Скрепленные молчанием

      Ичиго спиной уперся в стену и зарычал. Несколько коробок посыпались с полок прямо под ноги, но остались начисто проигнорированными. Губы Урахары ласкали его ушную раковину, и тут он услышал, как тот с придыханием сказал:       — Нам не стоит этого делать.       Склонив голову набок, чтобы Урахаре было удобнее, Ичиго невнятно угукнул и вцепился ему в воротник. Он подергал ткань вниз, желая стащить с плеч, но его крепко обнимали за талию, и попытка с треском провалилась. Пришлось повозиться еще немного, прежде чем шляпник понял намек. Урахара неохотно отстранился, и пару неуклюжих, неслаженных подергиваний и потягиваний спустя один рукав свободно повис, присоединившись к поясу, развязанному уже давно. Несколько секунд — и тем же образом из плена была высвобождена вторая рука, после чего рубашка полетела на пол, присоединившись к разбросанным товарам.       — Нам пора остановиться, — выдохнул Урахара, но в этот самый момент Ичиго нащупал его сосок, и все мысли на тему «прекратить» мгновенно вылетели из головы.       Застонав мальчишке в шею, он скользнул ладонью ему под футболку. Та плотно облегала тело, и рука застыла в неловкой позиции. С глухим рыком он ухватился за нижний край и потянул вверх, обнажая подтянутый живот.       Тяжело дыша, Ичиго оторвался от исследования чужого тела и вскинул руки над головой, позволяя Урахаре себя раздеть. Тот досадливо заворчал, когда футболка застряла на полпути, однако хватило пары настойчивых рывков — и она небрежно полетела в самый дальний угол. Волосы Ичиго после всего этого являли собой форменный беспорядок, и Урахара не смог удержаться, зарывшись пальцами в рыжие прядки и притянув мальчишку к себе.       Впившись ему в губы, он с легкостью скользнул в рот Ичиго. Тот моментально ответил: умело орудуя языком, позволил Урахаре проникнуть глубже, после чего наудачу царапнул его язык зубами. Результатом полузастенчивого эксперимента стал вырвавшийся из горла наставника хрипловатый стон — и битва за доминирование началась.       Они сминали губы, прикусывая нежную плоть, но никогда не доводили дело до крови. Балансировать на грани боли и удовольствия — это приятно возбуждало. Они дразнили друг друга, постепенно узнавая, как далеко могут зайти и не пораниться.       Разорвав наконец поцелуй, Урахара наклонил голову вперед, прижавшись ко лбу Ичиго в попытке перевести сбитое дыхание. Мартышкин труд: мальчишка продолжал тереться об него бедрами, ускоряя его и без того учащенный пульс. Грубый джинсовый материал задел напряженный пах, вызвав у Урахары возбужденный стон.       Ругнувшись себе под нос, он принялся возиться с ремнем Ичиго, однако одной рукой с пуговицей и молнией ему явно было не справиться. В нетерпении зашипев, он высвободил вторую из мальчишеской шевелюры и возобновил попытки. К сожалению, джинсы сидели настолько тесно, что даже после этого без помощи Ичиго их все равно стащить не удавалось.       Тот засмеялся и скинул штаны. Урахара в отместку приложил ладонь к заметно выпирающему бугорку у него на трусах и сжал. То ли взвизг, то ли стон сорвался с губ Ичиго: никто и никогда прежде не трогал его там, а ладонь Урахары была большой, горячей и столь развратно двигалась… Давление что надо, темп — идеален, и Ичиго ощутил, как ноги становятся ватными.       — Кискэ, — простонал он, сверкая покрасневшими щеками и остекленевшими глазами.       Урахара едва не подавился воздухом: пронизанный похотью, голос мальчишки был ниже обычного, с хрипотцой и насквозь пропитан желанием. Он наклонился и грубо завладел его ртом, в то же самое время продолжая водить ладонью вверх-вниз и ласкать Ичиго через тонкую ткань. Тот затрепетал и судорожно выдохнул прямо ему в губы.       — Ч-черт, — пробормотал парень, чувствуя, как напряжение в паху нарастает тревожными скачками. Он опознал ощущение и понял, что вскоре достигнет пика. — Стой, — прошептал он, уронив голову на плечо Урахары, — я сейчас…       Единственным ответом послужило невнятное «угум», после чего шляпник вдруг резко увеличил темп. С замиранием сердца Ичиго дернулся раз, другой — и понял, что уже слишком поздно: его накрыло волной наслаждения, и он излился прямо в трусы. Крик вышел сдавленным, словно бы он хотел сдержать его, но не сумел.       Урахара почувствовал под ладонью прилив влаги и понял, что Ичиго достиг оргазма. Он слышал мольбы остановиться, но не мог устоять и не довести его до грани. Эгоистично, да, но ему хотелось воочию увидеть разрядку Ичиго. Однако сейчас, глядя тому в лицо, он искренне жалел, что не послушался: мальчишка казался перепуганным до смерти, щеки покрыты румянцем, а глаза от ужаса и неверия широко распахнуты.       — Из-звини, — пробормотал Ичиго, ощущая себя хуже некуда.       Он поверить не мог, что так быстро кончил — Урахара, судя по виду, не был даже близок к этому. Чужая рука выпустила промежность, после чего его утянули в объятие и поцеловали в лоб.       — Тш-ш, — тихо произнес Урахара, успокаивающе поглаживая мальчишку по спине.       — Не шикай на меня, — извернулся Ичиго, чувствуя, что сгорает от стыда. Ему приходилось слышать о парнях, которые по молодости и неопытности быстро сдувались, но это же нелепица какая-то. — Я с тобой еще не закончил, так и знай.       Шляпник отстранился и удивленно воззрился на него.       — Что, прости?       — Я не брошу тебя так на произвол судьбы, — на полном серьезе заявил парень.       Урахара изо всех сил старался подавить смех, но не успел ничего ответить, как Ичиго набросился на него. Обхватив обеими руками его лицо, он увлек наставника в поцелуй, после чего, не успел тот оправиться от шока, развернулся и прижал к стене, произведя этакую рокировку.       — Где у тебя спальня? — спросил Ичиго, вновь прерывисто задышав.       Урахара покосился влево, и его тотчас ухватили за запястье и потащили в том направлении. Подстегиваемый рвением мальчишки и собственной нуждой, после секундного колебания он все же позволил себя увести.       Ичиго же скудно обставленная спальня заметно удивила, но в целом это лишь означало, что по пути от двери до постели их ждало меньше препятствий. Жаждая компенсировать свой скорый оргазм, он буквально швырнул Урахару на кровать, затем забрался сам и оседлал его.       Потом с тем же нетерпением перебрался к нему на колени и принялся стаскивать штаны. От зрелища того, как Ичиго с припухшими приоткрытыми губами раздевает его, шляпнику кровь ударила в голову, и он, ошеломленный, почти опьяненный, приподнял бедра, позволяя штанам и нижнему белью скользнуть вниз.       — Ого, — выпалил Ичиго, высвободив наконец из плена затвердевший член и внезапно почувствовав себя ничтожно маленьким.       Он разглядывал его еще с пару секунд, после чего снял собственные трусы, чуть сморщив нос оттого, какими влажными они были. Вся одежда небрежно полетела на пол, а Ичиго приподнялся и завис над Урахарой, словно бы подыскивая верную позицию для того, чтобы опуститься на него.       Шляпник почувствовал, как головка члена коснулась Ичиго, и тогда выпал из ступора.       — Погоди, ты что творишь? — не веря своим глазам, уточнил он.       Ичиго нахмурился.       — А на что это, по-твоему, похоже?       У него было такое сосредоточенное выражение лица, что Урахара на миг вспомнил их тренировки. Изумленный, он захохотал.       — Ты никогда этого не делал, верно?       Когда мальчишка густо покраснел, он замолчал. Его в очередной раз одолели сомнения.       — Уверен, что хочешь этого? Со мной?       Вместо ответа Ичиго наклонился и запечатал губы наставника поцелуем, предупреждая все дальнейшие вопросы. Ощутив прикосновение раскаленного тела — мальчишка вновь начал заводиться, — Урахара застонал прямо ему в рот.       — Если все-таки решились, то сделаем все правильно, — прошептал он и, перехватив Ичиго за запястья, перевернул на спину, сам оказавшись сверху.       Сердце Ичиго бешено забилось в груди, стоило шляпнику потянуться за чем-то через его голову. Донесся звук переставляемых туда-сюда предметов, и Урахара вновь предстал перед ним с зажатым в руках крохотным тюбиком. Не говоря ни слова, он открутил крышку и выдавил приличную часть содержимого себе на руку.       Ичиго со смесью восхищения, предвкушения и, как бы ни претило ему признавать это, волнения пристально наблюдал, как наставник размазывает гель по ладони. Сейчас, рассуждая здраво, парень понимал, что в его действиях есть смысл. Припомнив собственную недавнюю импульсивность, он вспыхнул, но долго предаваться чувству стыда ему не позволили.       — С непривычки поначалу может показаться немного странным, — ласково проговорил Урахара. А когда мальчишка кивнул — наклонился, обнадеживающе потерся своим лбом об его и проник в него одним пальцем.       Ичиго от неожиданности немного подскочил — было не больно, нет, и не неприятно, но так или иначе непривычно. Он чувствовал, как палец несколько раз вошел и вышел из него, а потом вновь вернулся, и на этот раз не один. Пока тело привыкало к уже двум пальцам, Ичиго морщился.       — Все хорошо? — успокаивающе произнес Урахара, рассматривая извивающееся под ним тело.       Ответом послужил взгляд, который можно было бы смело назвать гневным, если бы он не шел в комплекте с пунцовыми щеками и помутневшими глазами.       — Не останавливайся, — на выдохе сквозь зубы процедил Ичиго. Командирский тон, увы, притупился дрожью в голосе.       Шляпник оглядел стремительно поднимающуюся и опускающуюся грудную клетку мальчишки и за всей внешней бравадой увидел его настоящего. Изумленно улыбнувшись, он опустился чуть ниже, так что голова его оказалась прямо у Ичиго между ног.       — Что?..       Вопрос так и повис в воздухе незаконченным, потому как в этот самый момент Урахара наклонился и взял Ичиго в рот. Последний непроизвольно взбрыкнул, и, чтобы не подавиться, Урахаре пришлось надавить ему на бедра.       Ичиго поверить не мог тому, сколько же приятного возбуждения получило его тело за такой короткий промежуток времени. Рот наставника был горячим, практически обжигал его нежную плоть, а еще столь искусно двигался.       Если бы Урахара мог сейчас рассмеяться — он бы так и поступил. Мальчишка запрокинул голову назад, зарыв влажные волосы в подушки, и попеременно хватал ртом воздух и кусал губы, словно не был уверен, что больше ему поможет. Мышцы стройного, подтянутого живота напряглись под ладонью Урахары, в то время как он продолжал вверх и вниз скользить по всей длине напряженного члена. Затем, увидев, как Ичиго сжал простыни в кулаках, он пришел к выводу, что тот достаточно отвлекся, и пустил в дело третий палец.       У Ичиго непроизвольно сжались пальцы на ногах. В очередной раз он балансировал на этой тонкой грани, вкушал коктейль из муки и наслаждения, испытывая при этом двоякие, спутанные и радостные, ощущения. Он извивался на кровати, и срывающиеся с его губ крики стали больше напоминать всхлипы, нежели стоны.       Он был почти уверен, что вновь первым достигнет оргазма, когда Урахара внезапно с хлюпаньем отстранился.       — К-Кис-кэ… — выдохнул Ичиго, потянувшись к своему любовнику. Их ладони переплелись, и он поманил того к себе для мимолетного поцелуя, после чего ему раздвинули ноги.       Последние отголоски неуверенности были оттеснены Урахарой в самые глубины подсознания. Больше не беспокоило ни то, что Ичиго сын его друга, ни то, что мальчишка намного моложе и в данный момент эмоционально у язвим. И еще много различных разумных аргументов, которые сдержали бы его, не будь он так опьянен страстью.       Одним резким, но аккуратным движением Урахара вошел в Ичиго и начисто, безнадежно лишился рассудка — жар узкого, бархатистого прохода буквально сводил с ума. Застывшее в напряжении тело наконец расслабилось, и он начал двигаться под аккомпанемент раздающихся под ним вскриков. Он не был груб, но заданный темп оказался достаточно высок — они оба стремились как можно скорее достичь столь желанной вершины.       Кровать поскрипывала им в такт, Ичиго на каждый толчок чуть приподнимал бедра, пальцами впиваясь Урахаре в спину и оставляя на безупречно светлой коже розоватые отметины. Он, может, никогда прежде этим и не занимался, но все его движения были отточены, натренированное в боях тело даже в постели сохраняло свою грацию. Ему оставалось всего-навсего следовать за Урахарой, позволяя более опытному мужчине довести его до разрядки, которая, вне всяких сомнений, была уже не за горами.       — Давай вместе, — ни с того ни с сего прошептал наставник, и толчки его стали еще более хаотичными. Не дожидаясь ответа, он скользнул рукой меж их телами и обхватил член Ичиго.       Сам Ичиго, подстегнутый нежной просьбой и прикосновением, неистово содрогнулся, заливая животы и ласкающую его ладонь.       Урахара еще пару раз шевельнулся, после чего оргазм настиг и его, сопровождаемый сдавленным вскриком. Он уронил голову, кончая прямо внутрь мальчишки, а затем со стоном рухнул на вздымающуюся под ним грудь.       Ичиго продолжал тяжело дышать под весом своего любовника, не в состоянии в полной мере оправиться от оргазма, поскольку Урахара все еще был внутри него. Но через некоторое время воздуха в легких стало катастрофически не хватать, и он перекатил того в сторону.       Лежа бок о бок, восстанавливая дыхание, они не проронили ни звука.       После, когда молчание затянулось, Ичиго повернулся к Урахаре и хрипло проговорил:       — Это было что-то.       Урахара кивнул и перевел взгляд на юношу — это и в самом деле было что-то, но, стоило наслаждению сойти на нет, его в свои тиски захватило ужасающее чувство вины. Однако мальчишка выглядел таким довольным — даже счастливым, — что шляпник непроизвольно улыбнулся.       — Рад, что тебе понравилось, — сказал он, вытянув затекшие конечности.       — Правда? — ощущая внезапное волнение, переспросил Ичиго. Улыбка наставника, как он заметил, не коснулась его глаз.       Урахара хохотнул.       — Ну разумеется.       Ичиго посмотрел на него, все еще сомневаясь, верить его словам или нет.       — Достаточно для того, чтобы повторить? — осторожно уточнил он.       Шляпник замешкался. Ясное дело, ему хотелось повторения, но это вовсе не означало, что так будет правильно. Честно говоря, все с точностью до наоборот. Тем не менее, он не мог произнести этого вслух, только не под таким взглядом. Поэтому, несмотря на опасения, он обхватил Ичиго за шею и притянул к себе.       Парень еще пару мгновений оставался напряженным, даже после того, как Урахара устроил свой подбородок у него на лбу. Затем же позволил сам себе постепенно расслабиться. Жар, исходящий от груди наставника, в сочетании с сильным, размеренным сердцебиением действовал успокаивающе.       Ичиго не до конца понимал, что подразумевается под молчанием Урахары, но в глаза словно песка насыпали, из него были высосаны все соки. Он хотел вновь задать тот же вопрос, но веки отказывались ему повиноваться, и в конце концов он отбыл в царство Морфея.       Урахара почувствовал замедлившееся выровнявшееся дыхание мальчишки и предположил, что тот, должно быть, уснул. Он продолжал вслушиваться в легкие вдохи и выдохи, и его собственные глаза начали закрываться.       Можно поговорить обо всем позже, решил он. А затем и сам провалился в сон.