Малфой влюбился

      Драко лежал на диване в гостиной Слизерина, уткнувшись лицом в подушки. Он все ломал себе голову: «Что произошло? Почему она ушла?». Но ответа было найти невозможно. От несправедливости он начал злиться, схватил первую попавшуюся подушку и разорвал ее на части. По всей гостиной разлетелись перья и пух. В гостиную вошел Блейз. Увидев импровизированный снегопад из перьев, он присвистнул. Драко бросил на него испепеляющий взгляд, вынуждая того умолкнуть. Подойдя к диванам, он сел рядом с тяжело дышащим другом и положил руку на плечо.        — И на этот раз не получилось? — сочувствующе спросил он.        — Нет, она ушла, ничего не объяснив.        — Как ушла? Куда ушла?        — Не знаю, — угрюмо сказал он.        — Здесь что-то не так, — задумчиво почесал затылок Блейз.        — Все здесь правильно, просто ей это не нужно и я ей не нужен.        — Подожди… Давай по порядку… Ты спел ей песню, ей понравилось, вы вместе вышли из зала, а потом.        — А потом она остановилась, поблагодарила за розу и признание, извинилась и ушла, нет, убежала, как будто я чудовище какое.        — Хм… — задумался Блейз. — Больше она ничего не говорила?        — Нет, — отрезал Драко. Как бы ему не хотелось в это верить, но он проиграл. Она не хочет быть с ним, и точка. Все кончено.        — Нечего еще не кончено, — сказал Блейз, как будто прочитал его мысли. — У нас есть последний пункт, мы должны его опробовать.        — Может, хватит? Она не любит меня и не полюбит, — с горечью.        — Нет, не хватит. Ты должен бороться.       Драко тяжело вздохнул.        — Ничего у нас не выйдет.        — Драко, немедленно заткнись, а то и в правду не выйдет. Ты не понимаешь меня, друг. План З. Ц. К. С. П. И. — это беспроигрышный вариант, никому еще не удавалось его обойти, — и, увидев скептический взгляд друга, негр решил рассказать один пример.        — Помнишь, Тео как-то встречался с Ханной Аббот, с Пуффендуя?        — Ну.        — Так вот, она его отшивала по сотню раз на дню. Но однажды я ему предложил эти планы, и через неделю они были вместе.        — Что-то я не припомню, что бы он танцевал на столе в маггловской одежде и пел песни про свои чувства, или я что-то пропустил?        — Ты нечего не пропустил, он не переодевался и не пел, потому что она стала его девушкой сразу после плана «К». Конфетки с сюрпризом — мощная штука.        — Там хочешь не хочешь, будешь с ним, — хмыкнул Драко.        — План сработал и это главное.        — Они расстались после одного месяца, причем с большим скандалом.        — Ну так действие зелья закончилось, вот они и расстались, — хмыкнул сводник.        — А ну-ка стой, Забини… — до Драко что-то стало доходить. — Хочешь сказать, что когда ты предлагал мне конфеты для Гермионы, то точно знал, что она бросит меня, когда зелье перестанет действовать?! — шокировано спросил он.        — Эксперименты, Драко, без обид. Я должен был предложить тебе, а вдруг бы все так и получилось, как я планировал?        — Блейз, я предлагаю тебе делать ноги, — прошипел Драко. Забини вскинул руки в примирительном жесте.        — Стой! Убить ты меня всегда успеешь, а вот узнать про следующий шаг — только сейчас.       Драко задумался. Не слишком ли они разные с Гермионой? Будет ли она счастлива с ним? «Будет, куда денется» — сказала его темная сторона. «Попытайся в последний раз, вдруг сработает?» — внезапно добавила светлая, внезапно поддержав темную. Последняя удивленно хмыкнула и кивнула помощнице. Драко колебался.        — Давай, соглашайся, я на сто процентов уверен, что сработает.        — Так уж на сто? — поднял скептически бровь Драко.        — Ну… Семьдесят на тридцать, — неуверенно ответил тот.        Очень ободряюще.        — Хорошо, я согласен, — сказал Драко. — В конце концов, я — Малфой, а мы получаем то, чего хотим.        — Вот это по-нашему, — ободрился Блейз, — ты должен будешь игнорировать ее.        — План «И» — игнорировать? Ты смеёшься?        — Я серьезно.        — И как мне это поможет?        — А вот как: она отшила тебя, думая, что ты так и будешь признаваться ей в любви, а тут — на тебе! И ты ее игнорируешь. Для нее это будет шок, она запереживает, что ты потерял интерес к ней, и сама начнет бегать за тобой.        — Ты действительно думаешь, что Гермиона отшила меня только по этой причине?        — Ну… На самом деле причин может быть много, но эта самая вероятная.        — Нет, ты не видел её. У неё в глазах стояли слезы, она выглядела так, как будто делает что-то через силу.        — Может, Империус?        — Не глупи, кому нужно накладывать на нее непростительное проклятие?        — Как я уже говорил, здесь что-то нечисто, и мы обязательно это выясним. Не могла она уйти после песни, явно ее что-то держит.        — Может…        — Ну, ладно, это мы выясним попозже, а завтра тебе предстоит тяжелый день, друг, — Блейз похлопал его по плечу и пошел в комнату.

***

      На следующий день вся школа ждала, что Драко Малфой и Гермиона Грейнджер объявят себя парой, но те пришли порознь, угрюмые и, ни на кого не смотря, молча сели завтракать. Со всех сторон посыпались вопросы, что же случилось, но те просто отвечали, что это такая шутка. Естественно, им никто не поверил: Драко Малфой не будет танцевать на столе смеха ради. Поэтому все стали с интересом наблюдать за парочкой. Снегг до сих пор не мог отойти от увиденного; видя Драко и Блейза, он осторожно проходил мимо, как будто боялся, что они набросятся на него с ванильными песнями и поцелуями.       Гермиону мучило чувство вины. Драко признался ей в любви перед всеми, а она растоптала его чувства. Каждый день она сидела у окна, прижав к груди подушку, и смотрела на подаренную розу. Она влюбилась и готова быть с ним до конца жизни, но план, придуманный Лавандой, запрещает отвечать на его признания. Каждый день, проходя мимо него, ее сердце разрывалось на тысячи кусочков. Причинив ему боль, она потихоньку стала уничтожать себя и свою душу. Гермиона стала плохо питаться, побледнела, словно поганка, но ее волновал только один вопрос: «Простит ли он меня?». И каждый раз она не знала ответа.       Игнорировать того, кого любишь, оказалось труднее, чем он думал. Драко каждый день проходил мимо нее, не удостоив даже взглядом. Он стал замечать, что она перестала улыбаться, и это его всерьез взволновало. Гриффиндорцы пытались взбодрить ее, но нечего, кроме подобия улыбки, выдавить не могли. Он пытался максимально игнорировать девушку: ее взгляд, запах, воронье гнездо на голове, которое ему нравилось все больше с каждым днем, но ничего не получалось. Вместо этого он стал видеть ее чаще во снах. Без ее улыбки ему становилось хуже. Они вместе страдали, но продолжали делать это поодиночке.       Гриффиндорцы и слизеринцы беспокоились за друзей, хотели им помочь, но не знали как. Учителя тоже переживали за двух лучших учеников, которые теперь безучастно сидели на уроках, вперив взоры в парты, а на вопросы отвечали одинаково: «Простите, профессор, не могли бы вы повторить вопрос?». Время от времени их отправляли в лазарет, но мадам Помфри лишь пожимала плечами и с улыбкой говорила: «Здесь я бессильна».

***

      Через неделю вся школа спокойно поедала свой завтрак, следуя расписанию. Драко поднял глаза с тарелки и встретился с глазами гриффиндорки. Он смотрел на нее в первый раз за последнюю неделю, и эта мысль заставила Гермиону улыбнуться. В душе он радовался ее улыбке, но внешне оставался безразличным. Драко бесстрастно посмотрел на нее и продолжил поедать ужин. В глазах Гермионы выступили слезы и она моргнула, прогоняя их. Снова посмотрела на него — он спокойно разговаривал с рядом сидящим Блейзом — и поняла, что ничего не изменилось. «Значит, не простил» — горько подумала она, и по щеке покатилась одинокая слеза. Всхлипнув, она схватила сумку и выбежала из Большого зала. Гриффиндорцы непонимающе посмотрели ей вслед. Гарри ударил по плечу Рону, у которого чуть еда не вывалилась изо рта, и, кивнув друзьям, подорвался с места и последовал за Гермионой.

***

       — Может, хватит?        — Что хватит? — спросил Драко, наблюдая за тем, как Поттер и Уизли выходят из зала. Он бы хотел сейчас сам пойти к ней и успокоить, но…        — Хватит плана «И». Доигнорировались, все, пора прекращать.        — Ты же сам мне говорил, что это план сработает.        — Да, говорил, и сейчас говорю, но лучше бы тебе пойти и объяснится с ней.        — Такого плана нет, — заметил Драко.        — Не было? Значит, будет, — твердо заявил Забини, ударяя кулаком по столу. Взгляды рядом сидящих слизеринцев обратились к ним. Блейз помахал им и те непонимающе продолжили завтракать.        — Мы испытали этот план, узнали что хотели? Узнали.        — И что мы узнали? Лично я понял, что мне чертовски не хватает ее, — тихо протянул Драко и выбросил ложку. Раньше ему не казался пирог с курагой таким безвкусным. Неужели на него так действует безответная любовь?        — Мы узнали, что ты ей не безразличен, идиот. Вы оба мучаетесь и пора прекращать ваши страдания.        — И как это сделать?        — Пойти и поговорить с ней, дубина.        — Нет, Блейз, игнорировать так игнорировать, — сказал он и поднялся с места. Блейз покачал головой и последовал за другом. — Нельзя же быть таким упрямым!

***

      Гермиона летела по коридорам школы в туалет плаксы Миртл. Забежав, она бросила сумку под раковины, а сама села у дальней стены. Она схватила себя за голову и стала раскачиваться из стороны в сторону. «Что же я натворила?» — крутилось у нее в голове. Послышался стук двери, в туалет зашли Гарри и Рон. Они сели рядом с ней по обе стороны.        — Гермиона, что происходит? — серьезно спросил Гарри.        — Ничего, — ответила она, вытирая слезы.        — От «ничего» не переезжают в девичьи туалеты на постоянной основе, — заметил Рон, — или ты решила стать новой Плаксой Миртл?        — Я единственная здесь Плакса Миртл! — завизжал девичий голос. Подняв головы, они увидели призрачную девочку в круглых очках.        — Миртл, ты не могла бы оставить нас? — вежливо попросил Гарри.        — Ну конечно, — захныкала она, — как что-нибудь случается, так Миртл всегда нужна, а подслушивать разговоры мне нельзя значит?        — Миртл, — угрожающе повторил Гарри.        — Миртл, Миртл, — проворчала она. — Может, я хочу поделиться с вами новостью о загробной жизни, а вы…       Она обиженно захныкала и ухнула в унитаз.        — Она меня пугает, — прошептал Рон.        — Не тебя одного, — заметил Гарри и обратил свой взгляд на Гермиону. — Гермиона, расскажи, что происходит.        — Если этот Малфой обидел тебя, то ты только скажи, и уже завтра он будет ходить без своих потрясающих волос.        — Не он меня обидел, а я его, — прошептала Гермиона.        — Не понял, — прошептал вечно ничего не понимающий Рон.        — Он спел мне при всех, не побоялся и не постеснялся, а я его бросила тогда, — с сожалением сказала Гермиона.        — Гермиона, ответь, между вами что-нибудь было?        — Хнык… Нет…        — Но ты хотела бы, — будто опешил рыжий.        — Ребята, простите меня, — прошептала Гермиона. — Я ничего не могу с собой поделать.        — И не надо, — сказал Гарри, обнимая ее левой рукой за плечи. — Это твой выбор…        — И каким бы он ни был глупым, — сказал Рон, обнимая ее с другой стороны, — мы его примем.        — Вы лучшие! — воскликнула Гермиона, обнимая друзей.        — Естественно, — усмехнулись ребята.        — Гермиона, ты должна знать, что небезразлична ему. Вы оба мучаетесь, и мне кажется, вам нужно поговорить.        — Он не простит меня, — грустно усмехнулась Гермиона.        — Не говори, пока не попробуешь, — ободряюще сказал Гарри и поднялся на ноги. Рон последовал ему примеру. Друзья переглянулись и подали подруге руки. Она улыбнулась и, приняв помощь, поднялась с места, взяла ребят под локти и все трое направились в башню Гриффиндора.

***

      Пятое декабря. На улицах выпал снег, и ученики, несмотря на позднее время, отправились играть в снежки. Среди них не было Драко. «Я уже не ребенок» — подумалось ему, понимая, что получать в красиво лицо снегом не очень приятно.       Вместо этого он шел по темному и пустынному коридору, думая. В последнее время ему снился один и тот же сон. Гермиона стоит в красивом бальном платье, прижимая к груди красную розу. Она улыбается и медленно уходит в темноту, оставляя его одного. Он пытается поймать ее, но пальцы проходят сквозь тело, как по воздуху. Драко стал переживать, что она и вне сна может уйти, ему только этого не хватало для полного счастья.       Послышались шаркающие шаги, но он не придал этому внимания. Из-за поворота вышла Гермиона. Увидев друг друга, они остановились. Она глубоко вздохнула и пошла вперед, он поступил также. Поравнявшись плечами, он почувствовал до боли знакомый запах дорогого человека. «Довольно, хватит с меня» — решил он и, схватив ее за плечи, пригвоздил спиной к стене. Гермиона вскрикнула от неожиданности. Драко встряхнул ее и стал кричать.        — Почему ты игнорируешь мои чувства? Почему ты ушла тогда? Если тебе все равно, могла бы так и сказать, а не использовать меня. Сколько можно спокойно проходить мимо, делая вид, что все хорошо, когда ни хрена не все хорошо?!       Гермиона слушала его и готова была расплакаться. Она не представляла, насколько сделала ему больно. Его разрывало изнутри, а она продолжала действовать по этому плану Н. П. М. У. И. черт бы его побрал! Она не собирается больше мучить ни себя, ни его.        — Драко…        — Ответь! Почему ты ушла? Ты хотела поиграть со мной?        — Драко…        — Нет, ты скажи… Я не собираюсь больше этого терпеть! — кричал он. Гермиона ударила его по щеке. Драко отшатнулся и неверящими глазами уставился на нее.        — Успокойся, истеричка, — сказала она, тяжело дыша, — и послушай меня.       Он не ответил и Гермиона продолжила:        — Ты что, думаешь, мне так просто проходить мимо тебя? Не смотря на тебя, не думая о тебе? Я люблю тебя, придурок! Люблю, всегда любила и буду. Мое сердце разрывается, когда ты проходишь мимо, — кричала она сквозь выступившие слезы.        — Почему же ты ушла? — горько спросил он.        — Прости, я не хотела. Я…        — Просто ответь.        — Это все долбанный план Н. П. М. У. И., — скрывать больше не было смысла.        — Что это еще такое? — простонал он. Как же его достали все эти планы!        — Этот план придумала Лаванда и предложила его использовать мне. Лаванда сказала, что он поможет мне… Быстрее закадрить тебя, — она виновато опустила голову.        — Как это расшифровывается? — спросил он, прислонившись спиной к стене, и измучено закрыл глаза.        — Не замечать, Пропускать Мимо Ушей, Игнорировать, — ответила Гермиона.        — И ты думала, что это поможет тебе? — Он повернул голову к ней. — Ты думаешь, мне нравится, когда меня игнорируют? И вообще, ты послушала ту, которая сама бегала за Уизли как собачонка. Чего ты хотела? А если бы я никогда не решил объясниться с тобой, что было бы? Так и избегали бы друг друга до конца года, а потом при малейшей «опасной» встречи разбегались бы? — фыркнул и отвернулся.        — Не знаю, — прошептала она и облокотилась спиной о стену. Они не знали, что сказать друг другу. Теперь, когда все выяснилось, они хотели просто быть вместе.        — Драко, — позвала она.        — М?        — Скажи, то, что ты пел, это правда?       Он посмотрел на нее и улыбнулся.        — Ты думаешь, я стал бы такое петь просто так? — она пожала плечами. Слизеринец улыбнулся и взял ее ладонь в свою. Гермиона вздрогнула, и, посмотрев на руку, проронила слезу.        — Ну и что ты плачешь? — улыбнулся парень.        — Никогда не думала, что настолько буду рада, если ты просто возьмешь меня за руку, — усмехнулась она. Он засмеялся и, подойдя к ней поближе, обнял, прижимая к себе.        — Обещай, что ты больше не будешь слушать Лаванду… Да и всех остальных, поступай так, как хочет твое сердце, — прошептал он. — Обещаешь?        — Обещаю, — промурлыкала она ему в грудь. Гермиона подняла голову и медленно потянулась к его губам. Он преодолел разделявшее их расстояние и поцеловал ее. Внутри у каждого бушевало пьянящее чувство счастья оттого, что они наконец будут вместе. Совет да любовь!

***

      На следующее утро у всех присутствующих на завтраке отпали челюсти. В Большой зал Гермиона и Драко пришли вместе, держась за руки и о чем-то мило беседуя. При этом они выглядели самыми счастливыми во всем Хогвартсе. Проводив Гермиону к столу Гриффиндора, Драко поцеловал ее в щеку на прощание и сказал:        — Поешь хорошенько, а то совсем исхудала.       Она опустила взгляд, смущенно улыбаясь, и Драко, кивнув гриффиндорцам, отправился к своему столу. Гриффиндорцы в свою очередь опешили от вежливого Малфоя. Гермиона медленно села за стол с улыбкой до ушей. Гарри и Рон переглянулись.        — Мы же говорили, вам нужно было просто… Поговорить, — сказал Гарри.       Гермиона кивнула и ложкой стала ковырять кашу. Голода она совсем не ощущала. Подняв голову, она нашла серые глаза. Драко кивнул ей, как бы говоря, что она должна поесть. Гермиона улыбнулась и, глубоко вздохнув, принялась за завтрак. Лаванда взглядом пожирала Гермиону, сжимая в кулаке ложку. Та не выдержала такого напора и сломалась пополам. Она кинула сломанную ложку на стол и, схватив сумку, быстрым шагом направилась к двери.        — Фто это ш ней? — спросил Рон с набитым ртом. Гермиона метнула в него взглядом и он, быстро прожевав, переспросил.        — Не знаю, — ответила Гермиона и принялась завтракать.

***

       — Ну что, можно поздравить тебя? — спросил Блейз, когда Драко сел за стол.        — Да, можно поздравить. Она сказала, что любит меня, — улыбаясь, добавил Драко.        — Поздравляю вдвойне, друг. А план все-таки работает, — хмыкнул он.        — Угу, — сказал Драко и посмотрел на Гермиону. Та смотрела на него, улыбаясь. «Ешь», — кивнул он, и она принялась за еду. Драко усмехнулся. Теперь они вместе и больше ему ничего не нужно. В это время со стола Гриффиндора послышался металлический звон, и Лаванда Браун, поднявшись с места, мчалась к выходу.        — Что это с ней? — спросил Блейз.        — Не уверен, — задумчиво сказал он. — Блейз, знаешь, почему она ушла тогда?        — Кто? Когда?        — Забини, не тупи. Гермиона после выступления.        — А. Почему?        — Потому что нашей уважаемой Лаванде пришла в голову идея. План Н. П. М. У. И., — так она его окрестила, — сказал Драко. — Не Замечать, Пропускать Мимо Ушей, Игнорировать все подкаты парня, что тебе нравится.        — Гермиона работала по этому плану?        — Да, — ответил Драко. Блейз присвистнул и сказал:        — Это может осложнить жизнь тем, кто будет работать по З. Ц. К. С. П. И. Как вы помирились?        — Мы просто объяснились и поняли, что поступали глупо, игнорируя друг друга.        — Объяснились. Отлично, значит, у нас теперь новый пункт, седьмой, получается: план «О».        — Почему бы не использовать его первым? — спросил Драко.        — Это будет не так весело, согласись? — хмыкнул Блейз. Драко засмеялся и, подняв бокал, чокнулся с бокалом Блейза.