцает особенно мягко. Общество любимого и вкусная трапеза — суп-пюре из белых грибов и сыр с травами. Великолепно. Впрочем, оставалось еще одно незаконченное дело — необходимо снять швы Аларика, для чего мы отправились в лазарет. - Ты хотел бы убрать все эти шрамы, дорогой? - спросила я, обрабатывая кожу его плеча. Дроу обернулся ко мне вполоборота. Я видела, что он улыбается. - А ты хотела бы, чтобы их не было? - Нет, не думаю. - И я не хочу. К напоминаниям о своих ошибках следует относиться уважительно. Это опыт. Когда я закончила, супруг обнял меня и коснулся губами виска. - Отдохни, драгоценная. А мне необходимо еще поговорить с Ссешесом и сообщить Хаишу, что ты готова поговорить с Анной.