Элитная компания "Акацуки"

В клубе сегодняшней ночью было особенно людно, да так, что яблоку негде упасть. Нашу элитную компанию это ничуть не удивило. Ведь прослышав, что «Акацуки» частенько отдыхают в «Womb» толпы первокурсниц бросились покорять местный танцпол и попытать счастье в битве за сердце одного из красавчиков. Итачи уже без стеснения во всю танцевал с Изуми. Ее плавные движения и улыбка, не покидающая лицо, вызывали в нем все большее восхищение. Длинные локоны разлетались в разные стороны, а местное освещение еще больше подчеркивало искры в ее игривых глазах. Сегодня она была особенно очаровательной. - Кажется, что с ними уже все ясно, - доброжелательно констатировал Сасори, облокотившийся на барную стойку. - Я рад, что он наконец-то показал ей свои чувства, - поддержал его Пейн. - Да и у Хидана похоже все складывается хорошо, - со смешком в голосе произнесла Конан и кивнула в сторону столика. В углу на диване Мацураси уже во всю обнимал Кэтсуми. - Да уж, - вздохнул Сасори, - хотя видеть Хидана в латексном костюме мне было бы намного приятнее, - на этой фразе вся троица рассмеялась. Стоит сказать, что и Дейдара был солидарен с друзьями. Что с этим уже поделаешь, спор – дело чести. Но удовлетворение от сладкой мести никто не отменял, поэтому блондин уже придумал, как испортить этот вечер Хидану. Он подошёл к скучающему Зецу и сделал ему деловое предложение: - А ты знаешь, что я всегда восхищался твоими работами? – начал Тсукури. – Ничего не отвечай, ведь это чистая правда. И именно поэтому, ради твоего вклада в науку, я готов целую неделю ухаживать за твоей оранжереей, чтобы ты не отвлекался от важной работы. - Что ты за это хочешь? – напрямую спросил Зецу, зная, что когда нужно, его друг тот еще подхалим. - Да так, сущий пустяк! Подойти вон к той толпе первокурсниц, - Дейдара указал на девушек за одним из столиков, - и сказать, что их красота настолько ослепила Хидана, что он стесняется к ним подойти и решился лишь заказать коктейли для них на свой столик. - А платить кто будет? – осведомился Зецу. - Как кто? – недоумевал Дейдара. – Сегодня за все платит Итачи. Друг, не ссы, я все ему объясню, а он поймет, просто сейчас не хочу отвлекать его от Изуми. -Ну, как знаешь, - выдохнул Зецу, а Тсукури остался наблюдать за всем в стороне. Вы бы видели, как всполошились молодые девушки, услышав, что за соседним столиком их ждет такой красавчик, так еще и море бесплатной выпивки. Они гурьбой направились к Хидану в своих привлекательных мини. Если бы не спор, то Дейдара уже отдыхал бы в их компании. Он облизнулся, глядя на стройные тренированные ножки, по его телу прокатились мурашки. Нет, охота на красавиц ему никогда не надоест. Хидан сразу взбодрился, увидев толпу приближающихся дам. Его мужское естество сыграло с ним злую шутку, ведь он сразу позабыл про застенчивую Кэтсуми. Но это еще не все, что задумал Тсукури и он подошел к Сасори. - А ты успел подружиться с Изуми? - Кто-то уже должен был столкнуть этих влюбленных лбами, - равнодушно произнес Акасуна, потягивая коктейль. - Да, твое дело правое, только мне кажется, что этого мало, - заговорщицки сказал блондин. - Может мне еще засвидетельствовать их первый половой акт и вынести на суд простынь? – саркастично спросил кукольник. - К чему эти пошлости, ты же человек искусства, - якобы восхитился Дейдара и это сработало, ведь самолюбие – ахиллесова пята Сасори, - просто клуб – не лучшее место для начала такой красивой истории, а меня эти двое не послушают. - И что ты предлагаешь? – с искренним интересом спросил Акасуна. - У меня есть два билета на сеанс в кинотеатр под открытым небом, что может быть романтичнее? Ты просто возьмешь эти билеты и подаришь Итачи. Я от билетов избавлюсь, ты получишь дополнительные дружеские очки, а у нашей парочки будет настоящее свидание. - Я же понимаю, что ты меня используешь в каких-то своих целях, - выдохнул Сасори, выхватил билеты из рук друга и пошел на танцпол. По лицу Дейдары растянулась хитрая улыбочка, а в глазах во всю плясали бесята. Парень не стал налегать на алкоголь, так как их кошелек уже скрылся из клуба, спеша на фильм. - Да начнется шоу! – воскликнул Дейдара, выпив залпом последний шот на сегодня. Он в угаре плюхнулся на диван, на котором сидел Хидан и компания. Кэтсуми удачно оказалась рядом. Она выглядела очень смущенной, по ней было видно, что ей хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Двое ребят, которые сегодня ненормальными способами добивались от нее внимания, довели до панических слез, теперь будто бы и вовсе не интересовались ею. Она чувствовала себя использованной пустышкой. - Ты приняла неправильное решение, но еще не поздно его исправить, - заигрывающе на ухо прошептал ей на ухо Дейдара. - Да, ты прав! – воскликнула Кэтсуми, по ее щекам потекли слезы. Она уже не могла терпеть этих жеманных речей и жестов, она не хотела быть куклой в их похотливы играх. Девушка резко вскочила, и, перешагнув через Тсукури, побежала прочь. Ее глаза застилала пелена слез, а чувство обиды зашкаливало, что хотелось лишь одного – скорее уйти из этого паршивого клуба и от странной компании. Сказать, что блондин опешил от такого поведения – не сказать ничего. Да, они с Хиданом не особо считались с девушками, но чтобы вот так доводить до слез – не в их правилах. Он хотел было броситься за ней и успокоить, как она врезалась в Сасори, который медленно шел с тремя коктейлями в сторону сладкой парочки. На его лице раз за разом сменялись эмоции: шок, раздражение, удивление. Он стоял мокрый, весь в сладких напитках. Кэтсуми, не открывая глаз, поняла, что случилось. Ее злость на собственную неуклюжесть зашкаливала, она вскрикнула, а затем еще больше разрыдавшись, припала к груди кукольника со словами: - Прости, пожалуйста. Акасуна сначала опешил, не зная, что ему делать. Женские эмоции обычно ничего не пробуждали в нем, но в этот момент он понял, что этой девушке все равно, кто он такой. Она хочет самую малость, чтобы ее кто-нибудь пожалел. Он неуклюже обвил ее руками, поглаживая по спине. Кэтсуми не смущало, что ее одежда тоже пропиталась коктейлями. Слезы продолжали катиться по рубашке Сасори, не давая ей ни единого шанса высохнуть. Он чувствовал всем телом, как она то и дело всхлипывает. Ему было ее искренне жаль, ведь даже он сегодня днем про себя надменно похихикивал над ней. На это зрелище слетелись остальные «Акацуки», чтобы понять, что произошло. Даже Хидан, оставив молоденьких девиц, теперь стоял рядом с ребятами. Когда Кэтсуми отпрянула от груди Акасуны, она посмотрела по сторонам и смутилась еще сильнее от количества недоуменных, направленных на нее взглядов. Самого Сасори это тоже порядком раздражало, поэтому он, приобняв девушку за плечи, последовал на выход из клуба, чтобы скрыться от любопытных глаз. - Что здесь произошло?! – возмущенно спросила Конан. Ее лоб сморщился, ноздри раздулись в разные стороны, а челюсть напряглась. Она не часто выходила из себя, но когда это все же происходило, то ее боялся даже сам лидер. - Хидан переоценил размер своих яиц, как выяснилось, его не на всех хватает, - прыснул Дейдара. - Что ты, блять, сказал? – с яростью в голосе спросил Мацураси. – Не умеешь обращаться с девушками, так и не надо начинать! Не можешь срать, не мучай жопу. Пока ты не подсел, все было нормально! Главные ловеласы компании уже не походили на романтиков-обольстителей. Они злобно сверлили друг друга взглядом, а их гримасы не выражали ничего, кроме желания хорошенько начистить лица друг другу. Это настроение уловили и остальные. Поэтому Какузу тут же бросился скручивать Хидана, а Зецу Дейдару. Между этими двумя стал Пейн и холодным тоном произнес: - Вы понимаете, что если оба сейчас не успокоитесь, то нас больше никогда сюда не пустят. И никакие связи Сасори нас не спасут. Так что сейчас нужно под шумок расплатиться, чтобы на нас не повесили еще и битую посуду. А на улице хоть поубивайте друг друга. Пыл парней немного поутих. Хидан размял шею и прошипел Дейдаре: - Тебе пиздец. - Мы еще посмотрим, - еще более агрессивно ответил Тсукури, чьи голубые глаза сейчас пылали. В это время уличная прохлада уже успокоила Кэтсуми. Сасори отпустил ее плечи и, посмотрев ей в глаза, с искренним интересом спросил: - Что они натворили? - Понимаешь, - всхлипнула девушка, по ее щекам вновь полились слезы, - дело не столько в парнях, сколько в моей неуверенности. Я сама позволила им себя использовать, сама поставила себя в такое положение, а мне противно, - еще больше заплакала она, - сколько бы я ни старалась полюбить и принять себя, все выходит тщетно, и меня используют из раза в раз. Акасуну поразил такой откровенный ответ. Он вовсе не хотел затевать этим вопросом сеанс психотерапии, но чувство ответственности за своих друзей и жалости к этой особе, вынудили его сказать: - Раз тебе противно, значит где-то в глубине души ты знаешь себе цену. И мне редко приходится встречать в компании этих мужланов девушку с чувством собственно достоинства. - Хах, - сквозь слезы посмеялась Кэтсуми, - спасибо тебе за теплые слова. Ей впервые за вечер удалось рассмотреть его лицо, как и все девушки, она была очарована красотой. Глаза цвета молочного шоколада так и манили в свою пучину, от них исходило приятное тепло, предназначенное в этот момент только для нее. Что-то екнуло и в сердце кукольника, но он посчитал это за жалостью к мокрому котенку, не придавая своим ощущениям особого значения. В клубе в это время вновь разгорелись жаркие споры. Увидев счет, глаза всей оставшейся компании округлились. Какузу стал искать по залу Итачи, который уже давно сбежал со своей спутницей. Дейдаре пришлось всё объяснить ребятам, опустив маленькую деталь, что именно он дал те самые билеты в руки Сасори. Все вновь начали ругаться, ведь ни у кого не было денег. - Предлагаю всем скинуться, сколько есть, а остальное пусть закрывают эти два чудака, устроившие переполох, - предложил Кисаме. - Я за, - поддержал Зецу. - Каким, блять, образом?! – возмутился Хидан. - Губкой и шваброй, - спокойно ответил Какузу, - как в старые добрые. - Единогласно, - объявил Пейн, - заодно разберутся друг с другом. Мацураси и Тсукури что-то кричали вслед своим друзьям, но они их уже не слышали. - Пидорасы, - выпалил Хидан. - Согласен, - прошипел Дейдара. Ох, не так он планировал провести эту ночь. По его замыслу, его соперник должен был настолько увлечься девушками, как это обычно и происходило, чтобы не заметить, как почти все разойдутся, а он останется с огромным счетом за себя и тех девиц. А голубоглазый хитрец уже во всю должен был развлекаться с Кэтсуми в квартире. В итоге он зря потратился на билеты, подписался на уход за оранжереей Зецу, никого не подцепил, а на кухне клуба его ждала огромная гора грязной посуды, которую придется перемывать с Хиданом. Как только Зецу, Какузу, Кисаме, Пейн и Конан вышли на улицу, лидеру сразу же кто-то позвонил, и он отошел в сторону. Сасори и Кэтсуми беседовали о чем-то отстраненном. Конан тут же с беспокойством подлетела к девушке и спросила: - Уже все в порядке? – и перевала взгляд на Акасуну. - Да, - успокоила ее Кэтсуми. Конан взяла ее за руку и посмотрела в ее заплаканные, но уже веселые глаза и произнесла: - Поверь, этим двоим сейчас не сладко. Они до самого утра будут главными уборщиками «Womb». Троица легко рассмеялась. К ним подошел Пейн, спрятавший руки в карманы, и сказал: - Мне только что звонил Саске в поисках старшего брата. Я ему все объяснил. Соль в чем, он ждет нас у себя, так как у них в квартире тусовка в самом разгаре. - А Итачи в курсе? – со смешком в голосе спросила Конан. - Главное, что мы в курсе и мы едем, - утвердил лидер, - Кэтсуми с нами? – спросил он у Сасори, будто бы ее не было рядом. Кукольник вопросительным взглядом посмотрел на девушку. - Мне, пожалуй, сегодня знакомств хватит, - неловко отшутилась Кэтсуми. - Я даю тебе слово, что все будет в порядке, - мягко произнес Акасуна. - Ловлю на слове, - искренне улыбнулась девушка в ответ. В понимании Сасори, это было нисколько не романтично. Просто в этот вечер ему, против собственной воли, пришлось почувствовать ответственность за эту особу. Он честолюбив и заботился о собственном имидже. Ему не хотелось, чтобы его имя фигурировало в подобной истории, поэтому он решил исправить впечатление Кэтсуми об этом вечере, но без перегибов. Как девушка она его по-прежнему не интересовала. Или же он сам себя в этом старался убедить? Добравшись привычным маршрутом на нескольких такси до квартиры Учих, оставшаяся часть компании «Акацуки» вновь была навеселе. Саске собрал у себя дома своих друзей и знакомых первокурсников. - А где двух извращенцев потеряли? – недоуменно спросил Саске. - Долгая история, - вздохнул Зецу. - Жаль, с ними весело, - ответил Учиха младший. На всю квартиру гремело техно. Чего только за годы тусовок не было в этой квартире, как хорошо, что соседи уже свыклись с этим. Да и как можно ругаться, когда с тобой мило разговаривает обаятельный Учиха старший. Обеденный стол оборудовали под литрбол. А на одном из диванов уже расположилось трое парней с косячком. Да уж, первокурсники тоже умеют отрываться. Конан тут же схватила за руку Кэтсуми, чтобы та сразу влилась в компанию и не скучала, и потащила играть в литрбол. - Готовьтесь, первачки, мамочка здесь, - воинственно произнесла синеволосая. От такой реплики Пейн подавился своим пивом, покраснел и крикнул ей: - Милая, спокойнее! Все окружающие по-доброму посмеялись. Оказалось, что с ними играет уже знакомая им Ино Яманака и Канкуро Собакуно. Они оказались крепкими орешками. Когда стаканы уже начали заканчиваться, то толпа ребят разделилась на два лагеря болельщиков, скандируя имена алка…кхм, игроков. Конан с удовольствием принимала внимание посторонних, ей нравилось находиться в центре событий. Ничего удивительного, ведь она одна из «Акацуки». Кэтсуми же немного смущалась, для нее подобная ситуация была непривычной. - Мамочка обещала – мамочка сделала! – воскликнула уже сильно пьяная Хаюми. Ей, как победителю, принесли огромный бокал пива, чтобы она выпила его залпом. Девушка лидера не из робкого десятка и принялась за дело. Остальные ребята в квартире кричали: «Пей! Пей! Пей!» Как только бокал был опустошен, Конан с грохотом поставила его на стол, запрыгнула на руки к очумевшему Пейну и начала его целовать. - Давненько я ее такой не видел, - усмехнулся Кисаме. - А я никогда, - ответил Саске, у которого в кармане назойливо завибрировал телефон. Это был Итачи. Учиха поднял трубку, выслушал и предупредил старшего брата, что дома вечеринка в самом разгаре, - Братец едет к нам с Изуми! «Акацуки» хором одобрительно загоготали и предложили тост за новую пару. Пейн придерживал за талию свою пьяную девушку, чтобы та не упала. Сакура сделала музыку громче. В таком шуме было сложно услышать голоса друг друга, но кому они нужны. Когда тела сами пускаются в пляс? Сасори подошел к Кэтсуми, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Он же обещал. Но музыка предательски громко звучала, поэтому ему пришлось спрятать ее волосы и спросить на ухо. Его самого немного смущал этот жест, он не хотел, чтобы она придумала у себя в голове чего-то лишнего. Но от его прикосновения и голоса, по ее шее предательски побежали мурашки. Девушка очень боялась, что он это заметит. Ведь Акасуна был другим, не таким как все, она не хотела, чтобы он увидел ее симпатию. Вот такая дилемма.