Перевал Судьбы

Терзаясь в сомненьях, Как в клетке раненая птица, Метаюсь меж клеткой своей золотой, К которой привыкла, В которой жила очень долго И волей, что в небе большом, голубом... Тебя предавать очень больно и страшно, Обидно и горько..до крика...до слёз.. Как-будто бы спрыгнуть с летящего поезда... А может быть, он меня правильно вёз?.. Ю.Виноградова

Белла Никогда не думала, что я, девушка, по жизни следовавшая четким принципам и уверенная в своих решениях, буду сожалеть о сделанном поспешно выборе. Почему я согласилась выйти за Эдварда замуж, заведомо зная свои страхи и опасения? Мне же всего восемнадцать… И за все эти годы я ни разу не сомневалась и не отступала назад. Тогда по какой причине именно сейчас я чувствую вину, и даже стыд? Да, я люблю Эдварда, безумно люблю, но какая-то часть моего мозга настойчиво отступает назад. Разве это то будущее, которое я себе красочно представляла? Разве таким я видела знакомство моей матери со своим женихом? Правда, мне так и не хватило смелости признаться ей в том, что Эдвард теперь уже далеко не просто мой возлюбленный. Подаренное изящное золотое кольцо забыто ютилось в деревянной шкатулке, каждый раз напоминая мне о поспешности выбора, стоило только взору упасть на прикроватный столик. А о поникшем и пропитанном болью выражении лица Эдварда я и думать не могла… Ну почему же он не может меня понять? Мне всего лишь надо время. Немного человеческого времени… Весеннее утро Форкса, как и положено самому дождливому городку на Олимпийском полуострове, выдалось тусклым и мрачным. Не то, чтобы я сильно рассчитывала согреться под редкими лучами солнца – сегодня, все же, я хотела еще раз поговорить с Эдвардом и сгладить все возникшие острые углы – но замкнутый круг отвратительной погоды резко контрастировал с еще вчерашним ослепительным зноем Аризоны. Вот уж не думала, что буду скучать по яркому жаркому полудню и кисловатому лимонаду Рене. Но, как оказалось, стоило только раз появиться в Джэксонвилле, как в голову полезли весьма не радужные мысли. Готова ли я к той жизни, что готовит мне будущее? Готова ли спуститься во тьму, чтобы навеки остаться с Эдвардом? На вторую часть вопроса у меня всегда был и есть незамедлительный ответ: да, готова. Но вот первая… Почему я стала такой нерешительной? Почему скучаю по солнцу? И, самое важное, кто посеял зерно сомнения в моей голове? Критически осмотрев гардероб и морща нос при виде столь ненавистных каблуков, я выбрала куда более обычное одеяние Беллы Свон – джинсы, футболку и уютную, но не невзрачную кофту. На ноги – теплые сапоги с мехом. Немного уложив волосы и оставив подаренный Элис набор для макияжа до лучших, куда более сухих времен, я, довольная собой, спустилась вниз. Где и обнаружила записку от уехавшего, едва только наступил рассвет, Чарли. Маленький клочок бумаги с размашистым и немного небрежным почерком отца заставил меня вспомнить странный рассказ, который приключился с Чарли за день до нашего возвращения. Что в нашем доме забыла Джулианна – я так и не поняла. Папа наивно купился на рассказ и увещевал, какие же заботливые дети у доктора Каллена, а мне стало не по себе. Мало того, что девушка появилась на пороге нашего дома внезапно, без звонка, заведомо зная, что меня с Эдвардом в Форксе и в помине нет, так еще насквозь промокла, выйдя на улицу под проливной дождь по неизвестной причине. Это все странно. Очень и очень странно. Привычный поутру завтрак – кукурузные хлопья с апельсиновым соком – сегодня были отставлены в сторонку, за неимением голода и интереса в какой-либо пище. Зато особый интерес возник к заголовку свежей газеты, которую отец, видимо, в спешке, оставил лежать раскрытой на столе. Заголовок гласил «В Сиэтле продолжают пропадать люди». Бегло пробежав глазами по строкам, я невольно остановилась, перечитав еще раз интересующий абзац: …Мы не знаем, дело ли это рук серийного убийцы, или в этом замешана целая группа людей. Нам лишь известно, что пропажи совершаются беспорядочно… Пропустив пару строк, где перечислялись имена несчастных людей, у которых явно были семьи, дети, собаки и кошки, я едва смогла устоять на ногах, когда, вперив взгляд в сероватую бумагу с печатными буквами, прочла следующее: …Найденные тела были обескровлены, словно кто-то высосал из них всю жидкость. На шее, а также руках и бедрах замечены раны, а туловища изломаны и обезображены. Складывается впечатление, что в городе орудует безжалостный маньяк, который, к тому же, весьма неохотно заметает следы… Высосал… Стоило мне только прочесть это слово, как в голове все стало на свои места. Не трудно догадаться, что вандал, прибывающий в Сиэтле – вампир. И он вовсе не боится остаться не замеченным, судя по оставленному следу из трупов. Но зачем бессмертному привлекать к себе внимание СМИ? Зачем нагонять на себя гнев Вольтури, и, в итоге, неминуемую гибель? Это же бессмысленно… И, что меня больше интересует, почему Эдвард ничего не рассказал мне? Я более чем уверена, что Каллены не останутся в стороне, когда нападения происходят так близко к Форксу, но почему я опять осталась в неведении? Только ли из фанатичного желания моего парня защитить меня, или из-за недавно разгоревшейся ссоры? Что ж, мне стоит расспросить об этом Эдварда как можно быстрее, или, что более мудро, самому предоставить ему шанс высказаться. Но вот только скажет ли он?... Я как раз закрывала входную дверь, проверив замок два раза, на случай незваных, или еще хуже – непробиваемых гостей (как будто это сможет их остановить…), когда услышала знакомый визг шин. Эдвард, припарковавшись, вышел из автомобиля, вынужденный соблюдать человеческую скорость, чтобы приоткрыть дверь для меня. Потянувшись, я прикоснулась своими губами к его холодным, жадно вдыхая и мысленно желая продлить столь сладкий момент, но любимый вампир быстро оторвался, оставив на моей щеке «бонусный» поцелуй в щеку. Это, мягко говоря, не то, что я ожидаю каждый раз. Хотя, после прошлых обоюдных ласк это был поцелуй в лоб, потом веки, потом нос… В общем, мне стоит поговорить с Эдвардом не только о соседствующих маньяках-вампирах, внезапных визитах его якобы сестры, но и о наших весьма непродолжительных личных моментах. Но, к моему огромнейшему разочарованию, до школы мы ехали молча, каждый думая о своем. И только заезжая на стоянку, я заметила, как благородные черты лица заострились, выдавая не только напряжение, но и сжавшиеся в унисон челюсть и руки, едва не сломавшие руль. Что происходит? - Белла, если я тебя попрошу, ты могла бы остаться в машине? – прозвучал нервный бархатистый голос, на что я тут выпрямилась, всматриваясь в толпу. Что такого увидел Эдвард? Или, скорей всего, услышал? - Нет, - незамедлительно прозвучал мой ответ, - Что бы это ни было, я иду с тобой, - мне показалось, или вампир тихонько простонал от досады? Ну что ж… Он и так не собирается ничего мне рассказывать. А, значит, я должна сама узнать, что же произошло. Высматривать «виновника» внезапного напряжения долго не пришлось. Массивная фигура квилета, опирающаяся на черный мотоцикл – редкое явление для учеников школы Форкса. Девушки то и дело косились в его сторону, то подмигивая, то смущенно отворачиваясь, а парни одаривали нежданного приезжего презренными, а некоторые даже завистливыми взглядами. По какой причине Джейкоб оказался на школьной стоянке – мне только предстояло узнать. Судя по лицу Эдварда – он уже в курсе. Ученики, как завороженные отступили на несколько метров, замерев с открытыми ртами, стоило нам только подойти к индейцу. А я же, вперив взгляд в своего лучшего друга, мысленно тосковала, желая крепко его приобнять, что, конечно же, было невозможно – рука Эдварда, задвинувшая меня за его напряженную спину, давала более чем скудный обзор, не то, что возможность прикоснуться к оборотню. И только сейчас я поняла, насколько же соскучилась по моему персональному солнышку… - Тебе лучше убираться отсюда, пес, - тихо, так, чтобы только услышала наша троица, прорычал Эдвард. Невольно, я дернула любимого за куртку, выражая свое неодобрение. - Что, боишься, что узнав правду, она уедет со мной, пиявка? – так же тихо вторил ему Джейкоб. В ответ послышался еще один рык. - Какую правду? – вклинилась я, на что Эдвард, одарив меня успокаивающей улыбкой, прошептал: - Тебе не о чем волноваться, любимая. Джейкоб уже уезжает…, - но не успел даже вампир закончить свою речь, как послышалось новое ругательство. - Черт та с два, кровосос! Тебе не кажется, что Белла должна быть в курсе дел? Сколько ты еще будешь держать ее на «голодном пайке»?! – я видела, как вздулись вены на смуглой коже индейца, выдавая в нем злость, хотя Эдвард с горящими черными глазницами выглядел не лучше, - Твой брат перешел границу, и я уже не говорю про эту психованную блондинку… - Это не лучшее место для разговора, пес, - каменным голосом проговорил любимый. Видимо, Джейк вел мысленный монолог, на который лицо Эдварда становилась все более непроницаемым. Не выдержав и толики отсутствия внимания к собственному волнению, я резко отодвинулась в сторону, чудом избежав падения и уворачиваясь от цепких рук Эдварда. Я получу все ответы сейчас же! - Что здесь происходит, черт возьми? Что вы все скрываете от меня, словно я ненужный предмет мебели?! Я хочу все знать! Причем немедленно! – мне было крайне сложно не сорваться на крик, и говорить так, чтобы не привлекать излишнее внимание и того отвлекшихся на разворачивающуюся картину толпу. - Странно, что твой излишне заботливый кровосос не удосужился тебе сказать, что …, - закончить Джейку не дал новый рык Эдварда. - Довольно! Не стоит тревожить ее по пустякам! – гнул свою линию мой вампир, на что я недовольно поморщилась. Почему он решает за меня? - А тебе не кажется, что это ее жизнь, и ей решать, что с ней делать? – едко бросил оборотень, словно читая мои мысли, - И какой толк в молчании? Белла рано или поздно узнает правду, и поверь мне, в восторге от окутывающих ее жизнь тайн не будет, - не знаю, что именно мысленно кричал Эдварду Джейкоб, но мой парень заметно передернулся, а потом, судорожно вздохнув, отвел почерневшие глаза. Проследив за его взглядом, я заметила остальных Калленов, столпившихся возле огромного джипа Эмметта. Не знаю почему, но мой взор сразу же упал на Джулианну. Девушка сегодня выглядела мрачнее тучи, хотя одета была, как и всегда – в «ничего приличного». Темное, гораздо короче нужного и облегающее сливовое трикотажное платье, а на ногах – высокие кожаные сапоги, правда, сегодня без каблуков. Но привлекло мое внимание вовсе не это. Даже с такого расстояния я видела на лице брюнетки несколько синюшных, хотя и замазанных тоном побитых следов, а также опущенное, словно от тяжелой нагрузки плечо. Подобного в рассказе отца я не слышала… - Так что случилось, Джейкоб? – вновь развернувшись к парню, строго спросила я. - А как ты думаешь, Беллз? – использовал ласковое прозвище квилет, - Для чего твой ненаглядный кровосос увозит тебя из штата, а потом молчит, как в воду опущенный? Почему его семья держится в сторонке, хотя и готова разодрать меня части? Почему, в конце концов, я приехал сюда, в центр пристанища вампиров? Уж явно не для светских бесед! – негодующе воскликнул оборотень. А я же, вернув свой взор на любимого, начала искать ответ в его лице. Почему он увез меня? Какова была истинная причина нашего побега из Форкса? Почему его родственники выглядят настолько недовольно, вторя мрачному настроению самой младшей из Калленов? И почему, черт побери, Джулианна неодобрительно сверлит взглядом моего жениха?! Пробегая мыслями с одного действующего лица на другое, и строя различные догадки, я невольно содрогнулась, понимая, к чему ведет Джейкоб. Причина, по которой Эдвард увез меня в Джэксонвилль. Причина, которую Элис увидела в столовой, а любимый перевел разговор в шутку. Причина, из-за которой вампиры и оборотни оказались в лесу, один на один, не смотря на полувековую вражду. Причина, раскрывающая тайну внезапного появления Джулианны в доме моего отца. Причина всех мрачных лиц и напряженных взглядов… Причина сжавшихся кулаков и сверления друг друга почерневших от ненависти глаз. Пробивший меня ледяной пот мог дать только один ответ: она вернулась. Вернулась за мной. Виктория. - Я же говорил, что не стоит ее тревожить, псина! – презренно прошипел Эдвард, в миг заслоняя меня собой и всматриваясь в мое явно побелевшее от страха лицо. - Она имеет право знать! – жестко отчеканил Джейк. И тут произошло невероятное. Над моей головой словно зажглась лампочка прозрения, ведущая к верному решению и пониманию образовавшейся сумятицы. Я имею право знать! Да! Именно так! Почему Эдвард снова пренебрег моими желаниями, даже если они и шли в разрез с безопасностью? Какого черта я вновь осталась в неведении?! Сузив глаза на своего не особо разговорчивого парня, я мягко расцепила его руки, поддерживающие меня за локти, видимо, чтобы я не плюхнулась в обморок. Ну что ж. Сегодня такого определенно не произойдет. Стойкое утреннее желание получить ВСЮ тайную информацию и побыстрее достигло своего апогея, отчего выбор был сделан незамедлительно. Джейк прав. Это моя жизнь и мой выбор. - Эдвард, отпусти, - голос прозвучал мертвенно спокойно, когда я, медленно отходя от вампира, подобрала свой рюкзак, и, развернувшись на девяносто градусов, зашагала к заметно повеселевшему индейцу. Наверное, мне стоило стереть эту победную улыбочку с его лица, но все, что я чувствовала – это нескончаемую радость при виде моего старого друга. А также жгучее нетерпение, - Поехали, Джейк. Нам предстоит долгий разговор. И, надеюсь, хотя бы ты не станешь утаивать от меня правды… Последнее, что я четко видела, перед тем, как шины яростно заскрипели по взмокшему и почерневшему от влаги асфальту, образуя мутную завесу из горького дыма – это идеальные красноватые губы, на осунувшемся от боли и непонимании лице, безмолвно произносящие «Белла». А дальше – только размытые зеленые пятна и горячая мускулистая спина, обтянутая черной футболкой… Джулианна Я не могла поверить своим глазам. Она уехала с Блэком! И дело было даже не в том, что порядочного склада ума Изабелла пропустила занятия и наплевала на все школьные правила, укатив в резервацию с индейцем. Она бросила ЕГО. Нет, не официально, конечно же, но со стороны выглядело так, словно Эдвард проиграл сражение. Причем с таким оглушительным треском, на фоне которого разрушение башен-близнецов казалось жалким «пуком». Сгорбленная, поникшая спина, намокающие под дождем быстро темнеющие бронзовые завитки, висящие как две мертвые кильки музыкальные руки… Слегка подрагивающие пальцы и застывший взгляд на то место, где пару секунд назад его невеста садилась на древнюю рычащую тарантайку со своим, прости Господи, светящимся, будто вышедшем из сраных небесных ворот святым архангелом-другом. Я думала, его квилетская белозубая челюсть поспешит попрощаться со ртом, судя по тому, какую лыбу он состроил. Нет, я более чем уверена, что не желаю оборотням и всему загорелому населению Ла-Пуш ничего дурного, но желание подойти и врезать казалось подавляющим. Особенно сейчас, когда осознание произошедшего улеглось не только в моей голове, судя по ничего не выражающим лицам семьи. А о том, как выглядит идеальный профиль Эдварда мне страшно и подумать. Да, врезать и посильнее. Желательно битой и по зубам. - Джаспер, как он? – раздался тоненький голосок эльфийки, - Будущее Беллы пропало из-за контакта с псиной, а Эдвард выглядит мутно… Он что-то решает и никак не может определиться. И мне как то не по себе. Когда брат начинает менять свои решения как светская барышня перчатки – это ни к чему хорошему не приводит…, - слушая речь маленькой вампирши, я все также не сводила глаз с бронзоволосого божества, ожидая, что же ей ответит эмпат. - Опустошен. И потрясен. А еще ему…, - Джаспер сделал глубокий ненужный вдох, заставляя меня посмотреть ему в лицо. Судя по тому, что я там увидела, ответ нашел сам себя: Эдварду больно. Но вояка, будучи воспитанным джентльменом, не может себе позволить выставить брата слабаком, а еще обнажить его чувства перед всем честным и не очень народом. Но как бы я не была горда за тактичность южанина, до звонка оставалось всего несколько минут, а Эдвард уходить и не намеревался, оставаясь наедине со своими страданиями. А это неправильно. - Я отвезу его домой, и мы поговорим, - внезапно вырвалось у меня, на что я получила неоднозначную реакцию. Эмметт, слегка похлопав меня по здоровому плечу, отправился в корпус, потянув за собой Розали. Блондинка же, мелькнула скромной полуулыбкой, а потом, быстро надев на себя маску безразличия, направилась за мужем. Элис выглядела задумчивой, видимо, прикидывая в уме различные исходы. Не знаю, что она увидела в будущем, но с ее стороны также последовал жест одобрения, перед тем как коротышка начала уходить, побуждая к действию Джаспера. А вот Джаспер… На лицо все признаки внутренней борьбы: быть или не быть? Очевидно, майор не хотел оставлять меня наедине со склонным к суициду братом, но и оставлять его одного – тоже слишком рискованно. По правде говоря, я надеялась, что свою кандидатуру по оказанию эмоциональной помощи предложит не только эмпат, но в первую очередь Элис. Но этого, по какой-то неизвестной мне причине не произошло. Возможно, провидица нашла будущее более обнадеживающим, если рядом с ним окажусь я? Только от одной такой мысли мне становилось теплее. Что, скорей всего, и волновало чувствительного к чужим переживаниям блондина. Но, ровно по раздавшейся писклявой трели школьного звонка, Джаспер сдержанно кивнул, поджав губы. А я же, благодарно чмокнув его в щеку, развернулась и направилась к утопающему в боли и печали Эдварду. Что предстоит мне пережить вместе с поникшим бронзоволосым созданием – только одному Богу известно… Белла Проведенный день в Ла-Пуш стал более чем информативным… Многочисленные рассказы о погоне за рыжей обезумевшей вампиршей надолго отпечатаются в моей памяти, аукаясь ночью кошмарами во снах. Такое ощущение, что весь мифический мир восстал против Изабеллы Свон. Но, что меня больше шокировало, так это раскрытия тайны гостившей у нас Джулианны. Я едва устояла на ногах, когда Джейк сказал мне о внезапном появлении еще одного вампира, скорее всего сообщника Виктории, возле нашего дома. В тот момент я думала только об одном: Чарли. И сразу же пришла в ярость: Эдвард увез меня, оставив моего отца в опасности! Но потом потрясено замолчала, услышав, кто же встал наперерез. Такой ли ужасной является девушка, которую я так люто презирала? Джулианна могла спокойно остаться дома, ведь шериф приходиться ей абсолютно никем, но она рискнула жизнью ради Чарли. Здесь же нашлись объяснения и синюшным следам на ее бледной коже, и даже слегка прихрамывающая походка, которую я смогла углядеть. Зачем человеческой девушке, пусть и обладающей сверхъестественными способностями, подставлять себя под удары смерти? Это бессмысленно, глупо и… благородно, что ли? Не знаю, как выразить то, что я почувствовала, но теперь четко знаю: я перед ней в неоплатном долгу. Возможно, мне удастся отодвинуть на задний план свою ненависть и зависть и взглянуть на брюнетку под новым углом. Далее последовал разговор о более мирных вещах, которые, правда, шокировали не меньше. Запечатления одного из стаи, Джареда, все тайны импринтинга, его сладкие, а также печальные последствия, крепкая преданная братская дружка волков, единый квилетский «разум» и неожиданные признания Джейка… Я слушала древние легенды с открытым ртом, воспринимая их сейчас не как детскую наивную сказку, которую рассказывают детям на ночь, дабы те не таскали спрятанные родителями в буфете конфеты, а как окружающий меня запретный мир, полный сюрпризов и тайн. Мне стало не по себе только одиножды – когда Джейкоб рассказал о запечатлении. В моей голове на тот момент кружилась только одна мысль: не уж то между нами какая-то мутная квилетская связь? Но только я успела вздохнуть, жадно ловя слухом легкий и немного грустноватый хриплый смех лучшего друга, по которому безумно скучала, когда Джейкоб, вмиг посерьезнев, развернул меня к себе и начал всматриваться в мое лицо. Тон его также заставил напрячься, став серьезным. - Белла…, - темные, почти черные глаза, прожигали насквозь, посылая электрические импульсы по всему телу, - Ты не представляешь, как бы я хотел, чтобы мы были связаны настолько крепкой нитью, как это произошло с Сэмом или Джаредом… Чтобы выбор был очевиден и не нес в себе боли разочарований и сомнений…, - его горячие ладони легли на мои, похолодевшие, придвигая его массивное тело еще ближе, так что теперь Джейк буквально нависал надо мной. Но вот что странно, мне не было страшно или неприятно. - Джейкоб…, - начала я, но он перебил меня, молниеносно приложив одну из ладоней к его горячей груди, заставляя меня дрожать уже всем телом. Меня окутывало непонятное чувство. Это маленькое, такое хрупкое касание несло в себе довольно противоречивые эмоции. Тепло, исходящее от груди, манило, звало, но в то же время было ново и так… непривычно, что ли. Его сердце билось, причем яростно и быстро, отдаваясь вибрирующей пульсацией под моей рукой. Как будто ритм сердца Джейка рассылал волны, проходящие как ток в мою кисть и отдаваясь эхом во всем моем организме. И я не смогла уйти от сравнения: его сердце пульсировало, посылало жизнь, неся в себе мощь, а сердце Эдварда было камнем. Застывшим, холодным и недвижимым. Тень разочарования, промелькнувшая на моем лице, не ушла от цепкого взгляда квилета. - Чувствуешь? – спросил он, отчего я еще раз вздрогнула, выжидающе смотря на смуглое лицо. А он красивый… Четкие черты лица, миндалевидные глаза, мягкие скулы и полные губы…, - Оно бьется, Белла. Бьется для тебя. Только для тебя, - от страха того, что Джейк собрался сказать дальше, я хотела отдернуть руку, но он не позволил, - Я знаю, что сейчас ты с ним, но я хочу, чтобы ты выбрала меня, а не его! Разве может холодный камень сделать тебя счастливой? Разве может дать тебе то, что могу я? Да, я не настолько ослепительно красив и богат… - Дело вовсе не в красоте, Джейкоб! И, тем более, не в деньгах! За кого ты меня принимаешь? – возмутилась я, запоздало отметив, что индеец приблизился еще на пару сантиметров. - Тогда объясни мне, Белла! – потребовал он, опаляя своим жарким дыханием. Невольно вздохнув, я уловила терпкий запах, исходящий от друга: запах хвои и шишек. Джейкоб пах лесом. - Я люблю его, понимаешь? – даже я понимала, что мой голос звучит крайне неуверенно. А оборотень это и подавно заметил. - Ты хоть слышишь себя, Беллс? Звучит так, словно ты себя уговариваешь любить его. Что значит, что у меня есть шанс, - я хотела возразить, но Джейк быстро перебил меня, - Нет. Подожди, пожалуйста. Дай мне договорить. Я хочу, чтобы ты знала, что у тебя всегда есть выбор. И чтобы ты не решила, знай: я всегда буду ждать тебя. И всегда буду драться за тебя, - мне нестерпимо хотелось сказать, что мои дни сочтены, и что моя эра как вампира уже не за горами, но то ли жаркие обещания Джейка, то ли теперешняя неуверенность в завтрашнем дне сыграла со мною злую шутку – я смирилась с его словами. - Зачем ты говоришь мне это, Джейкоб? – устало спросила я. Странное чувство тяги к этому смуглому пареньку смущало и даже обескураживало, но все что я могла делать – это только стоять и смотреть на него, греясь в уверенном волчьем тепле. - Затем, что я люблю тебя, - просто ответил он, вводя меня в ступор. Сердце, запнувшись от потрясения, сделало резкий кульбит, отчего я судорожно сглотнула. И снова продолжила молчать, - Все мои мысли только о тебе, Белла. Чем, по правде говоря, я ужасно достал своих «братьев», но по другому уже не могу. Ты мой воздух, моя жизнь. Я… Я просто прошу дать мне шанс. Пожалуйста…, - неумолимо, его лицо приближалось, а взгляд, такой волнительный и просящий, переместился на мои губы. Я понимала, что Джейкоб собирался сделать, но, даже коря себя за бездействие, просто осталась стоять на месте, ожидая его приближения, - Только один шанс… Почему я не двигаюсь, имея хоть жалкую, но все-таки возможность увернуться? Почему я жду этого? Даже не жду, а желаю почувствовать его губы на своих? По какой причине смутный образ Эдварда в моей голове отдалялся все дальше и дальше, словно беспрекословно давая мне самой управлять своей жизнью? И, что самое главное, почему я не чувствую привычной тревоги и сожаления? Горячие влажные створки коснулись опаленных морозом губ, словно пробуя. Так мягко и аккуратно… Касание было едва ощутимым, если не считать не просто горячего, а огненного дыхания, потоком исходящим на мое замерзшее от весеннего холода лицо. Потом еще и еще… Джейк зацепил мою нижнюю губу, всасывая ее и притягивая меня ближе к тебе, отчего я всем телом ощутила исходящий от него жар. Крепкая широкая ладонь легла мне на затылок, заставляя принять участие в дегустации интимного момента, на что я невольно приоткрыла рот, в пуская внутрь его язык. Это было, мягко говоря, необычно – чувствовать кожей горячие прикосновения оборотня, вместо холодных толп мурашек, носящихся по позвоночнику, стоит только гладкому мрамору коснуться любой оголенной части моего тела. Увлекая в долгий жадный поцелуй и теряясь в собственных мыслях, я только и могла, что чувствовать, как по телу разливается сладкая истома, а руки сами запутываются в мягкие черные волоски на мужском затылке. Где-то вдалеке звучало мягкое удовлетворенное рычание, сменившее стоном, чем я вторила в унисон, издавая похожие звуки. Наши рты не боролись за господство, нет. Хотя я и чувствовала невидимую, но все-таки мощную силу от индейца. Нет господства. Нет никаких сдерживающих оков. Нет контроля. Только оголенные электрические провода, дающие безграничную волю чувствам и желаниям. Губы, трущиеся друг о друга, коснулись еще раз, потом еще и еще, после чего исчезли, оставляя меня стоять на ватных ногах и в не трезвом сознании. Приоткрыв глаза, я заметила довольную улыбку Джейкоба, который теперь стоял, прислонившись своим лбом к моему и размеренно хватал ртом воздух. Парень выглядел умиротворенно, с закрытыми веками, но ровно до того момента, пока его тлеющий голодный взгляд не вперился в меня. Ох, кажется, он возбужден… Отчаянно проклиная реакцию своего тела на подобные мысли, я вновь услышала задорный смех индейца, а потом и его мягкие слова: - Именно таким я и представлял себе наш первый поцелуй. Спасибо, Беллс. Теперь я точно знаю, что у меня есть шанс… *** Тогда, пребывая в эйфории от полученных эмоций и перегрузки информации, я едва соображала по поводу случившемся. И только потом, когда Джек любезно подбросил меня до дома, и уже потянулся еще раз оставить на губах свой незабываемый терпкий запах, я пришла в себя. Что я делаю? Это же неправильно! Я не могу предать Эдварда! Я ведь отдала себя ему. А еще собралась стать вампиром, чтобы провести с ним вечность. Разве это не то, о чем я так мечтала? Не получив желаемого прощального поцелуя, Джейк, по правде, не сильно обиделся. Кинув «у нас еще будет время», он уехал восвояси, предварительно послав мне нахальное подмигивание. И только потом я поняла, почему парень вел себя настолько вульгарно, не обращая никакого внимания на мои шиканья и возмущения. С одной стороны, я была весьма раздосадована, зайдя в дом поздним вечером и не обнаружив абсолютно никакого присутствия любимого вампира. И если первые несколько минут во мне еще теплилась надежда, ведь Эдвард, если желает, может оставаться не замеченным и не услышанным, то после того, как я прошла в гостиную и обнаружила там вовсе не того, кого ожидала, надежда, теплившаяся во встревоженном сердце, превратилась в пепел и расплылась под холодным весенним дождем. А точнее, я не обнаружила в доме вообще никого, кроме своего отца, смотрящего бейсбол. - Эй, Беллс! Ты вернулась! – воскликнул папа, заметив меня в проходе. Да, улизнуть наверх и подумать о содеянном не удалось. - Привет, пап, - невозмутимо ответила я, хотя внутри уже начинал бурлить вулкан вины и досады. Может быть, он еще придет? Надо бы успеть принять душ, чтобы от меня не воняло оборотнем… - Эй, я вовсе не злюсь на твой поздний приход, ребенок! – беззаботно зароптал Чарли, отчего я нахмурилась. С чего бы это? Время то довольно позднее, - Сегодня заходила Элис – такая милая дочка доктора Каллена – и сказала, что ты поехала навестить Джейка. А я уже заволновался, чтобы ты забросила своего старого друга! – продолжал восторгаться папа. - Нет, Чар… папа. У нас все нормально, - настолько, что мы уже и целуемся без последствий. Пора это заканчивать. - Я так рад за вас, дочка! О, кстати! Пока не забыл. Элис тут оставила пакет, сказала что у вас там намечается какая-то вечеринка… Говорила что-то про день рождения какой-то Фрей и что все приглашены…, - Элис приглашает меня на праздник подруги Джулианны? - Спасибо, пап, - даже не удосужившись заглянуть в забранный пакет, я вновь обратилась к Чарли, - А больше она ничего не передала? Ну, там записки… - Хм… Да нет. Зашла на пару минут, мы с ней поболтали, она передала пакет и ушла. Надеюсь, вы та не будете одни на этой вечеринке, Изабелла? – грозно спросил отец, на что я закатила глаза. Еще неизвестно пойду ли я. Особенно теперь, когда мой спутник даже не удосужился меня лично пригласить. - Разве Элис тебе ничего не сказала по этому поводу? – странно, обычно эльфийка сразу приводит весомые доводы, дабы получить желаемый эффект. - Сказала, что у нее все под контролем. Я просто хочу быть уверен, что вы там не напиваться будете, - прозвучал серьезный голос шерифа. - Я не пью, пап. Ты же знаешь, что я все та же твоя хорошая девочка. Никакого алкоголя или курения. Тоже самое касается сквернословия и приличий. Вы достойно с мамой меня воспитали, Чарли. Не стоит по этому поводу волноваться, - моя речь звучала также спокойно и серьезно, а лицо осталось невозмутимым. Пару минут помолчав, оценивая ситуацию, шериф удовлетворенно кивнул, после чего развернулся и вновь обратил все свое внимание на бейсбол. Запоздало пожелав друг другу спокойно ночи, я рысью помчалась наверх, принимать душ и готовится ко сну, который сегодня намеревался придти скоро. Пакет с нарядом, насколько я догадалась, был заброшен в дальний угол шкафа, ожидая своего сомнительного выхода. А я же, закутавшись в теплое ватное одеяло и удобно устроившись на узкой кровати, стала считать минуты до прихода бронзоволосого вампира, который этой ночью так и не появился у моего приоткрытого в ожидании окна.