Элитная компания "Акацуки"

Третья пара подходила к концу. Сасори, заскучавший от тщетности бытия, устало смотрел в окно и считал секунды до окончания последнего на этой неделе занятия. Он являлся ответственным студентом, идеально знавшим программу, всегда получавший за ответы «отлично», но это не делало его любимчиком профессоров. Они его не любили потому, что порой знания Сасори были более фундаментальными, чем их. Что на каждую сферу у него были свои собственные взгляды, порой рознившиеся с мнением преподавателей. Это было обусловлено его искренним интересом и тяге к медицине еще с раннего детства. Ему было вовсе не до подростковых влюбленностей, он грыз гранит науки. Будучи умным и привлекательным юношей, он пользовался большой популярностью у слабого пола. Признания девушек казались ему чем-то обыденным. В такие моменты он закатывал глаза и устало вздыхал. После того, как он выслушивал очередные романтические речи, с каменным лицом проходил мимо, будто ничего не произошло и вовсе. Но стоит ли говорить, что его жизнь шла своим чередом лишь до определенного момента… Скучающий Акасуна собрал свои вещи, поднялся с места и спокойно подошел к двери. — Сасори, — обратилась его однокурсница, — постой, пожалуйста. Он закатил глаза и подумал: «ну вот опять», но все же остановился. Девушка, увидев абсолютное безразличие со стороны парня уже начала сомневаться в том, стоит ли говорить то, что к нему испытывает. Но все же собрала в себе остатки решимости, которая начала таять с особой стремительностью, и подошла к причине учащенного сердцебиения. — Я давно хотела тебе сказать, — робко начала она. — Ну, — бросил он. — Сасори, понимаешь, ты мне давно нравишься и… — хотела продолжить влюбленная девушка, как ее перебил Акасуна: — Нэо, мне до этого нет никакого дела, — пожал плечами и со спокойной душой вышел из аудитории. Остолбенев, девушка стала напоминать жертву Медузы. Если бы он только знал, чего стоило ей перебороть себя, чтобы хотя бы приблизиться к нему. А парню в свою очередь, действительно было до лампочки на душевные страдания несчастной девушки. Сасори мог проявить чувства только в «акацуки», это проявлялось во всяких шутках, порой походивших на едкие замечания, в беседах один на один, как это порой бывало с Какузу или Итачи, даже споры с Дейдарой были неким проявлением дружеских чувств к этой «бомбо-блондинке». Он, с присущей ему в обществе надменностью, гордо прошел мимо девушки с разбитым сердцем и вновь в своей манере устало закатил глаза. «Черт возьми, и как Итачи может утверждать, что на этом свете можно кого-то любить, если все вокруг такие пустоголовые? Даже Хидан и тот умнее», — подумал парень. И по иронии судьбы (до боли знакомой всем пользователям фикбука), Сасори, полностью погруженный в собственные мысли, шел по коридору университета, чтобы внизу встретиться с остальными ребятами, и уже возле лестницы заметил девушку, что неуклюже пыталась поднять бумаги, которые разлетелись по всей лестнице, да еще в момент такого столпотворения! Парень немного изумился неаккуратности девушки: она поднимала одни бумаги, тянулась за другими и тут же первые выпадали у нее из рук. У него екнуло сердце, он не был очарован ее красотой, таких как она тысячи. Даже сейчас, по лестнице поднимаются десятки таких как она! Сасори лишь с презрением посмотрел на нее и подумал: «как такую каракатицу земля носит?» Ее случайно толкали проходящие мимо студенты, девушка запиналась, и все попытки собрать бумаги казались тщетными. Наш герой не оказался рыцарем и не помог несчастной особе в ее «горе». Казалось, что этот парень не способен на прелестные рыцарские поступки во имя кого-то. Создавалось впечатление, будто у него в груди была сплошная пустота, из-за чего он надменно смотрел на всех людей. Он так же посмотрел на эту девушку и с гордым видом прошел мимо. Возле дверного проема стояла компания, что привлекала внимание зевак. На них обращали восхищенные взоры, подобно тому, как это делали в фильмах при виде «крутых ребят». Не хватало только динамичного саундтрека и камеры, направленной на них. У этой компании был особый колорит, каждый из них был не похож на другого, но было то, что объединяло их в единое целое и делало «акацуки». И поэтому окружающие смотрели на них как на нечто целостное и нерушимое. Хидан, исключая всякое смущение, плюя на принятые моральные устои, сидел на полу в коридоре и курил прям в здании университета. Он всем своим видом старался показать, что его в этой жизни кроме собственных интересов ничто не трогает. Такое эпатажное поведение привлекало девушек, которые хотели попробовать свободу на вкус. Они рисовали у себя в голове картины крутого отрыва вместе с этим мужественным парнем, но ничего кроме жесткого секса у них не было. Для Хидана это был своеобразный «слив баллонов», а полностью удовлетворенные девушки, после потрясающего секса, принимали оргазм за тот самый глоток свободы, к которому так стремились. Кисаме облокотился на стену и вызывающим взглядом искал в толпе студентов достойного соперника для состязания. Каждого новенького он «пробовал на вкус», но чаще всего это становилось не достойной дракой, а вакханалией над оппонентом Хошигаке. Тех, кто мог противостоять ему, были единицы, и почти все они находились в «акацуки». Именно поэтому он постоянно тусовался в этой компании, считая их достойными себя. Дейдара делал вид, будто его интересуют студенты, что проходят мимо него, но на самом деле в его голове крутились химические формулы, взаимодействие которых могло привести к взрыву. И каждый раз, когда парень прокручивал в голове момент возможного взрыва, по его телу разливалось приятное тепло и это приносило ему чувство удовлетворения. Именно поэтому, он страсть как любил фейерверки. И никто кроме него не имел чести подходить и поджигать их. Эта привилегия издавна принадлежала только Тсукури. Зецу грезил об очередном ботаническом эксперименте. Единственное, что его тормозило на пути к великому открытию — его соседи. Ведь условия в их квартире порой были через чур экстремальные: табачный дым, запах алкоголя, который почти никогда не выветривался, громкая музыка и большое количество людей. Поэтому он мог ночами пропадать в лаборатории университета, совершенно забывая о сне и отдыхе. Итачи никак не мог дождаться Изуми, поэтому нервно ходил по коридору туда-сюда. Они договаривались встретиться сразу после занятий, но видимо ей по какой-то причине пришлось задержаться. Парня мучило это неведение. Он подобно заботливой маме волновался за каждый волосок на голове этой девушки. Какузу сидел на полу рядом с Хиданом. По традиции он подсчитывал свои финансы после учебного дня и уже планировал расходы на выходные. Его не интересовало ничего кроме экономики, денег и точных расчетов. Он привык все тщательно планировать и не надеяться на чудо, досконально рассчитывая каждый шаг. И этим самым вызывал недоумение на лицах окружающих. Конан прижалась к Пейну, уткнувшись носом ему в грудь. Парень бережно обнимал свою девушку, будто в его руках была хрупкая фарфоровая ваза. Она являлась для него всем миром, он был для нее панацеей. Их любовь была непостижима для умов наблюдателей, только они двое понимали, в чем заключалась их химия. — Какузу, неужели сигарета Хидана, маячащая перед твоим лицом никак тебе не мешает? — недоуменно спросил Сасори. Какузу оторвался от своих расчетов и посмотрел на Акасуну. В это время Хидан лениво поднялся и начал демонстративно махать своей сигаретой перед лицом Сасори. — А тебе не мешает? — с издевкой спросил Мацураси. Красноволосый закашлялся от сигаретного дыма и выдавил: — Ты норовишь лишиться своей пустой головы. — Ну-ка, — бросил вызов Хидан. — Он норовит вылететь из университета, — прозвучал грозный голос Цунаде, надвигавшейся на компанию. Парень со спокойным видом затянулся в очередной раз и выдохнул дым в лицо ректору университета. Лицо пышногрудой женщины исказила гримаса злости. В этот момент, все студенты, находящиеся в коридоре застыли на местах, оторвавшись от своих дел. Их взоры были направлены на озлобленную Цунаде и обнаглевшего Хидана. Женщина сжала кулак и со всей силы ударила несносного студента в живот. От такого сильного удара парень сжался и попятился назад. — Только попробуй еще раз так сделать, и точно вылетишь! — угрожала ректор. Парень издевательски улыбнулся и ответил: — Вы всегда только обещаете, Цунаде-сама, — рассмеялся он. — Знаю, без вас будет куда скучнее, — по-доброму улыбнулась она и скрылась за дверями своего кабинета. — Повезло нам с ректором, — озвучил вслух Кисаме то, что у многих сейчас вертелось на устах. — Пятница, сегодня опять в «womb»? — с присущим энтузиазмом спросил Дейдара. — Мне нравится ход твоих мыслей, — подала голос Конан. — А мне совсем нет, — закряхтел Какузу. — Мы не в лучшем финансовом положении, чтобы выбрасывать деньги на клуб. — А кто сказал, что платить будем мы? — недоумевал Хидан. — У нас же есть Итачи. Учиха уловил свое имя в разговоре друзей и непонимающе посмотрел на них. Конан, увидев его реакцию рассмеялась. — Молчание — знак согласия, — пожал плечами Какузу. — Всяко лучше, чем мои деньги тратить, я за. — Я пропустил какое-то голосование? — спросил Итачи. — Да, по единогласному решению которого ты сегодня платишь за клуб, — подал голос Кисаме. — Видимо я надолго вас покинул, — констатировал Учиха. — Нам же и лучше, — ухмыльнулся Мацураси. — Так кого же мы тогда ждем? — спросил Акасуна. — Изуми, — подал голос Зецу. — Вы, наверное, идите, вечером встретимся возле клуба, — отозвался Итачи. — Итачи-и, — послышался женский голос. К компании молодых людей подбежала всем знакомая черноволосая девушка. Во время бега она запыхалась, поэтому сейчас стояла и восстанавливала дыхание. Ее бледное лицо покрыл легкий румянец, а в глазах сиял озорной огонек. — Ты задержалась, — констатировал Итачи. — Что-то случилось? — У меня проблемы с Орочимару сенсеем, — быстро проговорила она, — поэтому мне придется задержаться. Идите без меня. — Давай мы с ним поговорим? — бодрым голосом спросил Хидан и закинул руку на плечо Итачи. — У нас как раз в компании есть его любимчик, а если не послушает, то мы с Кисаме знаем что делать. Тут же к разговору подключился Кисаме, который изрядно подустал от отсутствия драк. — Мне кажется, что не стоит, иначе он будет пытаться меня доставать так же как Сасори, — девушка как можно вежливее попыталась отказаться от посторонней помощи. — Как знаешь, — разочарованно проговорил Хошигаке. — Я могу подождать тебя, — обратился Учиха. — Не стоит, не трать свое время, — отмахнулась Изуми. — Кстати, куколка, идешь с нами сегодня в клуб? — перебил Хидан. Услышав обращение этого жеманного парня к своей девушке, Итачи немного напрягся. Изуми, заметив это улыбнулась. — Это хорошая идея, вечером созвонимся, — ответила она. — Мне правда пора бежать, иначе он на меня натравит своих змей, — бросила девушка и побежала в сторону лестницы. — Славный ребенок, — наигранным, будто родительским восхищением произнес Мацураси. — Еще раз назовешь ее куколкой, и тебе будет нечем говорить, — отчеканил Итачи. — Да брось ты, — кинул в ответ Хидан. «Акацуки» всей своей большой компанией направлялись в сторону метро, попутно обсуждая, что будет сегодня в клубе, и что они будут делать после клуба, их было слышно отовсюду. Возле метрополитена компания остановилась на перекур, точнее, они ждали, пока покурит Хидан. — А что если подцепить цыпочек до клуба? — рассуждал Мацураси. — Вот Пейн каждый раз так и делает, цепляет Конан и готово. Пара непонимающе посмотрела на парня, мол, все ли в порядке у него с головой. — Ага, давай цеплять прям в метро! — всплеснул руками Дейдара. — А почему бы и нет? — на полном серьезе спросил Хидан. — Давай выберем одну девушку, и с кем она согласиться пойти, тот и победил. — Кто проиграет, тот приходит в университет в латексном костюме, — внес свою лепту Кисаме. Парни в момент начали озираться по сторонам в поисках достойной кандидатуры. Другая часть компании стала с интересом наблюдать за пари двух ловеласов. Но сколько бы все ни старались, подходящей кандидатуры по близости не было, и когда уже все отчаялись, на эскалаторе Конан заметила девушку с длинными волнистыми пшеничного цвета волосами. — Вон же! — восторженно указала Хаюми в сторону «жертвы». — А тебе не кажется, что она далековато-то находится? — скептически спросил Дейдара, находящийся со всей компанией в начале самого эскалатора. — А кто сказал, что будет легко? — спросил Пейн. — Полностью согласен с вами, лидер-сама, — бросил Хидан. Он быстро сориентировался и перепрыгнул с эскалатора на обычные ступеньки и молниеносно побежал вниз, для того, чтобы быстрее настигнуть свою цель. В это время Тсукури увидел своего хитрого соперника почти в самом низу ступеней, сел на поручень и просто скатился вниз. Неадекватное поведение парней вызвало возмущение со стороны окружающих. Ведь они расталкивали всех на своем пути и совершенно плевали на правила поведения в метро. Сасори заметивший оживление в толпе, посмотрел вниз на парней, которые уже почти достигли своей цели и вдруг, его будто ударило молнией, он узнал в этой девушке ту самую «каракатицу», что сегодня все никак не могла собрать бумаги воедино. Он надменно засмеялся над ними, ведь если все ее поступки сопровождает такая неуклюжесть, то они даже не представляют, на что себя обрекают. Он начал рисовать у себя в голове картины их нелепой близости и от этого ему становилось еще смешнее. Остальные недоуменно смотрели на Акасуну и ждали объяснения его поведения. — Что случилось? — первым не выдержал Итачи. Сасори смог усмирить свой истерический смех и на выдохе произнес: — Я ее знаю. — Она новенькая в нашем университете, — вставил Какузу. — А я-то думаю, почему она мне показалась такой знакомой, — изумилась Конан. — Даже если это так, что с того? — спросил Кисаме. — Она еще тот экземпляр, — скривился Сасори. — Я себя виноватой начала чувствовать, из-за того, что указала на нее, — почесала затылок Хаюми. — Этим ловеласам уроком будет, — констатировал Пейн. В это время парни стояли по обе стороны от девушки и пытались привлечь ее внимание красивыми романтическими речами. Растерявшаяся девушка покраснела и просто мотала головой в разные стороны, смотря то на одного, то на другого. И когда до наших героев дошло понимание того, что так они ничего не добьются, они решили действовать по-другому: Дейдара наглым образом обнял девушку за талию и притянул к себе, а Хидан и вовсе выхватил несчастную особу у него из рук, закинул на плечо и побежал в сторону. В этот момент девушку начала бить паника, и ее крики о помощи были слышны во всех концах метрополитена. Остальные «акацуки» поняли, что спор этих двух балбесов выходит из-под контроля и всей гурьбой побежали за Мацураси. — Помогите! — вопила она. В этот момент в толпе начали появляться люди в форме, пытавшиеся спасти «юную леди». — Хидан, копы! — специально добавил остроты ситуации Кисаме. Парень с девушкой на плечах, услышав эти слова, буквально влетел в первый открытый вагон. — Дурень, стой же ты! — голосила Конан. — Так еще и не в ту сторону, — выдохнул Какузу. — Интересно, а он скоро поймет, что поехал совсем не туда? — спокойно спросил Зецу. — Мне вот что интересно, что он собирается делать с этой каракатицей? — злорадствовал Сасори. — А вот и второй горе-ухажер, — констатировал Пейн. — Тебе нравится латекс? — не удержался Хошигаке. — Еще не все потеряно, — бросил Тсукури и забежал в следующий поезд, вслед за Хиданом. — И как он его искать собрался? — недоумевал Итачи. — Да тише ты, не кричи и послушай меня, — рычал Мацураси. Испуганная девушка вся покраснела от рыданий, ее тушь потекла, и она пыталась остановить слезы. Сквозь всхлипы она выдавила: — Ты уж постарайся. — Это была небольшая шутка, тебе никто не собирался вредить, а уж тем более насиловать! — пытался оправдаться парень. — Держи, — протянул платок Хидан. — Тебя вообще как зовут? Девушка все с тем же испугом смотрела на своего обидчика, но все же взяла платок из его рук. Она вытерла слезы, сделала глубокий вдох и ответила: — Кэтсуми Тамура. — Зови меня просто Хидан, — протянул руку парень. Кэтсуми с недоверием посмотрела на протянутую руку. — Да не бойся ты, она уж точно не кусается. Она пожала его руку и к своему удивлению обнаружила, что ее ладонь кажется кукольной по сравнению с его ладонью. Сам парень сначала не понял, что Кэтсуми так удивило в их рукопожатии. Затем она по-детски наивно посмотрела на него и обнаружила, что он почти вдвое выше ее. Несмотря на все что произошло, он произвел на нее приятное впечатление: он красив, атлетичен, смел. И к своему несчастью, девушка обнаружила, что подозрительно долго рассматривает лицо Хидана, она засмущалась и отвернулась от него. И в эту светлую минуту, Мацураси никак не оставлял своих интересов и продолжал гнуть свою линию: — Кэтсуми, так сказать, в качестве примирения, не хочешь сегодня со мной сходить в клуб «womb»? Я угощаю. Очарованная девушка не могла сказать ни слова так, чтобы ее голос предательски не дрогнул, поэтому в ответ она всего лишь одобрительно кивнула. «Дейдара в латексном костюме — стоящее зрелище», — ухмыльнулся Хидан.