Добровольное рабство

Свобода. Что может значить это слово для человека? В школах и колледжах нас всех учат, что демократические свободы это написанные на бумаге определенные фразы, которые обязательно исполняются в государстве с определенным режимом. Впрочем, это все дело политиков и в ту степь мне совсем не хочется сбегать. Мне всегда было интересно, что значит свобода для самого человека, как он ее понимает. В принципе, чисто жизненно, свободы из людей никто не имеет – мы зависим от общества, от государства, от СМИ и много другого. Сомневаюсь, что кто-то сбежит в дикие и дремучие леса от цивилизации, чтобы обрести свободу. Да даже там его достанут журналисты, узнать, жив ли еще этот чудак. Что же это значит для меня – я еще не разобрался сам, да и к чему мне лишние раздумья, которые ни к чему не приведут? Но последнее время я очень хочу понять, что это слово значит для моего зверька. Он покорно сидит подле меня, бежит, когда его позову, и уходит, когда прогоню, ждет, терпит. У него нет ни грамма свободы, лишнего времени, своего мнения или своих желаний. Конечно, я понимаю, что Юки просто боится попросить меня отпустить его, но, возможно, я бы отпустил. Черт, из-за своих мыслей едва не проехал нужный поворот и не влез в пробку. Последнее время, часто задумываюсь, сидя за рулем, и совершаю откровенные глупости, будто права только вчера получил. Так совсем не долго и до трагедии, впрочем, сомневаюсь, что такое может произойти. Я слишком много в последнее время думаю о своём питомце, о том, что он делает, пока меня нет дома, о чем говорит с сестрой по телефону. Странно, но я до сих пор не понимаю, как у него получается так сильно отличаться от того типа парней, которые меня всегда цепляли. Может быть, менталитет и обычаи его страны, которые для меня так и остаются тайной, их невозможно понять. Он симпатичный, но не продажный и не скандальный, хотя его положение не позволило бы ему наглеть. Но сколько бы мною не было предложено, он все отклонял, говорил, что все у него есть, и принимал он мои подарки лишь тогда, когда я сам настойчиво приносил ему их. Какой-либо другой парень тряс бы с меня все технические новинки, а так же шмотки и побрякушки, но только не Юки. Знает ли он, что я готов истратить на него кругленькую сумму? Сегодня я несу ему один небольшой подарок, который стоило бы сделать давно, но мозгов на это не хватило. Открыв дверь, вновь оказываюсь в тихой темноте квартиры - странно, вернулся я раньше, а Юки уже спрятался куда-то. В спальне его еще нет, и я просто оставляю свой подарок у постели, чтобы потом не забыть про него. На кухне уже ждет теплый ужин - все так же, как и всегда, - а в ванной тихо льется вода. Маленькая тень скользнула по стене коридора, и Юки, не замеченный мною, исчез в одной из комнат. Он, словно специально, манит меня, специально скрываясь и вызывая желание поохотиться на него. В этот раз я разработал план, который обдумывал уже не первый день. Поставив посуду в раковину, я гашу свет везде, кроме ванной, надеваю приготовленный Юки халат, оставив одежду на диване, как обычно, и прохожу по коридору. Открыв и закрыв дверь в ванную, я тихо прокрадываюсь по темному коридору и принимаюсь ждать. Проходит всего около минуты, и я вижу хрупкую фигурку моего питомца в проходе. Он совсем неслышно проскальзывает в гостиную, шуршит там совсем немного и так же бесшумно выходит, направляясь к спальне. Вот тут уже медлить нельзя - соскочит. Бешеный азарт охоты берет надо мной верх, и я в один момент хватаю Юки и прижимаю к стене. Он вскрикивает от неожиданности, роняет вещи и вцепляется тонкими пальцами в мои плечи. - Нельзя! Мой хозяин... - Тс, это я, не бойся, - шепчу я, улыбаясь. Юки сразу расслабляется в моих руках, облегченно выдыхает, но по его телу все еще пробегает дрожь от испуга. - Испугался, - шепчет он. - Я думал, ты в ванной. - Я обманул тебя немного, - я шепчу и касаюсь горячими губами его тонкой шеи. Пальцы Юки скользят по моей шее, опускаясь все ниже, к груди. Меня с каждой секундой все больше заводят его нежные и робкие прикосновения, словно он боится сделать что-то не так. Откинув голову в сторону, чтобы дать мне больше места на его шее, мой зверек тихо выдыхает и прижимается ко мне. Как же сладок вкус этого момента, когда в руках зажато маленькое беззащитное существо, одетое лишь в легкие короткие шорты. Все мое естество тянется к нему, желает его больше, чем чего-либо в этом мире. Он мой, только мой, и делать он будет все, что я скажу. - Хозяин, - шепчет он, когда мои руки сжимают его ягодицы, а его пальцы касаются пояса халата, - тут? Может быть, в кровать? - Тут, мой хороший, - улыбаюсь я, смотря в его растерянные глаза. Я ни разу не брал его вне спальни, ну за исключением тех трех или четырех раз в ванной... двух на кухне... и еще пяти в гостиной... В общем, в коридоре и так внезапно я до него еще не домогался. Юки уже сам не может терпеть и мучается от ожидания, пытаясь скрыть свое возбуждение. Он издает тихий протяжный стон, когда мои пальцы касаются его твердой плоти под тонкой тканью одежды. Прогибаясь в пояснице, он прижимается ко мне сильнее и развязывает не тугой узел пояса. Халат соскальзывает с моих плеч и, тихо прошуршав, падает на пол. Я дотягиваюсь до светильника над трюмо и включаю его, застав Юки в самой красе. На его щеках алел едва заметный румянец, чуть приоткрытые губы манили цветом спелой клубники, в темных, бездонных глазах его в озорном танце похоть плясала с желанием, грудь судорожно вздымалась от неровного дыхания. - Мх... Зачем свет? - растерянно шепчет он, смущенно отводя взгляд. Интересно, почему он так не любит отдавать мне себя при свете, хотя раньше я за ним такого не замечал? Будто у него появилась какая-то странная боязнь. Может, однажды я сделал что-то слишком резко и грубо? - Я хочу, чтобы ты сам увидел, как ты прекрасен, - развернув его ко мне спиной, я заставил взглянуть Юки в глаза его отражению, отчего тот смутился еще сильнее. - Хозяин... нет... - Не закрывай глаз, иначе я накажу тебя. Странно, он едва не плачет и весь дрожит в моих руках, впервые сказал мне "нет", но его слабое сопротивление и этот взгляд кричат о совсем других эмоциях. Я провожу пальцами по его шее, плечам, груди, спускаясь к животу, смотрю в отражение его глаз, вижу приоткрытые губы и едва не схожу с ума от накатывающего возбуждения. Я правильно рассчитал все, правильно думал о том, что Юки будет смущаться перед зеркалом и мило краснеть, слегка дрожа и зажимаясь, словно я делаю с ним это в первый раз. - Нх… не тут… - тихо шепчет он, когда мои пальцы поглаживают его член под тканью шорт, а горячие губы касаются тонкой шеи. Нежными, жаркими, осторожными, внезапными поцелуями покрываю его плечи и спину, наклоняя ближе к зеркалу. Стащив с Юки всю лишнюю одежду, рукой развожу его ножки, продолжая ласкать. Он боится отвести взгляд от своего отражения, потому что наказание пугает его, хотя я даже не думал об этом. Юки слушается лучше, если его припугнуть, но я не уверен, что он боится на самом деле, ведь я никогда его не наказывал и не бил. Он не знает, что такое наказание и кнут. Только ласка, только теплота и забота помогли мне приручить этого маленького зверька, тающего в моих руках, как кусочек льда под палящим солнцем. - Посмотри, как ты прекрасен, - шепчу ему, приподнимая его голову за подбородок и свободной рукой проводя между его ягодиц. Его возбуждение так быстро достигло той отметки, когда с ним можно делать все, что вздумается. В затуманенном взгляде вспыхнула похоть, язычок скользнул по алым губам, из груди вырвался сладкий стон, манящий больше всего в эту минуту. Руками я сжимаю его ягодицы довольно сильно, притягиваю к себе ближе, кусаю это хрупкое тело, изгибающееся в моих руках. Юки сам прогибается в пояснице глубже и украдкой смотрит на меня через зеркало. - Как я люблю, когда ты такой, - шепчу я и плавно ввожу в него пальцы, наслаждаясь его голосом. Юки не ждет меня и начинает сам подаваться на пальцы, покусывая губы и облизывая их. Он раскрывается очень быстро и уже не краснеет и не жмется, а охотно смотрит на себя, отчего возбуждается без моих прикосновений. - Хозяин… пожалуйста, войди в меня, - сладко стонет он, оторвав взгляд от своего отражения. - Я же велел тебе смотреть на себя. Во взгляде Юки промелькнул испуг, и он обернулся, напугав этим себя еще больше. Поставив его на колени так, чтобы он видел себя в зеркале, я провел пальцами по его губам и улыбнулся, смотря в глаза. Быстро поняв, что за наказание ему уготовлено, Юки приоткрывает ротик и язычком скользит по моей плоти, поглядывая на себя в зеркало. Едва слышно застонав, он взял полностью, старательно работая ротиком и помогая себе пальцами. Его губы и язык способны свести с ума, когда он сам хочет добиться этого. Юки сгорает от желания, и это очень хорошо заметно. Он едва держится, чтобы не кончить, смотря на свое отражение. Увлекшись, он не сразу услышал моей просьбы остановиться и едва не довел меня до исступления. - Молодец, котенок, - я легко касаюсь его губ и возвращаю в прежнее положение. Юки пошире раздвигает ножки и внимательно впивается взглядом в зеркало. Кажется, что если бы у него были ушки на голове, как у кота, то им сейчас пришлось бы стоять торчком, ловя каждый шорох, каждый мой вдох и выдох, тихий стон. Я плавно вхожу в него до самого конца, закусив губы и с великим наслаждением наблюдая за выражением его лица. Он стонет еще слаще, чем в постели, и я делаю вывод о том, что он любит наблюдать за собой, любит видеть свою похоть, и сходит с ума, когда я владею им. Двигаясь довольно быстро, я крепко удерживаю моего питомца за тонкую талию, иногда отвешиваю шлепки по его аппетитной заднице, отчего он вскрикивает и сжимает пальцы. Больно ли ему? Если даже ему и больно, то он получает от этого такое наслаждение, которое, как мне кажется, даже я не смогу получить никогда. Я кусаю его шею, оставляя легкие следы, и с каждым разом увеличиваю темп, двигаясь все резче, глубже и настойчивее, практически вдалбливаясь в это хрупкое, податливое тело. Юки кричит в голос подо мной, но не сводит взгляда с зеркала. Впервые он кончает раньше меня, громко выкрикнув что-то на своем чудесном языке, а я получаю удовольствие лишь через пару толчков, не сдержав стона. Мне приходится почти сразу подхватить его на руки – Юки не стоит на ногах, тяжело дыша от быстрого темпа. Он цепляется пальцами за мою шею, оказавшись в моих руках, и утыкается в плечо, теперь уже жутко смутившись и покраснев. Оказавшись в кровати, мой зверек быстро закутывается в одеяло, как в кокон, оставив снаружи только носик. Он впервые делает так, словно боится чего-то, словно смущен так сильно, как никогда раньше. - Ты чего спрятался от меня? – я обнимаю его, не в силах сдержать улыбку, и откидываю одеяло, чтобы увидеть его глаза. - Не надо… я, - Юки старательно отбирает одеяло, прячась от меня, но по силе он все же всегда будет мне уступать, - я смущаюсь… - Смущаешься? Брось, - вытащив его из кокона, я нежно целую его сладкие губы. – Ты самое чудесное маленькое создание. Очень мило, что ты смущаешься, но не стоит этого делать, когда с тобой рядом я. Юки утыкается в мою грудь, избегая взгляда, и это действительно очень странно, всего лишь по одной простой причине – раньше он никогда не позволял себе такого, словно ни одна эмоция не касалась его. Неужели он стал чувствительнее, сентиментальнее и скромнее? Но откуда всему этому взяться, если каждый день я вытворяю с ним то, что напрочь убивает всякую скромность. Я не удивился бы, если Юки вдруг превратился бы в наглого и заносчивого мальчика, знающего и правильно оценивающего свою привлекательность, пытающегося управлять мной и моими эмоциями. Но все происходит совсем наоборот, и я, честно признаться, даже не строю планов, пытаясь предположить, какое обличие примет мой питомец в ближайшем будущем. - Можно спросить? - вдруг шепотом спрашивает Юки, робко проводя пальцами по моей груди. - М? - У тебя есть кто-то? - Кто-то? - я очень удивляюсь и не могу понять его вопроса, что он хочет этим сказать, что ему интересно. - Человек, который... любит тебя, и ты его. Парень, например, а может, девушка. Я едва могу сдержать смех в такой ситуации, но Юки ведь спрашивает совсем серьезно, словно для него это самое важное сейчас. Обняв его за тонкую талию и повернувшись, чтобы смотреть в глаза, задаю вопрос: - А как ты думаешь сам? Я успеваю заметить, что он дернулся и растерянно смотрит на меня теперь, тщательно подбирая в голове слова. Юки, может, и хочет ответить, но это все также сложно для него. - Не знаю, - он приподнимается, потупив взгляд, и сжимает пальцами одеяло. Чтобы не запутать его мысли и чувства, я сажусь рядом и пальцами касаюсь его подбородка. Невозможно не тонуть в его черных глазах, но я вижу, как он растерян, смущен и не находит себе места в эту минуту. - Ты единственный, с кем я сплю, - шепчу я и легко касаюсь сладких губ, - если ты об этом. - Почему? Его неожиданный вопрос поставил меня в тупик, и теперь уже теряюсь я. Что можно ответить на это? Правду? Да, несомненно, моему зверьку всегда только правду, но я сам не знаю, какая она, эта правда. Собраться с мыслями очень сложно, но Юки терпеливо ждет ответа на поставленный вопрос, и ведь как знает, зараза, что не могу не ответить. - Просто мне не нужны отношения такие, какими их видят многие. Послушай, котенок, - я улыбаюсь ему, касаясь пальцами нежной кожи лица моего питомца, - послушай, один раз я очень сильно обжегся, и теперь не хочу подставлять свою честь еще раз. Мне куда проще... да, знай, мне проще держать в квартире тебя, чем искать себе развлечение на каждую ночь. Плюс уровень безопасности, необходимый для меня. Понимаешь? - Да, - коротко ответил он, кивнув, и уткнулся в мое плечо. Мне проще, что он понимает меня, принимает таким, каков я есть. Не приходится никого обманывать, юлить, да и сам Юки не имеет ничего против, вроде бы. - Послушай-ка, я же принес тебе небольшой подарок, - вдруг вспоминаю я, а он оживляется, удивленно и заинтересованно смотря на меня. Достав из-под кровати небольшой серебристый пакет - Юки любит что-то блестящее, как я уже заметил, - я протягиваю его ему. Он с опаской и любопытством заглядывает внутрь и пытается рассмотреть коробочку. - Можно достать? – спрашивает он, смотря на меня. - Конечно, глупый, доставай и разворачивай, говорю же, это тебе. - Спасибо, - он по привычке, сохранившейся от обычаев его страны, слегка склоняет голову и принимается разворачивать коробочку, вытащив из нее телефон. Юки растерянно вертит его в руках, рассматривая со всех сторон, а потом поднимает непонимающий взгляд на меня, будто просит объяснить. - Смотри, - я усаживаю его ближе и включаю мобильник. – Я дарю тебе этот телефон, чтобы ты в любое время смог звонить своим родным, а они - тебе. Тут все меню на японском, чтобы тебе было проще. Я попросил скачать раскладку клавиатуры специально для тебя. Тебе же так понятнее, правда? А еще тут сразу забит мой номер. Юки вдруг крепко обнимает меня, потом так же внезапно отстраняется и низко кланяется, горячо поблагодарив меня за такой подарок, слава Богу, на английском. В последнее время я вообще не знаю, что он выкинет забавного, но его благодарность всегда очень искренняя, и это не может не греть мне душу. - Не за что, пользуйся, - я целую его в лоб, и Юки слегка жмурится, как котенок, согреваемый лучами солнца. Все же он очень похож на какого-то зверька: его повадки, жесты, манера говорить, мимика, эмоции – все кричит мне о том, что он действительно питомец. - Юки, - я касаюсь пальцами его щеки и заглядываю в глаза, - я хочу сказать тебе кое-что. - Да? – он садится удобнее, отложив новый телефон. Как же мне нравится то, что он не увлекается разными игрушками и всегда внимательно слушает меня, отложив все, если это требуется. Я не могу больше неволить его и понимаю, что пора отпустить, чтобы Юки жил спокойной жизнью и нашел в ней себя, а главное – свое счастье. И я уже готов к тому, что снова останусь один в пустой и холодной квартире, что меня больше не согреет мой маленький зверек. - Я решил, что ты должен вернуться домой, - я протягиваю ему его паспорт. – Я оплачу перелет и все расходы, а так же проконтролирую, чтобы все было в порядке. К тому же… - Прогоняешь? – он впервые перебил меня, а голос его показался мне холодным, обжигающе холодным. - Нет, но я понимаю, что тебе это важно. Ты наверняка соскучился по дому, по своим близким. Тебя ведь ждут, надеются, что ты вернешься. - Kaeranai, - он резко обрывает фразу и серьезно смотрит на меня. – Boku no ye*… рядом с тобой. Забери обратно мой паспорт и не говори мне больше о таких глупых и дурацких вещах. Я хочу быть с тобой рядом. Я совсем ничего не понимаю. Почему он не обрадовался, не схватил свой паспорт и не побежал одеваться? Почему он сидит рядом со мной, так верно и преданно смотрит мне в глаза и не отпускает мою руку? Я в очередной раз просчитался? Нежный поцелуй Юки возвращает меня из мыслей в реальность, и я уже забываю обо всем, о чем только что думал, что только что тревожило меня. Странно, но его теплые прикосновения, нежный взгляд и легкая улыбка пленяют меня вновь, заставляя отбросить мысли. - Но я не понимаю, почему ты не хочешь вернуться? – шепотом спрашиваю я и по своей же глупости раскрываю свой маленький козырь – я понимаю японский. - Просто потому, что я люблю тебя. Это было слишком смелое для Юки заявление, сказанное действительно серьезно, и я теряюсь, не зная, что ответить ему. Все это время он испытывал такое сильное чувство, и вот почему он менялся на глазах. Он действительно чувствовал больше, чем изначально, действительно понимал меня лучше, искренно заботился. Выходит, он отдавал мне не себя, а свою любовь, надеясь на то, что я пойму и приму ее. Какой же я глупец, слепой и глухой глупец. Только теперь я не знаю, кто чьим питомцем является на самом деле. * Не вернусь... мое место...