Адаптация

Глава 8. Отдаление. Волки всегда живут стаями. Одиночки долго не живут, но если и выживают, то они гораздо опаснее, чем вся стая вместе взятые. Омеги редки, но не считаются вымершими. Раз в год может и реже, один из них появлялся на территории стаи, но мгновенно чуял, что ему грозит смерть, если он полезет дальше. Частенько омег просто убивали и закапывали их трупы у Неметона. Это была вынужденная мера, как считал сам Стаилз. Обычный естественный отбор у хищников, которые защищают свой дом. Правда советнику было все равно. Честно все равно, что будет с омегой, ведь он их не видел и не разговаривал, а значит для него смерть незнакомца или незнакомки не воспринималось как что-то грандиозное. Однако убийство оборотня было для волчат неким щелчком. На месяц дом окутывал мрак, состоящий из беспокойства и надежды. Беспокойство граничило со страхом, потому что щенки боялись, что распробовавший вновь вкус крови, альфа нападет на них почуяв малейшее неповиновение. А Стаилзу было плевать. Со временем в его жизни появились четкие границы и морали, которых он придерживался и старался не нарушать. Первой границей было наблюдение. Ежедневное наблюдение за всем, что твориться на территории стаи, а именно в особняки. Их маленькая семья, в кавычках, насчитывало больше тысячи волков, что было просто грандиозным само по себе. Никогда стаи волков не превышали больше чем сорок голов. Считалось, что большее количество людей в стае может обернуться внутренней войной, однако этого не происходило, и причиной всему был именно Стаилз. После окончания школы, единственное развлечение в жизни подростка было наблюдение из которого вытекали действия и последствия. Одним из последствий было то, что советник имел все контактные телефоны каждого из членов стаи и знал всех поименно, так же он знал историю каждого оборотня, его привычки, мечты, хобби. Т.е. откровенно говоря все. Поэтому парень представлял кто на какой ступени в стае и прекрасно разбирался в взаимоотношениях внутри их семьи. Каждый день обязательно друид разговаривал с оборотнями, не только в живую, но и по телефону и по скайпу и просто по емайлам в сети. Он давал советы, выслушивал своих подопечных и снова давал советы, грубо говоря, Стаилз был единственным в стае, кто знал все обо всех. Парнишку любили, сильно любили за его отверженное желание помогать, поэтому каждый волчонок считал своим долгом заставить юношу улыбнуться, особенно когда узнавали что тот пережил. Иногда у новых членов семьи срывалось с языка упоминания о прошлом, на которое советник только улыбался отвечая: - Зато у меня нет розовых очков. – Показал язык юноша. – Лучше сразу окунуться в грязь, и сразу знать что тебя ждет, чем падать в нее надеясь на чудо. Глава 9. Человек. Наблюдение было важной составляющей в жизни любого человека, но когда оно становилось почти на первое место в жизни, то невольно хотелось утопиться или повеситься, избавляясь от ненавистного ощущения пустоты внутри себя. Стаилз всегда наблюдал, всю жизнь. Будучи ребенком, он наблюдал за букашками, любопытствуя в своей монере. Когда его привели в особняк, он наблюдал чисто из аккуратности, ибо любое его опрометчивое действие заканчивалось плохо, и не только для него. В тринадцать лет мальчик заметил, что все животные поблизости тянуться к нему, но не решаются подходить ближе чем на пару десятков метров. Тогда Стаилз расстраивался, что не может дотронуться до мягкого меха лисы или почувствовать как по твоему телу ползет змея. Но он стоически пытался приручить белку. На это у него ушло почти пол года. Пол года постоянных наблюдений. Мальчик много часов проводил в лесу, сливаясь с окружающей обстановкой, но когда белка привыкла и решила сама к нему подойти, то альфа поймал ее. Тот день для ребенка стал просто кошмарным. Вожак привязал его к стулу и заставил смотреть, как маленького ни в чем неповинного зверька мучают, ломают ему маленькие косточки и давят хрупкое тельце. Мужчина выхватывал ароматы паники в воздухе и сильнее возбуждался, видя как ребенок умоляет его прекратить эту пытку. Тогда Стаилз понял, почему звери его бояться. Они боятся волка, что всегда стоит за спиной ребенка и скалит свои окровавленные зубы. В подростковом возрасте, друид наблюдал за эффектами, которые его снадобья производят на волчат, затем анализировал и составлял нужные рецепты для необходимых случаев. Постепенно наблюдения перелились в способ выживания. Любая деталь много значила, любое движение должно быть продумано и это осознание, что все зависит только от настроения альфы, давило. Давило день изо дня. Стаилз чувствовал будто его тело превратилось в шарик из прочной резины, который сдавливают, а лопнуть он не может. Постоянно чувство преследования заставляло подростка ежиться и двигаться рвано, вяло, неестественно. Дышать становилось все труднее, а глаза влажнели. Достигнув возраста в 26 лет, советник научился давить в себе желание плакать, но временами на него накатывало безумная горечь, едкой пленкой выжигавшая глаза. Тогда Стаилз уходил на задний двор поместья, где открывался прекрасный вид на небоскребы города. Он молча ждал, сидя на траве, пока его голова не проясниться. Поджатые колени вскоре становились мокрыми от слез, а нос закрывало как при простуде. Такие моменты были редкостью, но они были необходимы. Необходимы для выживания. Если бы Стаилз не позволял себе расслабиться, то он бы сошел с ума. Наблюдение за членами стаи так же было ежедневным, но чаще юноша наблюдал за собой. Его тело, его поведение, его действия были в пределах логики и правильными. Все, что делал советник сохраняло хрупкое равновесие между безумием и смертью, оставаясь на планке «Все хорошо». Такие оптимизм высоко ценился среди волчат, ведь они перенимали любое изменение в настроении их человека. Когда юноша лежал на ложе альфы, ощущая каждый толчок в его теле, он неотрывно смотрел на потолок, думая о чем-то своем. Совершенное игнорирование выводило из себя оборотня, заставляла его действовать по другому. Тогда на теле юноши оставалось гораздо больше ран, чем в предыдущие разы, но в голове не было противного скребущего чувства отвращения к самому себе. Он просто выживает. Он хочет выжить. Он хочет жить. Жить как обычный человек, со среднестатистической судьбой и своими проблемами. Хочет иметь выходные. Хочет понежиться в ванной с пеной. Хочет съесть вкусного ванильного мороженного. Хочет изменений. Рано или поздно, те тиски, что сдавливают резиновый мячик, достигают цели. Глава 10. Я должен. Майкл вновь возводит голову к небу. Его дыхание спокойное и размеренное, но на душе остается все тот же камень. Молодой оборотень с порванным боком поднимается с земли и растирает тыльной стороной ладони выступившие слезы. Мужчина чувствует в воздухе запах горечи и обиды. Щенок пятиться в сторону и приседает у подножья лестницы тихо всхлипывая. В поместье держится тишина. Волчата двигаются как можно тише, многие из них снимают свою обувь. Этому их научил Стаилз. Научил еще семь лет назад, когда сам показательно стянул обновку и отставил в сторону. В тот день оборотни дивились бесшумному шагу советника и тому, как тот умудрялся двигать предметы без малейшего шелеста, даже его сердце стало биться медленнее, казалось, что юноша умирает. Однако проходило время, вожак стаи успокаивался и друид вместе с тем оживал. Все возвращалось на круги своя. - Почему? – Проронил Ник, тот самый щенок у крыльца. – Я только посоветовал ему, а он… - Советует только друид. – Оборвал его Майкл. - Но у нас нет друида. - Был, но Стаилз сбежал. - И правильно сделал. – Фыркнул бета, сразу же зажмуриваясь от боли. «И мы бы тоже сбежали» - Хотел было сказать мужчина, но вовремя прикусил язык. Это была правда. Каждый волк в стае хотел последовать за советником, хотел наплевать на альфу и послать его к чертям собачьим. В первые дни щенки бесились, захлебывались яростью и воинствующе оскаливались, но со временем все успокоились, понимая, что ведут себя как дети. А они все были взрослыми. Взрослыми мужчинами и женщинами, у которых имелась работа, квартира, машина и куча обязанностей на плечах, и они не могли все бросить в одночасье и понестись сквозь леса на поиски Стаилза. Даже если бы они и сорвались, то это закончилось бы провалом. Друид не оставил после себя ничего, по чему можно было бы его отыскать. Мобильный телефон покоился на тумбочке. Ноутбук так же лежал рядом, но в нем не было информации – удалили. Бестиарии уничтоженных стаи – сожжены. Запах юноши обрывался сразу на крыльце, будто бы его поймала птица и утащила в свое гнездо. Следов так же не обнаружено, в ту ночь шел снегопад и был сильный ветер, при всем желании оборотни бы не нашли правильного пути. Однако было известно, что Стаилз покинул поместье и тонких штанах и футболке(при пересмотре вещей это заметили). В этой одежде… Зимой… В сильный мороз. Советник прихватил только свои документы.