Планетарий.

ломая кости, расшибая зрачки, двигаться вперед. дыши. жизнь, как сплошная автострада - бежать, лететь, ехать, спешить. когда успеть помолчать? прочесть книгу или выпить кофе? посидеть с семьей у камина и поговорить о чем-то? ах, да, вместо семьи холодная школа, где полы без подогрева; мрачные лица учеников - надоела школа; любовь, интриги, которые терпеть не можешь, но существуешь лишь ими. часто ты представляешься мне девочкой, которая маленькая такая и любит своего медвежонка с зелеными глазами чистого апрельского моря. такая беззащитная с легкой опаской в глазах, но слишком недетской мудростью. от тебя лишь теплом веет и мятой с бергамотом - чертовские и адские сочетания внутри тебя. и ты дышишь не кислородом, а азотом после дождей. выдыхаешь не нашим углекислым, а тем - кислотным таким. ты путаешься в собственных рукавах курток и мыслях, теряешь в вещах, не теряясь внутри себя. ты всегда знала, что делаешь и почему ты так делаешь и ненавидела оправдываться. нервы ты прятала, как раньше советовали, в коробочку и показывала их лишь зеркалам, висящим в спальне своей - значит, лишь летом. лишь летом, когда ты встречала свою мать; когда вспоминала, что отец не пойми где и с кем пропивает очередную зарплату; когда жара душила тебя и убивала внутренний стержень. но к осени ты холодала и не было тех плюшевых мишек рядом. ты стала для меня сильной. выросла в моих глазах. потому что ты не лезла на стул и не смазывала петли мылом, ты не резала вены в горячих ваннах и не стеснялась ушибов. ты просто жила так, как тебе позволяли, как ты позволяла сама себе. а еще ты чаще засыпала в обнимку с подушкой, чем с кем-то из противоположного пола. не было привычек просыпаться в подворотнях или прятаться в соседнем лесу. ты ненавидела осень и обожала весну. почему-то ты птиц любила больше людей. хотя, никто из них не молчит. я хочу сказать, что ты была реалисткой, но при этом жила за гранью. ты придумывала себе небо с солнцем и для тебя оно светило, даже в дождь. тебя могли назвать сумасшедшей, когда ты ходила в детский сад, а теперь слышишь лишь - ботан, от стерв, стоящих за углом. ты никогда не обижалась на своих друзей, на их мысли и мнения; ты думала, что они навсегда и нет ничего, что убило бы вас. почему-то всегда ты пила чай, а не кофе. и даже после бессонницы ты тянулась за черным гринфилдом и лимоном. речитативом по мечтам, резала ножам по кухонным столам. дышала специями, жаркою корицей. не умирала, ведь не была ты птицей. и почему-то пряталась ты в окнах. и не стыдясь лишь отражений не падала как звезды с небоскребов, лишь пряталась стыдливо от всеобщих унижений. и я давно хотела тебе сказать, что было бы проще, если бы ты любила зиму. в холода любить людей не обязательно и батареи согреют заледеневшие пальцы, а весной надо прятаться в шеи, но не свои. веснами надо вдыхать чужие духи и принимать в подарок сорванные с полян цветы. а ты всегда была одинока, убита и растерзана. но тем не менее дышала и жила. существуя ночами у небес, слушая свою - наизусть. купила бы тебе планетарий, чтобы ты любовалась на звезды в тепле и знала бы, где тот твой мир - с солнцем и весной. мечты.мечты.